Марсианская гравитация составляет всего тридцать восемь процентов от земной. В таких условиях жидкости в организме распределяются иначе, больше приливая к голове. Алкоголь быстрее достигает мозга, а значит, опьянение наступит стремительнее даже от скромных двухсот пятидесяти миллилитров на человека. «Дом Периньон» — это шампанское, углекислый газ которого ускоряет всасывание, и в условиях искусственного давления жилого модуля пузырьки могут «ударить в голову» в два раза сильнее. Вместо легкой эйфории герои рискуют получить резкую головную боль уже через час. А когда действие напитка закончится, их ждет не просто слабость, а настоящий упадок сил и страх. Похмелье не будет смертельным, но из-за давления и гравитации оно ощутится как полноценное отравление после литра самого дешевого пойла.
Но это мелочи. Как сказал Брюс Уэйн, детали не важны — главное, что у компании надежное будущее.
Однако есть еще кое-что: наши марсиане. Монстры решили изменить тактику. Они поняли: идти на врага напролом — ошибка. Незнакомый нам вид, живой марсианский организм — уникальный, неповторимый и идеальный в своем роде, чем-то напоминающий муравьев, но смертельно опасный — усвоил одну человеческую пословицу: «Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет». И вот спецотряд из шести монстров, как волки двинулись в обход.
В одиннадцать часов утра веял холодный, легкий марсианский ветерок, едва сдувая песок с невысоких холмов. Роботы, зарядив батареи, замерли на своих позициях. Время от времени в небо поднимался дрон, сканируя округу на километры. В каньоне стояла тишина. Машины ждали у обрыва, готовые в любой момент сбросить канистры с керосиновыми бомбами, но на этот раз — уже без участия роботов-камикадзе. В канистру с горючей смесью поместили ракетницу: наружу вывели лишь кольцо, к которому привязали веревку. Теперь всё зависело от легкого, но уверенного рывка.
Дрон засек врага на поверхности — шесть «всадников апокалипсиса» неумолимо приближались. В этот момент ИвА-2 снова осознала, насколько она была глупа в своих расчетах. Но оправдываться было поздно: проблему нужно было решать здесь и сейчас.
В алгоритмах искусственного интеллекта всплыл фрагмент из поп-культуры — фильм о герое, который пробивается к победе через полосу препятствий. Там каждая преграда делала его сильнее, но здесь, на Марсе, ИвА-2 должна была выстроить путь иначе. Каждое препятствие обязано было устранять врага, неумолимо сокращая количество неприятелей на подступах к базе.
Вперед вышел робот без головы.
Один, он был первой преградой для монстров, вооружившись ножом и средневековым кистенем. Его задачей было устранить хотя бы одного.
В тридцати метрах стояли два робота, у них тоже стояла задача убрать одного. А после еще трое, потом четверо, и завершали строй пятеро роботов. Все они, вооружившись «Глоками», стояли как офицеры и ладьи в шахматной игре, обстреливая свою полосу издалека.
Безголовый робот пережил первую встречу с монстрами. Теперь он был готов, как слепой монах Шаолиня, к встрече с Творцом, но не впустую. Насчет его слепоты — конечно же, это было не так. Дрон отлично сканировал пространство сверху, зрячие роботы позади сканировали своими оптиками вдоль, и в системе просчитывался отличный образ виртуальной модели. В темном пространстве прочерчивались светящиеся линии, показывающие робота, ландшафт и шесть монстров, где поле битвы было поделено на клетки в один метр.
И пошло-поехало — не хватало только саундтрека «Миссии невыполнима» (тот самый размер пять на четыре,) для полного адреналина. Но железяки адреналин не чувствуют.
Монстры молниеносно приблизились к одинокому роботу и стали чувствовать небольшие выстрелы в уязвимые места: в пасть и, пожалуй, всё. Но эта небольшая секундная пауза дала роботу замахнуться и попасть в голову центральному слева, а после — в правого, замахами крест-накрест.
Удары отодвинули двоих монстров на пару шагов назад. В модели ИвА-2 просчитывала новые направления развития столкновения и уворачивалась от каждого выпада монстров «боевым булыжником». Ошарашенные чудовища, почувствовавшие удар от такого невинного соперника, камнем, совершили самый нелепый и вполне ожидаемый оскал. Пули влетели в пасть и убрали двоих врагов на месте.
