Интервью с ветераном СВО из Кирова Игорем позывной «Шмель», подписавшим уже пятый контракт, а также его супругой – Любовью

Кавалер двух орденов Мужества, доброволец Игорь Суходоев, позывной «Шмель», из Кирова подписал уже пятый контракт и снова уехал на СВО. На «гражданке» он водитель, возит грузы по области, а между рейсами – помогает доставлять гуманитарку для своих на фронт. Главный редактор «Время МСК» Екатерина Карачева побеседовала со Шмелем и его супругой Любовью, когда все вместе доставляли гуманитарный груз бойцам на передовую.

БОльшую часть последних трех лет Шмель командует артиллерийским взводом на одном из направлений. О том, почему Шмель снова и снова возвращается на фронт, как Любовь с сыном ждут его каждый раз из командировки, почему пятилетний сын Толя твердо знает: «папа – главный» – в эксклюзивном интервью по дороге на передовую («Время МСК»: Незримый фронт волонтеров России – репортаж из колонны с гуманитаркой).

«Просто уехал»: первый контракт и артиллерийское призвание

Игорь, давай начнем с самого начала. Как ты оказался на СВО?

-- В 2022 году просто сел и уехал. Никто не мобилизовывал. Созвонился с ребятами, которые уже были там, с ополченцами еще с тех времен. Поехал в «Редут».

Но у тебя не было военной специальности?

-- Нет. Я знал кое-что об артиллерийских прицелах, интересовался. А потом научился уже на месте. Когда приехал, сначала помог с АГС-ами – их много было у мобилизованных, но никто не умел с ними работать. Посмотрел, наладил. У нас даже орудий поначалу не было – считались штурмовым подразделением. А когда я показал, что можно делать с АГС, все захотели. Обучал людей работать на минометах. Потом стал замкомвзвода, затем командиром взвода огневой поддержки.

«Ад в замкнутом пространстве»: труба под Авдеевкой

Одна из самых ярких и тяжелых операций – та самая «труба» под Авдеевкой. Что это было?

-- Это была водопроводная труба, затопленная, длиной около трех километров. Ее нашли случайно возле наших позиций. Готовили операцию в абсолютной секретности – знали всего несколько человек. Долго выкачивали воду, измеряли, проходили. Местами она была продавлена, приходилось подкапываться. Протянули связь, подготовили выходы... Это был психологический ад. Представь: ты в замкнутом пространстве, над тобой враг и осознание, что, если что – все внутри могут погибнуть. Половина психологически не выдерживала.

Нашу вылазку тогда отменили, трубу законсервировали. Но опыт пригодился – операцию провели, когда я был уже «в отпуске» между контрактами. Это привело к освобождению Авдеевки. Опыт же использовали для следующих таких операций («Время МСК»: Авдеевка освобождена от нацистов вооруженными силами России).

На Курском направлении, говорят, западных наемников много было?

-- Да всяких хватало. Под Каучуком работали вместе с 810-й бригадой морпехов. Мы выехали на позицию, я на броне сидел, смотрю – стоит человек, не наш. Оружие бросил, руки поднял. Сам сдался. Выбора, видимо, не было. Мы его скрутили, связали, 810-й отдали. Румын оказался.

Что говорил? Зачем пришел?

-- Да ничего толком. Лопотал по-своему. Ребята морпехи потом с ним работали, русскому учили... Я только ножик у него затрофеил. Хороший ножик, с отверткой, с зажигалкой, ремкомплект. В аэропорту с ним не пропустили, номера там какие-то были, боевой, видимо.

Почему он снова и снова возвращается на фронт: «это как вахта»

Ты несколько раз возвращался домой и снова уезжал. Несколько дней назад подписал уже пятый контракт. Почему? Тебя «не отпускает»?

-- Не то, чтобы не отпускает... Это работа. Мне нравится артиллерия. Все эти расчеты, тысячные, прицелы – это мое. Я делаю это хорошо и понимаю, что приношу пользу. Как вахта. Когда идешь добровольцем на полгода, это психологически легче, чем быть «привязанным» надолго. Отработал – поехал домой. Отдохнул – можешь снова. Многие так делают: кто-то любит зимой ездить, кто-то летом.

