В юности, когда я смотрел с отцом сериал «Солдаты», сюжетный ход про сержанта Фархутдинова всегда казался мне выдумкой уровня ИА «Панорама». Ну не бывает так в жизни. Хотя я и тост «за мирное небо над головой» считал изжившим себя... Но, памятуя о своём обещании продолжить рассказ, наконец собрался с мыслями и поведаю про свой кусочек своего опыты «второй» срочки.
Приключения начались уже в первую неделю. Формально я умел всё, что должен уметь новобранец, но при этом числился вновь прибывшим и был обязан пройти КМБ в период месячного «карантина». Согласно уставу, приведение к присяге допускается единожды, поэтому от данной активности меня освободили. Первое приятное изменение, случившееся в армии за прошедшие шесть лет: наряды по столовой уже несколько лет как отменили - эту функцию выполнял гражданский персонал. Второе: больше не нужно отдавать честь, достаточно выполнять воинское приветствие. Организм, привыкший к мышке и клавиатуре, всё так же неистово сопротивлялся утренним зарядкам - ну хоть что-то в этой армии осталось неизменным! Хотя я был немного в шоке от того, как много ребят пытались «закинуться» всякой дрянью. Некоторые попадались, многие - нет. На дворе 2010-ые, а молодеж всё ещё балуется... Печально.
Интересного в службе было много, но «обычная служба» вспоминается, в основном, как череда серых будней, в которых я просто существовал. Учения, тревоги, построения в мокрых носках в 4 утра (март 2014-го, ммм...кайф), «прокачки» из-за дебилов или СОЧ и многое другое. Но мне запомнился другой аспект службы, билет на который я получил благодаря комбо «нестандартный солдат + опыт в IT».
Где-то на третьей неделе карантина в расположении появился рядовой айтишного телосложения, который искал себе замену (дембель неизбежен!). Я вызвался добровольцем, чтобы заменить его в штабе на неофициальной должности IT-специалиста у майора СВ и БВС. Проверка оказалась не самой сложной, а вот дальнейшее сосуществование армии и работы в штабе было сродни прогулке по канату над пропастью. Моё самое любимое воспоминание: майор спрашивает: «Это готово?» (дословно), а у меня, уставшего после физухи и спавшего по 3–4 часа в сутки, есть буквально пара секунд, чтобы понять, о чём он, и оценить, выполнена задача или нет. Со временем мне надоела эта лотерея, и я просто стал делать всё либо быстро, либо очень быстро, а иногда - раньше, чем требовалось.
Мой опыт позволял в условиях отсутствия цивилизации и интернета вполне сносно поддерживать в рабочем состоянии парк компов штаба и при этом как-то вести жизнь, когда ты должен быть солдатом, но за день обязан выполнить «нарезанные» задачи. В итоге приходилось жертвовать сном...
Так как часть была федерального значения, проверки приезжали особенно «пышные». Десяток генералов и несколько офицеров рангом пониже, причём стабильно, раз в два месяца. В одну из таких проверок пошёл слух о «летёхе», который спец по ИБ и от которого уже многие части (и офицеры) пострадали, потому что он находил на их компах много разного непотребного. Пришлось попотеть, готовясь к проверке. И вот наступает день икс. Этот загадочный лейтенант уже пару часов кошмарит штабных, и тут ко мне залетает майор (не мой, но тоже из штабных) и говорит, что этот лейтенант срочно требует меня к себе.
- Ты не серчай, Trisons. Этот летёха совсем оборзел! Уже проверил почти все компы, но ничего не нашёл, стал допытываться у меня, как так получилось. Ну я ему и сказал, что это всё ты. Теперь он хочет тебя лицезреть.
Подходим мы к кабинету, где восседает этот лейтенант. Майор, что меня сопровождал, скромно стучит и говорит:
- Товарищ лейтенант, разрешите войти? Я привёл этого срочника.
А летёха, словно пересмотрел дешёвых боевиков, сидит в кресле спинкой ко входу, перебирает пальцами по столу и отвечает:
- Ну раз пришли, заходите.
Начинает поворачиваться кресло, и я вижу...
- Мать твою, Trisons! Это ты?!
- Сашка (имя изменено)? Да ну нах!
- А я думаю, какого хрена тут творится, словно компы никто не юзает. Пошли покурим?
В общем, этот лейтенант оказался моим однокурсником из военного института, в котором мы вместе принимали присягу. Думаю, не стоит говорить, что челюсть майора упала на пол, но он всё же сохранил самообладание и тактично промолчал. Пока мы стояли на крыльце перед штабом и курили, мимо прошли командир части с начштаба. Но они, как опытные офицеры, оставили комментарии про «охреневшего срочника» при себе. Благодаря этой счастливой случайности проверку в части ИБ мы прошли блестяще и без замечаний (гусары, молчать! На компах всё равно бы ничего не нашли). Но потом, вплоть до моего увольнения, по штабу гуляли байки про этот случай, и я из разряда «хер пойми какой срочник, который даже в части присягу не принимал» перешёл в разряд «ну его нахер - вдруг это особист какой так изощрённо решил часть проверить?».
С той поры я попал в малину: меня освободили от физических активностей, и я мог спокойно работать. Жаль, что до дембеля оставалось пять-шесть недель и я особо не успел насладиться атмосферой. Так, лишь немного пощупал.
Какой день во "второй" срочке мне запомнился как самый хреновый? Это тревога по антитеррору/отражению внезапного нападения. Как сейчас помню: март, холодрыжество и наше отделение, которое обеспечивает условную оборону штаба. А как её обеспечить? Нахреначить временные боевые укрепления из мешков с песком! В противогазе, с автоматом и вещмешком и обязательно бегом. Таскали эти мешки с мокрым песком для строительства укреплений, потом обратно для удаления следов тренировки. И если подстригание газона ножницами или черпание воды совком ещё как-то безболезненно проходят для организма, то эти сраные мешки мне запомнились на всю жизнь.
