Уж сколько я вам понарассказывала тут о паразитах… кажется, вас уже ничем не удивить! Превращение глаз в гусеницы, зомби-контроль, запаховая мимикрия под чьих-то детишек? Это уже было! А вот вам нечто новенькое: паразит, от которого у животных отрастают лишние конечности. Вот прямо совсем-совсем лишние.

Перед вами результат работы личинки североамериканского сосальщика из рода Ribeiroia над королевской квакшей. Кто хотя бы немножко знает о жизненных циклах сосальщиков, сейчас, вероятно, слегка удивился. Личинка в земноводном? Но ведь традиционными промежуточными хозяевами для этого класса червей являются моллюски? Всё так. Просто эти сосальщики, как самые настоящие паразиты, хотят всего и побольше – и в результате «изобрели» довольно сложный цикл с очень причудливыми побочными эффектами.

Начнём, пожалуй, с основного хозяина – тут сосальщикам Ribeiroia нас удивить особо нечем, ведь для развития половозрелых форм по традиции используются птицы и млекопитающие, питающиеся земноводными и рыбой. В их кишечнике сосальщик растёт, питается, оплодотворяет сам себя и производит яйца, вместе с экскрементами животных выходящие в водоём. Серьёзного вреда червь им не наносит, ведь он заинтересован в долгой и сытой жизни своего главного кормильца. А вот благополучие промежуточных хозяев ему до лампочки.

В водичке из яиц выходят микроскопические личинки с ресничками по имени мирацидии, и именно они попадают на обед к своему первому промежуточному хозяину – ну конечно же, моллюску. Так что начинается поэтапный путь паразита к светлому будущему с улитки из семейства катушек. В катушках мирацидии бодренько проколупываются из пищеварительного тракта в кровь и разносятся по всему улиточьему тельцу. Полтора месяца паразиты множатся в несчастном моллюске, претерпевая ещё два метаморфоза, лишая его ресурсов и до кучи сожрав половую систему – нечего у паразитов пищу на производство собственных детишек отбирать.

Использовав улитку, они уходят из неё, не прощаясь, в куда большем количестве, чем заходили. Теперь они уже не мирацидии, они – церкарии. Быть церкарием у сосальщиков – значит отрастить хвост и резво плавать в водичке, и эти шустрики привлекают внимание тех, кто привык ловить подвижную мелкую пищу. Это могут быть рыбы, но куда чаще – головастики лягушек и жаб, которые, закусив ловким церкарием, остаются довольны и ещё не знают, как сильно они попали.

В теле будущей лягушки церкарии не теряют времени: превратившись в метацеркарии, они приступают к производству ретиноевой кислоты в поистине промышленных масштабах. Вещество это отвечает за формирование лапок у головастиков, и действует прямо пропорционально: чем больше кислоты – тем больше лапок. Но зачем же это паразиту? А вот, оказывается, есть зачем. Дело в том, что лишние конечности отнюдь не улучшают манёвренность земноводных – более того, значительно её ухудшают.

Согласно исследованиям учёных, лягушки с дополнительными лапами совершают прыжки на 41% короче, чем здоровые лягушки. Также они на 66% менее выносливы и плавают на 37% медленней, чем лягушки с нормальным количеством лапок. Всё это делает заражённую лягушку лёгкой добычей для птиц и некоторых водных зверей, вроде ондатр, которые должны стать конечным пунктом для паразитов Ribeiroia.

Уже порадовались за наших квакушек? Паразит-то американский, нашим жабкам такое не грозит. Вот прям такое – нет, но и у нас есть свои, местные сосальщики – любители вызывать уродства у водной живности.  Например, двоюродный братишка нашего сегодняшнего героя по имени Strigea robusta. Эта зараза отращивает квакушкам не лишние лапки, а лишние пальчики, а лапки – так, просто деформирует. В общем, ужас. Одно хорошо – нам с вами эта животина не угрожает, так что, если есть среди вас любители лягушачьих лапок, можно и дальше без опаски наслаждаться изысками французской кухни.

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.