А были те, кто не выдерживал?

-- Конечно. У нас в Новоселовке случай был. Приехал парень, после срочки, в спецназе служил, отжимался хорошо, на полигонах бегал... А тут – реальность. Мы сидели в трубе под перекрестком, по нам работали танки, минометы. Эхо по трубе гуляет – жуть. Он в панику впал, бегает взад-вперед, трясется. Наш пулеметчик «Раптор» ему говорит: «Да не парься, один фиг мы все сдохнем» и смеется. А тот еще быстрее бегать начал (смеется). В итоге после первого же обстрела он сказал: «Я лучше гуманитарку буду возить». 500-й, ушел. А если бы он сразу на год контракт подписал, мучился бы сам и людей подводил.

Но это же не просто работа – это риск для жизни. Ты понимал, на что идешь?

-- Конечно. Но я шел осознанно. Особенно после того, как ВСУ в Курскую область зашли. Это уже принципиально наша земля.

«Пока не распишемся – никуда не поедешь»: история жены Любы

Любаша, а как ты встречала каждую такую новость?

-- Первый раз он просто поставил перед фактом. Уехал и сказал: «Все, я контракт подписал». Я была в шоке, очень расстроилась. Второй раз, в феврале 2023-го, было еще хуже. Он вроде дома, суетится, а потом в День защитника Отечества звонок: «Я с пацанами». Спрашиваю: «Где?» А он: «Контракт подписал». Я тогда очень обиделась. Повесила трубку. А потом думаю: что делать? Взрослый человек. Если он так решил, мне остается только принять. Третий раз я уже сказала: «Пока не распишемся – никуда не поедешь». Вот так мы и поженились.

Игорь, а история со свадебным платьем цвета «мультикам» для Любы – это твоя идея?

-- Да (смеется). Я сам заказал его в ателье в Кирове. Нашел расцветку камуфляжа, скинул, говорю: «Хочу такое платье». Они сделали. Планировали сыграть свадьбу, когда я был в отпуске, даже хотели на БТРе до ЗАГСа доехать. Но не сложилось по срокам. Расписались. Теперь платье висит в шкафу.

«Открытка для папы»: жизнь между разлуками

Любаш, а как живется, когда муж на фронте?

-- Первые контракты – это был сплошной туман. Работа, дом, постоянная мысль: как он там? Пока на связи – легче. Когда он был в артиллерии, могли часто общаться по видео. Я ему даже открытки «Доброе утро» в соцсетях отправляла. Подсадила его (улыбается). Если не отправишь – он звонит: «А где открытка?» А самое страшное – когда связь пропадает. Он предупреждает: «Не буду на связи». И вот ждешь этот срок. Если звонка нет – начинается паника.

Сын Толя как относится к тому, что папа – на войне?

-- Гордится. Всем говорит: «Мой папа защитник, он на войне». Он его очень ждет. Игрушки у нас в основном папа покупает – балует его. Толя на него очень похож: и характером, и даже повадками – придет, куртку бросит, как папа. Любит считать, математика – это у него от отца.

А у вас в семье кто главный? Этот вопрос возникает?

-- (Люба смеется) Был у нас с Толей разговор на эту тему. Объясняла ему, что глава семьи – тот, кто все проблемы решает, деньги зарабатывает, важные решения принимает. Говорю: «Ты пока этого не можешь, значит, не ты главный». Он тогда сделал вывод: «Значит, папа главный, а ты — нет». Теперь у нас такая присказка: если папа дома, Толя говорит: «Папа главный». А как только папа уезжает в рейс на грузовике или на фронт, Толя мне заявляет: «Мама, сегодня папы нет, так что ты – главная. На сегодня». Вот такой у нас временно исполняющий обязанности главы семьи (смеется).

«Будем жить»: планы, которые ждут своего часа

Люба, а какой ты видишь вашу жизнь «после»?

