И в кино, и в литературе хоррор не столько пугает, сколько становится метафорой для высказываний на самые болезненные темы современности: от пресловутых детских травм до социальных проблем.
1. «День города»
Не пытайтесь покинуть Омск! Две девушки, Катя (хорошая) и Наташа (оторва), пытались и даже познакомились для этого с иностранцами: Хавьером (чилийцем) и Нейтаном (американцем). Казалось бы, что могло пойти не так? Не будем спойлерить, но многое.
В провинциальном городе, под которым со всей очевидностью имеется в виду Омск, есть «градообразующее предприятие» — писатель Фёдор Михайлович. Не Достоевский, а Куст, но мы-то с вами понимаем. Классик находился там в пожизненной ссылке, а теперь в городе всё в его честь: и музей, и балет, и детские поделки, и очень странные ритуалы. История одного города-праздника, который всегда с тобой, представляет собой причудливый микс из Салтыкова-Щедрина, «Солнцестояния», «Твин Пикса» и «Плетеного человека».
Больше остроумная, чем страшная, совсем короткая дебютная книга Надежды Лидваль вряд ли потрясет вас до глубины души, но точно скрасит вечер.
2. «Последний день лета»
Уже порядком подзатасканный сеттинг 1990-х здесь как нельзя более органичен. Хотя бы потому, что Андрей Подшибякин на нем не спекулирует, его не романтизирует, а реконструирует собственные воспоминания о детстве в Ростове-на-Дону. На это указывает и трогательное посвящение: «Ростов, тебе. Санёк, Лёха, Антон — пацаны, вам». Бандиты, разборки, пьющие бестолковые взрослые, шпана, милиционеры-взяточники, вокруг насилие и жестокость, в телевизоре противостояние Ельцин — Руцкой, по радио вечное «Буду умирать молодым».
На этом тревожном фоне четверка простых ростовских пацанов случайно пробуждает древнее зло, спавшее под курганами. Оно питается человеческими эмоциями, умеет проникать в разум, а еще философствует, шутит и даже иногда помогает главным героям (в своеобразной манере, разумеется). Ретроужасы в духе «Очень странных дел» и «Оно», в которых нет ни капли ностальгии, ведут читателя к очевидному вопросу: что тут страшнее — неведомый кровожадный демон или окружающая действительность?
3. «Магазин работает до наступления тьмы»
Тридцатилетний Славик ищет себя, а находит работу в антикварной лавке, где творится какая-то чертовщина. Да и работают там не совсем люди, вернее, совсем не люди: дерзкая Матильда, бесполое существо Женечка с лебединой шеей, таинственный Хозяин в винтажном тотал-луке, да еще и с тростью. В мире, который открывается за дверью странного магазина, сосуществуют сошедшие с ума вещи («вещи не в себе»), бесомраки, кадавры и прочие монады. Книга «Магазин работает до наступления тьмы» выросла из одноименного аудиосериала и состоит из двух сезонов (частей). Если первая начинается как уютная городская сказка в духе Нила Геймана или даже братьев Стругацких, то вторая превращается в зловещий автостоп по мультивселенной, где есть параллельная Москва, а в ней — площадь четырех вокзалов и станция метро «Гречневый рынок».
Дарья Бобылёва — королева хоррора, как ее называют фанаты, и одна из главных современных авторов жанра. Ее книги можно назвать «страшилками» в самом прямом смысле — там нет страха, но есть бытовые, уютные ужасы нашего городка. «Магазин работает до наступления тьмы», так же как и герметичные «Вьюрки», — отличное чтение для тех, кто любит убежать от реальности в приятный мир хтони и кошмаров, которые происходят с кем-то другим.
4. «Лес»
Две московские девушки: одна — избалованная папина дочка, другая — неприхотливая трудяжка, — отправляются из жаркой столицы в Карелию. Там, в поисках морошки, они забредают в лес, где немедленно теряются. В лесу их долго пугают лешие, медведи и кровавые мальчики. В какой-то момент к дамам в беде будто бы приходит чудесное спасение — их находит местный житель. Но тут-то и начинается самое страшное. В параллельной линии одна необычная семья приезжает в деревню, в которой исчезают люди. Расследование берут в свои руки дети. Книгу дебютантки Тюльбашевой с беспрецедентным восторгом встретили критики и весь книжный сегмент Telegram. Ожидаемо на такую маркетинговую бомбардировку отреагировали и читатели — «Лес» попал в годовой топ Яндекса вместе с Яной Вагнер, Виктором Пелевиным и Михаилом Булгаковым.
