Серия «Боже, храни Сатану»

Джеймс понял, что одной фразой не обойтись и надо продолжать сей спектакль перед ней. Да, порой и боги лажают. Еще как лажают. И порой теряют дар речи. Но кто может вспомнить хотя бы одного идеального бога? Таковых нет. По крайней мере, сам Джеймс не помнил и, понимая, что он косячит, придумывал для себя такое оправдание. Продолжая смотреть на мясо, Джеймс, не глядя на Мэй, протянул ей бокал вина. Вообще-то Мэй не употребляет алкоголь, но она чисто машинально, видимо от волнения и лишней нервозности, вызванных сложившейся обстановкой, сделала глоток.

- Мэй, дорогая, не волнуйся, я и все это место – лишь плод твоего воображения. Посмотри на себя – ты в ночной сорочке. Что ты помнишь последнее? Прааавильно. Ты легла спать. Дома. В своей кровати. Так вот, сейчас ты спишь. И почему я должен объяснять тебе, что это твой сон? И вообще, почему это я тебе приснился? Я вот не знаю. Может ты знаешь? В общем, я тут получается заложник твоего воображения. Хммм.. хорошо, что твой сон довольно радужный и безобидный. Могло бы быть и хуже, - на ходу импровизировал Джеймс.

Мэй до сих пор стояла, находясь в некотором шоке от происходящего. Чувствуя всю неловкость ситуации, Джеймс пододвинул к ней легкое плетеное кресло и жестом пригласил сесть. Мэй послушно села.

- Мэй, ну ты же знаешь эти сны – вечно снится что-то бредовое, а потом утром просыпаешься и ничего не помнишь. Кто знает, что тебе снилось вчера? Может там было что-то похуже, чем я, может во вчерашнем сне ты расчленяла Белоснежку или Санта Клауса с семью гномами, - пытался пошутить Джеймс.

У Джеймса всегда было плохо с чувством юмора. Чтобы хорошо шутить, надо любить общаться с людьми, а он этого не особо-то и умел. Он вообще людей переносил с трудом.

Мэй продолжала молчать, оглядываясь по сторонам.

- Так что, Мэй, пока ты не проснешься, нам тут придется побыть вдвоем. Хотя может твое воображение сейчас все переиграет и ты окажешься... ну... например, в средневековом Париже, стоя на костре, потому что местные фанатики решили, что ты ведьма. Поэтому давай насладимся моментом, пока нас не сожгли... О, черт, я чуть не сжег мясо! Пфффф… Кстати... Ты голодна? У меня тут есть отличное вино... Ты же пьешь утром вино? Под него отлично подойдет мясо. А! Ты уже? Точно, я ж тебе налил уже вина еще до... Тааак... я сейчас сбегаю в дом, принесу столовые приборы, зелень и овощей, а ты пока можешь осмотреться вокруг. Не бойся, я уже успел тут все изучить, как видишь, тут безопасно... Вроде...

«О, господи, Джеймс, что ты несешь?», - подумал про себя непосредственно Джеймс. «Ну да, я - господь бог... и Джеймс... Вроде... Пока что... Могу нести полную чушь в своем мире», - успокаивал он сам себя.

Джеймс быстро смотался в дом, вынес кое-какую еду, приборы и разложил все это на маленьком столике на веранде. Потом он подошел ко все еще сидящей в кресле около барбекю Мэй, взял мясо, вино и пригласил Мэй к столику. Перебравшись на небольшую крытую веранду дома, Джеймс понял, что там не хватает второго кресла. Он быстро побежал за тем креслом, которое стояло у барбекюшницы. Как же он нелеп был в такие моменты! Навряд ли Один или Зевс были такими же неуклюжими и смешными. Но Олимпийский пантеон остался только в учебниках истории и Голливудских фильмах, а отец Один давно отдыхает в Валгалле. Трудно быть богом. Еще труднее соответствовать людским ожиданиям о божествах. Наверное, поэтому Джеймс и не пытался побороть свою лень и заставить себя начать что-то делать. Мир до его перевоплощения довольно хорошо и самостоятельно справлялся и без бога. Без бога проживет и дальше.

