Здравствуйте, уважаемые читатели! Одними из первых, кто дал отпор врагу в июне 1941 года, стали защитники города Лиепаи, в котором находилась морская база советского флота. Неделю в окружении подразделения 67-й стрелковой дивизии и ВМС под командованием Н.А. Дедаева и М.С. Клевенского будут удерживать круговую оборону, будучи прижатыми к морю. Но этого подвига могло и не быть, если бы не бдительность и героизм отдельно взятых людей, так как у врага был свой коварный план, получивший название "Троянский конь". Итак, в Лиепаи 23 июня 1941 года шёл эшелон из 8 вагонов, который изначально должен был эвакуировать женщин и детей из приграничья в город, но немцы, к этому моменту уже прорывавшиеся в глубь страны, перехватывают его у станции Вайдене, места в вагонах занимают немецкие военные, которые под видом советского эшелона должны были проследовать без всяких задержек до станции Лиепаи и содействовать овладению города.
Но враг решает усилить группировку, и у станции Гавиезе немцы останавливают эшелон для пополнения взводом с артиллерией. Однако дежурный станции Илья Николаевич Огоньков, знавший о прохождении поезда, увидел остановку состава в лесу и, проехав ближе на велосипеде, увидел, что в вагонах немцы. Не теряя времени, он возвращается на станцию и передает информацию в Лиепае. До города немцам оставалось 20 километров, это менее получаса времени. Поэтому военный комендант станции Лиепаи Иван Трофимович Рожков с машинистом Снарским на локомотиве №15, который стоял на путях, выдвигается навстречу немцам, дабы не пустить врага. Приблизившись к нему, они выпрыгивают из кабины, после чего происходит столкновение и мощный взрыв.
Взять Лиепаю нахрапом противник не смог, а операция «Троянский конь» провалилась благодаря бдительности и героизму отдельных людей. Теперь гарнизон города будет отчаянно сражаться в окружении первую неделю войны, притягивая к себе силы противника и постепенно отходя к городу, и только 29 июня 1941 года, когда уже шли уличные бои, остатки гарнизона Лиепаи пойдут на прорыв, в ходе которого И. Т. Рожков раненым попадет в плен, из которого не вернется. Отмечу, что оборону Лиепаи, где немцы понесли крупные потери, вполне можно сравнить с подвигом Брестской крепости. А на этом всё. Еще больше фактов на канале "Наша история это Гордость" в ТГ. Спасибо за внимание. До свидания!
Здравствуйте, уважаемые читатели! Попытки ещё в конце 1944 года прорваться к Кёнигсбергу не имели удачи, уж очень хорошо противник подготовил оборону в этой части страны, да, с этого момента он защищал свою землю и свои дома, и это тоже был важный фактор. Поэтому в январе 1945 немцы вполне могли рассчитывать на повторение успеха, и сдерживание 2-го и 3-го Белорусских фронтов, готовящихся к прорыву. В наступление в ходе Восточно-Прусской операции должны были перейти подразделения 89-й танковой бригады (1-й танковый корпус) полковника Андрея Иосифовича Соммера, обрусевшего немца, родившегося в Полтавской губернии, крещёного в католичестве. И вот после разведки, проведённой накануне, 18 января 1945 года в 13 часов 00 минут танкисты переходят в наступление в районе Мешкупен, Блюджен. Как итог, маневрируя на поле боя, бригада, имевшая 44 танка Т-34, 20 САУ ИСУ-122 и 1273 человека личного состава, устремляется в глубь обороны врага.
Выдержка из ЖБД, отмечены бойцы, захватившие мост через Прегель. Да, в 89-й тбр. отмечали Героев, вклеивали в ЖБД газетные статьи, касающиеся танковой бригады и т.д.
Через четыре часа, преследуя отступающего врага и врезаясь танками в его отходящие колонны, наши достигают моста через реку Инстер и берут его целым, наступая дальше на Ляугаллен. В этих боях имел место интересный эпизод: немцы, отступая с буксируемыми орудиями, догнали колонну 89-й танковой бригады, пристроившись к ней, приняв в темноте за свою, и были побиты. Утром танкисты перехватывают железную дорогу Истернбург-Тильзит, разделяя вражескую группировку на две. Немецкое командование, в попытке ликвидировать прорыв танкистов, решает использовать авиацию, танковые колонны бомбят до 70 самолётов, но больших потерь это не приносит, а наши зенитчики сбивают две немецкие машины. А дальше - интересней!
