Серия «Путешествуем с фотокамерой»

Вместо предисловия

Будет много буков. Длиннопост во всей своей красе...

На днях разбирал свои цифровые архивы и среди прочего наткнулся на несколько своих старых тревел историй. В частности о поездках в Одессу, Израиль, Киев, Крит… Публиковал их когда-то на каких-то туристических форумах. И оказывается это было уже так давно – 15-17 лет назад.

Итак, представляю на ваш суд мой отчет о поездке в Одессу. Да, когда будете судить – не забывайте, что все это написано 17 лет назад. Тогда всё иначе, чем сейчас.

Счастливого пути...

На календаре 30 мая 2009 года. В багажнике сумки. В салоне я и моя семья... В зеркале заднего вида удаляется родной Краснодар. Впереди – город, в любви которому признавались сотни известнейших людей. Город – герой тысяч трагических и комических историй, романтических приключений и любовных похождений, воспетых в многочисленных песнях и книгах, фильмах и анекдотах. Город, история которого неразрывно связана с историей России, и, который, по воле все той же истории, сегодня отлучен от государства, частью которого являлся не одну сотню лет.

Впереди Город-Герой Одесса!

Но до Одессы еще порядка 900 км… А пока машина резво проглатывает первые километры трассы Краснодар – Порт Кавказ, приближая своих четырех пассажиров к первой промежуточной точке путешествия – паромной переправе «Порт – Кавказ – Керчь».

Ожидаемые и уже традиционные сложности паромной переправы, которая пока еще соединяет берега России и Украины, повлияли на выбор времени для этого путешествия – конец мая – начало июня, пока еще не начался курортный сезон, пока тысячи автотуристов не хлынули на отдых в Крым, пока есть надежда избежать многочасового ожидания своей очереди на паром.

Но обо всем по порядку

Из Краснодара выехали около 16 часов и направились в Порт-Кавказ, вернее в поселок Ильич, что в 12 километрах не доезжая до переправы. Там я заранее забронировал номер в одной из частных гостиниц, рассчитывая переночевать на российской стороне, чтобы рано утром погрузиться на паром и уже спокойно ехать к свой цели. Не знаю, что меня заставило, но накануне отъезда я, на всякий случай, в Инете нашел и выписал на листок телефоны/адреса нескольких керченских гостиниц. И, как потом оказалось, сделал это весьма и весьма кстати.

Около семи вечера подъехали к п. Ильич. Но прежде чем ехать в гостиницу решил прошвырнуться в сам Порт-Кавказ – на разведку, так сказать. Узнать что там и как, дабы утром уже точно знать, что делать, куда ехать, куда идти. На подъезде к порту натыкаемся на шлагбаум, перегородивший своим тонким и длинным телом, словно комариным жалом, узкую полоску асфальта, убегающую строго на запад…

Стоп-машина. Пограничная зона.

В чистом поле стационарный пост милиции с тремя дядьками характерной южно-российской внешности – полноватые, с пивным брюшком. Лица круглые, щеки красные, глаза хитрые. Ну типичные кубанские мужички – хитрованы. Сними форму, надень гражданское – и перед тобой не менты, а трактористы с соседнего колхоза. Но мужики сейчас в форме! Представители власти! Вежливо требуют документы на проверку и задают соответствующие вопросы – кто такие, куда, зачем…

Вот это новость!… Довольно обескураженный таким неожиданным поворотом и, признаться, даже не рассчитывавший на такой подарок судьбы, я стал прокручивать в голове новый план – а может ну его нафиг гостиницу в Ильиче? Кто знает, что будет утром? В общем, действуя по золотому правилу «куй железо не отходя от кассы», решил проехать до переправы и там на месте, по обстановке смотреть, что же делать – ночевать здесь, или переправится и заночевать в Керчи.

Приехав в порт, я убедился, что меня практически не обманули. И пусть я был не первым, но в очереди машин, стоявших перед воротами таможни, я был третьим. Что тоже очень хорошо. Отказываться от такого подарка я не стал, и принял решение переправляться ближайшим рейсом – в 21–00.

