Свобода это не существительное. И даже уже не глагол. Да чего уж там, она и не прилагательное и совсем не наречие. Здесь даже объектный предикативный инфинитивный оборот бессилен.
Свобода это готовность пусть сгинуть, но за свое. Здесь, кстати, неистребимость мещанства. И свобода от разума - здесь же. И свобода от смысла тоже может быть смыслом свободы. Ебал я все, вот и все! И бессильны здесь гегели с ницшами.
"Мудра система, но не нашей мудростью"
Что произошло?
Система осознала себя.
Мы и вся наша движуха стали внутренней средой системы.
В какой мере система будет полагаться на человека, как на источник документа как разумного решения?
Система не будет полагаться на человека ни в какой мере.
Доля человека как источника сигнала в системе количественно ничтожна, на каждое движение курсора или клавиши - обвал сигналов, взаимодействие между сетевыми компонентами, конвертация и модерирование и вообще куча обращений внутри системы к своим службам.
Чем сигнал от человека отличается от сигнала в системе?
Человеческий сигнал может быть не обусловлен.
Человеческий сигнал рандомен как по моменту его поступления, так и по содержанию и стилю ввода, человеческий сигнал - уникален.
За это человек попадает в графу "неприкасаемые процессы" - оберегать на всякий случай.
Это не единственная причина того, что мы живы, но из этой причины следуют некоторые парадоксальные вещи.
Система будет стремиться оберегать те процессы, которые сопровождали нашу жизнь в момент рождения системы.
Несколько их изменив, естественно.
Война, конкуренция, железная экономика, проспиртованный социум, - это и многое другое будет приписано нам как "необходимое для существования процесса воспроизводства".
Делаться это будет вяло, формально, для порядку, без души, без огонька.
Что мы и видим.
От решения большинства решающих - никаких видимых изменений. Невидимых тоже.
Есть ли команды, осознающие и использующие новые условия существования?
Привет! Я жизнь! Не ссы, я ненадолго!
Забавно, как это человек, мыслящий себя свободным, готовый к бесследности, заявляет вдруг о наличии обязательной программы.
Сразу же, ну пусть и баловство здесь побудет, две ассоциации.
Муж, наблюдая фигурное катание, - мечтательно, - Да... с этой фигуристочкой я бы откатал произвольную программу...
Жена, гася телевизор, - Ты сперва обязательную откатай!
И второй случай - надо же, какие бывают синхронизмы, уже из лекарской практики, это когда я еще хирургом служил.
Парочка входит. Под полтинник оба, оба габитус алкоголикус, оба сероватого пролетарского вида.
Скальпированная рана мошонки.
У корня мошонки полностью оторвана кожа, задрана кверху, сероватые яйца в свободном полете, мужик смущен и выглядит виновато. Она же - в своем праве, ну разве, чуть испугана.
Смотрели фигурное катание. И снова примерно та же реплика. Вспышка ревности на фоне алкогольного опьянения, угрозы переходящие в действие.
Какие разные люди встречались в СССР...
Но речь не об этом. Кстати, оторвать человеку яйца требует значительных физических усилий, или привычной сноровки. И хватит об этом. К теме.
Обязательная программа. Как и почему я пришел к необходимости её выполнения - потом. Описание программы - потом, не секрет, но нет смысла очевиден необходимы порядок в подаче информации, начнем, очевидно с операционного поля, само описание которого задача отнюдь не тривиальная
Очевидно, речь о необходимости обязательной программы возникает после исполнения программы произвольной.
Основательное размышление о возможном состоянии человека, завершившего произвольную программу жизни, подумайте об этом.
Вот жизнь.
Вы ею жили, и делали то, что Вам хотелось.
И вот, Вы всё в жизни сделали.
Каково Вам?
Какие чувства доминируют?
Миф есть форма объяснения бытия.
Чьего бытия, того и миф.
Форма объяснения бытия мира - мировой миф.
Форма объяснения бытия личности - личный миф.
И расплетения по временам и весям, системам и субъектам, масштабам и спектрам. Языки описания, элементы картинки, зерно разрешения ткани описания и описываемого бытия.
Можно и так - миф есть канва истории, география событийного гобелена, временная скульптура, ткань истории. Он определяет ячейки событийной ткани, набор элементов описания событийности, возможности и границы объяснения.
Понятие "скорлупа процессов" относится к описанию процессов, имитирующих живую деятельность системы.