Уже ночью 20 января 1945 года танки достигают рубежа, где враг выставил заслон, полковник Соммер, двигаясь в авангарде, подъезжает к немецкому посту, на вопрос охраны отвечает на чисто немецком, представившись офицером вермахта, следующее: «Танки полковника Соммера следуют в Гросс-Скайсгиррен». И не обманул, что касается заслона, его разметали, как и отряды врага на пути к Гросс-Скайсгиррен. Этот город был окончательно защищен от противника утром, и весь день танкисты отбивали контратаки фашистов, так как враг любой ценой пытался вернуть этот дорожный узел, заплатив цену в 12 танков, 41 орудие и 400 людскими потерями. Оставив богатые трофеи, враг отошёл. Наши потери составили безвозвратными 6 танков и 7 человек.
А бригада продолжила рейд. Сломив сопротивление врага, танкисты выскочили к реке Прегель, где на подступах разминировали мосты через каналы. А очень важный железнодорожный мост через реку взяла разведгруппа из четырех человек, ликвидировавшая охрану и обезвредив взрывчатку, далее реку форсировали два танка, которые отражали контратаки противника до подхода основных сил. Далее снова вперед к столице Восточной Пруссии. Преодолевая противотанковые заслоны, танкисты 25 января 1945 форсируют еще одну водную преграду реку Дайме, наступая на Кёнигсберг, пригороды которого достигнет 29 января 1945 года. К 31 января, в день окончания 13-ти дневного рейда в строю остается 26 танков, безвозвратные потери бригады в ходе наступления составили 215 человек. Действовали наши тогда с азартом, так 44-я гв тбр и вовсе осознано ушла в котел и вела бои в глубоком тылу без снабжения. И кстати в тех реалиях это было верное решение. А на этом всё. Еще больше фактов на момем канале "Наша история это Гордость" в ТГ. Спасибо за внимание. До свидания!
Здравствуйте, уважаемые читатели! Вертолёты Ми-8 хоть и создавались для боёв на европейском театре возможных боевых действий, но эти машины лучше других чувствовали себя в горных районах Афганистана, когда приходилось действовать на предельных высотах, а ещё была пыль, жара, сильные ветра и т. д. Так же стоит отметить и огневые возможности этого вертолёта, арсенал был весьма впечатляющим. Это и блоки с неуправляемыми ракетами, бомбы, включая ФАБ-500, их, правда, брали только две. Так же в вертушке открывалось 5 иллюминаторов для ведения огня из автоматов, а в двери можно было установить пулемёт ПК, который очень часто выручал, и об этом далее. Также место для пулемёта было в правом переднем окне.
Но давайте обратимся в апрель 1980 года. Так, вертолет Ми-8 из 181-го ОВП замполита Владимира Федоровича Копчикова, был подбит вражеским огнем с земли и совершил вынужденную посадку прямо в центре кишлака Ромуаниши на открытой площадке, у машины был изрешечен бензобак, и вариантов других не было. И все бы ничего, но данный населённый пункт просто кишел душманами, и советским лётчикам требовалась срочная помощь. С воздуха подбитый экипаж прикрывали два советских вертолета, которые вели огонь из стрелкового оружия, так как неуправляемые ракеты применять было рискованно из-за вероятности попасть по своим, да и в принципе автоматов с пулемётами тогда хватало, чтобы не пропустить моджахедов к советской вертушке, у которой советский экипаж занял круговую оборону.
А в это время вертолёт майора Василия Васильевича Щербакова совершил посадку рядом в центре кишлака, эвакуировав боевых товарищей, и, отстреливаясь из пулемёта, установленного в двери, наши поднялись в небо, взяв курс на аэродром. Причём эвакуация была настолько быстрой и неожиданной, что душманы не успели предпринять никаких мер, чтобы ей помешать. Отмечу, за этот подвиг Василий Васильевич Щербаков был удостоен Золотой Звезды Героя. Вот такой вот пример, причём не единичный, в беде своих наши не бросали и всегда старались помочь, выручали даже уже попавших в плен бойцов. Так же стоит заметить, что неисправные вертолеты, наши эвакуировали вертолетами, причем при первой пытке враг мог сбить наши вертушки, но настолько удивился, что огонь не открыл. Было это в сентябре 1982, а управлял машиной сам командир 50-го смешанного авиаполка Виталий Егорович Павлов, в будущем генерал-полковник и Герой Советского Союза. . А на этом всё. Еще больше фактов на канале "Наша история это Гордость" в ТГ. Спасибо за внимание. До свидания!
