Передо мной седой мужчина:
Глаза седые и слова,
Покрыты сединой морщины.
Горда седая голова.
Он стал таким уже давно,
Тогда, под Ельней в 41-ом.
Так значит было суждено –
Стать на защиту самым первым.
В стране царила тишина,
Но с оружейного раската
Святая началась война.
И в бой пошли они - ребята.
Он не боялся, не стонал,
Не клял судьбу, слезу стирая,
Когда «Держись!»,- ему сказал,
В бреду товарищ умирая.
Он не бежал, но отступал.
Он бил без промаха, не целясь.
Он сутками в боях не спал,
Он шел вперед, на мир надеясь.
Когда вернулся в дом родной,
Его там ждали лишь могилы.
И потому он стал седой,
Что пережить хватило силы
И мать, и друга, и жену,
Отца и сына, но не прячась,
Геройски он прошел войну,
Он не умел, не мог иначе.
И падал пепел тишины
На благородные седины,
А жизнь осколками войны
Была превращена в руины.