Серия «Новостной журнал Star Wars The Lucasfilm Fan Club »

Последнее слово по всем дизайнерским решениям остаётся за Джорджем Лукасом. По словам Томаса Г. Смита, автора книги «Industrial Light and Magic: The Art of Special Effects» («Industrial Light and Magic: Искусство специальных эффектов»), когда Лукас приступает к проверке ряда дизайнерских решений или небольших скульптур, созданных на их основе, он обычно говорит что‑то вроде: «Мне нравится этот, этот, этот и этот. Эти другие оставим на потом, а этот — отметаем».

Прекрасный пример того, как Лукас работает со своими художниками, приводит Джо Джонстон в книге «Industrial Light and Magic». Речь идёт о создании эвоков.

«Я сделал сотни рисунков маленьких пушистых созданий в лесу, — говорит Джонстон. — Многие из них были похожи на троллей, гномов (gnomes). У некоторых были милые мордочки, напоминающие щенячьи. Джордж сказал: „Сделайте их милыми“. Так что я сделал ещё несколько рисунков. Потом я нарисовал одного в чепчике, из‑под которого торчат уши. Джордж зашёл и сказал: „Вот это оно“. Так и был создан дизайн эвоков».

Пока разрабатывается дизайн существ и других элементов фильма, ведётся ещё один вид дизайнерской работы. Она состоит из серии рисунков, называемых раскадровками, — фактически это чертёж всего фильма с особым акцентом на эпизоды со спецэффектами.

Раскадровки крайне важны для передачи информации о структуре и общем ходе фильма всем участникам производства. Они помогают всем мыслить в едином ключе, устраняя путаницу. Раскадровки также помогают сэкономить много времени и денег за счёт предварительного планирования большинства кадров в фильме — вместо того чтобы в ходе съёмок действовать наугад, проверяя, что сработает. Поэтому главное правило в Lucasfilm — «Предварительное планирование» с заглавной буквы «П».

«Дизайн — это интуиция, — утверждает Джо Джонстон в книге „Industrial Light and Magic“. — Нужно дать людям что‑то интересное для просмотра. Неважно, что это будет, главное — чтобы не было скучно. Это может быть движение камеры или интересный манёвр корабля. Возможно, красивый широкий разворот. Все замечают, если кадр плоский и скучный. Если глазу не на чём сосредоточиться, он будет блуждать повсюду. Задача дизайнера — направить взгляд в кадр и показать, куда смотреть.

Отличный пример этого — вступительная сцена из „Звёздных Войн“. Она поразила людей, потому что стала настоящим шоком: зрители были вынуждены на что‑то смотреть. Линии перспективы на „Звёздном разрушителе“ были очень выразительными. Это была идея Джорджа, и я уверен, что он прокручивал её в голове сотню раз, прежде чем рассказал мне, как хочет, чтобы это выглядело».

Кадр с космическим кораблём, приближающимся к планете, — хороший пример процесса проектирования. Здесь нужно передать информацию о том, куда направляется корабль. И такой кадр можно выстроить разными способами.

Мы могли бы просто показать, как корабль появляется на экране и движется по прямой линии к планете, расположенной в левом верхнем углу кадра. Это, конечно, довольно скучно.

Чтобы сделать кадр чуть интереснее (но лишь чуть‑чуть), мы могли бы расположить планету так, чтобы она появлялась из нижней части экрана, а корабль входил в кадр сверху и направлялся прямо к планете. Зеркальное отображение этого кадра тоже возможно, но и оно оставляло бы желать лучшего.

Говорят, что кратчайший путь между двумя точками — прямая линия. Однако в кинодизайне такой подход приводит к скучным и неинтересным кадрам. При этом не нужно много креатива, чтобы превратить скучный кадр в интересный. Всё, что нам нужно сделать, — расположить планету в левом верхнем углу экрана так, чтобы в кадре было видно примерно две трети её силуэта. Затем внезапно корабль появляется в верхней части кадра под углом, так что его нос направлен в сторону от планеты. После этого он резко разворачивается и устремляется к планете. Эта четвёртая концепция построения кадра — безусловно, самая динамичная и захватывающая.

Для фильмов с обширным использованием спецэффектов раскадровки представляют собой не только необходимое предварительное планирование, но и масштабную задачу. Для «Империя наносит ответный удар» потребовалось 500 страниц раскадровок, а для «Возвращение джедая» — почти 1000. Без раскадровок ни один из фильмов «Звёздных войн» не был бы таким захватывающим, каким мы его знаем. Предварительное планирование — первый и самый важный шаг в разработке фильма, о котором Оби‑Ван мог бы сказать: «Мы только что сделали первый шаг в большой мир».

(Вверху: пример раскадровки из фильма «Индиана Джонс: В поисках утраченного ковчега», показывающий захватывающую сцену погони Индианы Джонса за валуном. Внизу: реальная сцена в том виде, в каком она появилась в фильме.)