Здравствуйте Уважаемые читатели! К 1986 году отряд Исмаил-хан Ахмада, получая помощь извне, набрал достаточно сил и вполне мог попытаться взять под контроль провинцию Герат на западе страны, и это бы стало отличным плацдармом как для нападения на другие территории Афганистана, так и на СССР. При этом основным помощником был Иран, у которого были свои планы по влиянию на запад этой страны. Персы готовили и вооружали моджахедов для боев с частями 5-й советской гвардейской мотострелковой дивизии, а порой могли наносить артиллерийский удар по территории Афгана. Опорным пунктом стала база в горах Кокари-Шаршари, расположенная возле границы. Ее, кстати, проектировали персы и западные немцы, а строить начали аж в 1984 году.
Предполагалось силами 10 советских и 18 афганских батальонов под командованием генерала Варенникова разгромить две группировки врага на расстоянии 160 километров друг от друга. Так, 18 августа 1986 года по запутанному маршруту советские и афганские части блокируют боевиков в зеленке Герата, где они быстро капитулируют. Так же в это время начинают перебрасывать части с других участков страны в аэропорт Герат, откуда их перебрасывают в горы Шаршари. По базе боевиков наносит мощные удары наша авиация, а группировки войск с севера и юга, постепенно продвигаясь, охватывали Кокари-Шаршари. Ранним утром 20 августа 1986 началась высадка десанта для штурма, в ходе которого части СА попали под минометный огонь противника, координируемый с высот на территории Ирана. Укрыться было сложно, так как все места, где это можно было сделать, враг заминировал. Положение стало тяжелым. Не хватало боеприпасов, а самое главное воды, под палящим афганским солнцем.
Сбросить все необходимое и эвакуировать раненых не давал ПВО врага. А пока тысячная группировка вела неравный бой на подступах, тесня противника, по боевикам работала наша авиация. Противник огрызался, и даже с территории Ирана с ПЗРК сбил Су-25. А в это время шло окружение базы ударом по сходящимся вдоль границы, один из отрядов наших погранцов зашел на территорию соседнего государства. Но, сориентировавшись, сумел вовремя ее покинуть. Операция развивалась, и в ночь на 24 августа укрепрайон противника был полностью окружен. А вертолетами, наконец-то, удалось доставить воду и боекомплект. Но и окруженный противник снабжался по туннелям со стороны персов, ремонтировал орудия и минировал подступы. А утром начался генеральный штурм базы душманов. Разгораются тяжелые бои, шедшие весь день. Но 25 августа сопротивление резко снизилось, потери противника были критичны. А Исмаил-хан бежал. Операция была, по сути, выполнена. База была взята. Захвачены склады, противник потерял порядка 300 боевиков, многие сдались, а их командиры пошли на сотрудничество. Наши безвозвратные потери составили 1 человека. Так же добавлю, в боях в Афганистане советские СУ-25 показали высокую живучесть, машины после попадания ПЗРК возвращались порой, практически без хвостов, и отказом оборудования. А на этом все. Подписывайтесь на канал. До свидания!
Здравствуйте Уважаемые читатели! Летом 1944 года наша армия наступала, но это не значит, что противник был слаб и потерял все навыки ведения войны. Это был раненый зверь , огрызавшийся и боровшийся за жизнь. И наступление РККА под Ковелем это доказало. В июле, не смотря на мощные силы в виде дивизии СС "Викинг", о прибытии которой наши не догадывались, немцы решают отступить. Причем не вскрытие прибытия "Викинга" стало существенным просчетом нашей разведки. Сам город был в низине и в его удержании немцам не было никакой нужды. Поэтому 6 июля Ковель был освобожден, а наше командование ввиду обвала фронта практически по всей БССР здраво могло предположить, что враг будет отступать к Бугу. Но нет, немцы решили задержаться на близлежащих высотах.
