Предлагаю продолжить обзор американской частной застройки. На видео небольшой американский город Хиллсборо с населением чуть более 100 тыс. жителей.
Строительство американского дома требует ресурсов не больше, чем строительство такого же дома в России. Те же материалы, те же человекочасы. Доски есть, бетон есть, сайдинг есть. Покрывать двор заливным бетоном и газоном даже дешевле, чем закатывать двор дорогой плиткой или накрывать навесом. Значительная экономия на отсутствии высоких заборов.

Посмотрите, как красиво выглядит район. Должно быть там приятно гулять и жить. Так могли бы выглядеть наши города.

Ещё важный фактор - демография
Американский "беби-бум" во многом вызван именно появлением своего просторного жилья.

В результате в Соединенных Штатах возникли многочисленные пригороды и сформировался образ жизни миллионов американцев, переехавших в собственные индивидуальные дома. Появление у этих миллионов людей, собственного просторного жилья и было причиной американского «беби-бума» - демографического взрыва конца 1940-х – середины 1960-х годов.

В период с 1945 по 1955 год в собственные дома переехало 9 миллионов американцев и к 1970 году население пригородов в Америке стало больше населения городов. В период «беби-бума» в штатах родилось около 80 миллионов детей, коэффициент рождаемости достигал величины 3,6.

Источник: https://dzen.ru/a/Yw1Fl78z5DywARyO

Напишите, каких именно ресурсов не хватает нашим городам, чтобы они выглядели так же приятно, как американские.

Перевод статьи - https://www.mdpi.com/2073-445X/13/11/1793

Инициативы по созданию «зелёных» дорог в основном реализуются на окраинах городов, в то время как восстановление зелёных коридоров в старых городских районах остаётся насущной необходимостью [47]. Кроме того, распространённое несоответствие между численностью населения и количеством «зелёных» дорог подчёркивает необходимость эффективной стратегии по улучшению доступа к ним [48]. С методологической точки зрения традиционные подходы страдают от недостаточного размера выборки, что приводит к высокой степени неопределённости при воплощении планов по озеленению в жизнь [12]. Другая проблема заключается в том, что существующая система не учитывает мобильность пользователей, что приводит к снижению частоты посещения зелёных зон. Это, в свою очередь, подвергает людей риску для физического и психического здоровья [49].

Застроенная городская территория Пекина (ЗГТП), передового мегаполиса Китая, занимает площадь более 1088 км2 и в основном включает районы Дунчэн, Сичэн, Чаоян, Хайдянь, Фэнтай и Шицзиншань (рис. 1a). Этот регион может похвастаться исключительно компактной системой дорог и метро для общественного транспорта, а также высоким уровнем человеческой активности. Будучи одним из самых густонаселённых мегаполисов Китая, исследуемый район с 2000 по 2020 год увеличил численность населения с 2,1 до 10,9 миллиона человек, что привело к повышению спроса на систему городских зелёных насаждений. Схема разрастания города в этом районе представляет собой кольцо и включает в себя в общей сложности 4209 линий общественного транспорта и 33 664 станции

Мы выбрали Пекин в качестве объекта для исследования, потому что здесь полным ходом идёт планирование «зелёных» маршрутов. Правительство Пекина стремится создать многоуровневые, многофункциональные «зелёные» маршруты, которые объединят деятельность человека с природным ландшафтом Пекина. Специальный план развития системы «зелёных» маршрутов Пекина на 2023–2035 годы предполагает создание «зелёных» маршрутов, которые будут гармонично сочетать элементы торговли, изобретательности и искусства [62]. Кроме того, разработчики «зелёных» стратегий пытались использовать сети «зелёных» улиц для устранения неравенства в доступе людей к зелёным зонам [1].

Строительство «зелёных» улиц также является неотъемлемой частью создания экологичного и устойчивого города [63]. Сеть «зелёных» улиц, которую мы запланировали, призвана максимально расширить доступ пассажиров к уличным зелёным насаждениям. Результаты показали, что, хотя общая протяжённость сети составляет всего 1566,36 км, ею могут воспользоваться примерно 33,39–35,92 % пассажиров автобусов (Таблица A2).