Интерес Копполы к истории «Такера» начался с того, что его отец, Кармине, заказал ещё не построенный «Такер» у местного дилера в Мичигане. Когда прошли месяцы, а новый автомобиль так и не прибыл, юный Фрэнсис захотел узнать, почему. Было сложно объяснить тонкости федеральных расследований и необоснованных обвинений в мошенничестве восьмилетнему мальчику, но результат был достаточно очевиден: они не будут кататься на том изящном новом автомобиле, которого так хотели он и его семья. Коппола никогда не терял интереса к машине, которую не смог получить его отец, и с годами тщательно изучал историю Престона Такера и его инновационного автомобиля.

В очень раннем возрасте Престон Такер был очарован автомобилями, проводя часы после школы в местных гаражах. Будучи подростком, он ловко покупал подержанные машины, ремонтировал их и продавал с прибылью. В 1930‑х годах он объединился со знаменитым конструктором гоночных автомобилей Гарри Миллером и начал придумывать идеи для новых машин. После разработки боевой машины и орудийной башни для правительства во время Второй мировой войны Такер приступил к работе над автомобилем своей мечты. Он говорил, что планирует построить «первый полностью новый автомобиль Америки за пятьдесят лет».

Такер (в исполнении Джеффа Бриджеса) умел привлекать лучших специалистов в автомобильной сфере, среди которых был автостилист Алекс Тремулис (в исполнении Элиаса Котеаса). Вместе с талантливой и преданной командой они создали изящный, мощный автомобиль с задним расположением двигателя и множеством необычных особенностей, не последней из которых была центральная фара-«циклоп». Вскоре просочились слухи с огромного чикагского завода «Такер» о том, что этот автомобиль — нечто особенное, машина, опередившая своё время как минимум на десять лет и не похожая ни на что из существовавшего тогда на рынке.

Когда эта новость достигла Детройта, крупные автопроизводители и местные политики, не желавшие терять бизнес в Чикаго, забеспокоились. Сенатор от Мичигана Гомер Фергюсон (в исполнении Ллойда Бриджеса) воспользовался несколькими незначительными ошибками, допущенными Такером в ходе продажи акций, и добился начала расследования со стороны Комиссии по ценным бумагам и биржам. Это привело к крупному судебному процессу, в ходе которого пресса фактически объявила Такера виновным за месяцы до того, как он был признан невиновным по всем обвинениям. Но к тому времени корпорация «Такер» обанкротилась, а двери завода закрылись.

Фрэнсис Форд Коппола и Джордж Лукас видят в истории Такера не человека, побеждённого политической системой, а американского новатора — человека, который упорно трудился, чтобы воплотить свою мечту в жизнь и представить её миру. «„Такер“ — о том, как воплощать мечты в реальность, а это то, чем кинематографисты занимаются постоянно, — говорит Лукас. — Поэтому мне интересно услышать историю о том, как это происходит и как приходится идти против системы. Фильм также о предпринимателе в корпоративном обществе и о трудностях, с которыми сталкивается индивидуальный предприниматель, пытаясь внедрить новые идеи в систему».

Коппола согласен: «Это история о парне, у которого есть лучшая идея, и он это знает. Система вроде бы побеждает его, но не сломляет полностью его дух. Этот дух продолжает жить».

Этот дух командной работы и стремления сделать всё как можно лучше определённо живёт в фильме «Такер». Дух товарищества и профессионализм на съёмочной площадке всегда были очевидны. Многие члены съёмочной группы, включая кинооператора Витторио Стораро и продюсера Фреда Рооса, работают с Фрэнсисом Копполой со времён «Апокалипсиса сегодня».

Находиться на съёмочной площадке было всё равно что вернуться в прошлое и увидеть ожившие 1940‑е годы. Пристальное внимание уделялось деталям — например, настоящим шёлковым чулкам и подходящим шпилькам для женских костюмов. Автомобильный завод Ford довоенного периода был переоборудован в завод по производству автомобилей «Такер», здание Оперного театра Сан‑Франциско стало внешним видом Чикагского здания суда, а бальный зал отеля «Окленд» был преобразован во внутреннее помещение зала суда с полноразмерной статуей «Леди Справедливости».

Некоторые вещи не пришлось переделывать — они использовались в том виде, в каком были. В фильме задействовано более ста автомобилей 1930–1940‑х годов, включая редкие автомобили «Такер». Два из этих «Такеров» принадлежали Фрэнсису Копполе. Да, в конце 1970‑х годов Коппола осуществил свою мечту и мечту своего отца, купив два прекрасно отреставрированных «Такера». Оба использовались в фильме. Один из них — «Такер» насыщенного бордового цвета — фигурирует как знаменитый прототип «Оловянный гусь» (Tin Goose), любовно названный стилистом Алексом Тремулисом в честь самолёта Ford Trimotor.