8 июля 1944 в наступление переходит 11 танковый корпус Ф.Н. Рудкина. Советские 65-я и 36-я тбр. первыми достигают первой линии траншей обороны противника, сминают проволочные заграждения и устремляются к Тарговище, обогнав при этом пехоту. В свою очередь, противник так же не сидел в танке в ожидании удара, он успел занять боевые места в замаскированных "Пантерах" и открыть огонь по советским Т-34-85. Так же из немецких источников следует, что огонь вёлся не только из вкопанных танков, но и имели место маневры на поле боя. Утренний бой, по словам очевидцев, длился несколько часов.
"Пошли в наступление, так три с половиной часа две бригады пытались прорвать оборону немцев, но так и не смогли"
После обеда Рудкин решает продолжить атаку на Мацеев. В бой идут 15 танков 36-й бригады при поддержке САУ и пехоты, но атака захлёбывается. Итоги боя были печальны, укомплектованный новыми Т-34, корпус потерял 79 машин безвозвратно. "Пантеры" "Викинга" так же несли потери, но о безвозвратных информации нет. Естественно на верхах от такого результата пришли в эйфорию и на эсэсовцев упала россыпь наград, включая командира Мюленкампа, так как ничего знаменательного летом 1944 у противника больше не было. Причем наша атака мало отличалась от других в ходе "Багратиона", но тут под Ковелем коса нашла на камень в прямом смысле. Свою роль сыграла недостаточная разведка и узкий участок фронта в наступлении. За это Рудкина снимают с должности и война для него заканчивается, а рикошетом даже прилетает командующему фронтом Рокоссовскому. В целом, страшных кар не было. А вот что вспоминал генерал Семен Матвеевич Штеменко, видевший бой.
"Урок был жестоким. "Раненый зверь" беспощадно огрызался. И малейшая оплошность в организации боя, недооценка противника могли стоить очень дорого"
Да и наступление продолжилось. 18 июля 1944 на Ковельском направлении перешла в наступление 8-я гвардейская армия Чуйкова, устремившаяся к Висле, которая, освободив Люблин и нанеся врагу кратно большие потери в ходе штурма, выйдет к Висле, форсировав и ее. А на этом всё. Еще больше фактов на канале "Наша история это Гордость". Спасибо за внимание. До свидания!
Здравствуйте Уважаемые читатели! Сегодня я хочу поговорить о попытках Красной армии освободить город Артемовск, который являлся мощным опорным пунктом обороны врага в районе Славянска. Немцы сделали тактику на удержание этих городов любой ценой и она себя до поры оправдывала. А началось все 1 ноября 1941 года, когда в ходе штурма противник овладел городом, а части Красной армии после тяжелых уличных боев отошли на восточный берег Бахмутки. Но спустя менее трех месяцев уже немцам придется думать об обороне. Так, 18 января 1942 части Юго-западного и Южного фронтов переходят в наступление, и это при том, что противник превосходил РККА по численности на треть, а в артиллерии и вовсе более чем в два раза, но ставку делали на внезапность, и при отсутствии сплошной линии фронта это могло сработать.
Так, в ходе Барвенково-Лозовской операции 21 января 1942 войска вышли на оперативный простор и начали движение на юг к Азовскому морю, причем удачно, и к 27 января глубоко охватили немецкую группировку войск в районе Славянска, Краматорска, Артемовска. Но вот в районе этих городов успеха достичь не удалось. Фронт вышел вплотную к Артемовску, но город взят не был. Как итог - линия фронта сильно растянулась при недостатке сил с нашей стороны. Поэтому далее контратаковали немцы и восстановили снабжение этой своей группировки, которое было уже нарушенным. А после Харьковской катастрофы в мае 1942 фронт откатился далеко от Донбасса, но не надолго. В бой за "Всесоюзную кочегарку" наши войска вступят зимой 1943 в ходе Ворошиловградской операции и вновь выйдут к району Артемовска, Славянска. 1 февраля 1943 был освобожден Лисхимстрой(Северодонецк), а через три дня и Лисичанск, его, правда, через месяц придется оставить и отойти на противоположный берег Северского Донца, как и Славянск освобожденный 17 февраля. А вот Артемовск был удержан немцами. Теперь освободить эти города хотели в ходе Изюм-Барвенковской операции, а за одно отвлечь врага от Курска.
