Наука
Только что в ленте уведомлений попалось прекрасное:
Ну, раз лунная база у России уже есть, то можно и на Вильяма нашего Шекспира Венеру замахнуться.
Из материалов rbk.ru краткое описание. https://www.rbc.ru/story/696e01469a794743db4d47ca : Трамп объявил о создании "Совета мира", в который уже вошли около 17 государств в основном не с самыми сильными экономиками. Многие страны ещё в раздумье, в том числе и Россия. А некоторые из ведущих стран Европы уже отказались вступать в данный совет мира. Все страны входят в совет пока временно, а чтобы стать постоянным членами совета нужно вроде бы сделать взнос - один миллиард долларов. Возглавит совет Дональд Трамп, почти пожизненно, и будет иметь в нём решающее слово. В мире совет больше воспринимают как альтернативу ООН.
Создаётся впечатление, что Дональд Трамп строит воздушный замок, который скоро рассыпется. Силовой захват президента Венесуэлы Мадуро, нагнетание агрессивного давления через американский военно-морской флот на Иран, угрозы Кубе - всё это как-то не укладывается в миротворческий план для всего человечества. И хотя Дональд Трамп говорит, что мир нужно достигать с помощью силы, то создаётся впечатление, что "Совет мира" нужен Трампу для оправдания своих агрессивных и даже авантюрных действий с применением силы против любых стран, которых ему захочется подчинить интересам США. Если Трамп не остановится в своей агрессии, то "Совет мира" станет таким же несбыточным проектом, как получение Трампом Нобелевской премии мира.
Дональд Трамп попал в трудное и неловкое положение, если "Совет мира" рассыпится, то пойдут разговоры, что все проекты Дональда Трампа легкомысленныеи и несерьёзные, что от него отворачивается весь мир, что он не может довести ни одно дело до конца. Такой провал во внешней политики может сказаться как на рейтингах Трампа, так и на ослаблении позиций республиканской партии внутри самих США.
Но у Трампа может появится мощный козырь, если он своё желание мира подкрепит идеологией, создаст идеологию миротворчества. Одно дело преподносить просто желание мира, другое дело утверждать, что мир для человечества в будущем станет гарантией выживания нашей цивилизации. Дональду Трампу нужно усилить Совет мира выдающиемся учёными, которые будут доказывать, что при нашем бурном научно-техническом прогрессе мощь оружия с каждым десятилетием будет только возрастать. И если через десять лет у многих стран появится оружие, которое будет уничтожать целые города, то через сто лет уже появится оружие, которое будет уничтожать целые страны (это даже если не учитывать ядерный арсенал). Учёные должны доказать, что человечеству нужно остановиться в гонке вооружения и прекратить войны, чтобы в будущем человеческая цивилизация могла выжить. Если к этой проблеме будут привлечены учёные с большим именем, то своим мнением они вызовут лавинообразную поддержку от всех учёных всего мира, все заговорят, что будущее цивилизации в опасности, его нужно будет спасать. Вот таким образом стремление к миру с помощью науки и учёных станет идеологией миротворцев.
Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими.
Евангелие от Матфея, глава 5, стих 9
Мир так быстро меняется, что есть смысл не перестраивать военно-промышленный комплекс на новое вооружение в виде дронов и искусственного интеллекта, так как мощные танки и авианосцы устаревают из-за новых правил войны (становяться лёгкими мишенями), а перестраивать военно-промышленный комплекс на освоение Космоса с помощью тех же дронов и искусственного интеллекта. Нужно тратить гигантские деньги не на войны, а на освоение Космоса. Ведь природные ресурсы на нашей планете не вечны, а тот кто первый доберется до природных ресурсов Солнечной системы получит доминирование в своем развитии.
2005 (С) Родина Слонов
Составим практическую, инженерно-ориентированную программу летных испытаний с космодрома Восточный так, чтобы к моменту посадки и возврата человека вероятность успешного выполнения миссии была максимально высокой при разумных ресурсах.
Важно сразу сказать честно: абсолютной гарантии безопасности не получить — можно лишь поэтапно повысить надёжность систем до приемлемого риска.