Но остальные сразу поняли, что их ждет смерть за эмоции. И, замахнувшись хвостами, ударили в робота разом. Но ИвА-2 просчитала эти выпады, и робот упал — или стратегически лег на спину. В монстров прилетели несколько бола — это камни в количестве двух-трех штук, привязанные веревкой (в нашем случае вместо веревок были использованы оптоволоконные кабели с покрытием из кевларовых нитей).
В следующий момент связанные друг с другом хвостами монстры опешили. Сразу встав на ноги, робот наносил удары кистенем. В путанице, сквозь хаос и пыль, летели пули, проносясь мимо локтей, огибая препятствия и врезаясь в пасть — проходя сквозь внутренности монстра, пробивая мозговую ткань и отключая чудовище навсегда.
В программе боя ИвА-2, где клетки, просчеты, нарисованные фигурки линиями, с краю стояли снизу вверх единицы врага в количестве шести штук; при каждом устранении они загорались красным. Когда пуля сделала финт и попала в пасть монстра, на экране красным загорелся третий монстр.
Освободившись от веревки, монстры поняли, что перед ними не один враг, а нечто более обширное и умное. Ведь они уже потеряли троих сослуживцев с одним нелепым препятствием без головы.
В следующий момент хвост прошелся по ногам робота — один враг справа сделал этот удар. Дрон сканировал всё сверху и передал траекторию удара. Роботы сзади увидели, что удар придется на уровень колена. Прыжок — и наш безголовый воин снова на ногах.
Робот остановил кистенем прыжок одного из монстров, второго остановил выстрел, третий обдумывал, что делать. По бокам монстры бросились в стороны и направились на следующих роботов. В виртуальной модели ИИ на темном фоне виднелось стратегическое поведение монстров, которые оставили своего товарища один на один с безголовым роботом и направились на следующих.
Пока происходил полный «алесс капут», в модуле военный храпел, геолог храпел, врач храпел; стол, повисший на тросах, стоял полный мусора от вчерашнего праздника. Запах неописуемый: смесь керосина, алкоголя и прокисшего винограда с холмов Кот-де-Блан. И эти пьяницы спали и не могли знать, что в ста двадцати трех метрах от них разворачивалась спецоперация по устранению двух невероятных сил.
Что нужно делать? Всё шло прекрасно, безголовый робот перевыполнил «пятилетний план», и теперь ИвА-2 пришлось создать еще два виртуальных поля, где будут происходить новые стычки. Дрону пришлось подняться выше, чтобы захватить в объектив камеры все три точки.
Что было известно ИИ о монстрах: бьют хвостом как копьем, когтистыми конечностями вырывают плоть, при удобном случае могут и загрызть. Тело пуленепробиваемое — по крайней мере, «Глок» их не пробивает, слабое место — это пасть. Исходя из этих данных, ИвА-2 решила отдалить роботов друг от друга.
Прыжками, как плоский камень, прыгающий по воде, монстры приближались к своей цели. Расчет был прост, как два плюс два: поджидая прибытие к точке удара, ИИ руками робота взял орудие и приготовился к замаху в нужный момент. Это движение рукой сделали оба робота, а тот, безголовый, стоя перед одним монстром, принял в грудь неожиданный удар головой, будто его горный козел боданул. Этот удар был самым первым во всей истории стычки монстра с нашими гостями с Земли, но ИИ его пропустила. Она просто не ввела это движение в список данных о поведении монстров, посчитав их тактику предсказуемой.
Робот упал, на него взобрался монстр и стал рвать его грудь цепкими когтями. Крышка отсека для аптечки с легкостью вылетела в сторону, аптечка — в другую; стала рваться внешняя обшивка туловища робота, оголяя его внутренности. Удары ножом в корпус были слабыми, не хватало размаха. Надоедливую руку с ножом монстр придавил ногой и продолжил уничтожать собственность миллиардера. Робот, просунув ноги, пнул монстра в грудь и отбросил в сторону. В эту же секунду ИвА-2 просчитала момент для двух других роботов и замахнулась, но монстры остановились, и тяжелые камни ударились в песок перед самым их носом. Копья-хвосты пробили груди роботам, отключив их от ИвА-2 насовсем.
На темном экране моделируемого ИИ появились две фигурки роботов красного цвета, что означало потерю своих. Робот без головы повернулся и побежал в сторону одного монстра, победившего робота. Когда робот бежал, волоча за собой кистень, за ним погнался монстр, который до этого разрывал ему грудь, будто говоря: «Эй, ты куда? Мы еще не договорили».