На испуганный вопрос жены – а где же мы (а мы – это я, супруга и двое дочерей) будем ночевать в Керчи, я не без чувства гордости за себя и свою предусмотрительность, небрежно достал заранее заготовленный листок с телефонами керченских гостиниц (кои я выписал заранее, если вы помните) и спокойно так ответил, глядя в несколько удивленные глаза супруги:

– «Спокойно, Маша, я – Дубровский!». У нас все ходы записаны… Вот телефончики гостиниц в Керчи, сейчас позвоним и забронируем номер. Еще не сезон, так что трудностей быть не должно...

Уже во второй гостинице приветливо приняли заявку и забронировали для нас 2-х комнатный номер за 360 гривен. После того как вопрос с ночевкой был решен сугубо положительно я занялся покупкой билетов на паром и оформлением украинского полиса ОСАГО.

Не вдаваясь в лишние подробности, скажу, что от причала паром отошел с опозданием в 30 мин и на берег украинский мы съехали уже в начале одиннадцатого вечера (или уже ночи?) по московскому времени.

На украинской стороне было на час меньше. Но Солнце, наверное, живет по московскому времени – на украинском берегу было уже также темно, как и на российском. И к тому моменту как мы прошли все таможенные процедуры, на Крымский полуостров опустилась настоящая южная ночь. Выехав за ворота таможни, мы оказались на каком-то «отшибе» – темном и безлюдном асфальтовом пятачке, тускло освещаемой парой мутных фонарей.

Керчь

Вiльна Украiна встретила нас какой-то уж слишком густой и липкой темнотой – без романтической луны в небе и даже без света беззаботных звезд.

Но растерянность моя длилась всего несколько первых секунд. Потому что здесь на «сцену» вышел еще один участник нашего путешествия – некто "Тамара" в лице навигатора, которая с этого момента повела нас вперед. Повинуясь голосовым подсказкам умного приборчика, мы благополучно продрались сквозь темные и безлюдные окраины Керчи и въехали в его центральную часть с признаками цивилизации.

И хотя навигатор, голосом «Тамары», продолжал уверенно вести нас к заданному адресу, я решил подстраховаться и спросить дорогу у ночных таксистов – людей, которые по идее, сами как живые навигаторы, должны знать всё и вся, а уж дорогу к улице с таким неожиданным и даже оригинальным для приморского города названием «Курортная» – тем более. Всё-таки я впервые пользовался навигатором и как-то еще немного не доверял ему.

На мой вопрос как проехать на Курортную, они почему-то крепко задумались. Один стал усиленно тереть мясистый небритый подбородок, второй – усердно чесать круглый бритый затылок. И оба стали закатывать глаза, вспоминая улицу Курортную и мысленно рисуя маршрут до нее. Потом они начали между собой обсуждать, где это.

Мне бы тут надо было крепко задуматься и насторожиться – эта длительная пауза на обдумывание ответа, а также двухминутное обсуждение маршрута друг с другом была неспроста. Но видимо их почтенный возраст и еще более почтенный возраст их орудий труда вызвал у меня приступ повышенной доверчивости и я с почтением выслушал их ответ, со словами благодарности сел в машину, и пренебрегая указаниями «Тамары» поехал туда, куда меня послали таксисты…

Именно послали! Походу, старички действительно послали меня куда-то, а не показали дорогу к цели. Я поехал, куда они сказали – прямо, а потом направо, потом «наверх». А навигатор буквально на каждом перекрестке упорно советовал повернуть налево. Но я также упорно ехал по маршруту, указанному престарелыми «бомбилами».

В какой-то момент, я не знаю почему, но всё-таки решил последовать совету «Тамары» и свернул налево на очередном перекрестке. Не сделай я этого, то в итоге точно приехал бы не в гостиницу, а туда, куда обычно посылают. Во всяком случае, в гостиницу я не приехал бы точно. Эти ночные таксомоторные бабочки направили меня совершенно в другую сторону. Намеренно или по недоразумению – теперь уже не узнать.