«Восточный» — хорошая стартовая площадка (доступ к Тихому океану для downrange), но широта ≈51.9° требует больше ΔV по сравнению с южными широтами; это влияет на массу и архитектуру носителя.
Под «гарантировать посадку и возврат человека» мы понимаем достижение уровня операционной надёжности, при котором вероятность фатальной ошибки для одного полёта сравнима с современными пилотируемыми программами (~на уровне единиц процентов или ниже). Абсолютной 0% нельзя гарантировать.
Надёжность демонстрируется не только полётными тестами, но и насыщенной наземной отработкой, многоступенчатой верификацией, заводским контролем качества, удержанием запасов и дублёров критических систем.
Подготовка / верификация наземной инфраструктуры, симуляции, стендовые испытания (параллельно все фазы).
Фаза A — модульные LEO-тесты отдельных компонентов и ступеней.
Фаза B — интегрированные тяжелые испытания в LEO (старт-стоп, отработка автоматик, стыковок / отбора).
Фаза C — транс-лунные демонстрации (без посадки): TLI, коррекция, вхождение/выход в Лунную орбиту.
Фаза D — мягкая посадка (без экипажа) — посадочные демонстраторы.
Фаза E — взлёт с Луны: тесты подъёма/стыковки орбитального этапа (без экипажа).
Фаза F — комплексные «land+ascent» без экипажа (полный цикл посадка+взлёт+возврат на Землю).
Фаза G — «последняя репетиция»: пилотируемый полёт/многократно репетируемые с человеком (включая стрессовые сценарии), затем пилотируемая посадка/возврат.
Приведем рекомендуемое количество запусков по фазам с краткой мотивацией. Эти числа — компромисс между стройностью программы и реальностью бюджета/времени; при необходимости их можно увеличить для большей статистической уверенности.
Фаза A — LEO модульные тесты: 8–12 запусков
• Цель: отработать каждую ступень носителя (двигатели, структуры, системы жизнеобеспечения для корабля-пилотируемого блока в тепле).
• Почему столько: тестируем разные конфигурации, операционные режимы, аварийные сценарии.
Фаза B — интегрированные тяжелые LEO-испытания: 6–8 запусков
• Цель: полные сборки ступеней, трансплантационные манёвры, проверка наземной подготовки и процедур быстрого вывода в старт.
• Включить: один–два «неудачных» сценария намеренно для отработки процедур спасения.
Фаза C — TLI / транс-лунные демонстрации (без посадки): 8–12 запусков
• Цель: отработка TLI, системы навигации на траектории, автоматические коррекции, вхождение на лунную орбиту, длительная работа космического аппарата в траектории.
• Оценка: по нескольким аппаратам, разные ТЛИ-профили и отказные режимы.
Фаза D — мягкая посадка (без экипажа) — посадочные демонстраторы: 6–10 запусков
• Цель: испытать посадочный модуль, посадочные двигатели, систему управления при подходе, сенсоры высоты/рельефа, скрипты «go/no-go».
• Важный элемент: разные типы ландшафта и точности посадки.
Фаза E — взлёт с Луны (асцент-демонстраторы, без людей): 4–6 запусков
• Цель: отработка стартовых двигателей для подъёма, стыковочных манёвров в лунной орбите, передача топлива/проверка автономных процедур схода и стыковки.
Фаза F — полные безэкипажные миссии «посадка + взлёт + возврат на Землю»: 2–4 запуска (предпочтительно 3)
• Цель: продемонстрировать полный цикл в реальных условиях. Нужно минимум 2 подряд успешных, лучше 3 для уверенности.
Фаза G — пилотируемые репетиции и полёт: 1–2 пилотируемых миссии перед первой посадкой человека
• Предварительная пилотируемая миссия без посадки (облет/вход-выход) — 1 миссия; затем — пилотируемая посадка на Луну (финальная).
Итого ориентировочно: ~35–55 запусков до первой пилотируемой посадки/возврата.
(Это — порядок; для снижения рисков некоторые категории требуют большего числа).
