Только палочку не ломать, а остальное можно ломать, и выкручивать тоже можно. Сильно – это хорошо, это гораздо лучше, чем друг друга, в этих спаррингах, скучноватых. Когда сильно, это максимальное удовольствие!

– Снимай стёклышки, Поттер, бить будем!

– Чой-то бить?

– Так надо. Возбухаешь много, на босса бочку катишь, и даже на нас. А он в ответ нас с Грегом на тебя накатить решил. Так что будем тебя плющить накатыванием, до полного расколбасивания в листок! В ухо тебя будем бить, и по другим мордастым частям будем, и по туловищу тоже!

– Ага, Поттер, и по очереди будем, и вместе тоже, и ногами, и до полной физической усталости. А мы в отличной форме, поэтому предлагаем полное отбивное обслуживание, здесь и сейчас! Ты у нас…

– Ты будешь валяться здесь, Поттер, и тебя нескоро найдут! Готовься пропустить ужин, очкастый!

– Понял вас хорошо… Стишок смешной хотите?

– Не-а!

– Так и знал…

И Гарри, увернувшись от потянувшегося к нему Гойла, метнулся в ноги Крэббу. Туша повалилась удачно, загородив Гойлу дорогу. Но тот, перескочив коллегу, бросился за Гарри и бежал очень резво. Если бы не практика с кузеном, мог бы и догнать, потому что ноги длинные и очень выносливый, несмотря на массу. А так утомил только.

Крэбб сильно отстал, но потом тоже быстро бежал, но уже не за Гарри. Потому что мальчик-герой вывел преследователей к дому лесника, и оттуда с громким лаем вырвался Клык. Он с удовольствием погнался за крупными ребятами, а Гарри, махнув собаке, с облегчением присел на пенёк и принялся восстанавливать дыхание. Клык отлично понял его решительный жест и погнал слизеринцев к школе.

Мистер Гойл сразу почувствовал, что сзади очень большая и быстрая собака, очень громкая. Говорили, что трусливая, но ведь не боится, хотя их двое, и не отстаёт. И всё время гавкает, басисто, как в бочку. И зубы такие, что прямо плохое предчувствуешь, да на всю пятую точку. И предчувствия эти не обманули…

И Крэбба тоже не обманули, он аналогичное предчувствовал, они в больничном крыле обсуждали. Потом медиведьма довольно небрежно укусы залечивала, и высказывалась, что дразнить собаку лесника не стоит, даже такими мясистыми и плохо прокусываемыми частями.

А кого попало она не кусает, учтите. И без обезболивания походите, дворянчики драчливые, вам не привыкать, будущие мастера боли, чистокровные до не могу…

А Клык, чувствительно тяпнувший врагов и хорошо их погонявший, за свою разумную инициативу, хотя, на деле, инстинктивную, получил потом хорошие куски мясного пирога. И гораздо крупнее, чем обычно. Уже не только от благодарного Гарри, но и от тоже благодарной, за помощь другу, Гермионы…

Пусть и глупая животина, этот Клык, но какую же пользу принёс, телохранитель зубастый! Лопай, лопай, хорошая собачка, лопай, не лижись только, нет, кому сказала, не лижись, скотина ты блохастая!..

***

Гарри понимал, что в тот раз ему удалось Крэбба и Гойла вывести на Клыка, и это было везение. Но они же не отвяжутся. Они же прямо как Дадличек, которого это, как Гермиона говорила, в Хоге взяли и клонировали, два раза, чтобы проблемы удвоить. Мало ему одного Падлика, и Малфоя в придачу!

Ну да, Хогвартс явно считает, что мало: магические твари, конечно, хорошо, но к ним прилагается и комплект обычных тварей, в человеческом облике… Хорошо, Невилл подсобил: и подсказал, и принял участие в одной специальной операции, молодчина, не струсил. Хочет отомстить этим шкафам, и отомстит! Тренируется драться, вот молодчина!

***

Из дерьма торчит рука,

То – ошибка барсука:

Подкормил росянку,

Но примял говнянку!

Набирал он жменю тмину,

Наступил потом на мину:

А говнянка не простит,

Дерьмо струями летит!

Ты скажи, барсук, спасибо:

Тмину горсточку надыбал,

Можешь посыпать дерьмо,

Будет с запахом оно!

…Фекальница-метательница, а в просторечии просто говнянка, редкое, по счастью, растение, отличающееся большим, а порой и огромным подземным резервуаром. В нём фекальница годами копит компост, имеющий огорчительное запаховое и прочее сходство с общечеловеческими навозными ценностями. Накопление долгое, и опорожнение под себя постепенное, неторопливое.

Правда, и неуклонное. Но если наступить на молодую сторожевую поросль, то от основного растения получается эффект мины. Разной силы: резервуар опустошается частично, когда вес малый, либо наоборот, если метательница испугается и метнёт по-настоящему. Такой вот защитный механизм, очень эффективный для вразумления всех, кто потянется погрызть свежие веточки.

Три известных школе случая срабатывания говнянки, накопившей к тому моменту полный запас компоста, породили некоторый фольклор. Ибо гейзер дерьма, со сбиванием с ног и покрыванием подорвавшегося толстым слоем, воистину производил сильное впечатление... И это впечатление потом долго питало рассказы и даже поэзию.

Гарри ещё на первом курсе услышал от близнецов дразнилку про барсука, только не понял, откуда там такая куча взялась, чтобы прямо тонуть, раз говнянка. А Невилл недавно подробно рассказал про все эффекты. И говнянку эту показал, фекальница которая, и меры предосторожности объяснил.

А Гарри как осенило, и он стал думать об использовании биологического оружия, в этом мире незапрещённого. И Невилла нагрузил, и тот очень весело думал, в правильном направлении, и радовался, от предвкушения.

Гарри ещё и с Хагридом посоветовался, как же без этого. Лесник знал расположение двух метательниц в лесу, старых и заслуженных. И узнал про обе в результате близкого знакомства. И тоже как-то предупредил ребят о потенциальной опасности.

С долей восхищения перед силами природы рассказал, как однажды был сбит с ног струями хоть растительного, однако несомненного дерьма. Больше чем по пояс было, так хлестало, во, силища! Второй раз успел отскочить, но извозюкан был так... Там же гейзер бьёт, натуральный гейзер!

…Хотел вгорячах выкорчевать эту дрянь, но потом смягчил раздражение самогончиком и решил не связываться. Потому как резервуар у взрослого растения глубоко, и без потерь до него не добраться. Ну её, фекальницу эту. Гнездо шершней ворошить не надо, и на сторожевые побеги говнянки тоже лучше не наступать, целее будешь.

Пьяный или малый в таком сюрпризе и утонуть могут, а это плохая смерть, то ж понятно. Вроде подленькое деревце и растительное дерьмо копит, а от натурального только специалисты отличают. Вот и он теперь специалист, но без этого знания отлично бы жил…

***

…Мистер Малфой организовал засаду лично, раз вассалы провалили избиение и сами оказались покусаны. Гнать надо не к леснику, поняли, болваны? Поэтому слушать сюда, про правильную загонную охоту!..