Успеху книги не помешало ничто: ни множество фактических и сюжетных ляпов (чего стоит одна только темная ночь в июльской Карелии!), ни образы жителей глубинки, все как один представленные в таком виде, что лешие и призраки в сравнении с ними покажутся милейшими существами. Возможно, дело в том, что при множестве огрехов «Лес» отлично справляется с прямыми задачами жанра: он пугает и затягивает. Фолк-хоррор, триллер и детский детектив в одном лице, который оставляет много вопросов, но от которого парадоксально невозможно оторваться.
5. «Кадавры»
Юг альтернативной России недалекого будущего фактически находится во власти Китая. По всей его территории в один момент возникло странное явление: по-научному — мортальные аномалии, а по-народному — кадавры. Это застывшие фигуры мертвых детей, безмолвные, не подверженные тлению и почти неуязвимые. Убрать, сдвинуть и уничтожить их нельзя — будет только хуже. Проще всего к ним просто привыкнуть — так и вышло. Кадавры стали частью пейзажа и даже вошли в фольклор.
Правда, эмоции у людей вызывать они не перестали: кто-то впадает от них в ужас, кто-то — в гнев, кто-то узнаёт в них родные лица, кто-то, несмотря ни на что, пытается уничтожить. Вместе с тем усиливаются выбросы соли, спровоцированные кадаврами, что пагубно влияет на экологическую обстановку. Изучить вопрос предстоит брату и сестре: Даше (ученой из немецкого НИИ) и Матвею (водителю-неудачнику). У них напряженные отношения, но вместе они садятся в старенькую «Ниву», чтобы отправиться в свою макабрическую экспедицию.
Роман Алексея Поляринова «Кадавры» — по сути, мистико-философское высказывание, завернутое в обертку жуткой антиутопии. И эта обертка как раз и хромает: предлагаемые обстоятельства и фантастические допущения кажутся не вполне продуманными и логичными. К примеру, почему южные территории России достаются именно Китаю? Почему несчастных кадавров, вросших в землю, не пробуют просто выкопать? На эти и многие другие вопросы автор не дает ответов. Открытым он оставляет и финал. «Кадавры» — печальная, неровная и по-своему терапевтическая книга, оказавшаяся в списке хорроров, пожалуй, только по формальному признаку.
6. «Не воротишься»
И снова 1990-е! Депрессивный поселок в Ленинградской области, который держится на трех китах: пьянство, наркотики, насилие. У местной учительницы литературы бесследно пропадает дочь, не нашли «ни одной целой косточки». Постепенно Александра Фёдоровна (так зовут героиню) начинает сходить с ума. Она слышит голоса, которые, притворяясь ее дочерью, зовут на помощь. Но это никакая не дочь, а страшная Кособочка — монструозная сущность со щупальцами, крадущая людей. Несчастная мать не в силах примириться с реальностью и готова поверить в обещания даже хтонического чудовища, лишь бы вернуть своего ребенка. Мрак, тлен и безысходность провинции — с одной стороны, обычный, даже шаблонный мотив современного русскоязычного хоррора (и не только хоррора). С другой — гипнотический слог, мастерски выписанные персонажи, слепленный из, казалось бы, несвязанных разновременных кусочков сюжет и не оставляющий никакой надежды финал.
Душераздирающий социальный хоррор талантливой дебютантки Надежды Ларионовой, который в очередной раз напоминает, что зло повсюду, а красноглазые чудища со щупальцами порой меркнут на фоне людей, живущих по соседству.
7. «СНТ»
Сборник современных страшилок, эдаких дачных быличек, — жутковатые зарисовки из жизни отдыхающих. Каждая глава-рассказ спрятана в скобки, как за забор дачного участка, названия многообещающие: (эвакуация), (биомасса), (старичье), (могила на краю леса), (бестиарий).
Внутри (за забором) — не то байки на деревенской завалинке, не то страшные сказки у костра. В одном садовом товариществе творятся очень странные дела: здесь можно найти порталы между прошлым и будущим, в дачном сортире заводится новая форма жизни, на огороде выращивают огромные тыквы, в которых хранятся человеческие души, а некоторые дачницы, похоже, консервируют не только овощи, но и людей. Это чтение придется по душе любителям советской школы научной фантастики и не столько напугает, сколько повеселит.
8. «Пятно»
Привычный опытному читателю современной российской прозы пейзаж: загнивающий провинциальный город. В нем живет девушка Настя, которая пытается выбраться из «болота» с помощью хорошей работы на удаленке. Но у девушек в провинциальном городе нет ноутбука, да и вообще во всем этом провинциальном городе его не найти, придется ехать в соседний. Настя берет у подруги «Ладу» на летней резине, едет на ней по заснеженной трассе и ожидаемо улетает в кювет.