Ещё двадцать «Такеров», также отреставрированных до идеального состояния 1948 года, использовались в фильме — обычно их водили гордые владельцы, одетые в костюмы той эпохи. Для повышения достоверности коллекционеры памятных вещей, связанных с «Такером», с радостью предоставили свои коллекции для фильма. Фактически многие реквизит, связанный с «Такером» в фильме, — от журналов до макетов из красного дерева — являются подлинными оригиналами. Ещё одним большим плюсом для «Такера» стало одобрение, которое фильм получил от семьи Такера. Хотя Престон Такер умер от рака лёгких в 1956 году, его трое сыновей — Престон‑младший, Нобл и Джон — утвердили окончательный сценарий и даже отклонили первые несколько вариантов, пока сценарист Арнольд Шульман не «сделал всё правильно». Теперь Нобл Такер говорит: «Наконец‑то рассказывается НАСТОЯЩАЯ история Престона Такера и его автомобиля».

(В следующем выпуске: «Автомобиль — звезда», подробный рассказ об автомобиле «Такер»)

Выставки, посвящённые фильму «Такер», с участием настоящего автомобиля «Такер» предварительно запланированы на следующих мероприятиях:

Хьюстон, Техас:
Хьюстонский автосалон
Астро-холл
3–7 февраля 1988 года

Чикаго, Иллинойс:
Чикагский автосалон
Маккормик-плейс
12–21 февраля 1988 года

Атланта, Джорджия:
Большой атлантский автосалон
Всемирный конгресс‑центр
2–6 марта 1988 года

Финикс, Аризона:
Финикский автосалон
Гражданский центр Финикса
30 марта — 3 апреля 1988 года

Нью‑Йорк, Нью‑Йорк:
Большой международный автосалон Нью‑Йорка
Центр Джейкоба Джавитса
2–10 апреля 1988 года

«Звёздные войны: Ролевая игра» — это книга в твёрдом переплёте на 144 страницы (розничная цена — 14,95 доллара), содержащая всю необходимую информацию для начала игры во вселенной «Звёздных войн». В книге есть разделы по созданию и экипировке персонажей, а также полные правила для тех, кто хочет стать ведущим.

В комплект входит:

• одиночное приключение — чтобы новички могли освоиться с игрой;

• полноценное многопользовательское приключение;

• раздел с идеями приключений для ведущих.

Всё, что вам понадобится дополнительно, — карандаши, бумага и кубики.

Игра достаточно проста для новичков, но при этом содержит подробные правила для опытных игроков. Одна из удачных идей — «шаблоны» персонажей, которые помогают начинающим создавать таких героев, как контрабандист, джедай, охотник за головами и даже вуки!

Правила охватывают почти все аспекты вселенной «Звёздных Войн» — от пилотирования звездолёта до использования Силы. Кстати, игроки, использующие Силу из жадности или со злыми намерениями, могут оказаться во власти Тёмной стороны!

Те, кого смущают сложные правила бросков кубиков, обрадуются тому, что в игре «Звёздные Войны» используются только стандартные шестигранные кубики. Книга оформлена очень привлекательно и даже содержит имитацию рекламных объявлений: «Вступайте в Имперский флот!», а также рекламу дроидов R2 и истребителей X‑Wing.

Дополнительные материалы от West End Games

1. «Справочник по Звёздным войнам» (Star Wars Sourcebook).
   Хотя эта книга не обязательна для игры, она содержит справочные материалы о кораблях, оружии, инопланетянах и персонажах из фильмов «Звёздные Войны». Справочник значительно обогащает игровой процесс и станет отличным источником информации о вселенной «Звёздных Войн», даже если вы не планируете играть. Цена — 14,95 доллара.

2. «Звёздные Воины» (Star Warriors) — игра от West End про бои звёздных истребителей. Её можно использовать вместе с «Звёздными Войнами: Ролевой игрой» или играть отдельно.

«Звёздные Воины» разыгрываются на большой карте с использованием картонных фишек, изображающих X‑Wing, TIE‑истребители и другие корабли из «Звёздных Войн». Игроки могут управлять несколькими кораблями, используя стандартные шестигранные кубики для определения движения и боевых команд.

Правила немного сложнее, чем в основной игре, но потраченное время того стоит. «Звёздные Воины» включают:

• базовые правила для боя истребитель против истребителя;

• продвинутые правила для боёв в астероидном поле, бомбардировки наземных целей и даже атаки звёздного разрушителя!

Цена — 19,95 доллара. В комплект входят: книга правил, игровая карта, картонные фишки и шестигранные кубики.

Польза ролевых игр

Для родителей: ролевые игры — недорогой способ развить у ребёнка навыки чтения, письма, воображения и математики.

Для игроков: ролевые игры дарят часы удовольствия и возможность завести новых друзей через клубы любителей ролевых игр. Узнать о таких клубах можно, посетив местный магазин комиксов или магазин научной фантастики (ищите раздел «Книги, новые и подержанные» в телефонном справочнике).

West End Games планирует выпустить множество других продуктов для «Звёздных Войн: Ролевой игры», включая дополнительные материалы и готовые приключения. Компания также издаёт другие научно‑фантастические игры, такие как Paranoia и Ghostbusters.