Так, 17 июля 1943 года с целью окружить немцев войска Юго-Западного фронта атакуют на Барвенково и Артемовск из района Северодонецка, уйдя в прорыв, они должны были встретиться с частями Южного фронта, наступающего на Миус-Фронт, и окружить группировку фашистов. Но операция не имела успеха по ряду причин. В частности, мощные удары противника по местам переправ через Северский Донец. Одно из таких было в районе Белогоровки, близь Лисичанска, да, это та самая, о которой многие подумали. Успеха в этих наступлениях не было, но враг понес значительные потери особенно на юге, на Миус-фронте, куда перебросили танковые дивизии прямо с Прохоровского поля и где они сточились. Поэтому следующий натиск должен был быть удачным.
Так, 18 августа 1943 начинается Донбасская наступательная операция, в ходе которой войска Южного фронта наступают на Миус-Фронте. 30 августа освобожден Таганрог, 31 августа взята штурмом хорошо укрепленная Саур-Могила. Опасаясь прорыва и окружения, группа армий "Юг" начинает постепенный отход. И в ходе продвижения 5 сентября 1943 года советские войска наконец-то освобождают Артемовск, а три дня спустя и Сталино (Донецк), следом Мариуполь, который освободил малочисленный десант в ходе дерзкой операции. К 22 сентября фашисты были отброшены за Днепр от Днепропетровска до Запорожья. И в завершение хочу отметить действия партизан Артемовска, которые не смотря на степные просторы, вели борьбу с противником под командованием участника Гражданской войны И.Г. Чаплина. Героя немцы схватят в конце августа 1942 и вместе с другими 17 партизанами приговорят к высшей мере. А на этом все. Спасибо за внимание! До свидания!
Здравствуйте Уважаемые читатели! Сегодня мы с Вами поговорим об освобождении Латвийской столицы Риги. Наступление на город началось 14 сентября 1944 года, к этому моменту группа армий Север насчитывала 700 тысяч человек, 1200 танков и 400 самолетов. С нашей стороны было 900 тыс человек, 3000 танков и САУ и около 2.5 тыс самолетов. При этом противник имел хорошо укрепленные рубежи, опиравшиеся на водные преграды, коих в Прибалтике немало. Благодаря им Рига была идеальным местом для обороны, особенно для ударов с востока. Тем не менее, в первый день операции части 1-го Прибалтийского Ивана Христофоровича Баграмяна прорываются по фронту в 25 километров, на глубину в 10. Правда, в последующие дни противник оказывал ожесточенное сопротивление, замедляя продвижение. Поэтому способствовал прорыву немецкой обороны на Рижском направлении, успех соседнего тогда еще Ленинградского фронта, достигшего успехов в ходе Таллинской операции.
24 сентября 1944 года, дабы снизить потери, командование РККА решает нанести удар на Мемель с целью окружения всей группы армий Север, и это решение создает кризис в обороне противника, и он вынужден ослаблять Рижское направление. К этому моменту наша 67 армия и 61-я армии 3-го Прибалтийского фронта Ивана Ивановича Масленникова, он же еще недавно Ленинградский, уже недалеко от столицы Латвийской СССР. И вот тут начинаются самые интересные события. 12 октября 1944 года наши войска выходят к реке Гауя, по которой занимал оборону противник, и в ходе атаки им удается занять мост, который враг не успевает взорвать, а дальше по нему переправляются крупные силы и стремительно продвигаются к Риге, выходя к озеру Тишэзерц, потерь практически нет, их количество всего несколько десятков человек. При этом войска противника, стоявшие на Гауя, оказываются в тылу РККА и помочь гарнизону Риги уже не могут.
А дальше наши части ночью на 60 автомобилях амфибиях "Форд", поставленных по ленд лизу, переправляются на противоположную сторону озера шириной 2 километра, и к утру на плацдарме было уже 3 тысячи человек. Казалось бы, что такого? Но вот только в один автомобиль помещалось 5 человек!
А дальше, днем, войска освобождают восточную Ригу, обскакав за сутки два оборонительных рубежа противника, второй проходил по берегам озера. В городе войска разминируют строения и форсируют реку Западная Двина, использовались те самые амфибии.