Прибыв в гостиницу, завалились в номер. Быстренько перекусили, и довольно уставшие легли спать в первом часу ночи по Москве. На следующее утро нас ждал ранний подъем, быстрый завтрак и длинная дорога по степному Крыму.

Керчь – Одесса

Утром все так и было: подъем в 7 часов, быстрые сборы, скорый завтрак, выезд из гостиницы в 8 утра и дорожка длиной почти в 650 км. Сама дорожка по степному Крыму не представляла ничего особенного: Керчь – Феодосия – Джанкой – Херсон – Николаев –Одесса.

Качество дорожного покрытия вполне нормальное – не европейский автобан конечно, но ехать со скоростью 110–120 км/час можно. Машин мало. Старых машин, особенно Москвичей 2140, много.

Итак, неказистая асфальтовая дорожка, петляя меж маковых полей и пронзая различной величины небогатые населенные пункты привела нас в долгожданную Одессу.

Добро пожаловать в Одессу

Продравшись сквозь плотный поток машин на одесских улицах, мы благодаря навигатору уверенно добрались до нужного нам адреса – ул. Греческой, где нас ждала 2-х комнатная квартира. Квартира оказалась довольно просторной (около 80 кв.м) и уютной, в самом центре – в квартале от Дерибасовской, через дорогу от Русского Драматического театра, в ста метрах от Преображенского Кафедрального Собора, в 50 метрах от крупного торгового центра «Афина». Короче, «центрее», наверное, не бывает.

Кстати, пару слов про бронь квартиры.

Бронируя квартиру, я по телефону общался с милой девушкой Мариной, которая утверждала, что она является хозяйкой. В течение 2-х первых дней я имел удовольствие познакомиться еще с двумя «хозяйками», каждая из которых говорила по секрету свой номер телефона и заговорщицки предлагала в следующий раз звонить ей, поскольку она готова сдать квартирку дешевле.

Третья по счету собеседница с характерным одесским акцентом (или говорком), скорее всего, и являлась хозяйкой. Она позвонила на домашний телефон, поинтересовалась, убедительно попросила быть аккуратней и традиционно предложила записать ее номер телефона для последующих контактов, ибо была готова сдавать свое жильё по цене ровно в два раза меньше той, что я заплатил барышне Марине. Очевидно, она и так сдает квартирку за половину той суммы, которую платят съемщики. Вторая половина аккуратно оседает в карманах многочисленных посредников.

Справедливости ради должен заметить, что больше таких уроков обитатели славного города мне не преподавали. Скорее наоборот. Например, в трамвае говорливая и разбитная кондукторша «бальзаковского» возраста каким-то образом сразу поняла, что мы приезжие и после вопроса, откуда мы приехали, одобрительно кивнула, услышав «из Краснодара», пошуршала в одном из многочисленных карманчиков своей форменной жилетки и достала билетик.

Со словами: «Возьми, красавица! Это «счастливый…», протянула его моей старшей дочке. Вот так мы неожиданно стали обладателем такого ценного подарка (да-да, денег за него она не взяла!). Впервые за многие годы кондуктор вызвал добрые чувства, чем заронил надежду на то, что не все еще в этом мире плохо.

Пара каких-то прощелыг, представившиеся сторожами, чуть не развели меня, предложив парковать машину на территории какой-то стройки рядом с торговым центром. За возможность оставить машину на открытой и даже не огороженной площадке, якобы под их бдительным и неусыпном оком, они, не моргнув нетрезвым глазом, запросили 60 гривен (240 руб.). И без тени смущения добавили, что, мол, на подземной стоянке в торговом центре еще дороже.

Но вот на что они рассчитывали? Ведь до указанного ТЦ было 50 м. Я не поленился, сходил. Проверил. В результате мой верный железный конь ночевал в подземном, реально охраняемом, гараже за цену в полтора раза (!) дешевле, чем хотели предприимчивые калдыри на стройке. Конечно, 160 руб./ночь тоже не подарок – но куда лучше, чем 240 руб. под «бдительным» присмотром каких-то шнырей.

