В первой части нашего большого расследования мы рассказали, как обстоят дела с зарплатами рядовых медработников. О том, какие дела проворачивают главврачи, хорошо известно. Больница для некоторых из них – личная вотчина для непрерывного обогащения.

Оклад – 14 тысяч, отношение – как к обслуге

Печально, но медикам есть либо нечего, либо некогда. Свою нехитрую "экономику" Царьграду раскрыла медсестра из Орла, попросившая сохранить анонимность. Орловская область как раз в списке регионов, где зарплаты медиков ниже средних по России (это видно по нашей инфографике):

Среднюю зарплату по городу у медсестёр в официальных источниках заявляют 46–50 тысяч, но у Татьяны и её коллег из отделения восстановительного лечения выходит значительно меньше:

У меня оклад 14 200. Гарантированные доплаты по договору – 7% за вредность, 10% за стаж, 20% за высшую категорию и 0,3 персональная надбавка. Недавно добавили из свободных ставок 65%, в них включены "санитарские" за уборку кабинета. До этой надбавки в августе 2025-го у меня на руки получалось 22 700, сейчас около 29 000. Плюс дали четверть ставки. Спасибо, закрывают глаза на то, что не отсиживаем время. Получается 33 тысячи при высшей категории и стаже почти в 30 лет.

То есть зарплата опытной медсестры в Орле чуть больше, чем установленный в 27 тысяч рублей МРОТ. Даже не курьеры, а дворники зарабатывают больше! Со слов Татьяны, премию дают один раз в год, до этого несколько лет премий не было вообще никаких. Всё зависит от милости главврача. В других больницах медики получают квартальные и ещё какие-нибудь премии, но мало, в основном денег среднему медперсоналу нет.

Всё упирается в деньги. Жаль становиться меркантильной при такой благородной профессии. Но спецодежду нам не выдают уже лет 10, всё за свой счёт. Индексации оклада по размеру инфляции тоже не проводят. При этом стимулирующие в размере 65% могут снять без объяснения причин, как и "четвертушку". Никакой уверенности в завтрашнем дне, а работа вся на нас: все манипуляции, выполнение назначений врача, взаимодействие с пациентами и их родственниками. Отношение к нам – как к обслуге. Был период, когда и шприцы считали, и лекарства врачи сами покупали,

– рассказала Татьяна.

Менять профессию после 30 лет работы поздно. Когда она осторожно посоветовала дочери тоже идти в медики, девочка наотрез отказалась – надрываться на работе за копейки, как мать, она не хочет.

Премия только на бумаге, по факту – в кармане главврача

В декабре 2025-го в Тольятти экс-главврача поликлиники осудили на два года колонии за присвоение 900 тысяч рублей. В течение трёх лет она начисляла подчинённым премии и заставляла отдавать ей якобы на хозяйственные нужды медучреждения. На самом деле присваивала себе.

Ранее в Тольятти за растрату более 14 млн рублей на три года осуждён главврач ГКБ-1. В течение двух лет он незаконно начислял 71 сотруднику выплаты за увеличенный объем работы. Подчинённые снимали часть денег и отдавали начальнику и его заму (ныне уже покойному – он умер, когда шло следствие).

Главврача Центра гигиены и эпидемиологии в Рязанской области отправили на 14 лет в колонию за взятки в 17 млн рублей. За три года зафиксировано 23 эпизода. Взятки ей платили как подрядчики, так и подчинённые за принятие решений о премировании.

А бывший главврач ЦРБ в Нижегородской области осуждён условно за злоупотребления при начислении сотрудникам стимулирующих выплат на миллион рублей. Выяснилось, что этими деньгами он оплатил ремонт роддома, стационара и двух палат реабилитации.

Это дела только за последний год – и только те, которые уже дошли до суда. А сколько таких ещё в производстве? Фиктивное трудоустройство, "мёртвые души", мифическая работа по совместительству – уловок, с помощью которых главврачи могу облегчать бюджет, придумана масса.

А есть ещё и прочие нарушения. Например, в Ленинградской области руководство Всеволожской клинической межрайонной больницы по итогам работы за девять месяцев выписало премию только врачам (от 80 тысяч рублей), а остальную часть коллектива – медсестёр, фельдшеров, санитарок, лаборантов – оставило без выплат. Возмущённые медики пожаловались в профсоюз.

Итак, что имеем в сухом остатке: обман с зарплатами, мёртвые ставки, нехватка специалистов и низкоквалифицированные кадры (нередко мигранты), от которых не приходится ждать качества. Это общая проблема для всех регионов, и упирается всё в кадровый голод.

Санитарок упразднили, а клинеры – это случайные люди с улицы, они не включены в рабочий процесс, не отвечают за качество, за асептику и антисептику. Медсёстры не успевают выполнять свои обязанности, а если ещё и напарница заболеет, тогда вообще разрываются, пытаясь сделать необходимое. Многие уходят из профессии. За нехватку кадров расплачиваются пациенты – иногда и жизнью: скорая помощь захлёбывается от вызовов и не успевает доехать до всех.