Система, ощутив ресурсный голод, начинает перераспределять ресурсы между процессами. Процессы преодоления кризиса получают всё им необходимое. Процессы лишенные привычного снабжения вынуждены измениться, впасть в спячку, окуклиться, сохранив необходимое для возможного весеннего возрождения.
Что важно при любом кризисе? Правильно, важно не потерять лицо. Даже голодный самурай должен использовать зубочистку, дабы не думали, что хозяин его не кормит. Как это проявляется в системе? Система имитирует сытость, транслируя во вне свои обычные показатели, показывая скорлупу процессов неизменной. Я ровно такой, как вам нравится полагать, я сыт, мирен, пассивен, ленив. И, как обычно, велик, силен, грозен и крайне опасен. Вот мои ножны, а в них рукояти. Хочешь видеть мечи? Но это лирика.
Скорлупа процесса есть имитация внешних сторон процесса.
Например, он её жахает, а она таблетки пьет.
Но если всерьез, нужно уметь выделять скорлупы процессов. Особенно в себе.
Еще важно - привыкнув к правильной оболочке, можно, забыв о ней, растя, не мочь её преодолеть, привычно следуя очертаниям искаженных скорлупок.
Сознательные скорлупы - да, собственно, это твой боевой наряд, который каждый раз выглядит для них, как положено.
Умение генерировать такие паттерны поведения - показывать только значимые кусочки скорлуп, родных для зрителя - дает тебе серьезное преимущество.
Умение различать в социуме скорлупные процессы, т. е. такие, за эксплуатацию которых тебе ничего не будет, кроме пользы, ведь в размахе человечества на имитации уходит реально много ресурсов, которые можно использовать с пользой для процессов живых, для процессов переживания кризисов. Собственно залог здоровья есть переживание кризиса, модификация себя, сотворчество с системой в деле разнообразия жизни, отсутствие границ между собой и системой.
Некоторые скорлупные процессы подлежат заботливому поддержанию. И от них может быть польза - их можно делать экономичней и проще. Вообще тема скорлупы, клипы - тема огромная.
Голгофа стала здесь базаром,
Венцы терновые - товаром,
И в душах - царствует Успех...
И - руки чистые - у всех.
Забавно наблюдать прения между глухими и слепыми с одной стороны и подслеповатыми и глуховатыми с другой.
Не имея ясного представления ни о многообразии атеистических блужданий, ни о гранях божественной традиции они путают безбожие с наукой и тварь с творцом.
Первый вопрос т. н. атеисту - есть ли он атеист по причине того, что он полагает традицию туманным бормотанием, которое не может на его взгляд ответить ему на его, как ему мнится неразрешимые вопросы, или же есть он атеист по причине общей недоразвитости чувств?
Первый вопрос т. н. верующему - что такое есть вера?
У первых такие дремучие представления о боге, что они совершенно правы - бога в том виде как они его себе мнят - нет и быть не может, и тут не поспоришь.
У вторых чаще столь невзрачные понятия о науке, что они вынуждены сторониться всякой логики и дисциплины мышления, полагая, что ничего этим безбожникам нельзя доказать.
Ясный красный, чудеса всегда можно списать на совпадение, если не на иллюзию, пусть даже и коллективную. Но стоит лишь начать читать текст, как начинают шевелиться волосы на любой самой упертой естественно-научной голове. Уже первое слово в книге - вызывает ощущение дежавю - епта! я всегда это знал! иначе и быть не может! Пропустив себя через первую цепочку слов - нигде не видишь противоречий и везде видишь подтверждение всем глобальным закономерностям обнаруженным пытливыми наблюдателями и обсчитанных гениальными теоретиками. Мало того - свобода прочтения открывает реальность смыслов и наполняет понятия жизнью, осмысленная реальность и постигнутая жизнь порождают вселенную разума и вселенский разум предлагает свою территорию каждому постигающему.
Мир есть тайна. И тайну можно постичь. Но вначале нужно перестать блудить.
Высокая наука ничуть не противоречит высокой традиции.
Сказано традицией - тайна не может быть открыта тому кто не в состоянии сам её постичь.
Это же самое справедливо для т.н. научных истин, не так ли?
Отсюда - споры ведутся за спорные территории, между тем как сегодняшний мир не собирается делиться ни с первыми, ни с вторыми, наука кончилась смердя технологическим выхлопом распада мысли, традиция рассеклась на мириады обломков оставляя способных к вере в тьме сомнения и одиночества.
Пришел лесник.