Уличная система общественного транспорта является экологичным и низкоуглеродным способом передвижения, и пассажиры с большей вероятностью будут любоваться видами за окном [53]. Кроме того, система зелёных дорог Пекина, протяжённость которой планируется увеличить до более чем 5000 км, призвана соединить городские и сельские районы. Расширение сети зелёных дорог в пригородных зонах улучшает связь [64] между дикими территориями, национальными заповедниками и лесными массивами, тем самым способствуя сохранению природных экосистем [65], биоразнообразия [26] и благополучия людей [57].

Эта обширная сеть также может помочь преодолеть разрыв между городом и деревней и сократить неравенство в доступе к зелёным зонам [62]. Наши результаты показывают, что некоторые зелёные зоны, такие как кольцевая транспортная артерия, включены в планы по озеленению Пекина. Однако зелёные зоны в центральных районах застройки часто игнорируются политиками (рис. 7).

https://www.mdpi.com/2075-5309/15/12/2137

В Китае стремительная урбанизация привела к недостаточному предоставлению городских экосистемных услуг. Следовательно, создание общественных садов для улучшения их экосистемных функций стало важнейшей стратегией для содействия устойчивому развитию городов. В 2020 году в Китае было создано 416 общественных садов, при этом развитие в основном сосредоточилось в восточных прибрежных регионах [23]. К 2024 году эти инициативы охватили все провинции, включая высокогорные регионы с суровыми климатическими условиями, такие как Тибет и Цинхай [24,25]. Примечательно, что в крупных мегаполисах, таких как Шанхай, Пекин и Шэньчжэнь, наблюдался особенно быстрый рост: ежегодно открывалось более 100 общественных садов [26,27,28]. Правительство Китая недавно включило общественные сады в свою программу городской политики в качестве механизма реализации инициатив по обновлению городов и совершенствованию стратегий управления. Об институционализации свидетельствуют конкретные политические инструменты. Например, Шанхайское административное бюро по ландшафту и внешнему виду города разработало «Технические требования к строительству и управлению общественными садами в Шанхае» [29], а Пекинское муниципальное бюро лесного хозяйства и парков запустило «Специальный план по созданию города-сада в Пекине (2023–2035)», способствующий созданию демонстрационных проектов общественных садов [30]. Учитывая динамику развития этой политики, общественные сады в ближайшие десятилетия могут стать фундаментальным компонентом парадигмы городского планирования в Китае.

Пока есть только одна статья, в которой проводится общий анализ текущей ситуации с общественными садами в Китае [23], и несколько работ, в которых анализируются типичные случаи в конкретных регионах Китая [49,50]. Макромасштабного сравнительного анализа китайской и англоязычной литературы по этой теме не проводилось. Устранение этого пробела крайне важно для выявления региональных различий в пользе общественных садов для экосистем, что обогатит глобальный дискурс. Кроме того, это может помочь выявить механизмы реализации и учесть особенности планирования садов в конкретных условиях для смягчения насущных экологических проблем. Китай, как развивающаяся площадка для общественных садов, обладает значительным потенциалом для развития, но также нуждается в анализе международных прецедентов, основанном на фактических данных. Таким образом, систематическое сравнение исследований на китайском и английском языках может стать ценным руководством для оптимизации стратегий развития общественных садов в Китае.

Портер [73] и Риолло [87] также подтвердили, что различные виды деятельности (выращивание растений, совместное приготовление пищи, обмен знаниями и т. д.) в общественных садах способствуют межличностному взаимодействию и социальной сплочённости. Палау-Сальвадор и др. [109] разделили эти разнообразные коллективные виды деятельности на коллективное обучение, коллективное управление ресурсами, коллективные или общие политические взгляды и подробно описали их вклад в укрепление социальной сплочённости в общественных садах. Ещё одним направлением исследований является интерпретация социальной сплочённости в общественных садах. Миддл и др. [110], Менкони и др. [111] Колдинг и Бартел [112] проанализировали несколько типов социальной сплочённости, формирующейся в общественных садах, включая взаимодействие внутри семьи, взаимодействие внутри сообщества и взаимодействие между людьми разных рас и культур. Шрам-Бийкерк и др. [113] объяснили социальную сплочённость в общественных садах с точки зрения теории социального капитала. Стоит отметить, что социальная сплочённость, возникающая в общественных садах, способствовала укреплению единства и достижению консенсуса в особые периоды, такие как восстановление после стихийных бедствий и экономические кризисы [69,114].