Мясо прожарилось практически well done - идеально для Мэй, как она любит, и уж слишком сильно для Джеймса, который любит прожарку степени rare. Ох уж это неловкое молчание. Хорошо, что сейчас можно поесть и ничего не говорить. С веранды открывался прекрасный вид: была видна зеленая лужайка, на которой белая пушистая кошка с черными пятнами бегала от уже чисто белого кролика, который явно был настроен на продолжение рода, несмотря на то, что крольчихи рядом не было. Лужайка переходила в песчаный пляж, также были видны маяк и океан. Небольшие волны время от времени накатывали на не слишком широкую полоску пляжа. Сам песок был чистый и белый, а на нем виднелись черепашьи следы. Тут редко бывают штормы, еще реже туристы. Точнее - никогда. Это про туристов, если что. Погоду тут задает бог по своему настроению. Штормовая погода тут только тогда, когда внутри у него тоже буря. Вообще-то буря внутри Джеймса – довольно частое явление. А ведь по его внешнему виду и не скажешь. Порой только чуть рыскающий взгляд выдает Джеймса в те моменты, когда он нервничает или негодует. Но так, чтобы эта буря вырвалась наружу и превратилась в реальный шторм, – это довольно редкое явление. Джеймс любил заниматься самоуничтожением, но свой мир он любил больше, чем себя.

- Если это сон, то почему мои чувства настолько реальны? Почему я чувствую вкус мяса, вкус соленого морского ветра, тепло солнечных лучей? – прервала молчание Мэй.

«Ну вот, Джеймс, браво! Ты досконально продумал свой мир, но вот такие моменты остались без внимания. Ну конечно, ты же всегда бежал от этих мыслей, что когда-нибудь кого-то пригласишь сюда, и надо будет как-то объясняться, - подумал Джеймс – Продолжай дальше врать и рыть себе могилу».

- Мэй, ну вот послушай, ты всегда помнишь, чем начинался твой сон и какие чувства ты испытывала в нем? Думаю, что нет. Может быть во всех снах такие же реальные ощущения, а мы, проснувшись, просто не помним про это. Еще скажи, что веришь в какую-то магию, и что это я выкрал тебя из твоей кровати и телепортировал сюда, - пошел ва-банк Джеймс – Скажи же, что звучит как бред?»

- Хмм... Ну, в общем-то да... Вроде ты прав, но все равно это так странно, - произнесла Мэй, явно задумавшись над всей этой ситуацией еще раз.

- Какие у тебя планы на время твоего сна? – спросил Джеймс.

Мэй только и могла что просто пожать плечами.

- Предлагаю вот что – сейчас мы поедим, а потом поедем и посмотрим, что есть на этом острове. Транспорт вон стоит у гаража. А раз есть дорога, значит она должна куда-то привести нас. Готова? – спросил Джеймс.

- Наверное, да, - робко ответила на предложение своего старого знакомого Мэй.

Ах, да... Джеймс и Мэй были знакомы уже довольно давно. Когда-то даже между ними был роман, но это не точно. Потому что свидетельские показания Джеймса и Мэй по этому эпизоду могут кардинально отличаться. Но к счастью, они остались друзьями, и у каждого из них теперь своя жизнь. Конечно же он до сих пор очень тепло и трепетно относился к этой девушке. Наверное, именно поэтому в его мире оказалась она, а не кто-то другой.

«Да, но что мне теперь с ней делать?» - в панике думал Джеймс. Не дай бог, миру такого глупого бога, как этот. Уж лучше пусть мир живет в безбожии. Такой бог – хуже Сатаны. С другой стороны, а может Джеймс и есть адское отродье? В то время, когда окружающие его люди считали себя клетками общества, он считал себя раковой клеткой. Он всегда был за то, чтобы человечество самовыпилилось под корень, за атомную войну, где первая ядерная бомба упала бы Джеймсу строго на макушку. Ну ладно еще, когда такие бредовые мысли возникают у обычного человека – если общество узнает, то просто отправит его в психиатрическую больницу. Но, черт возьми, Джеймс же стал богом! Джеймс! Именно он! Кто ж его теперь вот так просто отправит в больницу? Да и кто наделил Джеймса, этого стрёмного психопата с суицидальными и разрушительными наклонностями, такой властью и влиянием? Это все равно, что дать обезьяне пульт с тремя кнопками, одна из которых активирует программу «Судный день». Но, надо сказать, что миру все же неслыханно повезло. Весь мир как будто бы выиграл в лотерее джек-пот. А все дело в том, что Джеймс был слишком ленив, чтобы разрушать этот мир. Ему было лень менять даже свою личную жизнь на Земле. Он успокоился на том, что отстроил свой маленький мирок с островом, выдохнул спокойно и продолжил влачить свое жалкое божественное существование среди людей, периодически наведываясь в свое «тайное убежище».