При этом в городе шли бои, а враг спешно бежал в его западную часть, вобщем был хаос. Но на этом еще все интересные моменты не заканчиваются, ведь Ригу освободили два фронта, помимо 3-го Прибалтийского наступал еще и второй Андрея Ивановича Еременко. Ему и была поставлена задача освободить западную часть города, к которой войска подходили с юга и полностью зачистили свою часть Риги 14 октября 1944 года, поэтому у столицы ЛССР две даты освобождения. К этому моменту наши войска достигли Балтийского моря у Мемеля и полумиллионная группа армий Север под командованием Шернера была блокирована. Войска противника отходили на Курляндский полуостров, где будут держать оборону до мая 1945 года. В завершению добавлю, что в РККА действовали специальные батальоны на амфибиях, целью которых был захват плацдармов, и форсирование озера в пригороде Риги только один пример. А на этом все. Большое Спасибо за внимание! До свидания!
Месяц назад я начал публиковать здесь фрагменты своей книги, и, честно говоря, не ожидал такого эффекта. Во-первых, нашлись люди, которые узнали себя на старых фото. Во-вторых, нашлись «диванные» эксперты, которые устроили мне допрос с пристрастием.
Сегодня я хочу сделать нечто большее, чем просто очередной отрывок. Я попробую восстановить картину боя, который навсегда врезался в мою память — бой за перекресток у поселка Гикаловский 4 февраля 1995 года.
Приступая к этой реконструкции, я отдаю себе отчет: я не военный, не историк, у меня нет доступа к архивам. Я не знаю специальных обозначений на картах и не могу точно сказать, сколько людей было с той или иной стороны. У меня нет возможности опросить всех участников — кого-то уже нет в живых, кто-то просто не хочет вспоминать.
Но я был там. Я это видел. И я попробую рассказать
Зачем нам нужен был этот перекресток?
Чтобы понять, что произошло 4 февраля, нужно понимать расклад сил и значение этого клочка земли у южной окраины Грозного.
К началу февраля 1995 года федеральные войска взяли под контроль центр Грозного. Но война на этом не закончилась. Южные окраины города оставались «серой зоной», через которую боевики беспрепятственно получали подкрепление, боеприпасы и медикаменты. Они уходили в горы, залечивали раны и возвращались обратно.
Поселок Гикаловский и прилегающий к нему перекресток дорог (трассы на Старые Атаги, Чечен-Аул и Дуба-Юрт) был тем самым «коридором жизни», который нужно было перерезать.
Задача, поставленная перед 324-м мотострелковым полком, звучала просто : захватить и удержать этот узел
Противник это понимал не хуже нас. Удержание Гикаловского позволяло им сохранить контроль над южным направлением. Поэтому бой за перекресток был неизбежен.
Кто мы были?
Наш 324-й полк (в/ч 61931) — это отдельная история. Его формировали наспех, под конкретную задачу. Официально он считался уральским (штаб и знамя из Екатеринбурга), но 80% личного состава — рядовых, сержантов и даже офицеров ротного звена — собрали в Забайкалье.
Нас «выдернули» из танковых гарнизонов Читинской области и Бурятии: из Безречной, Мирной, Гусиноозерска, Кяхты. Мы были танкистами, зенитчиками, самоходчиками. Но в Чечне пехоты катастрофически не хватало, поэтому нас переучивали на ходу.
Важный момент для всех «экспертов», которые любят искать нестыковки:
В декабре 1994 — январе 1995 года нас, срочников с годом службы за плечами, в одночасье сделали мотострелками. Мы держали автоматы в руках пару раз на стрельбище и в караулах. Большинство из нас вообще никогда не должны были оказаться в пехоте. Но оказались.
И, как показало время, воевали мы неплохо. Несмотря на просчеты командования, разгильдяйство и полное отсутствие боевого опыта.
Танковый батальон (наш) был укомплектован техникой еще в Екатеринбурге и прибыл эшелоном на станцию Терек 21 января откуда мы совершили марш к Толстой-Юрту, где прошли боевое слаживание. А уже 31 января мы передислоцировались под Ханкалу. Рыли капониры, прятали технику, ночевали прямо в машинах. Палаток не ставили — не до того было.
Выдвижение: как мы ехали в неизвестность
Рано утром 3 февраля объявили выдвижение. Нам, рядовым, ничего не объясняли. Сформировали колонну: танковая рота, БЭРМ (бронированная ремонтно-эвакуационная машина), БМП штаба батальона. Мы двинулись в сторону Грозного.
