Девочка сегодня в баре...
Некоторые люди, узнав, что я уже около сорока лет много пишу об отечественной популярной и не очень музыке, тут же начинают расспрашивать, не знаком ли я с кем-то из рок-легенд. Увы, но порадовать длинными и интересными рассказами я их не могу. Да, было два-три эпизода и общения с людьми, о которых написано в рок-энциклопедиях – они все описаны в моей книге «Поколение в стиле рок». Кое-кого я успел увидеть живьём на сцене ещё в юности – во времена, когда билеты на концерты столичных знаменитостей стоили ещё копейки.
Однако после 1991 года подобной возможности я лишился, а сейчас уже иных нет, другие далече, а третьи всё ещё катаются со старыми фонограммами в кармане, приторговывая ностальгией и выглядят настолько жалко, что даже переслушивать их записи почему-то неохота. Ну, ещё бывало, что кое-кто из героев моих рецензий оставлял в интернете пару-тройку слов в комментариях или даже утаскивал тексты рецензий на свой официальный сайт, что было весьма приятно. Ну, ещё огромное количество общих знакомых, знакомых тех знакомых и т.п., подтверждающих знаменитую «теорию рукопожатий»: кто-то учился с будущей суперзвездой, кто-то выпивал за кулисами известного фестиваля, кто-то просто уступил место в трамвае рок-гуру, когда он ещё мог позволить себе ездить в трамваях и не считался иноагентом…
Наверное, это всё тоже по-своему забавно и занятно, но я всё-таки всегда комплексую, когда заходят такие разговоры. Сразу становится больно оттого, сколько же всего я пропустил.
И всё-таки однажды я был случайным свидетелем одного важного события в нашей рок-истории. Совсем чуть-чуть подглядел, но всё равно есть, что вспомнить…
В марте 1986 года, в самый разгар весенних школьных каникул популярная молодёжная передача карельского телевидения «99-209» показала клип, снятый по мотивам песни Юрия Лозы «Девочка в баре». В наше время в эфире ежедневно звучат самые разные песни и редко какая из них становится настоящим событием. Но сорок лет назад телевизоры у большинства из нас были чёрно-белыми, с двумя каналами, которые далеко не всегда хорошо ловились в глубинке, а что касается песен, то далеко не всем из них везло попасть в эфир.
Если их автором оказывался человек, не состоящий в союзе композиторов, то ему ни на радио, ни на телевидении точно ничего не светило, а уж если ещё и содержание выбивалось за рамки принятых на советской эстраде канонов, то дело могло обернуться крупномасштабной травлей в прессе, повышенным вниманием со стороны органов, а то ещё и чем-нибудь похуже. Всё это, конечно, не мешало самым талантливым из «неформатных» музыкантов сделаться звёздами подпольной звукозаписи – по стране гуляли тысячи кассет и бобин, записанных в самых неподходящих для творчества условиях и растиражированных энтузиастами-самиздатчиками. Но каждый прорыв н телеэкран ещё вчера считавшихся запрещёнными, певцов и групп вызывал мощный резонанс и активно обсуждался в подростковой среде в течение нескольких месяцев.
Помню, какие споры среди одноклассников случились после того, как в передаче «Вокруг смеха» показали Александра Розенбаума с абсолютно невинной лирикой. Многие просто не верили, что это тот ж самый Розенбаум, которого все знали по одесскому блатняку.
А «Девочка в баре» Лозы уже третий год подряд считалась главным музыкальным скандалом. Записанная в подмосковном Голицыно на репетиционной точке группы «Примус» почти экспромтом, она разлетелась по городам и весям вместе с альбомом «Путешествие в рок-н-ролл» и спровоцировала целую лавину ругательных статей в газетах, типа «Комсомольской правды». Почему альбом с достаточно примитивным материалом стал популярен, в принципе, несложно понять. Сюжеты всех песен так или иначе крутились вокруг немудрёного молодёжного досуга, были срисованы буквально с натуры и не слишком отягощены морализаторством.
Непонятно другое – почему в «Девочке» критики находили признаки не только пошлости, но и пропаганды чуждой нам «красивой жизни». (Кстати, кто сказал, что наш человек должен жить некрасиво?) Эстрадным юмористам, работавшим в разговорном жанре, подсмеиваться над юными бездельниками не запрещалось, поэтам из сатирического журнала «Крокодил» писать про них никто не мешал. А вот петь почему-то можно было только про светлую, правильную сторону повседневной жизни, причём так, чтобы в песнях никто не мог узнать себя!.. Лоза нагло и цинично взламывал те стереотипы мышления, которые установились на эстраде, наверное, ещё в конце 20-х, когда Утёсову запретили публично исполнять «Одесский кичман» и «Гоп со смыком»:
Девочка сегодня в баре
Девочке пятнадцать лет
Рядом худосочный парень
На двоих один билет.
В завтраке на всю неделю
Невзирая на запрет
Уместились два коктейля
И полпачки сигарет.Вот это жизнь
Живи, не тужи
Жалко, что не каждый вечер
Такая жизнь
Мама держись
Папа дрожи,
Если будет каждый вечер
Такая жизнь.
