Несмотря на полное отсутствие ручек, щупалец и прочих хваталок, новокаледонские вороны удивительно здорово разбираются в орудийной деятельности. Сборка, модификация и нетипичное использование всяких палочек-веточек — это их вотчина, в которой птицы превосходят даже приматов!

Возьмём, к примеру, шимпанзе. Они достаточно умны и развиты, чтобы взять тоненькую палочку, почистить её и пошерудить ею под корой, чтобы вытащить оттуда личинку-другую. А потом поковыряться ею же в носу или ухе. И это очень, очень круто, ведь абсолютному большинству животных и в голову не приходит потыкать в себя палкой. Но для новокаледонских воронов это уровень едва выбравшегося из гнезда птенчика.

Ведь перед тем, как тыкать в неизвестность палочкой, ворон берёт листочек рвёт его на тонкие полоски и пропихивает одну из длинных полосочек в щель. Так он сможет проверить: а есть ли там вообще вкусная личинка? И только если поисковый щуп наткнётся на препятствие, он отправится искать подходящую веточку.

И к этой задаче ворон подойдёт максимально творчески. Вместо того, чтобы отломить обычную скучную веточку, умный птиц отправится искать палочку с шипом или прикольной загогулиной на конце. А если такой нет — просто сделает её сам. Он найдёт изогнутую веточку и обрежет её так, чтобы изгиб был максимально выраженным и походил на рыболовный крючок. И всё это без помощи рук!

Но даже такого продвинутого инструмента может не хватить, если личинка спряталась слишком уж глубоко, а кушать слишком уж хочется. Тогда ворон может собрать себе супер-палочку сразу из нескольких палочек поменьше. Например, вставить полые стебли один в другой, чтобы удлинить конструкцию. Причём лабораторные опыты показывают, что птицы способны так поступать без какого-либо предварительного обучения.

И это только частичка мощи разума маленького ворона. Они не только умеют делать инструменты, состоящие из 3-4 частей, но и способны наблюдать друг за другом, копируя навыки инструментостроения, а также использовать материалы, которых в дикой природе не встретить — пластик, металл и даже микроёршики, выдаваемые учёными в экспериментах.

Страшно представить, до чего додумались бы эти уникумы, если бы у них были руки...

Источник.

Птица кагу, обитающая только в лесах островов Новой Каледонии в Тихом океане, — настоящий уникум среди пернатых, прозванная местными «призраком джунглей» за серебристо-серое оперение, которое в утреннем тумане делает её почти невидимой. Хохолок на голове, достигающий 12 сантиметров, поднимается, словно ирокез, когда птица взволнована или хочет привлечь партнёра. Несмотря на нормальные крылья с размахом до 77 сантиметров, кагу почти не летает, предпочитая ловко бегать по зарослям, а крылья использует для брачных танцев или короткого планирования. На рассвете эти птицы издают громкий лающий крик, ставший символом Новой Каледонии, а днём шипят или дребезжат. Кагу моногамны, создают пары на всю жизнь, строят простые гнёзда из листьев на земле и высиживают одно яйцо больше месяца, причём оба родителя участвуют в процессе. Птенцы остаются с семьёй до шести лет, помогая защищать территорию, что укрепляет их социальные связи. Живут они парами или группами до семи особей, включая потомство. Еще одна уникальная черта кагу — назальные щитки на клюве, защищающие ноздри от грязи, пока она выкапывает червей, улиток или ящериц. Почвы Новой Каледонии, богатые тяжёлыми металлами из-за вулканического происхождения, не помеха для кагу — их перья содержат высокие концентрации этих веществ, что говорит об удивительной адаптации. К сожалению, вид на грани вымирания: осталось менее тысячи особей из-за вырубки лесов, добычи никеля и хищников, таких как собаки и кошки, завезённые человеком. Кагу занесены в Красную книгу, но усилия по их разведению, например в зоопарке Нумеа, дают надежду на сохранение этого редкого вида.

ТГ Познавательное рядом

По словам эксперта, несмотря на три прошедших референдума, показавших желание большинства населения остаться с Францией, движение за независимость остаётся активным, а часть местного — коренного — населения бойкотировала последний плебисцит.

Мезюхо считает, что Франция под руководством Эммануэля Макрона сталкивается с кризисом доверия среди заморских территорий и бывших колоний, а изменение статуса Новой Каледонии свидетельствует об ослаблении французского влияния.

«Я думаю, что после обретения нового статуса в Новой Каледонии протестный потенциал в этом регионе всё-таки сохранится, и сторонники движения «За независимость» будут и дальше выступать за отделение этих Тихоокеанских островов от французского государства», — добавил политолог.

Он выразил уверенность, что Париж будет бороться за архипелаг до конца, ведь здесь находятся значительные запасы никеля.

Ранее президент Франции Эммануэль Макрон заявил, что Новая Каледония приобретёт статус государства в составе Франции.