Не хотите работать даром – заставим

По оценке специалистов, в 2025 году отток медицинских кадров превысил их приток в 43 регионах. В 47 регионах обеспеченность врачами ниже средней по стране. Прокуратура в связи с этим внесла сотни актов об устранении дефицита кадров, обязывая больницы искать врачей. Каких только ноу-хау ни придумывали. Фельдшеров обучали навыкам офтальмологов и лор-врачей, а помогать им должны были младшие медсёстры без медобразования. Предлагали обязать медиков отрабатывать в госучреждениях по 20 лет, а также приглашать ценных специалистов с Кубы.

В итоге инициативы вылились в закон о принудительной отработке для студентов медицинских вузов. Выпускники-"бюджетники" должны отработать не менее трёх лет в медицинских учреждениях, работающих в системе ОМС. В противном случае им придётся выплатить штраф – сумму, втрое превышающую затраты на обучение. Закон вступает в силу с 1 марта 2026 года.

Однако конкурс в медвузы по-прежнему высокий. По данным Минздрава, популярность профессии в России растёт. Приём на первый курс на бюджетные места за последние пять лет вырос почти на 22% – до более чем 34 тысячи абитуриентов в 2024-м. При этом сотни и тысячи квот выделяются для иностранцев, в то время как свои талантливые ребята остаются за бортом.

Минздрав прогнозирует, в текущем году в медучреждения поступят на работу более 6 тысяч врачей и свыше 8 тысяч специалистов среднего персонала. При этом в России не хватает 23,3 тысячи врачей и 63,6 тысячи специалистов среднего звена. Со слов министра здравоохранения Михаила Мурашко, в прошлом году профильные вузы дали стране более 78 тысяч выпускников, а медицинские и фармацевтические колледжи – почти 128 тысяч специалистов.

Куда же они делись, если специалистов в государственных поликлиниках по-прежнему не хватает?

Замещение врачей

Ответ очевиден. Более трети выпускников медицинских учебных заведений находят себе работу получше – в платном секторе. Учёба в медвузе стоит баснословных денег. Например, в Сеченовском университете (Москва) год обучения на платном отделении по специальности "лечебное дело" стоит более 1 млн рублей, а за шесть лет учёбы придётся отдать почти 7 млн. Студенты вкладываются и хотят вернуть потраченное, поэтому уходят в коммерческие клиники.

Тем временем медики мигрируют из регионов в обе столицы, потому что в Москве и Питере им платят хорошо. Вакантные ставки в провинции занимают мигранты с сомнительными дипломами – в некоторых поликлиниках уже надо постараться, чтобы найти врача с русской фамилией.

Кстати, в наших медвузах учатся свыше 2,3 тысячи граждан Таджикистана (из них 297 – по квоте), более 300 граждан Киргизии (значительная часть – по квоте), а также выходцы из других стран.

Рожаем на Колыме

Но есть и хорошие примеры. На фоне закрытия роддомов в регионах в Магадане строят новый перинатальный центр, который будет принимать женщин даже с Чукотки. Открытие запланировано на четвёртый квартал 2026 года, туда обещают привлечь высококлассных специалистов. Под одной крышей объединят четыре учреждения, которые сейчас разбросаны по городу: родильное отделение, женскую консультацию, дневной стационар и центр планирования семьи.

Фактически Магаданский центр охраны материнства и детства по оснащению и цифровым технологиям станет единственным перинатальным центром на крайнем Северо-Востоке. Сейчас по приказу Минздрава в населённых пунктах с числом родов менее 100 в медорганизациях первого уровня родовспоможения (к ним относятся все районные больницы) организованы экстренные родзалы. Именно они принимают женщин в активной фазе родов и при родах вне роддома, а также при критических состояниях матери или плода. При этом на Колыме действует правило, при котором все беременные на сроке 36 недель в плановом порядке направляются в роддом Магадана. Иногда более чем за тысячу километров (как из Краснодара в Москву, например).

Всего за 2025 год на Колыме родили 944 женщины, из них 174 – жительницы отдалённых поселков. В плохую погоду и в экстренных случаях будущих мам перевозят в роддом силами Центра медицины катастроф как наземным, так и авиатранспортом. Для этого в 2024 году закупили три вертолёта. Жаль, что со специалистами сложнее.

Всё упирается в деньги

В целом кадровая проблема так и остаётся нерешённой по всем регионам. Чтобы в государственных клиниках хватало медиков, им нужно достойно платить. Между тем реформа системы оплаты труда бюджетников буксует. Напомним, правительство с 2019 года обещало ввести единую систему оплаты труда медработников для всех регионов (исполнитель – Минздрав). После многократных переносов сроков было определено, что в 2025 году в трёх регионах должны стартовать пилотные проекты, в 2026 году этот опыт должен быть изучен, а в 2027 году новая система оплаты труда будет внедрена по всей стране.