И засада очень правильная получилась, и Поттер ожидаемо не смог пройти мимо безнаказанно. И хоть среагировал сразу, и побежал, да только, без помощи собаки, куда ему от троих?

Гарри, преследуемый неожиданно выскочившей тройкой слизеринцев, допетлял до нужного места. И промчался рядом с указанным Невиллом сторожевым побегом, специально пнув его. Фекальница реагировала не мгновенно, а на большой вес, агрессию или топтание мелких школьников на одном месте.

Подсказанная тактика сработала. Вырвавшийся вперёд предводитель карательного отряда получил первым. На месте взвизгнувшего блондина шумно взметнулся коричневый гейзер, в который по инерции влетели телохранители. Крикнув от неожиданности, они тут же поняли, что сделали это зря.

Пытаясь отплеваться на лету, Грег и Винсент, сбитые с ног давлением четырёх струй, рухнули в небольшой зловонный бассейн. Где уже ворочался и верещал опрокинувшийся на спину Малфой. Подняться ему суждено не было. Потому что мистер Гойл упал с размаху, выставив локти, один из которых погрузился в тощую плоть наследника.

Драко в ответ громко исторг фонтанчик коричневой субстанции. Но это было единственным плюсом от соприкосновения чистокровного живота с аналогичным по происхождению локтем. Наследник, дух из которого буквально выбило, под тяжестью вассала сразу погрузился на добрый фут в то, что набежало. И совсем уже бессильно заворочался в чудовищном бассейне, который продолжал пополняться, хотя и без прежней интенсивности.

Однако судорожные трепыхания в плотной среде длились недолго. Ибо суетливо пытавшийся встать временно ослепший Гойл, пытаясь очистить глаза от липкой субстанции, наступил затонувшему Драко прямо на подбородок. Наследник, помимо богатых болевых ощущений, почувствовал, как хрустнули зубы и невольно распахнулась челюсть. И было непонятно, что хуже: нестерпимая боль или аналогичный вкус в принудительно открытом рту?

Гойл, радостный от того, что гейзер опал и уже не свистит, а лишь клокочет, поторопился с эвакуацией из опасного места. Очень довольный, что нащупал опору, он оттолкнулся от неё, чтобы скорее покинуть ловушку.

Под ногой что-то хрупнуло, зато Грегу удалось зафиксироваться в вертикальном положении. Теперь он стоял на затонувшем сюзерене и, пытаясь проморгаться, искал его. А потом снова оттолкнулся от твёрдой кочки под правой толчковой, и неуклюже выполз на чистое место, которое тут же перестало быть таковым.

Когда Гойл сошёл с кочки, на босса наступил Крэбб. Правда, к счастью, не на голову, а на поджатые к животу колени. В отличие от коллеги, Винсент сразу догадался, что именно нащупывалось под ногой. Между тем Гойл лихорадочно вытирал ладони о траву, чтобы потом всё-таки попытаться протереть глаза.

И тут прямо из эпицентра катастрофы поднялась массивная фигура, покрытая толстым слоем светло-коричневого вещества, причём везде. Но по габаритам было понятно, что эвакуируется соратник. Где же тогда стройный изящный босс?

Оттерев один глаз, Гойл увидел, что крупная фигура с усилием тащила из глубокой лужи такой же коричневый и бесформенный мешок. «Наверное, несколько побегов оторвал, чтобы не фонтанировали! – с уважением подумал Грег. – Я бы не догадался… Ну да, вырвал их, вот фонтан и прекратился.

Босс наградит! Наверное, сзади стоит, молча, чтобы не набрать… Какая же вонючая дрянь, настоящее дерьмо! И откуда только… столько?»

Отплёвываясь, Крэбб осторожно положил мешок на чистое, плюхнулся рядом и с ожесточением стал тереть ладони о траву. Прошло секунд десять. И тут из мешка послышался слабый стон. Гойл, закончив с протиркой органов зрения, с перекосившимся лицом посмотрел на соратника. Тот как раз также очистил глаза и утвердительно кивнул.

Гойл ринулся к наследному телу и вдруг недоумённо замер. Стон прекратился, поэтому где находилось лицо шефа, было непонятно. Субстанция оказалась не только неимоверно вонючей, но также плотной и клейкой, созданной для максимального затормаживания растительноядных врагов. Её слой был отвратительно толстым, и был везде.

Крэбб глянул на отчищенные руки и решительно погрузил их в коричневое. Отрицательно мотнул башкой. Грег, отворачиваясь от полетевших брызг, догадливо закопошился на противоположной стороне мешка. Надо было как-то освобождать и чистить босса… Вот это нас отдерьмило!

Работа предстояла большая. Драко тем временем окончательно пришёл в себя и, получив свободный доступ воздуха, принялся исторгать содержимое желудка. Очень хотелось создать компанию, но Гойл справился с позывом. Он, стараясь дышать ртом, почти сразу отстранился от самоочищающегося сюзерена.

Понимая, что очистные процедуры затянутся надолго, Грегори посмотрел в небо, подумал, потом неловко встал и, пошатываясь, побрёл за помощью. Теперь Крэбб пусть оттирает босса, его очередь. А мистер Гойл подышит воздухом подальше от места катастрофы.

Как же липнет, и везде! И воняет… Боссу от такого запаха особенно тяжело. А ведь он ещё и наелся… наглотался. А ведь мог и совсем того, утонуть! И он-таки мог, если бы на него Крэббом наступить, неудачно… Так это он сам, выходит, на босса наступил, потом на нём стоял, а потом от кочки… головы босса отталкивался, всей массой?

Ох, да Моргана-мать и Мерлина зять! Босс-то злопамятный, будет мстить, а это он отлично умеет, его учили. Мистера Гойла, конечно, тоже этому учили, и весьма болезненным образом, и поныне учат, на каникулах. Но, так сказать, учат на серебряные деньги, с большой медной примесью.

А наследник Малфой за исключительно золотые деньги учился и учится, с бриллиантовой посыпкой, поэтому колдует превосходно, лучший на курсе… И по коварным заклинаниям тоже лучший, ноги склеивает вообще идеально, особенно всяким Лонгботтомам. Когда толстяк прыгает лягушкой, одышливый и жалкий, так смех полный!..

