А я очень любил "Денискины рассказы" Драгунского. Так вот, в одном из рассказов Дениска слетал в Ленинград и побывал в Эрмитаже. Что мне запомнилось из того, что он там увидел - так это работы грека Доменико Теотокопули, которого прозвали Эль Греко. Ну и вот как-то в один из вечеров далёкого 94-го, мама, бабушка, дедушка, все напряжённо смотрят в телек, ведь началась суперигра за автомобиль, задаётся вопрос....на который я тихо, без раздумий, практически сразу отвечаю... Бабушка с дедушкой даже цыкнули на меня, мол, не мешай со своей ерундой. Тогда я повторил настоящее имя Эль Греко громче. И каковы были их взгляды, когда финалист не смог ответить, и был озвучен правильный ответ: Доменико Теотокопули...
Рено19 тогда был на кону, диковинка для меня, выросшего в глубинке. Я через несколько лет увидел-таки такой уже вблизи, и даже прокатился на нём в качестве пассажира. Ну и, наверное по стечению обстоятельств, до сих пор езжу на автомобилях марки Рено. Правда не выигранных, а купленных за свои деньги.

Слушайте, я вдруг обнаружил, что «Поле чудес» выходит до сих пор. Я обалдел. Ну это, как если бы мне предложили щас купить акции МММ, причем сам Лёня Голубков. А тут – совсем другой Лёня бодро выходит каждую пятницу и трубит: «вращайте барабан!». И усталые женщины до сих пор несут Якубовичу банки с вареньем, а он смотрит на них – уже даже не с ненавистью, а с безысходностью – и забирает проклятые банки и разрешает махнуть рукой семье, которая сидит перед экраном в Кемерово, а потом требует назвать букву.

«З» – отвечает усталая женщина.
«Верно! – кричит Якубович. – Первая буква «З». И я сам назову тут же слово. Это слово «Забибали». Как вы все меня...!».
Да, наверняка он репетирует этот крик уже много лет. «Забибали!» – и уйти нахрен из студии.

Но не кричит. Не уходит. Тридцать лет Якубович потеет в этой студии. Тридцать гребаных лет. Он пришел туда крепким, обаятельным мужчиной, у которого впереди столько всего, а это лишь так, подзаработать, ну вы понимаете. И остался навечно. Пожизненно, обжалованию не подлежит. Улыбчивые девчонки в мини, что когда-то переворачивали буковки на табло, уже бабушки, наверно, – но Якубович на месте.

Все забыли Кая Метова и Лику Стар, которые ему в дети годятся, – зато Якубович на месте. Сменяются президенты и конституции, а Якубович на месте. «Вращайте барабан!».

И барабан крутится. Якубович выходит. Женщины дарят банки. Господи, зачем ты оставил меня?...