Однако 2025 год закончился, а про пилотные проекты ничего неизвестно. Похоже, они так и не были запущены, благо статьи "Саботаж" в нынешнем УК не существует. Нынешним управленцам здравоохранения это на руку. Потому что как только врачи повсеместно начнут получать высокие зарплаты, из Москвы сразу уедут иногородние специалисты – просто вернутся домой. И хилым региональным бюджетам станет ещё тяжелее.

Так что перекос по зарплатам в разных регионах в ближайшее время никуда не денется. Богатые города и регионы так и продолжат перетягивать кадры оттуда, где труд медиков ценится дешевле. Отток специалистов происходит и по горизонтали – из бюджетного сектора в коммерческий. Так что же нужно сделать, чтобы разорвать порочный круг "нет денег – нет специалистов"?

Начинать финансировать здравоохранение, чтобы люди не пахали на 1,5–2 ставки и не выгорали профессионально от немыслимых нагрузок и беспросветности, чтобы они могли решать стратегические задачи своей семьи – улучшать жилищные условия, оплачивать образование детям,

– говорит Андрей Коновал.

Сколько выздоровело – неважно

С профсоюзным лидером согласен профессор, доктор медицинских наук Владислав Шафалинов. Причину кадрового дефицита он видит не только в низкой оплате работы медиков, но и в непривлекательности профессии, а также в крайней забюрократизированности современной системы здравоохранения.

Она высасывает из врача все соки, отжимает его, как тряпку. В результате врачи и медсестры выгорают и уходят в другие профессии. Кроме того, от общения с различными руководителями Минздрава закрадываются не только сомнения в их профессиональной пригодности, но и мысли о том, что психопаты и социопаты весьма приветствуются в кадровой политике для работы в ранге чиновников,

– говорит Шафалинов.

Беспокоит его и проблема, о которой никто не говорит, – этика поведения врача и пациента. На аналогичную ситуацию в школах внимание наконец обратили, а по медучреждениям молчат.

На фоне десятилетних попыток оскотинивания людей могу сказать, что частично это удаётся. Врачи перестают любить пациентов, пациенты перестают уважать врачей. Это проблема государственного масштаба, и решать её необходимо на этапе обучения врачей. Они должны получать не только образование, но и воспитание,

– подчеркнул профессор.

По его оценке, весь клубок проблем нынешней системы здравоохранения – следствие стратегических ошибок, допущенных ещё в 90-е. Сегодня критерии оказания медпомощи – количество коек, медицинского персонала, объём затраченных денег. Но это лишь косвенные признаки "нормальности". Реально оценивать её эффективность нужно по количеству выздоровевших и не заболевших. Последнее же не учитывается вовсе.

Из этого следует рецепт выхода из кризиса. Первое: сделать работу врача и медицинского персонала привлекательной, мотивировать их нормальной зарплатой и перестать демотивировать излишней бюрократией. Второе: реформировать – вплоть до полной ликвидации – действующую систему ОМС, переведя лечебно-профилактические учреждения на прямое бюджетное финансирование.

Нужно вырвать – именно вырвать! – у руководителей здравоохранения и главврачей рычаги давления на докторов, происходящее через требование обязательного выполнения стандартов, за которыми внимательно следит страховая компания. А она в свою очередь использует любую оплошность для штрафования лечебного учреждения. И я предлагал ещё 15 лет назад гонорары именитым врачам вывести из тени. Сделать их официальными и, соответственно, облагаемыми налогами. Чтобы прекратить повальную практику позорной благодарности "в карман", крайне неудобной с этической точки зрения как для пациента, так и для врача,

– подытожил Шафалинов.

Что с того?

Медицина забюрократизирована и заоптимизирована (читай – недофинансирована). Страховая модель себя исчерпала – это признаёт даже доктор экономических наук, основатель ОМС в России Владимир Гришин.

Ожидаемый объём платных медицинских услуг по итогам 2025 года составляет 1,8 трлн рублей. Именно столько пациенты заплатили коммерческим клиникам, когда недополучили медицинские услуги в государственных. Люди идут в частную медицину не потому, что денег много, а потому что хотят быстро и качественно обследоваться и вылечиться.

Ошибка, допущенная в 1997 году при принятии концепции развития здравоохранения, обернулась против пациентов. Коммерческие клиники с начала 2000-х накопили ресурсы, закупили оборудование, проникли в систему ОМС и сейчас перетягивают технологии, деньги и кадры.

Нужно в первую очередь увеличить объём финансирования, а в идеале избавиться от "прокладок" в виде страховых компаний. Качество медпомощи государство должно обеспечивать не по остаточному принципу, а приоритетно – прямым финансированием. Только в этом случае молодые люди начнут рожать, а пожилые смогут нянчить внуков. Здоровые граждане – сильная страна.