Робот без головы, с разорванной грудной обшивкой, легко продолжал двигаться. За ним небольшими скачками бежал монстр. Когда он догнал железного инвалида, тот развернулся и ударил кистенем, попав прямо в голову. Третий ряд препятствий, состоявший из трех роботов... Один из них сделал выстрел в точный момент, просчитанный ИИ. Пуля летела в пространстве и попала в цель в точно выверенное время, пробив пасть и вонзившись в мозг.
Робот снова замахнулся на монстра сзади и тоже попал в голову, но этот монстр оказался спиной к стрелявшим роботам. Два монстра вцепились в робота и стали избивать его и разрывать, уничтожать то, что инженеры со скрупулезным вниманием создавали. ИИ потерял связь с безголовым роботом, и на экране загорелся еще один красный свет. Но монстры, не заметив, что робот перестал сопротивляться, вырывали его конечности самым жестоким способом. Этот робот устранил четверых и поэтому заслужил месть со стороны монстров.
Трое роботов стояли с пистолетами и молча наблюдали, как погибал их коллега. В этот момент ИвА-2 прокручивала миллионы векторов атак, в которых снова и снова проигрывала двум оставшимся монстрам. Она перебрала тысячи сценариев, пытаясь найти хоть один шанс на успех.
В модуле безмятежно спали люди и видели марсианский сон. Легкая гравитация делала любую постель мягкой — даже пол, где спал военный, который уступил свою койку геологу. Тот, в свою очередь, просто не смог подняться на второй ярус. Они спали и не понимали, что ИИ изо всех сил пытается их спасти.
ИвА-2 нашла идеальный, уже проверенный четырьмя погибшими монстрами вариант: подставить пасть под траекторию пули. Это как человек, который снова и снова проделывает один и тот же трюк с картами или метает ножи — не потому, что он ас, а просто потому, что у него это получается снова и снова. Но удача отвернулась от ИИ, и теперь трое роботов лежали в песке.
На пути монстров стояли четыре робота — четвертая линия обороны. Можно было бы сговориться и разделиться по двое на каждого врага, отойти в сторону и выяснить по-мужски, кто сильнее. Но нет: монстры по двое подбежали к одному роботу и, атаковав его с разных сторон, уничтожили, потом — второго и третьего. ИвА-2, вскипая от вычислений, неохотно закрашивала в своей имитации погибших роботов.
В это время в модуле проснулся военный, так удобно расположившийся на полу. Сев, солдат почувствовал сильное желание выпить рассол.
— Береза, у нас есть выпить? — громко проговорил военный.
— Есть суточная доза воды, апельсиновый сок, зеленый чай. Хотите что-нибудь из перечисленного? — ответил женский голос из динамиков.
— Давай воды, — проговорил военный.
— Я не могу подать вам воду, бутылка с водой и остальные напитки находятся в холодильнике. Вам нужно подойти к нему и взять что понравится, — снова ответила женским голосом ИИ.
Военный с трудом встал и, чуть покачиваясь, направился к холодильнику.
— Мне тоже воды, пожалуйста, — сказал доктор.
— Я тоже хочу пить, — сквозь сон пробормотал геолог.
Открыв холодильник, военный достал три бутылки по ноль целых пять десятых литра прозрачной холодненькой воды. Бросив по бутылке лежавшим докторам, он открыл и в секунду выпил всю бутылку. Небольшое количество воды, стекая с губ, пролилось на пол, чуть намочив спецприкид военного. После живительной влаги он сразу ожил и принял человеческий вид. Посмотрев в окно на марсианский пейзаж, которое выходило в другую, некритическую сторону, военный по привычке произнес:
— На нас напали. Я веду бой с двумя объектами один, на данный момент потеряла девять роботов, — слова неживой машины словно гром прозвучали в ушах людей.
Доктора, лежа, пили воду и, услышав отчет ИИ, чуть не поперхнулись.
В этот момент я снова проведу разведку и подсчитаю количество роботов для ясности: у Ивы до сегодняшнего утра оставалось двадцать единиц робото-машин. Но сегодня она потеряла еще девять, и теперь у нее осталось одиннадцать роботов, которыми она управляла и взаимодействовала с окружающей средой.