Продолжение следует..

Тот другой мир он сотворил сам. А так как Джеймс был ленив, то его мир был крайне мал. Он представлял собой небольшой остров в таком же небольшом океане. Ну как океан? Море или озеро? Вполне подойдет и это понятие. Только вода в этом озере была соленая, а дно довольно глубокое. Не Байкал, конечно, но тоже достойной глубины. Остров был длиной километров двадцать и шириной километров пять. На одном конце острова находилась высокая гора с огромной пещерой, а на другом конце остров переходил в низменность, которую покрывала зеленая травка с полевыми цветами. Тут же был довольно пологий берег с песчаным пляжем. На самом краю, где заканчивалась трава и начинался песок, стоял большой старый маяк, раскрашенный в бело-красные горизонтальные полосы. И хоть сам мир был молодым, краска на маяке уже успела облупиться. Но вполне возможно, что это сооружение уже было создано таким. Маяк имел двойные деревянные двери, войдя через которые можно было увидеть металлическую лестницу наверх. И хотя Джеймс мог телепортироваться в любое место, для себя он решил, что именно маяк будет выполнять роль телепорта. Ему нравились эти здания. Когда-то он мечтал стать смотрителем маяка, расположенного на небольшом острове, вокруг которого круглосуточно без остановки бушуют океанические волны. Но тут в его сотворенном мире маяк не был нужен, как таковой. Кораблей в этом мире нет. Поэтому, раз уж на острове есть такое сооружение, то пусть оно будет выполнять функцию телепорта. Таков был Джеймс. Хоть и ленив, но каждая вещь или деталь в его ленивом мире должна играть свою роль и выполнять свою определенную функцию.

Недалеко от маяка, в метрах пятидесяти, стоял небольшой домик. Когда-то Джеймс учился на архитектора, поэтому он еще во время учебы начал проектировать дом своей мечты. Сначала это был большой двухэтажный дом с выходом на плоскую кровлю, где можно было бы загорать, делать барбекю и просто проводить время. Дом с несколькими спальнями на первом этаже и просторной кухней. Дом для большой и дружной семьи. А на втором этаже должно было быть одно единое пространство, где можно было бы организовать творческую зону, например, музыкальную студию или репетиционную базу. Это должен был быть современный дом, который бы использовал энергию природы, солнечного тепла, и был бы практически автономным. Одна большая комната в этом доме была отдана под инженерные коммуникации и оборудование. Но, опять же в силу своей паталогической лени, Джеймс понимал, что такой большой дом построить нелегко. Долго, дорого, да и зачем? Став богом, он конечно же мог построить дом своей мечты по одному движению руки, но Джеймс уже не раз задавался вопросом, а зачем ему такой громадный дом, если людей в его мире нет. Семьи, большой и дружной, тоже нет. Вообще нет семьи. Кто там жить будет? Поэтому он построил небольшой домик площадью пятьдесят квадратных метров, на которых умещалась кухня-спальня-гостиная, санузел и прихожая. Все.

Для того, чтобы воплотить задуманную мысль в нечто реальное богу надо представить ее вплоть до всех мелочей. А Джеймсу было лень продумывать все мелочи в большом доме. В маленьком жилище – мало мелочей. А быстро думать он пока не научился. Джеймс соображал не быстрее обычного человека, и он пока не знал – это он такой заторможенный, либо все боги такие. Может есть какой-то единый божественный сервер, где «живет» Абсолютный Вселенский Разум, и к которому можно подключиться и использовать его ресурсы? Ну вроде ChatGPT для современных людей. Джеймс этого не знал.