Так что, верите ли вы в дело Восстания или просто питаете личную неприязнь к Империи, «Звёздные Войны: Ролевая игра» станет вашим пропуском в далёкую‑далёкую галактику!

Презентации «Уиллоу» с Терри Эрдманном на конвентах научной фантастики и фэнтези

• Новый Орлеан, Луизиана — 22–23 января: Фестиваль научной фантастики и фэнтези Нового Орлеана, отель Palace Suite.

• Анахайм, Калифорния — 30–31 января: Конвент Creation, отель Sheraton.

• Форт‑Лодердейл, Флорида — 5–7 февраля: Omnicom, отель Oceanside Holiday Inn.

• Сан‑Хосе, Калифорния — 13–14 февраля: Официальный фестиваль «Звёздных Войн», отель Red Lion Inn.

• Даллас, Техас — 11–13 марта: Dallas Fantasy Fair, отель Mariott Park Central.

• Нью‑Хейвен, Коннектикут — 19–20 марта: Конвент Creation, отель Park Plaza.

• Индианаполис, Индиана — 25–26 марта: Star Base Indy, отель Adams Mark.

• Денвер, Колорадо — 27 марта: StarFest, отель Regency.

• Скрантон, Пенсильвания — 9 апреля: Dreamworks, Масонский храм.

• Сиракьюс, Нью‑Йорк — 17 апреля: Dreamworks, отель Hilton / Hotel Syracuse.

• Нью‑Йорк, Нью‑Йорк — 23–24 апреля: Официальный фестиваль Starlog, отель Penta.

• Атланта, Джорджия — 30 апреля — 1 мая: Конвент Creation.

• Дирборн, Мичиган — 14–15 мая: Официальный фестиваль «Звёздных Войн», отель Hyatt Regency Dearborn.

Контакты:

• Для мероприятий, отмеченных звёздочкой (*), звоните (516) SHOWMAN в рабочие часы по восточному стандартному времени (EST).

• Для остальных звоните (213) 662‑6382 в рабочие часы по тихоокеанскому стандартному времени (PST).

Не пропустите премьеру «Уиллоу» 25 мая 1988 года в кинотеатре рядом с вами!

По словам писателя Уэйланда Дрю, в послужном списке которого — новеллизация «Драконьего убийцы» и серия «Цикл Эйтне», «Уиллоу» — это история с душой.

«Мы не отправляемся на какую‑то другую планету, — говорит он. — Мы имеем дело с реальными людьми и реальными человеческими проблемами, помимо всех этих чудесных и фантастических персонажей».

Дрю в восторге от участия в таком замечательном проекте, как «Уиллоу». Он вспоминает свои первые впечатления, когда его попросили написать новеллизацию фильма:

«Это произошло довольно внезапно, и я не совсем уверен, почему Джордж Лукас вспомнил, что я делал новеллизацию „Драконьего убийцы“, — возможно, ему это понравилось. И когда пришло время работать с этим жанром, он позвонил мне. Конечно, я был очень взволнован, особенно когда прочитал сценарий и понял, что это такое. Затем мы продолжили работу. Джордж дал мне большую свободу в отношении персонажей. У меня была огромная свобода и колоссальная поддержка с его стороны, пока я находился в Лондоне. Он был очень чутким, невероятно проницательным и умным. Он смог дать мне много предыстории, которая не входила в его первоначальные задумки при работе над сценарием. Я использовал две из трёх таких предысторий в новеллизации. В движении романа вы встретите три места, где появляются небольшие эмблемы. Одну из них я придумал сам, но две другие — подарки от Джорджа. После этого я просто уехал и написал книгу за довольно короткое время».

«Но сценарий „Уиллоу“ был настолько цельным, — продолжает Дрю, — что по нему было легко писать роман. Я чувствовал себя вполне уверенно, работая с ним. Не было серьёзных несоответствий в развитии персонажей или сюжета. Это прекрасная работа, поэтому я смог кое‑где добавить деталей».

Хорошее письмо никогда не даётся легко. Хотя радость от написания столь сложного романа, как «Уиллоу», может быть огромной, возникают и трудности — особенно связанные со сроками.

«Думаю, самое сложное — это фактор времени, за которое мне нужно было написать книгу, — признаётся Дрю. — Осознание того, что ты находишься под серьёзным давлением, заставляет тебя внимательно следить за своим здоровьем. Понимаете, дедлайны разбиваются на ежедневные задачи. Это сложно. Но что касается самого приятного — это ощущение, что это замечательная история. Это богатая, прекрасная история. По сути, это эпос. Это одна из тех тем: люди находят себя, земля восстанавливается, тема маленького человека — Уиллоу, который совершенно ничем не примечателен и который черпает лучшее в себе: своё чувство справедливости, то, что естественно правильно, и своё огромное мужество. Всё это прекрасно, и это просто удивительно тёплая история. Изначально я сразу проникся ею. Когда я прочитал сценарий, я подумал: если я переживу написание романа, сама история — отличная сказка, замечательная идея. Вот что такое „Уиллоу“».

