Серия «Доска Почёта»

Посмотрел я видео, в котором министр сельского хозяйства Новосибирской области бегает от возмущённой дамы, и в очередной раз диву дался. Сознательно не хочется давать характеристики ситуации: может быть, все коровки фермерши были заражены и, если их не убивать, в Новосибирск пришёл бы мор. Может, позже даму осыплют золотом, и она на эти деньги купит коров в два раза больше. Может, Андрей Шинделов – крутой специалист и очень хороший человек в непростой ситуации. Я всего этого не знаю.

Но благодаря производителям контента я много раз видел, как чиновники в подобных ситуациях либо:

• истерически орут и спорят: «КТО? Я? ДОКАЖИ!»;

• носятся по кабинетам, коридорам, уборным;

• набирают в рот воды и играют со спикером в молчанку.

И сколько таких мямлей в кабинетах! Пару лет назад на Ютубе видел ролик, как какой-то правдолюб чуть ли не пинком открывает дверь в кабинет прокурора и истерит: «Вам не стыдно…!?» Прокурор – оплот нашей правоприменительной машины – мямлит в ответ что-то типа «…если у вас нет других вопросов…». Если и не было стыдно за прокурора, то стало.

Другой пример. В бытность мою в ментовке решил я поменять район прохождения службы и, для того чтобы владеть информацией, погуглил данные на начальника РОВД. Первое, что я нашёл в поиске, было видео: полковник обтекает перед человеком с телефоном и что-то мямлит, мямлит, мямлит…

Пацаны, вы – руководители высшего звена, наше непростое время должны уметь держать себя не только на пресс-конференциях, но и в чрезвычайных ситуациях. В любую минуту может выскочить голая дама с телефоном и начать кричать задавать неудобные вопросы. Помните, Вы – те самые, которые Бога не боитесь и людей не страшитесь (Лк. 18:4), ну подготовьтесь к ситуации заранее! Что должен был сделать Шинделов? Сказать: «Мать, произошла чудовищная ошибка, сейчас мы во всём разберёмся. Пойдём выпьем чаю, ты мне обо всём расскажешь». Даже если ты конченый мерзавец, это погасит ситуацию, а контент гарантированно не увидит свет.

К сожалению, «товарищи в кабинетах», закрывшись в высоких зданиях, настолько далеки от людей, что это просто не приходит им в голову. В минуту опасности у чинуши в голове срабатывает естественный инстинкт: «Бежать!» Зато граждане видят реальную картину: нами руководят трусы; вот как они поступят, когда начнётся серьёзная заваруха.

Эх, парни, пора вводить для вас инструктивные занятия по нейтрализации бабушек!

Сегодня я позволю себе прервать хронологическую последовательность мемуаров ради благой цели: СК РФ задержал бывшего начальника «Крестов» Алексея Ткаченко.

На контрасте с ныне живущими руководителями крупнейшего следственного изолятора в Европе, в мыслях о Ткаченко невольно вспоминается поговорка о том, без кого не обходится в семье. Три предыдущих хозяина «Крестов» не соответствовали общеустоявшемуся негативному архетипу «начальник», и я практически никогда не слышал о них дурного от сотрудников. Ткаченко сменил неожиданно ушедшего на пенсию Владимира Ивановича Ивлева, славившегося своими креативами (чего стоила одна только организация трансляции Божественной Литургии по всем радиоточкам учреждения) далеко за пределами УИС, и стал для нас полной неожиданностью: настолько мы привыкли к хорошему.

Впрочем, Ткаченко тоже немедленно устроил креатив: в принудительном порядке организовал замену зарплатных карт с бесплатного для сотрудников «Сбер Голд» на зашкварный «ВТБ». Может, совпадение (не думаю), но после «акции» на сотрудников обрушился шквал звонков от «службы безопасности» — личные номера оказались слиты мошенникам. Некоторые уникумы даже перевели кредитный нал на «безопасные счета». Рейтинг Ткаченко обрушился сразу после прихода в учреждение, и новый хозяин изо дня в день старательно работал над его обнулением: количество толковых парней на службе с его приходом резко сократилось — не сработались.

Поскольку я стоял внизу пищевой цепи, мне не стоило беспокоиться за свою сохранность. Однако я решил соскочить сам, поскольку меня активно звали в другое учреждение поближе к дому на более высокую должность. Рапорт на перевод в УИС всегда подписан кровью и потом сотрудника, настолько это трудная задача. То, что начальник его не подписывает – ситуация, в общем-то, заурядная. После переезда в Колпино из исторического центра многие пытались перевестись поближе к дому. Однако разреши перевестись одному — остальные разбегутся как крысы. Поэтому такие вопросы всегда решались в ходе личной беседы.

Понимая, что люди косяками направятся к нему с «глупыми вопросами», Ткаченко ввёл неслыханную доселе меру: приёмный день. Наши руководители не были небожителями и принимали сотрудника в любое время. Сказывалась оперская смекалка: человек может поделиться ценной информацией, да и мало ли что у него случилось в жизни. Всегда лучше владеть ситуацией, чем слиться и пропустить ЧП. Однако недалёкий карьерист не был опером. Поэтому он не только запретил свободный вход к себе в кабинет, но и ставил свои дежурства так, чтобы в назначенный им же приёмный день удрать со службы пораньше. Таким образом, в день, когда пан хозяин всё-таки принимал людей, очередь в его кабинет по масштабам была такой, будто там выдавали талоны на усиленное питание. Считая для себя эту ситуацию унизительной, я пытался общаться при помощи заказных писем, но руководство главка встало на сторону Ткаченко: если он против, то мы тоже возьмём паузу в вопросе.

Когда мне надоела эта игра, я со спокойной совестью уволился и перешёл на службу в МВД, куда меня забрали с руками и ногами (в дежурку-то 😊). Ткаченко, получив заказным письмом рапорт на увольнение, попытался вызывать меня на ковёр. Но инспектору, который мне это передал, я ответил, что если барину надо, пускай приходит ко мне сам, а у холопа образовался Юрьев день.

Впрочем, с таким рейтингом вопрос увольнения самого Ткаченко должен был решиться в ближайшее время. Так и получилось. Вскоре после поступления в полицию я узнал, что Алексей Геннадьевич возглавил администрацию посёлка Понтонный. «Пропал посёлок», — подумал я тогда.

И вот, когда я уже и думать забыл об этом прекрасном человеке, стало известно о его задержании. Хочется пожелать нашему дорогому бугру часик в радость, чифир в сладость, ногам ходу, голове приходу, матушку-удачу, сто тузов по сдаче.

Держись, Геннадьич, помни про 51-ю.