Тем временем программа «99-209» тоже ломала самые устойчивые стереотипы в своём жанре. Само её название – телефонный номер редакции, по которому поступало по несколько десятков вопросов и заявок от слушателей, указывало на интерактивность. Все сюжеты – как социально значимые, так и развлекательные, тут возникали, что называется, «по воле народа». Исключение не составляли и музыкальные паузы, которых на каждый часовой выпуск приходилось по две-три, причём композиции, которые там звучали, во всесоюзном эфире были просто немыслимы. Откуда вообще брались видеоматериалы с модными везде, но не всегда известными у нас, западными исполнителями и с советскими - популярными, но прозябавшими в подполье, неизвестно.Возможно, контакты с прибалтийскими телевизионщиками, позволявшими себе чуть больше других, давали о себе знать. Однако карельские зрители раньше других узнали, как на самом деле выглядят Барыкин, Кузьмин, БГ, Кинчев и Цой, тогда как большинство меломанов только пытались их себе вообразить, довольствуясь кошмарного качества магнитофонными плёнками.
Наверное, заявок на песни Лозы тоже приходило немало, но выполнить их было невозможно. Соответствующего видео не существовало в природе. И наши телевизионщики решили снять без ведома скандального рок-барда якобы пародийный ролик своими силами. Просто экранизировать рассказанную в песне историю и поставить в дискуссии вокруг неё жирную точку.
Так вот, я оказался случайным свидетелем того, как этот клип снимали. Поздним вечером 15 декабря 1985 года – то есть аккурат в день, когда мне исполнилось 15 лет, я спешил к троллейбусной остановке вниз по проспекту Ленина. В одной руке у меня была подаренная родителями гитара, запакованная в белый чехол, больше похожий на половину кальсон, в другой – пакет с виниловыми пластинками, которые надолго займут почётное место в моей коллекции. Вечер был хмур, морозен, прохожих на улицах видно было немного, город ждал обещанного в ближайшие часы обильного снегопада.Около дверей популярного у молодёжи кафе «Юность» царила необычная суета: на обочине громоздился массивный фургон, по тротуару змеились провода, яркие прожекторы высвечивали что-то внутри заведения, чей-то властный голос командовал: «Девочка выходит!.. Быстрей, быстрей!.. Девочка танцует!..» Немногочисленные зеваки обменивались репликами: «Кино какое-то делают! Про любовь, наверное!..» Я совсем недолго понаблюдал за процессом – пока ноги не закоченели на колючем декабрьском ветру, а затем двинулся своей дорогой. Что это было за кино на самом деле, выяснилось только через несколько месяцев.
Стоило «Девочке в баре» один раз прозвучать в полный голос, в неиспорченном цензурой виде, как нездоровый ажиотаж вокруг неё сошёл на нет. Настолько, что само название группы «Примус» исчезло со страниц газет на долгие годы. Зато в пробитую ею брешь хлынула толпа других подпольщиков с куда более неоднозначной репутацией, наконец-то получивших свою долю заслуженной славы – в том числе, в виде пластинок, съёмок в кино, выступлений на стадионах и т.п.. А потом всё это подмяла под себя тупая попса – понятная народу, сладкая, обесценившая всё, что было важно для таких, как я, любителей осмысленной музыки.
Я видел, с чего начиналась эта революция. Я слышал залп «Авроры» - холостой, но настолько меткий, что мир вокруг изменился до неузнаваемости. Но кому может быть интересна революционная романтика в эпоху жлобского НЭПа?!..
Несколько лет назад тот легендарный пиратский клип всплыл на YouTubе, и кто-то из комментаторов даже опознал юную актрису, сыгравшую девочку – вроде бы ею оказалась некая студентка ПетрГУ по имени Наташа. Каких-то других воспоминаний от непосредственных участников съёмок в сетях с тех пор ни разу не попадалось, хотя было бы интересно выслушать их. Кстати, передача «99-209» после этого своего смелого эксперимента просуществовала ещё лет десять и увяла лишь тогда, когда стало окончательно ясно, что телевидение теперь надо делать не для зрителей, а для спонсоров, оплачивающих рекламу.
Как-то раз я поставил «Девочку в баре» Даше Староверовой и поинтересовался, как эта песня воспринимается новым поколением. Причём имелась в виду вовсе не техническая сторона, не кривовато записанные игрушечные синтезаторы и драм-машина, а содержание. Даша сказала, что песня очень жизненная, не потерявшая актуальность и сорок лет спустя. Что молодёжь и сейчас любит бездумно проводить время, и таких пятнадцатилетних гулён, что «узнали, испытали всё уже давным-давно» среди них видимо-невидимо. Вот только почему песня была запрещена, совершенно непонятно. Ведь в ней нет нецензурных слов и не пропагандируется ничего незаконного!..
Я и сам сейчас удивляюсь тому, почему, например, в советские годы запрещали Высоцкого или Жванецкого, что ужасного находили в некоторых книгах и фильмах, не содержавших ни единого намёка на политику, а просто описывавших быт в слишком неприукрашенном виде. И почему Юрий Лоза, сейчас сочиняющий вполне себе «зэтовские» песни про войну, когда-то считался почти диссидентом. Сорок лет назад это всё было для меня очевидно, но объяснить курьёзы советского времени тем, кого не шокируют даже откровения современных рэперов, почему-то не могу.
Может быть, это и не так уж плохо? Может быть, когда-то завоёванная нами свобода у нас ещё отнята далеко не вся? Вот вы как думаете?
Автор статьи - Олег Гальченко
Источник публикации - Песни Вещего Олега