Малое число испытаний даёт слабую статистическую уверенность в истинной надёжности системы. Статистическая оценка: если в n полётах не было отказов, верхняя граница вероятности отказа p при уровне доверия 95% ≈ 3/n. Поэтому чтобы утверждать p ≤ 1% на 95% доверия, нужно n ≈ 300 успешных полётов одной и той же конфигурации без отказа — практически недостижимо.
Практика пилотируемых программ ускоряет доверие не только полётами, но и глубоким уровнем верификации: аэродинамические и вибрационные стенд-тесты, долгие испытания двигателей, пилотируемые репетиции, аналоги аварий на земле и пр. Поэтому программа выше компенсирует малое n интенсивностью разных тестов (модульные, интегрированные, безэкипажные полноциклы) и не полагается только на статистику полётов.
Каждому запуску/серии назначаются ключевые критерии (пример — Фаза D, посадка):
Критерии для посадки-демонстратора:
Выход на предписанную лунную орбиту (точность ± X км) — 100% требование.
Снижение до ПОЛ (планируемая точка посадки) с автопилотом; скорость вертикального падения в точке посадки ≤ проектного — допустимо.
Точность посадки < заданного радиуса R (например, 100–500 м); процент успешных посадок по серии ≥ 90% для перехода к фазе E.
Проверка термального/пылевого воздействия, посадочных опор и способность работать в лунных условиях ≥ 48 часов.
Критерии для ascent-демонстратора:
Успешный пуск с поверхности Луны, достижение лунной орбиты с заданной точностью и успешная стыковка.
Проверка автоматической стыковки с орбитальным модулем (если архитектура предусматривает).
Для полноцикловых (Фаза F): два подряд успешных миссии без критических отказов, с полным восстановлением аппарата на Земле → переход к пилотируемым миссиям.
Полная наземная верификация и тест-программы: двигатели на стенде, доводочные циклы, жёсткие испытания эксплуатации, термошок-циклы.
Hardware-in-the-loop и full-mission симуляции с оператором и автоматикой; в том числе «inject failure» (введение отказов) для отработки эвакуации и ручного управления.
Создание процедур эвакуации экипажа и спасения экипажа (морскими и воздушными средствами) на всех этапах полёта и в рамках плана реагирования на нештатные ситуации.
Система быстрого восстановления/замены критичных узлов и «flight spares» — минимум 2 комплекта для ключевых элементов.
Международная кооперация и независимые инспекции (повышает доверие).
Подготовка наземной базы и заводская верификация: 2–4 года параллельно.
Выполнение всей программы запусков (35–55 запусков): 6–10 лет при темпе 6–10 пусков в год (включая сезонность и периоды доработок).
Бюджет (очень грубая оценка): от нескольких сотен миллионов USD/запуск (для некоторых легких тестов) до нескольких млрд USD за крупные интегрированные тесты и демонстраторы. Совокупный бюджет программы — порядок десятков миллиардов долларов (включая НИОКР, инфраструктуру, производство запасных комплектов и логистику).
Ограниченная статистика → компенсировать интенсивной наземной верификацией и диверсификацией тестовых сценариев.
Критические узлы (двигатели, системы стыковки, СКП) → дублирование и запасные комплекты.
Сроки и политические риски → планировать буфер времени и финансовые резервы.
Операционные ошибки → много тренировок экипажа и персонала, независимые проверки процедур.
Экологические / международные реакции → прозрачность в отношении испытаний и обеспечение безопасных зон падения ступеней.
Наличие минимум 2–3 подряд успешных полноцикловых безэкипажных миссий (Фаза F), плюс минимум одна пилотируемая репетиционная миссия без посадки (облет/вход-выход) и успешно пройденные все проверочные списки (safety review boards), проверка спасательных систем и доказанная готовность наземных аварийных служб — это минимальный набор для вывода экипажа на посадку.
Год 0–2: подготовка инфраструктуры, стендовые тесты.
Год 2–4: Фаза A (8–12 LEO модульных).
Год 4–6: Фаза B (6–8 интегрированных LEO).
Год 5–8: Фаза C (8–12 TLI без посадки) параллельно с Фазой D (6–10 посадочных демонстраторов).