Но за сегодняшний эпизод мистеру Гойлу точно ноги склеивать не будут. За такое и задницу могут заклеить, наглухо, как Малфой иногда грозится. Да, плохи дела, и на Крэбба не свалить, раз он шефа вытащил… Очень плохи, хоть разизвиняйся весь…

Вон, Крэбб только два раза шефа струёй сбивал, и сколько жалящих наполучал? До фига! А за вот эту лужу… ванну… бассейн что? Да он бы на месте Драко жалил бы, и жалил, до лёгкого магического истощения. И полного опухания этого, который голову босса, да как опорную точку…

С другой стороны, дома отец с ним плетью работает, с каждым годом хвостов в этом неприятном инструменте добавляется. Так никуда ж не денешься! Жалящие от отца куда сильнее, чем от Малфоя. Значит, он вытерпит, не зря же его дома столько тренируют, с четырёх лет. Или трёх с половиной…

Мысли были плохие, но среди них вдруг проявила себя одна хорошая. Не сразу, но Гойл догадался сбросить тяжеленную мантию, и жизнь намного улучшилась. И дышать стало легче. Так, надо встретить кого-нибудь из своих, чтобы передали декану…

Тем временем мистер Крэбб осторожно приподнялся, сорвал пучок травы и стал аккуратно чистить то место, где, после усилий напарника, угадывалось лицо благородных очертаний... Только челюсть как-то странно торчит, вбок, непонятно как-то. Наверное, от блевания вывихнулась, и от того настолько больно теперь боссу, что он даже не извергается, а только мычит, жалостно…

Нет, это Малфой просто отдыхал, утратив силы. А теперь по новой пошёл извергаться, потому что наглотался. Да, не повезло аристократу так вот затонуть, желудок-то совсем слабый, коль привык к изысканной пище. Наследник только сладкое хорошо усваивает, за троих жрёт, хотя, бывает, его и несёт, если перестарается…

Так всех несёт, если перестараться, это единственный недостаток сладких вещей, совершенно простительный, если по его мнению… Да, и челюсть у босса совсем слабая, вывихивается от блёва на раз. То ли дело они с Грегом, их челюсти никогда не вывихиваются. Хотя от некоторых ударов, бывает, и ломаются, так на то и бокс. Если бы шеф боксом закалялся, то так бы не вывихнулся, нет…

Вассал потихоньку оттирал сюзерена, бормоча что-то, по его мнению, утешительное. Фекальница, между тем, с похлюпыванием стала всасывать извергнутый продукт обратно, в обширную полость прикорневого хранилища. Чтобы снова копить и ждать гостей.

https://boosty.to/marikvanger

Родители тоже не любят, но недовольство проявляют. А я его выдерживаю и выдерживаю, раз имею силу характера и надлежащее воспитание. Которое от родителей через недовольство мной.

Чтобы выдерживать недовольство, я научился хорошо переносить порку разными воспитательными предметами: обычной плетью, трёххвостной плетью, шестихвостной плетью и двенадцатихвостной плетью. И нагайкой тоже, которая лёгкая, но с шариками на хвостиках, и ещё с гаечками, неприятными. А хлыст – вообще детское наказание, его даже мама об меня через раз ломает. Грегори Гойл тоже презирает хлыст, за малую прочность.

Вот бильярдный кий – крепкая штука, никогда не ломается, потому что из ценных пород дерева. Даже когда по голове, не ломается, но такую шишку оставляет, что и шапка хуже нахлобучивается. А если без шапки, то прямо как-то совсем некрасиво. И если отец занимается метанием бильярдных шаров, это тоже сильное воздействие, потому что он и меткий, и норовит сокращать дистанцию, чтобы уворачиваться было трудней.

Шишки от шаров такие же, как и от кия. Но мне нравится играть в бильярд, потому что это игра истинных аристократов. Главное, отца не обыгрывать, потому что он сердится и может применять кий с шарами для внеочередного воспитания. Хотя я очень хорошо воспитан, в смысле, тренирован.

Постепенно я закалился и привык к плёткам, любым, потому что отец предпочитает именно плеть. А мать – только трёххвостную, потому что к ней привыкла. Хотя двенадцатихвостка для меня и тяжеловата пока, если долго. Но меня часто тренируют, поэтому всё хорошо.

Только кнут мне совсем не нравится. Его отец из России привёз, когда там в специальных органах, карательных, оборотнем в погонах работал. Ну, под прикрытием, как иностранный специалист.

Очень ловко и водку пить научился, и кнутом то же самое. Я почему этот импортный инструмент не люблю? Потому что кнут и длинный, и тяжёлый, и на кончике у него не шарики, а всякая проволока наверчена, да острыми концами наружу. Когда пять ярдов с гудением раскручиваются, а потом прямо по заднице блямбой из торчащей проволоки – не только прыгнешь, но и взревёшь…

Конечно, у меня прочная кожа, плеть держит хорошо и отлично, но с кнута сразу ленточками сходит. А это особенно больно, когда ленточками. Хорошо, отец кнутом только в четверть силы работает, и лишь последний удар – в полсилы. А то я, наверное, и писать бы после него не мог. А может, даже писать.

Эти русские – очень жестокие люди, раз им плеть не нравится. Понятно, что вещи со временем надо совершенствовать, но должен ведь быть и предел, так?

А наследнику Малфою хорошо живётся – только розги и лёгкая плётка, для младшего школьного возраста. И хлыст от мамы, что вообще не считается. И носом в угол, с павлиньим пером между ног, чтобы не выдёргивал больше. Уронишь сворованное у павлина перо – тогда плётка. А если нормально стоишь, через три-четыре часа и простят, особенно когда совсем маленький. Эти Малфои такие из себя гламурные…

А нас по-взрослому учат, через задние ворота преимущественно. И предметами учат, и заклинаниями, особенно жалящими. Потому что отец немного заклинаний помнит, основные только, по бывшей службе. Он больше с предметами любит работать, чтобы в руке чувствовались. Но жалящие у него тоже очень хорошо поставлены.

И поэтому половинки, как после жалящих, так и после предметов с плётками, настолько порой опухают, что даже в штаны не лезут. Даже если штаны через голову надевать, всё равно не лезут. За уши цепляются, хоть оборви. Но отец может оборвать, потому что я уже тяжёлый.

И когда он меня за уши быстро раскручивает, чтобы в стенку метнуть, несколько раз, они стали обрываться. В раннем детстве только хрустели и распухали, но отрывались мало. А потом часто стали. Больно это, но зато до стенки не долетаешь, а об стенку всяко больнее.

Всё бы ничего, потому что после ухоотрывания наказание заканчивается, почти. Отец тогда за ногу хватает – и в стену тебя, один раз. Но вот ухо на место он пришивать ленится. Потому что после наказания оторванное ухо сильно распухши, и чтобы точно пришить, нужно всё рассчитать.

А отец после виски точность теряет и может только за ухо схватить, и в стенку потом попасть, с первого раза. Или за ногу – и тоже в стенку. А больше ничего не может. Потому что сбросит гнев, кошке кинет ухо и идёт к себе, добавлять, особенно если отец Гойла в гостях.

Правда, когда папаша как-то особенно рассердился, то и за второе ухо раскручивал. А оно предсказуемо тоже оборвалось, я же раскабанел. Потому что и наследственность такая, и свой аппетит имеется. А отец тогда обозвал меня никчёмным. И чтобы успокоиться, воспользовался бильярдным кием, который не ломается.

А матери всегда некогда, ей ещё сестру воспитывать приходится, и прислугу. Поэтому она устаёт и только кошку от уха отгоняет. И говорит, что можно просто перед зеркалом посидеть, чтобы самому пришить. Потому что если тонкой иглой, то почти и не больно.

Мать – женщина суровая и правоты в ней уйма. Однако когда стенка тебя тормозит, тонкой моторики от пальцев не жди. Да они и так толстые, потому что всегда толстыми были. И после стенки ты сам такой тормоз, что даже с частями тела разговариваешь и пытаешься их состояние узнать.