Погрузившись в историю на несколько месяцев, Дрю, можно сказать, близко познакомился с персонажами. Теперь его задачей было оживить их на страницах книги — так же, как задача Джорджа Лукаса и Рона Ховарда — оживить их на экране. Но если бы Уэйланд Дрю должен был выбрать одного персонажа, который ему нравится больше всего, кто бы это был?

«На самом деле их несколько, — признаётся он. — Мне очень понравился маленький друг Уиллоу — Вонкар. Это его предыстория, которую я создал для романа, его путешествие и возвращение в деревню Нелвин. Он возвращается с чувством ответственности перед ней и понимает, что должен её защищать. И за это он платит личную цену в плане своего собственного чувства ответственности».

«Мне также нравится Мадмартиган. Мне нравятся изменения, которые Джордж придумал для меня, когда мы разговаривали. Я просто обожаю предысторию, которую Джордж создал для меня во время наших бесед. Перепады, через которые проходит Мадмартиган, — это чувство долга и безответственности — придают его истории ощущение магии. Он мне очень понравился. У меня были некоторые сомнения, когда я впервые прочитал сценарий. Но после поездки в Англию, на съёмочную площадку, и встречи с ним вживую это помогло мне лучше его узнать. И, думаю, в итоге я полюбил его очень сильно. Странным образом он — герой».

Книги и фильмы — это разные вещи. Фильмы делают то же самое с помощью картинок. Иногда сцена хорошо работает в обоих форматах с небольшими изменениями. Но не всегда. Бывают случаи, когда ситуации и обстоятельства нужно менять при адаптации из одной формы в другую. Очевидно, книга, основанная на фильме, в чём‑то будет отличаться. Уэйланд Дрю столкнулся с этой задачей при написании романа «Уиллоу».

«Полагаю, в романе есть некоторые эпизоды, которых нет в фильме, — объясняет он. — В фильме есть сцены, которым просто не хватает времени, чтобы о них подумать, и они не поддерживаются изображением или музыкальным сопровождением. Поэтому в некоторых случаях нужно строить „мостики“. Есть персонажи, на которых я остановился чуть подробнее. Например, персонаж Мимс, дочери Уиллоу. Когда вы прочитаете роман, вы увидите, что у неё есть определённая роль, которой нет в сценарии фильма. Общее ощущение и от фильма, и от романа — магия свободна на Земле, и люди могут в ней участвовать. И эта маленькая девочка тоже. Она наследует её полностью — магические способности Уиллоу. Так что я смог немного развить персонажей и дать им дополнительный бэкграунд».

«Уиллоу» — эпическое приключение, наполненное злобными королевами, битвами, отверженными героями и маленькими людьми, исполняющими великие судьбы, — наверняка станет хитом и как фильм, и как книга. Но что больше всего привлекает автора Уэйланда Дрю в этой истории?

«Мне нравится ощущение магии и тайны, — отвечает он. — Нравится мысль, что магия свободна и что мы не можем ответить на все вопросы. Мы даже не пытаемся всё контролировать. Однако, — заключает он, — мы должны иметь большую веру в себя и верить в свои способности. Вот о чём „Уиллоу“!»

[Фотография Уэйланда Дрю]
Автор романа «Уиллоу» — Уэйланд Дрю.

Дэн Мэдсен, президент фан‑клуба Lucasfilm, в ближайшие дни будет брать интервью у всех главных звёзд и многих членов съёмочной группы, а мне поручили написать этот репортаж о том, что происходит за кулисами съёмок «Уиллоу». Для этого нужно было максимально приблизиться к действию, не мешая никому. Учитывая, что во время нашего визита на площадке в среднем работали 30–40 членов съёмочной группы и ещё 30–40 статистов, а также различные VIP‑персоны (в один из дней приехал Алан Лэдд‑младший), пиарщики, конюхи, каскадёры и т. д., не мешать всем им было непростой задачей.

Когда мы впервые подошли к декорации замка, мы были поражены его размерами. Высота — 60–70 футов, площадь — целый акр земли. Замок представлял собой инженерное чудо, которое впечатлило бы даже короля Артура. Каркас конструкции состоял из тысяч металлических труб, скреплённых зажимами, а стены из пенополистирола были вырезаны и текстурированы так, чтобы создать иллюзию настоящей скалы. Камни раскрасили — многие выглядели так, будто на них остались следы воды, — а в трещины вставили мох, придав замку вид сооружения, простоявшего сотни лет.

Мы прошли через подъёмный мост, обходя лужи, скопившиеся за последние «дождливые» дни, и словно перенеслись в другое время и место. Злобные стражники Нокмаара стояли вдоль стен, другие проезжали верхом, каждый сжимал оружие, предназначенное для того, чтобы сокрушать, рубить или каким‑либо иным способом расправляться с хорошими парнями. Справа от нас находилась шеститонная катапульта, выглядевшая крайне аутентично (на самом деле настолько аутентично, что её используют в фильме, чтобы запустить одного из наших героев через стену замка!).