Год 7–9: Фаза E (4–6 ascent tests) и Фаза F (2–4 полных безэкипажных циклов).
Год 9–10+: Фаза G — пилотируемые репетиции и первая пилотируемая посадка при положительных результатах.
Есть предположение, что всё напряжения в мире в основном существует из-за кризисного состояния доллара. В Америке есть идея «Отказ от бумажного доллара и переход на цифровой доллар». Для всего мира такую процедуру мгновенно провести невозможно - это займёт годы. За эти годы бумажный доллар будет обесцениваться, так как сократятся его расчёты. По мнению американского журналиста Билла Сарди предполагаемый обмен бумажного доллара на «цифру» будет за 80 центов. Но уже понятно, что тем, кто быстрее будет стремиться избавиться от бумажного доллара, придётся удешевлять его цену.
Такая финансовая реформа со стороны США может вызвать экономические потрясения во всём мире, могут пострадать не только финансовые банки, но и целые государства, полмира может обанкротиться и обеднеть. В данной ситуации должна появиться спасательная верёвка для бумажного доллара, если его, например, привяжут к космической программе «Освоение Луны». Бумажный доллар станет укрепляться, если весь мир начнёт вкладываться в лунную программу, избавляясь от излишков бумажного доллара. Такой вариант развития событий предпочтителен для США и всего мира при решении проблемы американских финансовых пузырей и долгов. Этот вариант - «Лунная программа» лучше, чем мгновенное банкротство мировой экономики путём обвала доллара или развязывания большой войны с риском начать Третью мировую войну с обменами массированных ядерных бомбардировок.
У каждой страны мира и у каждого народа появится возможность вложиться в программу освоения Луны: в инфраструктуру, в недвижимость или добычу ископаемых. Луна в будущем - это эффективный космодром для освоения Солнечной системы. На Луне можно построить подземные заводы (полностью оборудованные роботами), где будет производиться сборка космических кораблей. Человечеству просто необходимы ресурсы Солнечной системы для того, чтобы не столкнутся с проблемами исчерпания природных ресурсов на планете «Земля». Луна же богата природными ископаемыми: железом, алюминием, редкоземельными металлами, есть в достаточных количествах изотоп гелий-3, который в будущем решит энергетическую проблему всей планеты. И главное на Луне на дне кратеров есть лёд. Это означает, что на Луне можно построить тепловые электростанции. И не нужны ни газ, ни нефть, так как температура днём на поверхности Луны поднимается до +127 градусов по Цельсию и этого достаточно, чтобы лёд превращался в пар и заставлял вращаться турбину, вырабатывающую электрический ток. И ещё пар можно использовать для обогрева радиаторами подземных помещений.
Вот именно стены подземных помещений и туннелей и должны стать самой ценной недвижимостью, в которую будут вкладываться многие страны мира. Подземные помещения – это будет самое ценное вложение (бумажных долларов) на первом этапе освоения Луны. Помещения пойдут под склады сырья и оборудования, заводские цеха, лаборатории и жилые помещения. Чем глубже будут подземные помещения, тем сильнее будет их защита от радиации. А также на большой глубине помещения и туннели можно наполнить искусственной атмосферой. Но, а ближе к поверхности есть риск, что внутреннее давление атмосферы в помещениях из-за низкой гравитации может приподнять лунную почву, и воздух утечёт через трещины. Спускаться под землю на транспорте лучше всего по спиральному туннелю, как это предусмотрено на автомобильных парковках с несколькими этажами. Все туннели должны быть обеспеченны рельсами, которые будут удерживать транспорт так, чтобы из-за слабой гравитации его не кидало из стороны в сторону на стены туннелей. Освоение Луны должно проводиться полностью под контролем и полномочиями ООН, которая в будущем будет собирать налоги и решать все юридические вопросы.
Надеюсь, что программа «Освоения ближнего космоса» полностью перестроит военно-промышленные комплексы с гонки вооружения на мирное освоение космоса – мечи будут перекованы на орала!
В статье использованы идеи и размышление автора.