Тогда приходится, придя в себя, тишком Малфою сову отправлять. Чтобы Драко домовика прислал, который за гиппогрифами и павлинами ходит да лечит. Он хорошо пришивает, быстро и точно. И не сильно больно, даже бить рука не поднимается. Только иголкой своей тырк-тырк, крыса такая, ушастая… Потом нитку скусил, пальцами щёлкнул – и ухи на месте, и снова слышно хорошо. Потому что без ушей стрёмно, но это наказание такое, очень патриархальное.

Дракон у нас – правильный сюзерен, обычно только лёгкие жалящие использует. Даже если под струю попадает и в стенку немножко летит. Ругается, конечно, визгливо так, но очищающие хорошо знает. Это лучше, чем бумагой.

И босс нас с Грегом ценит, а Милли эта нет. Хотя родители, возможно, уже и сговорились, так что замуж пойдёт за кого скажут. И он тоже. Конечно, хотелось бы девку потоньше, да и в ухо она ловка теперь бить. Не очень это женственно, однако полезно, кто бы спорил.

Но вообще эта Милли симпатичная, в некоторых местах. Когда с меня кувыркнулась, удалось на интересные вещи посмотреть. Другие тоже впечатлились, даже стишок написали.

Я выучил, чтобы Милли рассказать, но она уже знала и только сопела в ответ. Угрожающе сопела и кулак сжимала. Кулаки то есть. Не оценила красоту стиха, тёмная она девочка.

Мы вчера стриптиз видали,

Просто аномалия,

Волосаты Милли дали,

Там, где ниже талии!

А Малфой совсем не тёмный, хоть из темнейшей семьи, наоборот, и нас ценит. Недавно панталончики крутые подарил, на вес золота и больше. Непросто их носить, но с ними и пованивать внизу меньше стало. Потому что беречь начинаешь такую кружевную красоту, домовикам в стирку сразу отдаёшь.

Мы очень боссу благодарны не только за магическую защиту и нападение. Но и за специальный подарок, очень талантливо придуманный. И это не панталоны, а лучше. Драко, такой умник, эту штуку сначала для себя сделал. А потом ему понравилось, и он, когда мы сильно опухшие ниже пояса были и в штанах не могли ходить, выручил.

Сюзерен сказал, чтобы домовики защитные накладки из войлока вырезали. Причём точно по нашим размерам, чтобы в трусах прочно держались и любой удар выдерживали, не съезжали. Очень выручает, только орать изо всех сил надо не забывать, а то заподозрят.

Опухать после этого совсем перестало, но пижам всё равно не дают. Так в ночных рубашках спать и приходится, хотя мы уже большие. А сказать нельзя, потому что тогда узнают, что распухать перестали. Неприятно это – в ночных рубашках спать, потому что по-бабски как-то, если современных людей слушать.

А мы же современные, просто по-своему. Культура наказаний у нас предельно традиционная, а умения уклоняться от них – вполне современные. Наслушаешься колдорадио, да что Грейнджер всякая про демократию болтает…

Затем с боссом посоветуешься, обдумаешь, напишешь, выучишь. И потом говоришь отцу, при случае, что неполиткорректно это – маленьких пороть, да так часто и сильно… Ибо человек есть мера всех вещей! И если некоторыми вещами, тяжёлыми, сверх меры пороть, то это нарушение прав. И вообще, не наш метод, а вековая отсталость и радость маглокровкам.

Тогда отец сразу сердится и применяет предметы, а у меня же войлок. Отлично помогает и родительский гнев сбросить, и стенки твёрдой избежать. Даже если отец не просто сердится, а звереет. Потому что он обычно всегда сердитый, и до виски сердитый, и после тоже, но по-другому: когда хуже, когда – лучше. Когда переберёт и упадёт, тогда совсем хорошо. Но он очень выносливый и обычно не падает.

У нас Гойлы часто гостят. Поэтому мы с Грегом, когда без присмотра остаёмся, развлекаемся как хотим – помойку поджигаем и в неё крыс кидаем, котам хвосты купируем, собак, от любви склеившихся, отцовской рапирой разделяем. На спор, что с одного удара разделишь…

Правда, рапира тяжеловата для нас, и с первого раза не получается. Но мы всё равно соревнуемся, потому что очень азартные. Ещё белок камнями сбивать очень весело, они же тренированные давно, по деревьям прямо летают и прячутся ловко. А ты всё равно их находишь и потом меткость тренируешь.

Накуримся там, пива себе найдём и песенки поём весёлые, типа:

…Вот только если наши морды троглодитов

Поставить рядом с вашим задом на углу –

То маги в панике завоют на лету:

Скорей спасайтесь, это три бандита!

…Так вот, я хотел сказать, что когда отец особенно сильно звереет, то не порет, а сразу за ухо хватает. И начинает крутить, чтобы потом тобой в стенку попасть. Как попал – сразу идёт отдыхать. Потому что от виски он сначала душой отдыхает, а потом телом уставать начинает и спит.

Если ухо оторвалось и не попал, то всё равно не порет, немножко разве попинает, и идёт отдыхать. Драко говорит, что мой родитель очень педантичный, то есть постоянный в привычках.

А я – нет, у меня привычки разные, я ещё не нашёл себя. А придётся искать, отец после школы кормить не будет. А у меня же аппетит. Как у Гойла где-то, не меньше. Или больше. Наверное, как у Милли, вот. Пока не знаю, чем буду заниматься после школы. Но чем-нибудь придётся.

А отец только приговаривает, когда бросает в мишень топоры и ножи, что интересная работа должна быть забойной. Или прикольной. А если сочетать, как он, прикалывающее с рубящим и забивающим, так это любимая работа!

Гойл хочет в Азкабан устроиться, но говорит, что сложное место. Мой отец тоже про Азкабан всякое умное рассказывал, слышанное от авроров и прочих знающих людей. Точно, сложное место, зато платят хорошо. И пословицы сочиняют, полезные.

И плохая смерть лучше житья в Азкабане.

Кто в Азкабане сидел, никто не поумнел, колышек с номером на кладбище досрочно получил.

Если мага ты авадишь, в Азкабан надолго сядешь, если магла аваднёшь, к Рождеству домой придёшь.

В Азкабане срок мотать, потом с памятью плутать и стеклом лекарства заедать.

Аваду плохо учить – в Азкабане тужить.

Болтливый язык если до Азкабана не доведёт, с охотниками на ингредиенты познакомит.

Шутки шутками, а может и в Азкабан экскурсия приключиться.

С хорошим начальником и Азкабан за курорт, да только не бывает в Азкабане таких начальников.

*** 

…Папаша давно с Макнейром дружит, опыт передаёт. Говорил, что Макнейра из аврората за жестокость выгнали, так он в коллекторы пошёл, долги выбивал, но тоже как-то не удержался. А в министерстве по способностям, так сказать, дело себе нашёл, его ценят. Потому что там приводить в исполнение мало кто хорошо умеет, Аластор Грюм этот, психованный, разве что.

Макнейр с отцом любят поговорить про жизнь, опытом поделиться да смешными случаями из практики. Отец же вешать очень любил, потому что прикольно это, когда кто-то в петле дёргается. Он фанатик своего дела, сам умел в полночь оборачиваться, после водки, на пару минут. И этим здорово заключённых пугал, эффективно, все сразу признавались, во всём.