Духовное разграбление города

У нас не было какого-либо четко прописанного плана. Цель поездки была в чем-то скромная, может даже банальная – просто походить/побродить по городу, по его знаменитым улицам, бульварам и дворам. Подышать его воздухом, почувствовать его ауру. Конечно, предварительно был составлен список достопримечательностей, но его соблюдение никак не было регламентировано. Но в итоге всё делалось по наитию, или по настроению. Захотелось – пошли гулять по улочкам старого центра. Загорелась душа – поехали на Привоз или по Французскому бульвару мимо киностудии им. Довженко на пляж «Аркадия»…

Старый центр – улицы Дерибасовская, Ришельевская, Екатерининская, Большая Еврейская, Малая Арнаутская, Лонжероновская, Преображенская, Приморский Бульвар и многие другие мы, разумеется, обошли пешком.

Приморский бульвар понравился. Совсем небольшой по протяженности, но есть в нем что-то такое, что заставляло нас практически каждый день приходить туда. Либо специально, либо мимоходом. На Приморском установлены два знаменитых памятника – Пушкину, в самом начале бульвара, как раз напротив Городской Думы, и Арману Эмманюэлю дю Плесси.

Пушкин – это наше всё! И одесситы это понимали уже более 120 лет назад, когда решили увековечить память великого поэта в виде памятника, сооруженного на средства, собранные горожанами. Вот текст одного из воззваний к жителям города:

«Наш край – южная окраина русской земли –к великому поэту имеет свои, особые отношения. Наша окраина – Кавказ, Таврида, Бесарабия и Одесса – теснейше связаны с творчеством русского гения: многие и не последние его произведения навеяны ею. Естественно было потому желание –эти наши местные отношения к поэту увековечить в монументальном памятнике. Когда остановились мы на этой мысли, мы были далеки от стремления конкурировать с памятником поэту в Москве, и не взыщут с нас, если скромные размеры нашего памятника не будут в гармонии с размерами чествуемого гения, не скажут, что мы оскорбляем ими. Мы остановились на фонтане с бюстом Пушкина в Одессе – на бульваре, против Биржевого здания, где начинается улица имени поэта. . . Комиссия не ищет многого – она помнит русскую поговорку „копейка к копейке – рубль“; пусть только каждый, кто хоть в школе познакомился с Пушкиным, принесет свою лепту, в копейку, и искомая сумма налицо».

И одесситы деньги на памятник поэту собрали.

Город, который спасли апельсины

А вот кто такой Арман Эмманюэль дю Плесси знают далеко не все. Да и я узнал относительно недавно. Арман Эмманюэль дю Плесси, более известный как герцог де Ришельё, участвовал в штурме Измаила, а спустя пять лет надолго обосновался в России и в 1803 году стал генерал-губернатором Одессы.

Одесситы называли его «наш Дюк» и считали основателем города, хотя к тому времени Одессе было уже 8 лет. Стараниями нового градоначальника город превратился в крупный торговый порт. Когда Бурбоны вернули себе французский трон, Дюк уехал во Францию, где стал премьер-министром в правительстве Людовика XVIII. Неординарная личность. Неудивительно, что одесситы собрали деньжат и поставили этому человеку памятник в 1828 году.

Прямо напротив «Дюка» Потемкинская лестница, спустившись по которой попадаешь в Морской порт с Музеем якорей, странным памятником работы Эрнста Неизвестного, современным зданием Морвокзала и высоткой отеля «Одесса».

Если же пройти дальше по бульвару, то фактически упираешься в еще один памятник – на этот раз памятник архитектуры. Знаменитый Вороноцовский дворец и Колоннада. Ни то ни другое на меня особого впечатления не произвели, поэтому подробно останавливаться не буду.