-- Мы уже участок в Кирове получили – Игорю дали, как участнику СВО. Будем строить дом. Небольшой, уютный. Он говорит, одноэтажный до 100 квадратов, не больше, чтобы по этажам в старости не лазить. А что будет дальше... Не знаю. Вижу, что его тянет обратно. Значит, так надо. Я научилась принимать его выбор. Главное – чтобы возвращался.

Игорь, а ты сам веришь, что вернешься с этого, пятого контракта и скажешь: «Все, хватит»?

-- (Задумчиво) Не знаю. Пока есть силы – буду ездить. Это моя работа. А там... как сложится.

Между контрактами Игорь возвращается к своему «бафику». Грузы по области, развозы, логистика. Но и здесь его путь часто лежит на СВО – только уже в качестве водителя, везущего гуманитарку своим парням. Не выходит из круга: кабина грузовика, артиллерийский КПП, снова кабина, снова КПП. «Это моя работа», – говорит он и про одно, и про другое. А дома его уже ждет вердикт сына: «Папы нет, мама – ты главная. На сегодня»...

Выставление авторских материалов издания и перепечатывание статьи или фрагмента статьи в интернете – возможно исключительно со ссылкой на первоисточник: «Время МСК».

#comment_382913200

Если ты сражался за маленьких детей - за ангелов
То на твоей стороне солдатская честь
Но если ты пострадал
Например лишился обоих ног
То тебе их никто обратно не пришьет
Ты знал на что идешь
Это не легковая прогулка
Но по сути плодами твоей войны
Будут пользоваться другие биологические организмы
Чужие тебе люди
Не ты, особенно в случае если ты отдал за их мир и свободу свою жизнь
Тебе ее никто не вернет
Так стоил ли риск собственной жизнью, собственным здоровьем оправданных целей
Жизнь это наше единственное право
И ты поставил ее на карту, поставил ее в залог
Или тебе надоело жить
И двигало желанье, чтобы твоя смерть принесла какую-то пользу
Я со смешанными чувствами отношусь к героям войны
Война это дело молодых, лекарство против морщин как поет Виктор Цой
Но я рад , что есть достаточное количество добровольцев
И нет принудительной мобилизации
Я с одной стороны восхищаюсь их мужеством
Я хочу понять, что ими движет
Мне кажется по началу мало кто отдает себе отчет
Насколько все серьезно, насколько ставки высоки
И если тебя убьют, то тебя просто не будет
Если тебя покалечат, то сделают инвалидом на всю жизнь
Кому ты потом будешь нужен
И от себя не убежишь
Особая каста военных
Я к ней не принадлежу
И мне трудно ее понять
Но кто-то должен был встать на их место
И пойти воевать
Занял бы я их место
Не уверен
Война страшное дело
И я не готов всем рисковать
Вдруг я бы получил такие увечья, и не имел бы возможность покончить с собой при наихудшей ситуации
Не понимаю в чем утешение матерей
Потерявших своих сыновей на поле боя
Их больше нет
Какое это горе
Пускай им присвоено звание героя
Все это напоминает какой-то развод
Грандиозный развод, основанный на добровольном согласии добровольцев
Только ТЦК-шники знают, подо что подводят народ
Я всего этого геройства не понимаю
Но неужели столько дураков, взваливших на себя ответственность за свое решение
Которым так или иначе промыли мозги патриотизмом или воинским идеалом
Или это поиски лучшей жизни, связанные с риском для здоровья
Быть настоящим мужчиной, защитником, героем исполнять свой долг перед родиной
Это всё манипуляции в массовом сознании
Просто общество готовит на определенную роль солдат,
Это очень удобно для большинства, которые ничем не рискует
А согласишься ты в этом участвовать добровольно
Это зависит от тебя
Служи по контракту
Это натуральная лоттерея

И вроде я болею за наших и желаю им удачи

Но сам бы я не захотел оказаться на их месте

За любые деньги

При любом раскладе самое главное - всегда оставаться человеком. А этом нам очень сильно помогают пушистые друзья. А если кто из не любит, есть обоснованный повод присмотреться к этому человеку - уж не предатель ли он!

Сегодня небольшой пост про наших друзей.

Пожалуйста, любите котиков и заботьтесь о них!