Отец – талантище, его сам главный русский аврор Берия почётной грамотой награждал. Даже ногти арестованных для ценных зелий дарил. И дважды ночами в Мавзолей возил, некроэнергией подпитаться. Там такой уровень некроэнергии от главного трупа страны, что закачаешься!

Отца прямо шатало, потом он вообще валился и страдал головой и желудком, от аллергии какой-то. Однако после Мавзолея и оборачиваться легче было, и похмелья никакого никогда, и скальп с арестанта одной левой снимался… Словом, жизненных сил добавлялось столько, что никаких жертвоприношений не надо! Раз тот мавзолейный вождь их столько наделал…

Суров был камрад Берия, мысли читал, колдовал помаленьку, в Мавзолее заряжался накрепко, человек с большой буквы… Да, ещё он отцу важную вещь посоветовал. Про то, что при своей большой массе особенно удушающий приём хорош. Это когда хватаешь врага за горло и резко выдёргиваешь позвоночник. Тогда голова, лишённая подпорки, скатывается в трусы и там задыхается! Умел шутить камрад, и отца научил тоже…

Конечно, скучно бывает у нас в подземельях. Жалко, тот бродячий тролль до нас не добежал, о грязнокровку споткнулся. Мы бы его отпинали как полагается, потом расчленили как полагается, декану на ингредиенты сдали... А из мошонки сумки бы себе сделали, прикольные.

А прибор какому-нибудь грифу на лоб приклеили, чтобы до колен. Или барсуку, тоже не жалко, в принципе. С воронами осторожнее надо быть. Сами такое могут приклеить, что сразу к декану сдаваться пойдёшь. А он суровый, даже к своим.

Иногда у нас вообще ничего не происходит, особенно если самые крепкие ребята в больничном крыле отдыхают, после квиддича прежде всего. Да и драки, которые поединки, тоже частое явление и тоже этот, как его, травматизм.

Тогда хоть пропадай, только спарринги с Грегом и выручают. А когда намахаешься и устанешь, даже начинаешь книжки всякие листать, как дурак. Ведь про то, как надо бить, я уже выучил, а Камасутру позырить не дают, потому что у старших очередь.

Однажды хотел на глаз спорить, что любому первачку руку оторву, так никто не согласился. И со второго курса тоже. И с третьего… Ну да, Помфри эта ругаться будет, если сразу и глаз, и руку.

Медиведьма вообще не любит, когда что-то отрывают. Или даже только выбивают. Хлопотно это, понятное дело, когда пришивать надо. На мои многократно пришитые уши Помфри всякий раз внимание обращает, даже неудобно.

…Дескать, мистер Крэбб, не могу узнать руку этого искусного целителя, чтобы вот так красиво и, практически, никаких следов! Но я фамильные секреты не выдаю, меня так учили, и больно.

И вообще, это же малфоевский домовик пришивал, а он никакой не целитель, ветеринар потому что. Драко же могут наказать, раз он единственного в мэноре ветеринара куда-то далеко отправлял… Я вассал, моё дело – босса прикрывать, и невзирая. И я прикрываю, и не взираю, вообще ни на что не взираю.

И пускай, что бегемот,

С рваненькими ушками.

Коли с Милли не свезёт,

Повезёт с подружками.

Не красавец, ну и пусть,

Да, умом не вышел…

Жаль, метла об землю – хрусть!

Но ведь как-то выжил.

Выжить в этом мире нам

Будет достижение,

Моим порванным ушам

Слышно дуновение –

Дуновение судьбы:

Глянет в тебя – охнет,

И спасёт от худобы,

И об землю грохнет.

Быстрее можно на https://boosty.to/marikvanger

И мы исполняем эти обязанности, и имеем покровительство. Потому что наследник Малфой – очень сильный волшебник и далеко пойдёт. И есть вероятность, что и нас возьмёт в эту далёкую дорогу. Или хотя бы укажет нужные тропинки, потому что всё знает про всех. Он, конечно, задаётся, но кто бы не задавался, если есть и способности, и деньги, и предки. И это всё лучшее. Жить, конечно, хорошо, но жить Малфоем – ещё гораздо лучше.

Драко нас ценит и делает поощрительные подарки. Например, свои, чуть-чуть вышедшие из моды, кружевные панталоны подарил, сказал, что надоели. Очень дорогие, просто ну очень. А чтобы подошли, увеличил особым заклинанием и сказал: аристократ должен выглядеть аристократом во всех местах.

Это, положим, верный факт, и подштанники совсем не чувствуются, и очищаются сами, некоторое время. Однако нам кружева не очень идут. Да и прибор в них запутывается, от этого струя кривая бывает. А мы ж вместе везде ходим, потому что босс всегда свою спину должен ощущать прикрытой. В этих школьных туалетах даже тролли попадаются, не говоря про всяких грифов и грязнокровную нечисть. Тролля на унитазе даже мои родители не ожидали.

Только наш шеф сильно не любит, когда Крэбб путается в кружевах, ошибается с направлением в писсуар и струёй с ног сбивает. Потому что это больно и мокро. От струи Винса даже я шатаюсь, здесь он талантлив, прямо как предательский Уизли в больших нуждах. Когда его зельем мгновенного опорожнения братья-близнецы прихватывают, и он разноцветным этим своим коридор метит…

С нашим боссом Малфоем очень хорошо в конный бой играть, и мне, и Винсенту. И ещё Миллисенте Булстроуд, которая Милли. Винс Крэбб сильно здоровый, он даже Булстроуд на закорках держит уверенно, а она весит почти как я. Хоть и пониже будет. Правда, Винс бегать с ней не может, он у нас осадное орудие.

Подвозит Милли к противнику, и та своими длинными руками его за волосы на раз сдёргивает. Или за одежду. Да ещё и ногой добавляет, если успевает. Нога у неё тоже длинная и очень мощная. Кто по мордасам получал, даже обижался. Дескать, у тебя уж и ножища, Булстроуд, прямо кентаврическая! А та ржёт себе и Винса пришпоривает.

А на мне босс ездит, он лёгкий, с ним бегать можно долго и почти быстро. Он цепкий такой, говорит, что это фамильное. И способствует накоплению нажитого непосильным трудом другими фамилиями, менее цепкими. Если Малфой в кого вцепился, моё дело – с места рвать и противника всей парой валить. Потому что Драко никогда не отцепится.

А я его крепко держу, и с меня ни разу всадника не сдёргивали. Потому что я тоже цепкий, хотя у других мало отбираю. На Слизерине трудно отбирать, там же колдуют все. Мы с Крэббом в конной команде идеально друг друга дополняем, и даже старшие курсы обыгрываем, хотя и не всегда. Там тоже свои крупные мальчики и девочки имеются.

Если бы не магия, мы здесь вообще бы круто жили и горя не знали. Раз мы такие сильные и смелые. Потому что одно дело, когда конный бой без магии идёт, по взаимной договорённости. То есть для максимальной физической подготовки. Тогда сильно весело и вариантов тактики куча.