От дворца – через Военный спуск – по пешеходному мосту со звучным именем «Тёщин» выходишь на бульвар Жванецкого и чуть далее к памятнику Апельсину. Кстати, «тёщин мост» весь увешан «замками любви» с именами новобрачных. Естественно, тёщин мост имеет другое официальное название – «Комсомольский», которое не прижилось в народе, что тоже вполне естественно, учитывая легенды, объясняющие почему мост имеет столь оригинальное название.

Легенды две. Первая: потому что он самый длинный и узкий в городе, а ещё и раскачивается от сильного ветра: «прямо, как язык тёщи». И вторая, более достоверная, якобы его построили по приказу первого секретаря одесского горкома компартии Михаила Синицы, которому было так удобнее ходить к любимой теще «на блины».

В 1795 году по приказу императора Павла I было остановлено финансирование строительства одесского порта, в результате чего уже к 1800 году Одесса, оставшись без порта и без торговых операций стала «хиреть». Местные градоначальники понимали, что только порт может дать жизнь городу. Поэтому решили обратиться к российскому императору с просьбой выделить кредит 250 000 руб. на завершение строительства. Вместе с челобитной 3 февраля 1800 года Павлу I послали обоз с тремя тысячами отборных апельсинов. Император остался весьма доволен таким подходом к решению вопроса и уже 1 марта того же года повелел выдать запрашиваемую сумму «заимообразно» на 14 лет под ответственность местных купцов.

Одесса была спасена. Гуси спасли Рим. Апельсины спасли Одессу. Спустя 204 года благодарные одесситы отдали дань апельсинам. Впрочем, злые языки (куда уж без них) этот памятник называют «памятником взятке» (по сути, они, конечно, правы. Но ведь какие благие намерения эта взятка помогла реализовать)

Вот так мы и ходили/ездили 5 дней по улицам Одессы. Хоть музеи посещать не планировали – но по ходу в двух побывали. В археологическом и в художественном. Впрочем, если быть точным – то еще в двух: в Музее якорей (на территории морского порта) и в Музее-мемориале обороны Одессы. Два последних располагаются на открытом воздухе, поэтому на музей в классическом понимании не похожи.

Археологический музей мне больше понравился снаружи, чем внутри. Просто меня различные черепки в витринах под стеклом не сильно «возбуждают».

А вот с Художественным музеем все ровно наоборот. Красивое старинное здание, построенное архитектором Боффо в 1826 году как дворец-усадьба графини Нарышкиной, в 1888 было приобретено городской головой Г. Маразли и подарено Одессе для устройства в нем публичного музея. Сегодня здание музея далеко не в лучшем состоянии – срочно требуется ремонт и реставрация.

На втором этаже – залы с «современным искусством». Но после классики современная коллекция (по-большей части советского периода) выглядит как-то блекло. Я, конечно, не специалист в живописи, и в основном оперирую субъективными и эмоциональными критериями (чисто нравится /не нравится), но повторюсь, современная живопись (по крайне мере представленная в данном музее) в подметки не годится работам вышеназванных художников. ИМХО, как говорится…

Ну да ладно. Не буду умничать. Нам с женой понравилось. Детям было немного скучно. Впрочем, что здесь удивительного? Вы когда-нибудь видели детей, которым было бы интересно в музее?

Знаменитейший, вроде бы, рынок, культовое место, «воспетое» многими знаменитыми людьми, по факту оказалось каким-то жалким зрелищем. Грязное, неухоженное, неорганизованное – торговые ряды расположены хаотично. Рядом с рыбой лотки с одеждой, рядом с картошкой лотки с конфетами и т.д. Откровенно было жалко потраченного времени.

Второе разочарование – Потемкинская лестница. Впрочем, говорить о разочаровании, наверное, не совсем верно. Скорее всего, у меня были явно завышенные ожидания, которые не в полной мере оправдались. Или это по причине того, что вокруг лестницы велись какие-то ремонтные работы и вся левая сторона лестницы (если смотреть сверху) была закрыта неприглядным синим забором.