Дом имел небольшую крытую террасу, на которой стояли плетеное кресло и маленький деревянный столик, явно перекочевавший сюда из 60-х годов XX века в весьма обшарпанном состоянии. За этим столиком, сидя в кресле, приятно было утром выпить чашку крепкого черного кофе и выкурить индонезийскую сигарету с гвоздикой Sampoerna Mild. Кажется, такие сигареты называются кретек. Рядом с домом находился небольшой гараж с навесом. Под навесом стоял красно-черный Suzuki Boulevard 2009 года выпуска. Полностью в заводском исполнении. Джеймс его купил подержанным в то время, когда еще не был богом. Ему всегда хотелось разбираться в мотоциклах, ему нравилось ковыряться в них. Запах масла, выхлопных газов и бензина. Что может быть лучше? Говорят, что мотоциклисту всегда не хватает еще одного мотоцикла для счастья (впрочем, точно также говорят и про гитаристов и их гитары). И Джеймс тоже был таким. Но он не хотел себе какой-то другой мотоцикл. Он хотел себе такой же, только новый. И, казалось бы, он мог просто усилием своей воли просто сотворить точно такой же мотоцикл, который был бы абсолютно новым. Но тут, не смотря на его лень, Джеймс пошел другим путем (недаром говорят, что пути господни неисповедимы). Да, он сотворил этот Suzuki, но только в разобранном виде. Так, как будто он заказал через сайт в интернете все запчасти разом, и каждая эта запчасть пришла ему в индивидуальной упаковке со штрих-кодом и парт-номером. Теперь осталось дело за малым – всего лишь просто собрать мотоцикл в единое целое, чтобы получился точно такой же красно-черный Suzuki Boulevard 2009 года выпуска. Джеймс знал, что ему спешить некуда. Иногда по настроению, а не по необходимости, он заходил в гараж, немного поковырявшись и собрав какой-то отдельный узел, потом просто садился в кресло, включал музыку на колонке Marshall и курил сигарету. Курил теперь он много. Богу не грозит рак легких или какой-то другой вид рака, да и стоимость сигарет его уже не пугала.

Сейчас же было раннее утро, и Солнце только-только показалось над горизонтом. В данный момент ему было как-то особенно лениво и скучно. В его мире время шло совсем по-другому, нежели там на Земле. Если на Земле была ночь, то у него тут день только начинался. Хотя строгой закономерности не было. Тут время останавливалось, могло замедляться или идти быстрее, день и ночь менялись местами в зависимости от воли бога. Джеймс любил быть один, именно поэтому он и создал для себя такой мир. Но вот крайне редко у него возникало желание с кем-то пообщаться и может быть даже пригласить кого-то в свой мир. Ведь как объяснить обычному человеку, что, во-первых, бог действительно существует, а, во-вторых, что этот самый бог только что телепортировал его неизвестно куда? Да человек же с ума сойдет от этого! Нет, такое делать нельзя! Именно поэтому каждый раз, когда у Джеймса возникала такая мысль, он старался быстро избавиться от нее.

Сегодня ему не хотелось заниматься сборкой мотоцикла. Джеймс вспомнил, что он давно уже ничего не ел, ни в этом мире, ни на Земле. Опять лень сыграла с ним злую шутку. Джеймс зачастую просто забывал или ленился даже есть. Он достал из холодильника два куска мраморной говядины, бутылку красного сухого вина из винограда сорта Карменер, зачем-то два больших фужера из тонкого стекла на длинной ножке. Взяв машинально все это, он вышел из дома и направился к гаражу, возле которого стояла «барбекюшница». Джеймс развел огонь силой мысли, потому что сегодняшним утром идти за дровами к поленнице, расположенной в пятнадцати метрах от него, ему было лень. Штопором он открыл бутылку и налил вино в оба бокала на треть.

Но вы же знаете богов, да? Стоит ему чего-то пожелать, и вот уже это свершилось. Наверное, в этот день голова Джеймса была чем-то загружена или наоборот совсем опустела от лени. Никто не знает, но факт есть факт – деревянные двери маяка открылись. Что это было?! Джеймс конечно же почувствовал, что кто-то пришел в его мир, и он усиленно отталкивал от себя эту мысль, что кого-то призвал к себе. Но без его ведома и желания никто не может попасть сюда! «Что теперь делать?» - в панике думал Джеймс. Он старался не смотреть на открывшуюся дверь – маяк и его дверь находились в поле зрения молодого бога. Хотя что туда смотреть? Джеймс и так знал, кто сейчас выйдет, хотя он все же лелеял надежду, что система дала сбой и оттуда просто выбежит белый кролик. Он продолжал жарить мясо и придумывать легенду для человека, который вот-вот появится из створа дверей. Он мог бы отправить его обратно и сделать так, чтобы он все забыл, мог бы уничтожить его, но Джеймс понимал, что этот человек пришел сюда по его воле. По тому тайному желанию, которое находилось в глубине его сознания. Джеймс позволил войти этому человеку в его мир.

Продолжение следует..