Одних задней частью крупа к стене прижал, других им же бортанул, чтобы по полу аж закрутились. Ну, третьих пинать надо, четвёртых – сдёргивать, а пятых – в ухо бить. Если коню в ухо как следует дать, он всадника почти всегда роняет. И его тогда оттоптать легко, пока валяется, чтобы уже не поднялся.

И вообще, когда мы с Винсом громко ржём и наступаем сомкнутым строем, а сверху Милли, с мощными руками, и босс, с цепкими ручонками, то держись! И противник часто отступает и даже разбегается. И мы его побеждаем малой кровью, в смысле, кровью противников. Про Булстроуд и Крэбба даже стишок есть, я запомнил, он складный:

Милли – толстая везде,

И крутого норова,

Винсент у неё в узде,

Конь, похож на борова!

Милли у меня тоже научилась в ухо бить, и у неё хорошо получаться начинает. Даже декан ругался. А она говорила, что это автоматически. На самом-то деле Булстроуд очень расчётливая. Она хорошо видит, куда надо бить, и как, чтобы вес тела вкладывать и глушить с первого раза. Потому что удар у неё от природы поставлен, как у других голос или ещё что-нибудь.

И с людьми у Милли обращение тонкое, слизеринское. Она даже грязнокровку Грейнджер на дуэли вполсилы за причёску таскала. Потому что в библиотеку ходит и у Грейнджер спрашивает, или списывает. Милли говорит, что если сначала вежливо спросить, та почти счастливая становится и подробно рассказывает. А потом и списать можно, когда грязнокровка за нужной книжкой к стеллажам бежит.

Мы с Винсом попроще, конечно, и предпочитаем по-мужски навалять, особенно всяким там Лонгботтомам-сквибам да Уизли-предателям. Но, полагаю, Миллисенте про навалять тоже полезно знать. Вдруг за Крэбба отдадут… Я ей свою книжку даю читать, где на картинках написано, как надо бить, и куда, и почему ногой лучше.

Потому что нога сильнее, особенно, когда их две. Хотя руки тоже две, но они слабее, хотя и ловчее. И руки растут ближе к голове, поэтому ими легче врага цеплять и сдёргивать. И в ухо попадать рукой гораздо проще. Потому что ногой всё время мажешь и попадаешь в менее уязвимые места.

А когда мы с применением магии играем, то больно бывает, и даже унизительно. Потому что на Слизерине очень хорошо неприятные заклинания знают. Расколдовываться нам трудно, потому что Драко занят боем и помогает уже после победы. Когда на заднице вдруг вырастает ручка, это неприятно, хотя седоку легче держаться. Но слоновьи уши обзор затеняют, хобот везде цепляется. А хвост, любой, просто некрасиво, я считаю. Только Драко и выручает.

Потому что мы с Винсом и Милли тугодумы, магической силы имеем мало. У нас физической силы много, а остальной как-то не очень досталось. И запоминать нам трудно, мы простые заклинания почти хорошо осваиваем, а остальные – не так почти хорошо. А многие даже не осваиваем, хотя босс ругается. Но мы его охраняем почти от всего, и он ценит, и нам объясняет, как надо правильно заклинать.

Сам Драко очень хорошо колдует. Он и Агуаменти в лицо толстой струёй пускает, и пол под конём противника льдом покрывает, и Ступефаем отбрасывает. И щекоткой здорово может, особенно девчонок. Ещё он любит коню ноги склеивать, и тогда тот вместе с седоком очень смешно заваливается. И ещё Драко украдкой может режущее послать, которое Секо, и которое нельзя, но ему часто очень хочется.

Любит он это заклинание, говорит, что полезное и очень хорошо отработанное, но надо лучше. И говорит, что если научиться режущее невербально применять, а потом и без палочки, то это будет невозможно круто. И я считаю, что шеф прав. Потому что когда режущим по горлу – и в колодец, это самое то для всяких грязнокровок.

Так вот, мы ещё любим с другими факультетами играть, особенно с барсуками. Но это уже не конный бой, а просто. Потому что хорошо, когда ты неожиданно их маленькой компаний ловишь, а от ихней норы далеко. А то барсуки большой стаей очень неприятны, змей могут закусать только так.

Мы их пытаем, потому что про один очень прикольный фрукт слышали. Но пуффики держат свой секрет и говорят, что эта тайна превыше всего, даже барсучьего жира выше. И выдать её невозможно, хоть ты режь.

…Мы уже и резали, Малфоем, но толку никакого не вырезали. Потому что действовали аккуратно, здесь же школа. Молчит этот зверёныш пуффендуйский, как барсук перед змеёй. Только фыркает неприятно, зверски как-то, и норовит в рожу вцепиться, если руки свободны. Или задней ногой вдарить, тоже есть такие экземпляры.

Позорные эти барсуки, тупые такие, хуже нас ещё. Но, правда, жрут очень вкусно и великую тайну весёлого фрукта держать умеют. А мы от эклерчиков на ночь никогда бы не отказались, потому что полезно это, особенно для массы тела и настроения в целом.

Ещё мы Рона Уизли не любим, потому что его все не любят, раз воздух громко портит и орёт на всех. И близнецов его тоже не любим, потому что вредные они, прямо настоящие слизеринцы. Постоянно что-то весёлое придумывают, для других, в точности как наши, а иногда и лучше. И в квиддич тоже хорошо умеют, это надо признать.

Нам с Винсом летать на мётлах не очень удобно, мы тяжёлые и не сильно манёвренные. Поэтому плохо других догоняем, и в нас бладжером попадать легко. Но мы бладжеры хорошо переносим и помаленьку летаем, чтобы босса и в воздухе охранять. А то он такой ловец, каких мало. Его только Поттер может перелетать, сволочь полукровная. И мы очень громко болеем за своих змей и змеек, мы фанаты, нас издалека слышно.

А потом шеф обещает нас в команду взять и натренировать на вышибальство. Потому что бладжеры и биты прямо для нас созданы. И мы столкновение с противником в воздухе всяко выдержим, а он – вряд ли. Я уже заранее придумал в полётах наш навык конного боя использовать.

Например, чтобы вдвоём с боков противника зажимать и сбивать с курса. А если уронить получится, так совсем хорошо. Или, при удачном сближении, если бладжером промазал, седока можно в ухо достать, незаметно. Тогда даже штрафа не будет, наши знают. Или хотя бы, дёргая за прутья, можно врагу метлу испортить.

А Винс предложил, что, если его сильно повредят и играть будет невозможно, он может на чужую метлу перебраться. И тогда она, конечно, сразу упадёт или просто на вынужденную посадку уйдёт. А Винс же на мягкое хорошо научился падать, хоть и конь. Не думал, что он способен на самопожертвование, вроде не его это. Но игра меняет человека, даже Крэбба, выходит, может менять…

Неправильно, что такие предатели, как Уизли, которые вечно двоятся и скрывают свои имена, слишком популярные во всей школе. И Поттер этот, задохлик непонятный, тоже популярный, всё время песенки весёлые поёт, часто про нас, гад такой очкастый. Но близнецов даже сами грифы боятся и брат-староста покрывает, хоть и не очень хочет. Старшекурсники намекают, что этот Перси-зануда их тоже, того, побаивается.