Китайские учёные также высоко оценили «обучение и просвещение» в рамках программы D-10, проводимые общественными садами. Помимо экологических знаний, знаний о техническом обслуживании, управленческих знаний и знаний о том, как противостоять стихийным бедствиям, о которых говорится в англоязычных публикациях [98,121], в китайских публикациях также подчёркивается важность развития силы воли, практических навыков, умения сотрудничать, а также профессионального и социального духа у жителей [78,99]. Чжоу и др. [99] отметили, что общественные сады могут способствовать развитию у детей субъективной инициативы и способности к самоорганизации, поскольку в них больше природных элементов и нет стационарных сооружений. Инь [122] разделил образовательные программы в общественных садах на когнитивное, интеллектуальное, социальное, эмоциональное, экологическое и трудовое воспитание. Что касается форм обучения, китайские исследователи отметили, что работа в саду, учебные курсы и тренинги, мероприятия по переработке и повторному использованию ресурсов, а также поясняющие таблички способствуют экологическому образованию, направленному на снижение выбросов углерода [77,115,123].

В последние годы, когда функция общественных садов сместилась с производственной на развлекательную и досуговую [94,118,125], исследования в области D-8 «развлечения и досуг» стали проводиться чаще. Бройсте и Артманн [118] выяснили, что в общественных садах появилось множество развлекательных объектов, таких как мангалы и игровые площадки, которые удовлетворяют потребности в развлечениях разных возрастных групп. Портер [73] считал, что такие садовые работы, как копание, полив и уход за пчёлами, доставляют садоводам удовольствие, в то время как в китайских публикациях D-8 описывался лишь в общих чертах.

В англоязычных публикациях большинство учёных кратко описывают D-7 как «расслабление и снижение стресса». Шрам-Бийкерк и др. [113] проанализировали два механизма формирования D-7 в общественных садах. Первый заключается в том, что общественный сад расширяет возможности людей для контакта с природой и помогает им расслабиться. Второй заключается в том, что общественный сад — это своего рода восстанавливающая среда, которая помогает улучшить физическое состояние людей. В китайских публикациях исследователи отмечают, что люди меньше страдают от психологических проблем, если активно участвуют в садоводческих работах или пассивно взаимодействуют с садовым ландшафтом [77,80]. Такие занятия, как прогулки и физические упражнения в саду, также помогают людям снизить уровень стресса, тревожности и усталости [96,127].

Примерно в одной шестой части англоязычных публикаций обсуждалась тема D-9 «Физические упражнения и активный отдых» [75,108,124,128]. Ламперт и др. [129] утверждали, что общественные сады позволяют выполнять работу низкой или средней интенсивности, а регулярная физическая активность в общественных садах способствует укреплению здоровья. Миддл и др. [110] выявили преимущества занятий спортом в общественных садах, в том числе близость к природе, возможность заниматься спортом в течение длительного времени и удобство для пеших прогулок. В китайских публикациях исследователи также отмечают, что, хотя не все жители могут принимать непосредственное участие в работе, общественные сады могут привлечь больше людей, которые будут спонтанно гулять по садам или выгуливать там своих собак, что косвенно способствует физической активности жителей [82,98].

Современные стратегии планирования общественных садов в основном делятся на три типа: государственное планирование, совместное планирование и неформальное планирование [124,147]. Различные стратегии планирования влияют на предоставление экосистемных услуг общественными садами. Государственное планирование может обеспечить более эффективное снабжение продовольствием во время войн или стихийных бедствий, способствуя предоставлению услуг [171,172]. Например, в штате Нью-Йорк общественные сады использовались для поддержки местных производителей продуктов питания и нутрицевтиков в рамках программы грантов для местных производителей (Сельское хозяйство и рынки, 2023). Совместное планирование демонстрирует явные преимущества в предоставлении комплексных экосистемных услуг благодаря модели управления с участием многих заинтересованных сторон.

Отдавая приоритет охране окружающей среды, социальной справедливости и инклюзивности при реализации, общественные сады могут предоставлять более широкий спектр экосистемных услуг, включая сохранение биоразнообразия, экологическое просвещение, укрепление социальной сплочённости и смягчение эффекта теплового острова [42,121]. Общественные сады, созданные в результате неформального планирования «снизу вверх», с большей вероятностью будут выполнять функцию социальной сплочённости [173]