Наверху замка Нокмаар развевались на ветру флаги и кресты с подвешенными черепами. Со стен выступали под разными углами огромные деревянные балки, на каждой висела клетка на ржавой цепи с останками каких‑то крайне неудачливых людей — их искажённые тела погибли самым ужасным образом от голода. Вокруг замка можно было увидеть следы предыдущих съёмок: частично сгоревшую конюшню, голову монстра (с пастью достаточно большой, чтобы проглотить человека), массивные ворота с пятифутовыми металлическими шипами для отражения атакующих, церемониальный гонг и несколько статуй в доспехах. По земле были разбросаны сломанные стрелы, шлемы, разные доспехи и несколько набитых чучел, очевидно, упавших с верхних стен замка. Замок внушал трепет с первого взгляда — он был таким же внушительным, как средневековая крепость, какую вы когда‑либо видели.

Большая часть съёмок во время нашего визита была посвящена сценам сражений в кульминационной битве у замка Нокмаар. Сначала битвы репетировали: каждый актёр и статист отрабатывал свои движения в замедленном темпе. Мечи едва касались друг друга, пока участники запоминали свои действия. Быть неподготовленным к последующей сцене битвы могло обойтись очень дорого.

Мечи были сделаны из специального стекловолокна, разработанного для этого фильма, — это делало их гораздо прочнее в бою, поэтому их можно было использовать многократно без замены. В то же время неожиданный удар таким мечом мог надолго вывести кого‑то из строя. Поверьте, экшен‑сцены снимают на полной скорости: мечи сталкивались, топоры раскалывали щиты. Пересъёмки случались редко (актёры были профессионалами — в основном ограничивались царапинами и ушибами, хотя во время съёмок этого насыщенного экшеном фильма случались перелом ноги и сердечный приступ, что, безусловно, подчёркивает риск более серьёзных происшествий).

У меня был собственный визит к медсестре, когда я случайно задел растение «крапива». Похожим на ядовитый плющ, его листья имеют иглы, которые ранят кожу, оставляя слабый яд, вызывающий сильное жжение и зуд. Похоже, в Англии все знают о «крапиве» и о том, что противоядие — «утиные листья» — растёт прямо рядом с ней. Просто сорвите лист, потрите им место, где коснулись «крапивы», и получите мгновенное облегчение. (Я лишь задел растение рукой, но зуд был довольно сильным около сорока минут. Представьте моё гримасу, когда я узнал, что несколькими неделями ранее Вэл Килмер случайно прыгнул в заросли «крапивы»! Он тоже никогда не слышал об «утиных листьях».)

Я в основном находился позади видеомониторов, подальше от мечей и «крапивы», поскольку мне было очень интересно увидеть, как живые экшен‑сцены будут выглядеть на плёнке. Видеомониторы фиксируют каждый дубль точно так, как он появится на экране, и его можно сразу же воспроизвести для проверки. Режиссёр Рон Ховард активно пользовался видео: после каждого дубля он подходил к мониторам. Он просматривал предыдущий дубль, проверяя, все ли нужные элементы попали в кадр. Если нет, он делал ещё один дубль и снова проверял видео на наличие всех нужных элементов. Его часто сопровождал Вэл Килмер, чей интерес к конечному результату был очевиден по комментариям, которые он делал Рону Ховарду. Этот актёр — настоящий профессионал. Актёры часто говорят о том, как «оживляют магию» на экране; видеосъёмка производства абсолютно необходима в этом фильме (и это отличное место, чтобы находиться рядом с действием).

Industrial Light and Magic прислала на площадку команду, которая тоже ориентировалась на то, что увидит камера. Используя кукол высотой всего 10 дюймов, специалисты по спецэффектам прорабатывали каждый шаг персонажей Фин Разиэль и замка Нокмаар. Они снимали каждую сцену один раз с куклами в кадре, а затем использовали эти кадры, когда актёры, играющие Фин Разиэль и Нокмаар, «входили» в следующую сцену, снятую уже без кукол. Брауни играют ключевую роль в битве, и вы наверняка насладитесь их комическими выходками. (Вы бы поверили, что в один из самых драматичных вечеров съёмок мы застали Дэна Мэдсена, президента фан‑клуба Lucasfilm, спящим? Это объяснимо, поскольку я тоже никогда не видел Брауни!)

Конечно, мы не работали всё время: днём был часовой перерыв на обед вместе со съёмочной группой. Актёры отправлялись на обед в свои трейлеры (Вэл Килмер привёз с собой из Штатов личного повара), а многие статисты шли в местные пабы за сэндвичем. Воины в костюмах, идущие по улицам, не привлекали особого внимания: для местных жителей, живущих рядом со студией Elstree, это был обычный день. Однажды мы с Дэном обедали в любимом ресторане Джорджа Лукаса — восхитительном итальянском заведении с отличным обслуживанием, прекрасной пастой, расположенном прямо через дорогу от студии. Отличное место, Джордж!