Если ты зацепишь грабли,

В лоб получишь, будто саблей.

Наступивши на метлу,

Получаешь по мослу.

Если задерёшь забрало,

То получишь по сусалам.

Если сзади вдруг метла,

Значит, скорость подвела,

Навернёшься коль с метлы,

Будут проводы светлы…

***

…Я с детства много тренирован для настоящей волшебной жизни, у меня физическая подготовка хорошая и отличная. И выносливость тоже. Отец меня в раннем детстве часто в лошадиный и коровий навоз закапывал. Хотя это довольно лёгкое наказание, если только не до утра на зимних каникулах, потому что дыши себе ртом, и всё.

И в больничку с Винсом хорошо научился играть, на скорость – ткнуть тупым ножом или стрелой попасть, и потом вылечить, на время. Это Крэббов папаша нас учил, он кое-какие боевые лечебные заклинания хорошо помнит и в нашем воспитании пользуется.

Злой он, конечно, Крэбб-старший, и смотрит часто нехорошо так, оценивающе. Дескать, ты, дружок, у меня бы в кабинете через три минуты запел и всё вспомнил, в том числе и то, чего не было никогда. А вон тот – серьёзный господин, с ним бы поработать пришлось, попотеть…

Но волю зато тренирует этот взгляд, хорошо тренирует, до туалета в последнее время всегда удавалось успеть. Винсент в этом смысле более морально устойчив, потому что тренирован лучше. Крэбб-старший не любит много говорить, сердиться начинает, потому что очень увлекающийся и чувствительный к недостаткам… у других, вот. Но однажды такую важную вещь сказал, что сразу запомнилась.

Мол, человек звучит гордо, под хлыстом – пронзительно, если женский человек, под плетью – громко, под кнутом – хрипло. Под ногами обычно хрустит, но тоже неплохой звук, для тех, кто понимает, конечно… И ещё мудро говорил про поощрение. Это, по мистеру Крэббу – паузы между ударами кнутом. Он у нас мастер и пауз, это важно знать, на всякий случай.

Имения у нас с Крэббами не очень большие, но свои парки имеются. Там белок прикармливают, чтоб, значит, наследникам развлечение было, и тренировка тоже. Наш парк больше. Когда Крэбб приезжает, то весело. Мне вообще веселей живётся, чем Винсу, у него отец такой строгий, что прямо ухи рвёт на раз. Мой – почти что добряк, хотя жалящими проклятьями злоупотребляет.

Порой до полного опухания сзади, даже штаны не лезут. Да и плеть любит больше чем надо, это тоже есть, на почве патриархальности. Но так на Слизерине о многих родителях говорят. Отец охотиться любит, только с возрастом реже на охоту ездит, больше в имении развлекается. Но белок он нам много оставляет, в воспитательных целях, чтобы тренировались. И камней для метания всегда достаточно заготавливает.

И как-то мне из беличьих шкурок зимние трусы сшил, для смеху. Сказал, что похожие на леснике Хагриде видел и очень веселился. И говорил про ностальгию какую-то. Но трусы нормальные получились, очень мягкие и помогали от наказаний, пока Драко про войлок не придумал. Жарко, конечно, в них до ужаса, но когда грозит опухание, с меховыми намного лучше.

И поскольку отец белок нам оставляет, то сам охотится за более крупной дичью. То есть за нами с Винсом. Для охоты он применяет и поисковые заклинания, и атакующие заклинания, и лёгкие пыточные заклинания. А также ловчие ямы и верёвки, натянутые на разных уровнях высоты. И ещё замаскированные самострелы, что не вполне гуманно. Также отец очень любит прятать в траве грабли, а грабель у нас в хозяйстве много.

Зато вилы не использует, и мы очень рады. Потому как отец говорит, что вилы – это, конечно, вещь, особенно если налететь с разбегу. И оттого кроют грабли, даже самые коварные, с укороченным черенком, как бык овцу. Но, по его мнению, этот инструмент – всё-таки для старшего школьного возраста, отца так учили.

Наше дело – от него прятаться и убегать, что не всегда получается, он же охотник. Винсу меньше везёт, потому что я территорию лучше знаю. И он крупнее, в него попадать легче. Хотя войлочная подкладка хорошо и наконечник стрелы держит, если пятую точку подставить. А она у нас с Винсом большая и видна издалека, стрелу хорошо приманивает.

Но когда отец нас из своего юношеского лука удачно подстреливает, то сам всегда лечит. И это хорошо у него получается, хоть и больно. Но если ты в тёмной семье живёшь, то к боли обязательно должен привыкнуть. Чтобы знать, как, когда, сколько и к кому её применять.

Иначе какой же ты тёмный? Потому что пора уже думать, чем будешь после школы заниматься. Магический мир, как предки говорят, очень конкурентный и суровый. И хороших мест в нём мало, и все заранее между сильными наследниками поделены.

Хорошо бы к Макнейру, министерскому палачу, в ученики поступить. Чтобы разных виновных тварей огромным красивым топором кончать. Я бы с топором справился, тяжести – это моё. И за это ещё и деньги платить будут, здорово! Есть же хорошие рабочие места, но мало. Вообще, в наше министерство непросто устроиться, большой блат нужен. Тут Драко сможет помочь, или не сможет, кто его знает.

А охранником в Азкабан идти неохота. Потому что далеко и в море, и белок нет, и котов нет, и собак нет, не с кем и поиграть. А с дементорами никто не играет, говорят, что неудобные они соперники, самой охране проблема, а не то, чтобы в игры.

В этом Азкабане, как людей послушаешь, только с заключёнными играть. А они же слабые все, и квёлые, так что никакого интереса. В общем, скучная и вредная работа, люди зря не скажут, хоть и денежная.

Толпа магов ликует, ревя,

И Гойл, с топориком, на эшафоте.

Вот катится с помоста голова –

Чудесная топорная работа!

Да, в этот раз кентавра голова,

Но от волшебной ведь не отличить.

На тварях тренируемся сперва,

Чтобы потом и грязнокровок замочить!

Быстрее можно прочитать: https://boosty.to/marikvanger

• Когда Гарри прибыл к Рону в дом, он увидел часы с одной стрелкой, показывающей на «Время завтрака», «Опоздание» и т. д., а также гномов в огороде, похожих на клубни картофелин, еще у Рона жил на чердаке упырь (Уизли относились к упырю как к домашнему питомцу).

• Артур Уизли, работая в Министерстве, разбирался со случаями, когда вещи, созданные маглами, становились заколдованными кем-то, а затем снова попадали в руки маглов и творили всякие необъяснимые вещи (например, тающие ключи, кусачие котлы, заколдованный ведьмой сервиз). Артур однажды разобрал обычный магловский автомобиль и наложил на него летающее заклинание, именно так их «Форд» и оказался летающим. При этом он уверял жену, что разбирал его с целью изучения.

• Когда Уизли прилетели на автомобиле за Гарри в дом Дурслей, Фред и Джордж запрыгнули в комнату Гарри и спустились за чемоданом и метлой, спрятанными в чулане.