Я сидел в десантном отсеке БМП. Люки закрыты, в триплексы ничего не видно, кроме веток, хлещущих по броне. Мы слышали только гул двигателя и переговоры по рации, из которых невозможно было понять, что происходит снаружи.
Позже, уже после всего, я читал воспоминания лейтенанта Г.А. Скипского, который, также, был в том бою. Он описывал это так:
«Получив приказ на захват Гикаловского, командир полка подполковник Сидоров повел колонну в обход, через Черноречье. Когда колонна втянулась в лесопосадки, начался минометный обстрел. К счастью, мины ложились далеко — нас заметили слишком поздно. Авангард на скорости проскочил пикеты боевиков и ворвался в поселок. Противник бежал так быстро, что побросал даже горячий плов в котлах. В штабе боевиков нашли документы и списки отряда Исы Мадаева».
Я не могу подтвердить или опровергнуть детали — я не видел того, что было впереди. Но когда мы наконец остановились на перекрестке и я выбрался из БМП, картина была именно такой: несколько разбитых легковушек, трактор, КамАЗ-рефрижератор, в котором, как потом выяснилось, ехали боевики.
Серьезного сопротивления на перекрестке не было. Скоротечная перестрелка — и все.
Вечер 3 февраля. Диспозиция
Командир танкового батальона подполковник Анатолий Мосиевский начал расставлять технику.
Как я запомнил (и как потом пытался изобразить на схеме, прошу прощения за дилетантский вид — военным просьба не смеяться):
* Три танка встали в поле, кормой к лесопосадке вдоль дороги на Старые Атаги. Правыми бортами к селу.
* Еще два-три танка — по другую сторону этой же дороги.
* Два танка — прямо на дорогах по обе стороны от глубокого арыка. Один из них — в экипаже которого были Серега по прозвищу «Зверь», Сисин и Стасев.). Они должны были прикрывать тыл тем, кто в поле.
* Остальные танки (в роте их было 10–11) заняли позиции вдоль дороги на Грозный, но где именно — уже не вспомню.
Пехоты практически не было. Как писал пользователь borada в комментариях к статье Скипского, был отвлекающий маневр в сторону Грозного, чтобы оттянуть силы противника. Возможно, так и было. Но факт остается фактом: на перекрестке мы, танкисты, отвечали и за технику, и за охранение. Пехоты не было и это сыграло свою роковую роль в тех больших потерях что мы понесли на следующий день (18 убитых и до 50 раненых)
Наш пост охранения
Сразу за перекрестком, справа от дороги на Чечен-Аул, стоял недостроенный кирпичный дом. К нему примыкала пристройка: на первом этаже — магазин автозапчастей, на втором — только стены без крыши. Там мы организовали пост.
* В командирском танке, укрытом за постройками, находились комбат Мосиевский, начштаба капитан Султанов и механик Сашка Просков (мой друг).
* Во дворе дома — штабная БМП.
* В лесопосадке, примыкавшей к дому, — БЭРМ. Там были зампотех (капитан, фамилию не помню), командир взвода связи прапорщик Шаров, Ромка Наделяев и еще один или два бойца.
* Серега Нифонтов стоял в охранении с другой стороны дома, у развалин акведука.
* Остальные — по одному от каждого экипажа — дежурили на броне или рядом с танками.
Так мы и встретили ночь.
Туман сгущался. Было сыро и холодно. Мы не знали, что противник уже вышел из Старых Атагов и крадется вдоль лесопосадок. Мы не знали, что утро станет для некоторых из нас последним.
Продолжение следует...
В следующем посте: утро 4 февраля, первые выстрелы из тумана, гибель экипажа Зверя и взлетевшая башня танка Смородинова. О том, как мы растерялись и что нас спасло.
Все описанное выше сделано на основе моих личных воспоминаний и более подробно изложено в книге "Взгляни моими глазами. 1995. Дневник русского солдата", фрагментами из которой я делюсь здесь с вами.
Но посты я буду писать и так, потому что, как оказалось, это помогает находить людей. Если вы были там вместе со мной или знаете тех, кто был — отпишитесь. Память жива, пока мы говорим.
PS: более детально описание схемы боя для тех, кому интересно ниже
подробное описание диспозии танковой роты 324 мсп 4 февраля 1995г.