В последний день съёмок мы были на одном из многочисленных звуковых павильонов студии Elstree. Здесь установили несколько палаток, две из которых принадлежали Сорше и Эйрку. Большую часть дня снимали сцену перед финальной атакой на замок Нокмаар в палатке Эйрка. Это был единственный раз, когда все основные актёры (за исключением злодеев) находились на площадке одновременно. Сцену снимали снова и снова: после того, как успешно фиксировали игру актёров с одного ракурса, сцену переснимали с другого — и так далее. Действительно, в такие моменты испытываются терпение и способности каждого. Повторять сцену многократно — часть работы, и большинство режиссёров признаются, что иногда устают от этого или стараются отвлечься, когда могут.

Стараясь не шуметь слишком сильно, съёмочная группа едва сдерживала смех каждый раз, когда Рон Ховард изображал звук гонга, звучащего в этой сцене. Должен признаться, я и сам хихикал, слушая, как он в очередной раз кричит: «БОНГ… БОНГ… БОНГ».

Вэл Килмер любил проводить время в палатке Сорши, где я и нашёл его, лежащим на ложе из роскошных мехов. Я воспользовался возможностью поговорить с ним несколько минут и сообщил, что его попросят появляться на конвентах, как только фильм выйдет в прокат. Он был весьма удивлён и не был уверен, что вызовет такой интерес у фанатов. Я сообщил ему, что он не только вызовет интерес, но и Мадмартиган станет одним из самых копируемых костюмированных персонажей из этого фильма: фанаты будут бегать в кожаных костюмах с мечами. Он рассмеялся при мысли об этом и сказал, что, возможно, всё‑таки появится на каком‑нибудь конвенте — просто чтобы посмотреть, что это такое.

Для многих из вас возможность оказаться на съёмочной площадке фильма Джорджа Лукаса (даже просто постоять в стороне, не мешая никому) — мечта, ради которой вы готовы на всё. Пообщавшись несколько дней со статистами, составляющими большую часть повстанцев Тир Аслин, я могу рассказать, что большинство разговоров шло примерно так:

— Вы участвовали в других проектах Джорджа Лукаса?
— Ну, я был статистом почти во всех его фильмах, — чаще всего звучал ответ.
— ВО ВСЕХ его фильмах? — удивлённо переспрашивал я.
— Конечно, только в тех, что он снимал здесь, в Англии, — отвечали мне.
— Ах, только в ТЕХ фильмах!

Мы с Дэном отлично провели время на студии Elstree. Особые слова благодарности — Рози Сигрейвз, Джеффу Фриману, Джону Коулману (нашему водителю), Барбаре Мангерсон, подарившей нам футболки с «Уиллоу», и всем остальным, кто сделал нашу поездку такой запоминающейся. (Надеюсь, мне ещё доведётся сделать репортаж за кулисами съёмок другого фильма Джорджа Лукаса. Кто‑то должен это делать, а я понял, что не против немного грязи!)

(Внизу: режиссёр Рон Ховард и исполнительный продюсер Джордж Лукас за камерой. Ниже: Вэл Килмер и Рон Ховард обсуждают детали сцены на съёмочной площадке замка Нокмаар на студии Elstree Studios в Лондоне.)

«Мы разрабатываем компьютерное ПО для современных домашних компьютеров (IBM, Apple и Commodore 64), а также занимаемся некоторыми интерактивными технологиями в сфере образования. В течение последних полутора лет мы сотрудничаем с компанией Apple Computer: вместе ищем интересные новые способы использования компьютеров и оптических носителей в школах. Кроме того, мы размышляем о будущем домашних развлечений и о том, как компьютеры и другие виды интерактивных технологий будут интегрироваться с видео и кино».

Для реализации таких проектов требуется особая команда специалистов. Стив отмечает, что в обычный день в подразделении работают в среднем 18–20 человек — как правило, они заняты от четырёх до семи проектов одновременно. Работа включает в себя сочетание компьютерного программирования и разработки развлекательных и образовательных продуктов. «В нашей команде есть музыканты, художники, графические дизайнеры и программисты, а также специалисты по созданию сюжетов — всё это необходимо для разработки подобных продуктов», — поясняет он.

Последний проект игрового подразделения — интерактивная компьютерная игра Maniac Mansion. Это сюжетная интерактивная игра, в которой игрок берёт на себя управление тремя персонажами: им предстоит спасти похищенного друга из таинственного особняка. Стив Арнольд описывает игру так: «Это что‑то среднее между „Семейкой Аддамс“ и „Шоу ужасов Рокки Хоррора“ — своего рода комедийно‑ужасная пародия с множеством странных персонажей и событий, а также несколькими вариантами прохождения до финала. Фактически в игре пять разных концовок: каждая позволяет следовать по отдельной сюжетной линии с разными персонажами и приводит к иному финалу».