• Гарри отдал свою стопку новых учебников Джинни.

• Перси помешался на том, как быть старостой, и очень хотел в будущем стать Министром магии.

• Хагрида выгнали из школы на 3 курсе, но сжалились и оставили его при Хогвартсе лесником. Хагрид не имел права прибегать к магии.

• Златопуст Локонс был уверен, что он «заразил» Гарри своим честолюбием, когда их фото оказалось на первой странице газеты, и теперь Гарри специально приехал в школу на автомобиле, чтобы привлечь к себе внимание, ведь все честолюбивые люди жить без этого не могут.

• Гарри, Рон и Гермиона побывали на Юбилее смерти Безголового Ника вместо школьного Хэллоуина. Там они впервые встретили Плаксу Миртл.

• Плакса Миртл была полной.

• Филч хотел пройти курс магии, так как был сквибом — человеком, у которого хотя бы один из родителей является волшебником, но который сам не имеет магических способностей.

• Гермиона весь год защищала Локонса, так как он ей очень нравился, она верила ему.

• Джинни в свой первый год в школе очень переживала по поводу происходящих событий и плакала весь год. Братья развлекали и поддерживали ее как могли.

• В тайне от учителей студенты начали продавать друг другу разные обереги от чудовища из Тайной комнаты.

• Чтобы Гермиона смогла стащить у Снегга ингредиенты для оборотного зелья, Гарри пришлось отвлечь Снегга на их уроке, для этого он запустил хлопушку в котел с зельем Гойла, и начался переполох: у всех стоящих рядом начали раздуваться части тел из-за зелья.

• Когда ученики начали практиковаться в дуэльном клубе, Гарри использовал на Драко заклинание «Риктусемпра» — чары щекотки. Затем Малфой использовал «Таранталлегра» — чары, заставляющие танцевать против воли. А Снегг после этого применил «Фините инкантатем» — контрзаклинание, чтобы мальчики больше не были зачарованы. Гермиона в этот момент сражалась (уже не на палочках, а в рукопашную) с девчонкой из Слизерина, а Рон извинялся перед парящим в воздухе Симусом за действия своей сломанной палочки.

• Когда Гарри привели в кабинет Дамблдора, он увидел уже почти ободранную птицу Феникс, она была не так красива, как в фильме, так как уже умирала.

• Когда мальчики выпили оборотное зелье и пришли к Драко, они узнали от него, что отца Уизли хотят уволить из Министерства за магические манипуляции с магловским автомобилем.

• Оборотное зелье обратило Гермиону в ЧЕРНУЮ кошку.

• Дневник Тома Реддла был куплен в магловском магазине.

• Большой зал в Хогвартсе украшали также и на День святого Валентина по просьбе Локонса. Он попросил гномов ходить по классам и раздавать валентинки, а для Гарри Джинни написала стихотворение, которое гном ему зачитал перед первокурсниками.

• После разлившихся чернил дневник Реддла не пострадал.

• У мандрагор шёл подростковый период. Однажды они устроили тусовку в одной из теплиц и даже лазали друг к другу в горшки :))

• Когда нужно было решать, какие дополнительные предметы выбирать со следующего курса, Гермиона выбрала все дополнительные предметы, именно поэтому Дамблдор даст ей маховик времени.

• У Арагога есть жена Мосаг.

• Когда Гарри и Рон пришли рассказать о чудовище в Тайной комнате профессору Макгонагалл, она собрала всех учителей у себя в гостиной, а ребята в этот момент спрятались в шкафу учительской. Так они узнали, что Джинни похитили.

• Джинни много месяцев писала в дневнике Тому Реддлу о своих переживаниях и секретах. Так он втерся в доверие, и Джинни его полюбила. Пока она изливала ему душу, он подпитывался этим и копил энергию, высасывая ее из Джинни и крепчая. А затем уже наполнил Джинни секретами своей души, чтобы она натравила Василиска на грязнокровок и открыла Тайную комнату, она также перебила всех петухов у Хагрида (так как пение петухов убийственно для Василиска) и выкрала дневник у Гарри, испугавшись, что Том расскажет Гарри все ее секреты. Она не помнила, что делает. Под конец, когда Том вынудил Джинни отправиться в Тайную комнату, в ней уже не оставалось жизни, так как она отдала всю свою энергию Тому через дневник, а он благодаря этому смог покинуть его страницы.

• Когда Хагрида впервые обвинили в открытии Тайной комнаты, именно Дамблдор (на тот момент он еще не был директором школы, он был профессором) уговорил директора — Армандо Диппета — оставить Хагрида в школе лесничим. Дамблдор после этого случая постоянно следил за Реддлом. Поэтому Том решил, что открывать комнату снова уже небезопасно, но и отступать не хотел: он решил оставить дневник, хранящий на своих страницах его самого в 16 лет, чтобы позже по счастливой случайности направить кого-нибудь по своим стопам и закончить дело Салазара Слизерина — оставить в Хогвартсе только чистокровных волшебников. Позже Тома стало интересовать только одно — как Гарри удалось спастись дважды в схватке с Волан-де-Мортом.

• Василиск рождается из куриного яйца, высиженного жабой.

• Волан-де-Мортом Том называл себя еще в школе только в близком кругу, так как не хотел носить магловское имя.

• Каменное изваяние в Тайной комнате — это статуя Салазара Слизерина (одного из четырех основателей Хогвартса).

• Прежде чем начать окончательную схватку с Василиском, Гарри побегал от него с закрытыми глазами, Тома это рассмешило.

• Фоукс, которого послал Дамблдор, влетел в Тайную комнату намного раньше, чем началась битва с Василиском. Феникс принес с собой старую волшебную шляпу, а пока Гарри говорил с Томом, птица сидела на плече у Гарри. Уже во время сражения с Василиском, когда Гарри понадобилась помощь (ведь он был без волшебной палочки, так как Том забрал ее), Гарри в спешке надел шляпу на голову и, что есть мочи, молил о помощи. В тот момент из шляпы показался серебряный меч, который ударил Гарри в макушку.

• Том видел, как Фоукс спас Гарри, пролив слезы на его рану. Поэтому Том хотел самостоятельно прикончить Гарри. Он прогнал птицу, но Фоукс сбросил Гарри дневник Реддла.

• Когда Фоукс вытащил всех из Тайной комнаты, ребята вошли в учительскую. В ней были Дамблдор, Макгонагалл и родители Уизли, они были рады видеть детей живыми. И все, кто собрался там, с упоением выслушивали историю Гарри об их приключениях. Дамблдор в это время с интересом разглядывал дневник Тома.

• Том был одним из самых одаренных учеников Хогвартса.

• Гарри запихал дневник в носок, а не наоборот. Люциусу пришлось срывать этот носок и швырнуть Добби :))

• По случаю такого радостного события, как изгнание Волан-де-Морта, в школе отменили экзамены и пировали всю ночь в пижамах.

• Люциуса Малфоя исключили из Попечительского совета.

• Выяснилось, что у Перси появилась подруга — Пенелопа Кристал, староста Когтеврана. Они встречались тайком. Кстати, Пенелопа тоже попадала под оцепенение Василиска через отражение в зеркале.