На схеме я указал где именно и кто находился вечером 3 февраля, но лично я видел лишь те танки, что были поблизости от меня. Так, три стояли в поле кормой к лесопосадке вдоль дороги на Старые Атаги, таким образом, что к селению были обращены правыми бортами. Еще 2 или 3 танка заняли позиции по другую сторону от этой дороги в поле. Два танка стояли на дорогах направлении по обе стороны от глубокого арыка идущего вдоль трассы (сейчас она называется Ведучи) на это село. Тот танк, что стоял на проселочной дороге должен был прикрывать с тыла как раз те танки, что были в поле (экипаж: Зверь (Сергей не помню фамилию), Юрий Стасев (Стас) и Александр Сисин). Танковая рота состоит из 10 танков (была ли она в полном составе или нет мне неизвестно), где точно находились остальные танки я к сожалению не могу вспомнить и приблизительно указал их позиции на дороге в направлении г. Грозный.
Что касается пехоты, то вот, что пишет пользователь borada в комментариях к публикации Г.А. Скипского: «я искрени восхищяюсь работой своего командира 324 полка… Операция была выполнена по всем правилам ведения боя. основная колонна направилась в гекаловский район, одновременно вторая небольшая колонна направилась в сторону Грозного, это был отвлекающий манёвр, я помню лица месного населения когда они увидели мчащиеся танки в сторону Грозного. по связи видемо было оповещено что федералы идут на Грозный,и всё внимание было пересено на этот участок. нас могли ликведировать в любой момент но им видемо нужно было нас встретить должным оброзом в самом Грозном.в этот момент основная колонна уже занимала позиции в гекаловском районе, нам поступает приказ вернутся и догнать оснавную колонну. что мы и сделали заняв позиции на перекрёстке одна дорога вела на чечен-аул другая на старые атаги. Да ещё надо дать огромное должное Кяхтенскому спецназу. И в последующих опирациях нашего полка были ярко выраженные грамотные тактические ходы» (орфография и пунктуация сохранены).
Если пользователь под никнеймом borada действительно принимал участие в тех событиях и информация его достоверна, то из этого следует, что замысел у командования действительно был и судя по результату оказался правильным. Однако, все что произошло дальше назвать успехом можно лишь по факту удержания перекрестка.
С наступлением темноты, да еще в условиях ограниченной видимости из-за тумана я совершенно ничего не видел. Конкретно у нас не оказалось осветительных ракет и сам факт стоять в охранении, когда я не вижу кисть вытянутой руки казался мне тогда бессмысленным. Сразу за перекрестком справа от дороги на Чечен-Аул стоял недостроенный кирпичный дом под крышей. Углом к нему примыкала постройка размерами метров 5 на 8-10, на первом ее этаже был магазин автозапчастей, на втором лишь стены без крыши. Вот там-то и был организован наш пост охранения. Командирский танк стоял как раз в этом месте прикрытый с 2-х сторон постройками, сам комбат и начальник штаба капитан Султанов находились как раз в нем, механик был мой друг Сашка Просков, тоже в танке. Во дворе дома, обнесенного с одной стороны забором разместилась штабная БМП. В ней находились старлей и Женька Никитин.
Лесопосадка вдоль которой стояли три танка примыкала к стене описанного выше дома, и здесь разместили БЭРМ, на которой находились зампотех в звании капитана, командир взвода связи прапорщик Шаров, Ромка Наделяев, и еще один или два человека фамилий которых я не помню. Серега Нифонтов, механик-водитель БМП, стоял в охранении с другой стороны от дома в том месте, где обрывался акведук и валялись остатки его бетонных конструкций в виде полуколец и желобов. С ним был еще один боец.
Поскольку пехоты не было все задачи по охранению бронетехники возлагались на экипажи, из которых попеременно по 1 человеку находились в охранении, по-видимому на трансмиссии или рядом с танками.
Подводя итог того боя, я могу без преувеличения сказать, что всех нас спас зампотех со своим пулеметом. Не окажись его и неизвестно, чем закончился бы тот бой, сумели бы мы сами удержать перекресток и остались бы вообще живы. Когда осматривали лесопосадку, то метрах в пятидесяти-ста от того места, где были мы нашли семнадцать трупов боевиков и еще одного позже обнаружили в желобе акведука (он также запечатлен на упомянутом выше видео).
