Ну не знаю насчет древних Новгородов. У нас в современном рабочем поселке в восьмидесятых вполне себе были деревянные мостовые.
Автор ограничил общение с ним в сообщениях. Видимо, где-то подловил его на пиздеже каком-то, а ему это не понравилось. Приходится отвечать постом.
У нас одно осознание мостовой. Это непременно асфальт. Изредка – камень. Еще может быть тротуарная плитка.
А в древнем Новгороде улицы мостили деревом.
То было не примитивное настилание досок. А своего рода система. Которую сегодня можно было бы назвать инженерной. Ее совершенствовалась и "шлифовали" веками.
Археологи нашли уникальные деревянные мостовые, датируемые X веком. Они наслаивались друг на друга в течение нескольких столетий. Нижний настил потихоньку сгнивал. Поверх него клали новый. Всего иной раз насчитывали до 30-ти ярусов таких перекрытий.
Строили основательно. Сначала вдоль улицы укладывали продольные лаги — мощные брёвна. На них поперек клали пластины — брёвна, расколотые пополам плоской стороной вверх. Эта технология обеспечивала жёсткость и долговечность покрытия. Секрет прочности прост. Использовали хвойные породы — сосну, ель, лиственницу. А для ответственных деталей брали дуб. И никаких гвоздей. Всё держалось на врубках и пазах.
Новый тип деревянной мостовой появился в Петербурге в 1820-х годах. Инженер Василий Петрович Гурьев предложил мостить улицы деревянными торцовыми шашками — шестигранными чурбаками высотой около 20 сантиметров. Они напоминали соты по сечению.
Преимущества такого мощения оказались впечатляющими. Лошади стучали копытами тише. Колеса ехали без лишних перестуков. Езда становилась малошумной и комфортной.
Технология была отработана. Торцы выпиливали из сосны — она лучше всего сопротивлялась раскалыванию. Укладывали их на просмоленный дощатый настил, плотно подгоняя друг к другу. Швы заливали смолой или битумом с антраценовым маслом, а сверху посыпали песком. По краям мостовую заделывали глиной. Служила такая конструкция три-четыре года на оживленных улицах и вдвое дольше — на второстепенных.
К 1916 году в Петрограде насчитывалось полтора десятка улиц, замощенных торцами: Невский проспект, Большая Морская, Миллионная, Английская и Дворцовая набережные. Петербургский опыт переняли Москва, а затем Лондон, Париж и другие европейские столицы.
Торцовые мостовые наполняли город особым ароматом. В повести Николая Гарина-Михайловского "Студенты" об этом сказано: "Вот пустая еще Морская — мягкая мостовая и смолистый сырой аромат, этот возбуждающий, бодрящий аромат в осеннем воздухе".
Прочность покрытия проверяли делом. При постройке Исаакиевского собора по торцовой мостовой Адмиралтейской площади перекатывали гранитные глыбы. При этом сами элементы не страдали. Николай I, убедился в их надежности и приказал мостить торцами весь Невский.
Были у деревянных мостовых и слабые стороны.
Дерево впитывало лошадиные испражнения. А потом щедро делилось этими запахами с горожанами. В дождь торцы становились скользкими. А пропиточная смола выступала наружу желтоватой пеной.
Но главным врагом оказалась вода.
Во время наводнений деревянные шашки всплывали, а потом оседали где попало, загромождая улицы. Наводнение 1924 года в Ленинграде стало для торцовых мостовых роковым. Вымытые шашки жители растащили на дрова. К 1940-м годам их повсеместно заменили асфальтом. Последние участки на улице Декабристов дожили до 1960-х и исчезли навсегда.
Такие дела! У нашей страны – своя впечатляющая история. И у наших дорог в том числе.
Если вам удобно читать тоже самое (и даже больше!) в Телеграм, то приглашаю по ссылке на канал "ТехноДрама"