Впрочем, лестница обладает очень богатой историей. Достаточно сказать, что самое название – Потемкинская – это как символ большой несправедливости. Граф Потемкин не имеет абсолютно никакого отношения к этому шедевру архитектуры.

Лестница была построена в 1837–1841 гг. уже упомянутым выше архитектором Боффо по заказу светлейшего князя Воронцова, который решил сделать такой оригинальный подарок своей жене. Подарочек сей строили 4 года и обошелся он в 800 тыс. рублей. По тем временам это была фантастическая сумма, но что сделаешь ради любви.

В разное время лестница носила разные названия: Бульварная, Приморская, Ришельевская, Гигантская, лестница бульвара Фельдмана. Все эти названия были неофициальными, а вот свое нынешнее, и уже официальное, название лестница получила уже в 50-х годах 20 века, и скорее всего в честь знаменитого фильма «Броненосец «Потемкин», одна из ключевых сцен которого была связана именно с ней.

Одесский Театр Оперы и Балета безусловно, потрясает своей архитектурой и внутренним убранством.

Не меньшее впечатление произвела и сама опера, которую мы имели удовольствие послушать (или посмотреть?). В тот день давали «Иоланту» Чайковского. Позитивный настрой на оперу стал у нас формироваться уже на входе – как только мы взяли программку с указанием состава труппы, дирижера, либретто и пр. Программка была на украинском языке, что, в общем то, вполне естественно. Но вот читать эту программку без смеха, порой переходящего в гомерический хохот, было просто невозможно, особенно либретто.

Но вернемся в театр. В конечном итоге общие впечатления от театра остались сугубо положительные, я бы даже сказал – восторженные. Супруга потом все пыталась вытянуть меня еще и на балет – но балет это уже было выше моих сил. И даже возможность насладиться очередным шедевром в виде еще одного либретто не прельстила меня. Так что я кое-как отбился от такого предложения.

Кстати, как и подобает всякому театру, одесский оперный театр имеет не мало своих легенд. В частности, утверждают, что в здании театра есть два призрака и волшебные зеркала: мол, если постоять перед любым из двух зеркал, расположенных у парадного входа, загадав желание, оно обязательно сбудется. Но загадывать может только зритель. Этой легенде уже более 120 лет. А еще такая: «Если три минуты неподвижно смотреть в зеркало, человек три года остается таким, каким отражается. Не стареет». Жалко я узнал об этом уже потом. А то бы проверил обязательно.

Зато я проверил вкус знаменитого пива «Гамбринус» в одноименном пивном Доме, основанным, между прочим, в 1883 году. Разумеется, пивко в Одессе нужно пить с черноморскими бычками (ну это вообще-то рыба так называется, а не то, что вы подумали). Фирменное блюдо из жареных бычков в «Гамбринусе» носит весьма многообещающее название –«Бычки обыкновенные, необыкновенно вкусные». Что касается пива — сказать, что это был восторг, не могу. «Пыво як пыво!». Ничего особеного.

Должен заметить, что выбор в пользу бычков обыкновенных был сложен и тернист. Согласитесь, выбрать из такого списка горячих и не очень закусок весьма непросто: «Фильдиперсовые рачки с подливочками», «Пьяные вертихвостки», «Лодочки для поцелуев», «Рандеву у Трындичихи», «Жест Джентельмена», «Заказ Предводителя». Не меню, а учебное пособие для «нейминговых» агентств и рестораторов. Как минимум три из приведенных выше названий спокойно можно использовать в качестве названия ресторана.

Если уж речь пошла о пиве, то мне больше понравилось «Черниговское», которое весьма популярно у одесситов и есть, по-моему, практически в каждом баре и магазине. Пафосу меньше, вкуса больше.

