И вдруг весь павильон заполнился шумной толпой. Их было так много, что мальчика моего стало не видно. Это были цыгане: взрослые и дети.

Когда, наконец, я сняла девочку с качели и пошла искать мальчика, я не нашла его. Его нигде не было. Я обошла павильон еще раз, но его не нашла. Я схватила девочку и выбежала из павильона. Огляделась. Ничего. Увидела бабушку, которая одна прогуливалась. Подбежала к ней и попросила присмотреть за девочкой, так как у меня пропал второй ребенок.

Я ни  секунды не сомневалась, что найду его. Видимо он потерял меня из виду и вышел искать.

О цыганах в ту минуту я даже не вспомнила.

Лихорадочно думала, что если все же его кто-то похитил, то будет стараться сразу исчезнуть из парка. Я выбежала на припарковую площадь. Обежала все автобусы, троллейбусы, ложилась прямо на ступеньки, чтобы посмотреть снизу не прячется ли кто. Обежала все такси, остановки, всех спрашивала. Никто моего мальчика не видел.

Я прибежала к бабуле. Спасибо этой бабуле. Она сказала: «Ищите, ищите ребенка, я присмотрю за девочкой».

И в этот момент я почувствовала сильную боль в груди слева и вдруг поняла, что не чувствую ног. Не могла с места сдвинуться. Было так больно, что я согнулась пополам. Я замерла, боялась пошевелиться. В груди дикая боль, а в голове: «Мальчик мой, где ты?» Стала учащенно дышать: вдох-выдох, вдох-выдох… И получилось. Почувствовала ноги. А в груди острая боль утихла и, вместо нее, я почувствовала такую ноющую, противную боль.

Мысленно проложила маршрут поиска. Добежала до кинотеатра «Орбита». Закрыт. Обежала вокруг здания, осмотрела все кустарники. Осмотрела летнюю эстраду, вокруг нее, два теннисных корта, аттракционы, качели за кортами. Осталось общественный туалет осмотреть. Ничего. Мальчика моего там не было.

Я выбежала из туалета и остановилась. Меня трясло мелкой дрожью. Из-за дрожи никак не могла сосредоточиться и решить что дальше делать. Парк огромный – куда бежать?

Прямо перед туалетом у небольшого кустарника сидела женщина, просящая милостыню. Она расстелила газетку, выложила какую-то еду и собиралась кушать. Ни на что не надеясь, я спросила не видела ли она мальчика 5-ти лет, кудрявого, красивого, в белых футболке, шортах, носках. И вдруг она мне отвечает, что да, видела. Шла толпа цыган. И этот мальчик сильно выделялся. Все пестрые, а он весь в белом. Такой чистенький, хорошенький и кучерявый. Я еще подумала какой красивый цыганенок. Правда мне показалось, что мальчик лет шести-семи.  Они пошли в ту сторону. Женщина указала на аллею, которая ведет ко второму выходу из парка на улицу Гоголя. Я сразу поняла. Значит цыгане хотят тихонько уйти из парка через немноголюдный выход, уводя с собой моего мальчика.

В сознании искрой промелькнуло: время, нельзя упустить время. Я бросилась к этому выходу со всех ног самым коротким путем, прыгая через арыки, оградки тротуарные, напролом через кустарники. Бежала и молилась, чтобы я не опоздала, чтобы они не успели выйти из парка. Если я опоздаю ничего нельзя будет сделать.

Я добежала до самого выхода и оттуда опять побежала в глубь парка, но уже по той аллее, которую указала та женщина.

И очень скоро увидела, что мне навстречу движется большая, пестрая, шумная толпа цыган. Я машинально посчитала взрослых. Было пять женщин, один мужчина и человек, наверное 20-25 детей разных возрастов.

В этой толпе в глаза бросались два человека – это мой мальчик и этот единственный мужчина. Цыган был очень высокий, полный, с огромным животом, длинные волосы до плеч. Одет он был в белую рубашку навыпуск и черные брюки. И этот великан держал за руку моего мальчика.

Когда между нами оставалось расстояние метра три, и я и они остановились. Я смогла разглядеть, что у моего ребенка спокойное лицо, даже веселое. Значит они его не напугали.

Я была на все готова. Если они не вернут ребенка, значит я буду драться. Я решительно шагнула вперед и громко крикнула: «Куда вы ведете моего мальчика? Я забираю его!» Подошла ближе и взяла мальчика за другую руку.

Такое впечатление, что после этих слов я потеряла сознание. Ничего не помню. Ни что они мне говорили, ни что я говорила, ни как этот мужчина отпустил руку ребенка. Ничего. Полный провал сознании.

Очнулась я, когда этот табор был уже у выхода из парка, метров 200 от меня. Ребенка я крепко держала за руку и не могла поверить, что цыгане так легко, не сопротивляясь, отдали его.

Мы побежали к павильону. Мозг лихорадочно работал. Подумала, в вдруг меня отвлекли мальчиком, а похитили девочку. Испугавшись, я так дернула ребенка, что он упал и разбил обе коленки. Но, к счастью, не расплакался.

Издалека увидела, стоит бабуля и девочка моя рядом. Сто раз сказала ей спасибо, обняла, пыталась дать какие-то деньги, но бабуля отказалась. Потеряла и нашла своего мальчика за полтора часа, а эта старенькая бабушка терпеливо ждала меня. Бесконечно благодарна ей за помощь.

Всю дорогу домой снова и снова прокручивала в голове все произошедшее. Не могла поверить, что все закончилось благополучно. Не могла понять почему до сих пор так тревожно на душе. Ведь вот же рядом  оба малыша.

Дома дети ничего не рассказали, видимо, не поняли ничего. Но я позже, как только представляла себе, что не нашла бы ребенка, мне становилось плохо, до рвоты.

И всегда, всегда благодарила Всевышнего, что в трудный момент он послал мне двух ангелов – эту бабушку и женщину-нищенку.

Конечно, я не могу утверждать, что кто-то планировал похищение моего ребенка, выслеживал. Нет, конечно. Это произошло, можно сказать спонтанно. Я упустила ребенка из виду на 2-3 минуты и этого было достаточно, чтобы воспользоваться моей оплошностью.

Прошло много лет, а для меня как будто это было вчера.

Теперь, после пережитого, я думаю имею право дать совет: нельзя отвлекаться во время прогулок, нельзя оставлять ребенка без присмотра ни на одну минуту, нельзя оставлять детей с чужими людьми.

Следую этим советам вы никогда не переживете тот ужас, что пережила я.