Работодатели нередко относятся к праздничным премиям как к личному жесту доброй воли. В этой истории сотрудница получила к 8 марта в разы меньше коллег, не смирилась — и прошла три инстанции.
Прежде чем начать, приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.
Что случилось?
Однажды в марте в одной компании генеральный директор распорядился выплатить сотрудницам премии к 8 марта. Преимущественно женский коллектив быстро узнал, кто и сколько получил: выяснилось, что премии были разного размера.
И картина оказалась весьма неприятной: часть сотрудниц получила по 100 тыс. руб., а гражданке Б. выплатили меньше всех — всего 12 тыс. руб.
Б. стало обидно, ведь работала она не хуже остальных сотрудниц. Она попросила руководство объяснить разницу. Ответ был простой: «Так решил генеральный директор».
Б. посчитала, что ее права нарушены, и подала иск: просила взыскать премию в максимальном размере (100 тыс. руб.), а также 115 тыс. руб. компенсации морального вреда.
Что решили суды?
Суд первой инстанции Б. не поддержал.
Он указал, что премия была предусмотрена локальным актом и выплачивалась сотрудницам «по факту нахождения в штате». При этом критериев, от которых зависит размер премии, в документе не было. Следовательно, в том, что работодатель установил разные суммы выплат, суд нарушений не увидел.
Б. пошла обжаловать. Апелляционный суд признал, что в деле есть признаки дискриминации, и взыскал в пользу Б. компенсацию морального вреда — 30 тыс. руб. Но саму премию (разницу до 100 тыс.) при этом не взыскал.
С таким решением Б. тоже не согласилась и дошла до кассации.
Что сказала кассация?
Кассационный суд указал на ключевую проблему: апелляция признала нарушение прав, но не восстановила само нарушенное право. То есть «дискриминация есть», но последствия не устранены.
При этом суд отметил: в локальном акте было прямо сказано, что премия выплачивается к 8 марта. Значит, право на выплату возникало у всех сотрудниц по одному основанию — сам факт, что это премия «к Международному женскому дню».
Если премия не привязана к результатам труда, дисциплине, KPI и т. п., то работодатель должен устанавливать ее в одинаковом для всех виде: либо фиксированной суммой, либо одинаковым процентом от оклада. А разные суммы нужно обосновать критериями — в суде же это сделать не смогли.
Поэтому кассация отменила решения нижестоящих судов и направила дело на пересмотр (Определение Первого КСОЮ по делу N 8Г-5094/2024).
После повторного рассмотрения апелляция взыскала с работодателя и моральный вред, и премию в максимальном размере. В итоге Б. присудили 130 тыс. руб. (Определение Московского городского суда по делу N 33-19001/2024).
Приглашаю вас в мой ТГ-канал, где я ежедневно пишу о новинках законодательства, интересных делах, государстве, политике, экономике. Каждый вечер — дайджест важных новостей государственной и правовой сферы.