Читатель уже знает: Насти не было три недели, с этого начинается книга. Где пропадала, не знает никто, включая саму девушку, — ничего с момента аварии до своего возвращения она не помнит. Вернее, говорит, что не помнит.
На самом деле ей просто очень хотелось бы забыть о том, что за черное-пречерное существо держало ее в плену в одном страшном-престрашном доме. ПТСР-хоррор на фоне русской народной хтони о том, как травма и чувство вины изолируют человека и буквально заточают его в собственном отчаянии и одиночестве, как в проклятом старом доме.
9. «Саспыга»
Туристическая группа возвращается из конного похода по горному Алтаю. Проводники не могут досчитаться одной участницы — «пришибленной» москвички Аси. Она настолько незаметная, что никто даже не может вспомнить, как она выглядит. Ее отправляется искать матерая походница — повариха Катя. Находит быстро, да вот загвоздка: возвращаться Ася не желает. И две женщины начинают свое путешествие на край ночи.
Алтай, и без того окруженный ореолом таинственности, описан, с одной стороны, очень реалистично и, если можно так выразиться, экспертно — Карина Шаинян сама много лет водит по горам туристов. С другой, для пущей мистической жути в нем смешались мертвые кони и люди, а главное — постоянно незримо присутствует некая неведомая пернатая зверушка. Катя слышит шуршание ее коготков и в формате потока сознания то и дело вспоминает, как однажды участвовала в охоте на нее и ела ее удивительно сладкое мясо. Но вкус — это еще не все: съевший саспыгу забудет все свои тревоги, боли и печали. А заодно и все человеческое в себе. Несколько медитативный, даже неповоротливый темп повествования с обилием специальной туристической лексики подойдет не каждому читателю. Как и алтайский пейзаж: кому-то он покажется живым и осязаемым, а кому-то — пустой открыткой-мерчем из сувенирного магазина. С этим романом, как ни с каким другим из нашей подборки, важно совпасть темпераментами. Если мэтч случится — вы получите свою «книгу года», если нет — смело листайте влево.
10. «Бабушка сказала сидеть тихо»
У бабушки Зои в молодости не сложилось с женихами, и поэтому она счастливо живет на краю деревни в компании гулящего кота и беседует со шкафом. Того, кто там живет, она называет Купринькой — в честь писателя Александра Куприна. Что он такое, первое время не совсем ясно. То ли это второе пришествие гуманоида Алёшеньки, то ли домовой, то ли плод больного разума самой бабушки Зои. Скоро становится ясно: это самый обыкновенный ребенок. Его старуха нашла еще младенцем в мусорной яме, куда сразу после рождения его бросила собственная мать.
Так бабушка Зоя взяла его к себе «на воспитание». Правда, воспитанием это можно назвать с большим трудом. Зоя любит Куприньку во всех смыслах до ужаса и больше всего на свете боится, что он от нее куда-нибудь денется. Если взять фильмы Алексея Балабанова, телепрограмму «Мужское/Женское» и роман «Похороните меня за плинтусом», перемешать и пересказать напевным языком страшной сказки — получится эта книга Настасьи Реньжиной. Деревенский хоррор о разрушительной любви, безумии и о том, что бабушки иногда не то, чем кажутся.
11. «Черная изба»
«Солнцестояние» есть у нас дома! Девушка Катя приезжает из Барнаула в Новосибирск поступать в консерваторию и не поступает. Зато ее легко берут в аграрный колледж — домой Кате возвращаться не хочется, поэтому она начинает учиться на ветеринара. Начало романа может немного напомнить «Vita Nostra» Марины и Сергея Дяченко — что-то подозрительное явно происходит, но разворачивается экспозиция уж очень постепенно.
Сразу предупредим: до страшного нужно еще дочитать. Сначала однокурсницу Кати Лену практически силой увозят из общежития зловещие тетки из ее родной деревни. Тогда Катя в компании подруги пытается навестить ее, но до самого Лебежьего (так она называется) они не добираются, зато узнают от местных, что о его жителях ходит нехорошая слава. Живут они закрыто и очень богато и, возможно, водятся с чертями. Затем однокурсница Лена возвращается такой, что ее не узнать, и колесо ужаса начинает наконец раскручиваться.
Dark academia в простом сибирском ПТУ с тоталитарными сектами, таежными духами и жертвоприношениями — не слишком динамичная, зато по-настоящему страшная.