Луна и все космические объекты в Солнечной системе вместе со всеми природными богатствами должны принадлежать всему человечеству. Прошло то варварское время, когда страны Европы завоевывали и порабощали весь остальной мир, провозглашая захваченные территории своими колониями. Освоение же космоса должно проводиться цивилизованным путём. А не так, кто первый добрался до спутника и планеты, тот её и провозгласил своей частной собственностью, своей колонией. Это путь к военной конфронтации в космосе и к космической гонке вооружений. В подобной конфронтации освоение космоса сильно затормозится, в то время как природные ресурсы планеты «Земля» уже истощаются и для дальнейшего развития планеты необходимы природные ресурсы ближнего космоса. Чтобы цивилизованно решить проблему освоения ближнего космоса, все объекты и богатства Солнечной системы должны принадлежать всему сообществу планеты «Земля» – то есть Организация Объединённых Наций (ООН) должна стать единственным и полноценным хозяином ближнего космоса.
Если ООН, представляющее собой всё человечество, станет хозяин ближнего космоса, то она будет иметь право собирать налоги с освоения территорий спутников и планет. Скорее всего, собирая налоги с добычи природных ископаемых и любых космических ресурсов (лёд и солнечная энергия), определяя квоты и сдавая в аренду территории спутников и планет, ООН в будущем станет самой богатой и могущественной организацией в мире. Также ООН должна взять на себя ответственность следить, чтобы ближний космос не загрязнялся деятельностью промышленных кампаний и корпораций и следить за безопасностью, чтобы данная деятельность не обернулась катастрофами, в первую очередь для планеты «Земля».
Если завтра ООН получит право, например, сдавать территорию Луны в аренду, то конечно в первые десятки лет, а может быть и сотни в связи с дороговизной космических проектов налоги с аренды территорий и с добычи ископаемых должны быть чисто символическими (небольшими). И только, когда космические проекты со временем окрепнут и даже начнут окупаться, аренда и налоги должны подняться.
Но здесь есть и подводные камни. Нельзя допустить, чтобы аренда территорий, например Луны, проводилась до освоения самого спутника. Тогда какая-то очень богатая страна, которая может напечатать деньги вагонами, арендует большую часть Луны, и будет не спешить с освоением арендованной территории, в то время, когда другие страны готовые к освоению Луны, не найдут место для приземления на спутнике. Аренда должна предоставляться только с момента освоения территории спутника и только по площади освоения! Также не должно получиться, что кто-то арендует десять квадратных метров на поверхности Луны, а сам уйдёт под землю и начнёт там строить туннели и многокилометровые коммуникации. Плата за аренду должна взиматься с освоенных объёмов спутника!
Надеюсь, что в наше время, когда идёт подготовка к освоению Луны и со стороны Запада и со стороны России, Китаем и Индии, стороны начнут договариваться о цивилизованном освоении космоса.
Возможно, мы последнее поколение, которое видит Луну такой, какая она сейчас. Первозданную, лишённую видимых невооружённым глазом следов человеческой деятельности.
Фото предоставлено с фотоаппарата жены (сам привык фотать на смартфон, поэтому даже не догадывался, что старая бюджетная зеркалка может выдать столь неплохой зум)
Без лунных баз и светового загрязнения от них. Без разрытых километровых карьеров, с тянущимися шлейфами пыли от добычи Гелия-3.
Нам везёт видеть циклы смены фаз Луны, от полумесяца до полнолуния и обратно. Едва ли через каких-то полсотни лет, из-за шлейфа лунных прожекторов и километровых рекламных вывесок, можно будет легко отличить полумесяц от полнолуния.
Сейчас мы можем отдохнуть от следов цивилизации где-нибудь за городом, в тёмном лесу, бескрайних степях, неприступных горах или выйдя в море. Но как можно будет укрыться от мерцания бурной деятельности человека, или пятикилометрового логотипа Coca-Cola, прямо над головой, на Луне?
Тоже фотографировала жена
Я искренне надеюсь, что мировой коммунизм и гармоничное потребление ресурсов, с гуманным освоением космоса, наступят раньше, чем алчные капиталистические корпорации успеют протянуть загребущую руку рынка, чтобы изуродовать ещё и Луну.