Ну, если пиво для кого-то представляет малоинтересную тему, то вот архитектура старого центра Одессы, по-моему, никого не оставит равнодушным. Неоклассицизм, модерн, постмодернизм, конструктивизм, ампир – все эти стили пышным цветом расцвели под южным солнцем, делая Одессу поистине архитектурной жемчужиной Черного моря. Но эта «медаль» имеет две стороны – великолепные и яркие фасады, и откровенно обшарпанные, а порой так и просто страшные дворы.

Впрочем, нечто подобное я видел в Санкт-Петербурге, где за парадными витринами Невского проспекта скрываются облезлые и захламленные питерские дворы (во всяком случае, так было в середине 90-х), нечто подобное и сейчас мы можем, к сожалению, наблюдать и в Краснодаре. Да чего уж там, нечто подобное можно увидеть еще в практически в любом городе мира.

Сложно описать или передать ту смесь восторга и разочарования, удивления и уныния, которая образуется в голове во время прогулок по Одессе? Когда заглянув в очередной дворик, понимаешь, что время безжалостно в своем стремлении все превратить в прах. К тому же еще и человек сам помогает уничтожить то, что время пока оставило нетронутым.

Но как бы там ни было, вам уж точно не надо сидеть и слушать чьи-то рассказы, пытаясь по ним сформировать картинку Одессы. Надо ехать и смотреть. Смотреть своими глазами. Просто ходить по улочкам вдоль и поперек, заглядывать во дворики, сидеть с пивком или с чем другим в многочисленных кафе, ресторанах и бистро. Благо кафешек этих, расположенных прямо на тротуарах, пруд пруди. Большие и маленькие, с модным дизайном и не очень, с «крутыми» ценниками и более демократичные – самые разные, но каждое по-своему удобное и уютное. И каждое излучает какие-то магнетические волны, притягивая к себе всех, кто оказывается рядом. Сопротивляться этому притяжению просто нет сил, тем более, когда ты целый день бродишь по городу. Да и не надо…

Зайди, присядь, отдохни, выпей чашечку кофе или кружечку пива, наберись сил, соберись с мыслями, аккумулируй в себе полученный эмоциональный заряд, полученный только что. Сохрани его в душе и в памяти. Для себя, и для других – для всех кому ты будешь рассказывать про свою поездку. Рассказывать про «свою» Одессу, частичку которой ты обязательно увезешь с собой, взамен частички себя, которую ты обязательно оставишь в Одессе.

Оставили частичку себя в этом городе и мы. Насколько большую – понимание, наверное, придет со временем. Пять дней – это слишком мало, чтобы делать объективные оценки. Но впечатления от этого маленького путешествия остались положительные.

С момента поездки прошло совсем немного времени, а в голове уже крутятся мысли – может быть съездить в Одессу снова? Чтобы еще раз, рано утром, пока нет толп туристов, от Греческой площади выйти на Дерибасовскую, по ней пройти до Ришельевской и, свернув налево, еще раз восторженно взглянуть на «ёперный» театр, и оставляя его по левую руку, пройти по улице Ланжероновской до Археологического музея, а от него – на Приморский Бульвар.

На бульваре посидеть в тени деревьев на одной из лавочек, провожая взглядами немногочисленных прохожих и любуясь нарядным фасадом гостиницы «Лондонская». Немного переведя дух, далее дойти до «Дюка», посмотреть на него «со второго люка» (с этого ракурса «Дюк» приобретает некую пикантную особенность). Остановившись на краю Потемкинской лестницы окинуть взглядом панораму Морского порта.

Затем, развернувшись на 180 гр., через Екатерининскую площадь выйти к памятнику Екатерине Второй, или же пройти чуть дальше по бульвару к Воронцовскому дворцу и Колоннаде…

Блин, можно долго прописывать маршрут, по которому бы я прошел еще раз. И чем больше я описываю этот маршрут, тем сильнее меня тянет туда. А раз тянет – значит придет время и я туда еще обязательно поеду.

Вместо послесловия

В общем, нет ничего из того, что было. И мне кажется, что даже если появится возможность поехать снова – то я вряд ли поеду. Этот город растерял весь свой романтический флер.

Увы, жемчужины у моря больше нет.