Чем Maniac Mansion отличается от других интерактивных игр? Стив рассказал об одной особенности, которая добавляет азарта: «В игре есть функция под названием Cut‑scenes (внутриигровые ролики), благодаря которой Maniac Mansion немного больше похожа на фильм, чем большинство игр. Действие разворачивается в „реальном времени“ — то есть продолжительность игрового процесса влияет на то, как развиваются события в самой игре. Время от времени компьютер берёт управление экраном на себя и „переключается“ на показ того, что происходит в другом месте игрового мира — примерно так же, как в кино „переключаются“ кадры, чтобы показать что‑то вне основного действия. Это создаёт ощущение реального мира, где происходят настоящие события, а вы участвуете в них, управляя своими персонажами».

Игра совсем недавно вышла и получила отличные отзывы; сейчас она доступна в магазинах. Весной появятся версии для других компьютеров.

Ещё одна игра, выпущенная в середине декабря, — интерактивная компьютерная игра Strike Fleet. Это военный симулятор, сочетающий элементы стратегии и экшена: он имитирует работу военно‑морского оперативного соединения в ходе разнообразных миссий — как „реальных“, так и вымышленных. Игрок, выступая в роли командующего Strike Fleet, руководит несколькими кораблями, которыми можно управлять по отдельности или группой. Один из доступных кораблей — морской гидрофойл, один из самых быстрых военных кораблей. В игре несколько миссий: вы получаете задание и должны привести своё соединение к победе. Strike Fleet продолжает линейку морских симуляторов, начало которой было положено выпуском P.H.M. Pegasus в начале этого года.

И Maniac Mansion, и P.H.M. Pegasus недавно были отмечены журналом Commodore Magazine в декабрьском выпуске как лучшие в своих категориях: Maniac Mansion — в категории «Приключения/Ролевые игры», а P.H.M. Pegasus — в категории «Симуляторы».

BlackHeart — предварительное название ещё одной игры, выход которой запланирован на начало этого года. В этой интерактивной компьютерной игре вам предстоит управлять вертолётом в городских условиях и выполнять миссии, которые нужно завершить быстро.

Однако самый масштабный проект игрового подразделения в разработке — Lucasfilm’s Habitat. Хотя игра появится не раньше конца года, она станет телекоммуникационной игрой: игроки смогут подключаться друг к другу с помощью компьютеров, модема и телефонных линий. Затем они будут взаимодействовать в воображаемом мире, который существует на сотнях домашних компьютеров по всей стране через сеть под названием Quantumlink.

«У каждого игрока есть индивидуальный персонаж, который представляет его или её в игре. Этот персонаж выглядит как маленький анимированный человек или существо, живущее в этом воображаемом мире. С помощью джойстика и клавиатуры вы управляете своим персонажем: перемещаете его по графически представленному миру, общаетесь с другими игроками, подбираете предметы, перемещаете их, отправляетесь на приключения, ведёте бизнес или просто делаете всё, что захотите. Но поскольку игра одновременно работает на компьютерах всех игроков, я могу сидеть в Калифорнии и управлять своим персонажем, а вы — в Колорадо или где‑либо ещё, управляя своим, и мы будем видеть одно и то же на экранах. Мы будем получать опыт „реального времени“ — разделять воображаемую реальность, которую поддерживают наши компьютеры и сеть, к которой мы подключены», — объясняет Стив.

Это одна из самых горячих и инновационных компьютерных игр, которые когда‑либо придумывали.

«Это начало нового вида домашних развлечений, позволяющего людям участвовать в совместных воображаемых мирах благодаря чудесам домашних компьютеров и телефона, — продолжает Стив. — Как только игра станет доступна, сотни людей смогут играть одновременно; также будет возможно, чтобы до шести человек находились в одном и том же месте в одно время. Плюс в Lucasfilm’s Habitat, поскольку буквально тысячи мест, куда можно отправиться, приключение ограничено только вашим воображением. Вы действительно можете влиять на этот мир. Мир меняется каждый раз, когда вы в него заходите. Lucasfilm’s Habitat — это развивающаяся, непрерывная вселенная, в которую игроки могут входить и выходить по своему желанию».

Игра будет доступна по вечерам для тех, у кого есть необходимое ПО и оборудование, и будет работать только на Commodore 64. Стоимость минимальна — около 0,08 цента в минуту за подключение к сети Quantumlink, используемой для игры в Lucasfilm’s Habitat.

Эти игры можно приобрести в большинстве магазинов, продающих ПО для домашних компьютеров. Если их нет в наличии в вашем местном магазине, сообщите продавцу, что вас интересуют продукты от Lucasfilm Games.

Strike Fleet и P.H.M. Pegasus выпускаются компанией Electronic Arts, а Maniac Mansion издана Lucasfilm Games и распространяется Activision, Inc.

Если вы играли в какие‑либо из этих игр, не стесняйтесь написать письмо в игровое подразделение через фан‑клуб Lucasfilm. Мы передадим ваши комментарии. Расскажите им, что вы думаете!