Допельганза
Ничего более...
Слово как искусство
Когда-то очень давно люди придумали слова, чтобы общаться друг с другом, они рассказывали друг другу истории у костра, они делились мудростью, они словами воспитывали детей, знакомились, дружили, враждовали.
Любили тоже словами.
В нас так много чувств, так много эмоций в людях. Мы из них наполовину состоим, ими же по большей части и живём.
Я писатель, я слова собираю по строчкам в один большой текст, в попытке и желание передать нечто большее чем есть в действительности в нашей весьма обыденной и скучной жизни.
Занятие это не лёгкое, особенно сейчас, когда времени на то, чтобы сесть и почитать какой-то текст часика два, у людей как правило не находится. И в этом вся загвоздка. Я же не представляю некий продукт, не хочу его продать, не хочу заполучить толпу людей, которым понравится нечто, что можно назвать продуктом.
То, что я делаю, нельзя разрезать на части и выложить в тик-ток. Это будет другое, красочно анимировать можно, но это будет другое. То, что я делаю, нельзя прорекламировать, ибо реклама это ложь будет в данном случае, потому что реклама продаёт продукт, а у меня его нет.
Есть текст. Живой, вонючий, но тёплый. В него можно погрузиться, но на это нужно желание, усилие и пару часов свободного времени.
И задача передо мной сейчас стоит в том, как найти тех, кто этот текст проживёт…
Ладно, это перебор.
Задача: найти тех, кто этот текст хотя бы. Просто. Прочтёт.
Слово как искусство, это парадокс, но не существует. Однако есть текст искусство, есть символы искусство, есть что-то, что можно словами призрачной рукой, на пару мгновений, ухватить, прочувствовать и отпустить, потому что оно прекрасно, и никому не принадлежит. Это в моём понимание искусство, и я хочу заниматься именно этим.
Поймать на пару мгновений, описать, вам показать, и отпустить.
Пусть плывёт, оно ведь чудесно, и должно жить, быть…
Присоединяйтесь к скромному ТГ канальчику, пока ТГ ещё существует в нашей реальности:
Незаводной Апельсин
***
Разница между Алексом де Ларжем и Хэндо из «Ромпера-Стомпера» колоссальна. Один создал свою философию и язык, другой просто читал «Майн Кампф». Последний фактически заворачивал свою слабость-боль в чужую обёртку.
Германия после Первой мировой — это Хэндо в масштабе нации. Та же боль, те же чужие идеи, тот же финал. А Алекс — просто личность, которая всегда одна.











