Если зашифрованную поэму «Руслан и Людмила» с литературного русского языка, которым пользуется изовравшийся кот, тот самый, который не может оторваться от золотой цепи на дубе том, перевести на язык тюремный, на котором кот – это одновременно и ругательство, и глубокое философское понятие чёрного порядка, то всё становится много яснее и понятней.
Враг котов и кошек, наверное, и тигров тоже, вообще кошачьих, это, конечно, не мышка, как то полагают далёкие от чёрного порядка неудачники, а волк. Победить волка коты в прямом честном бою не могут, но вполне могут волка оклеветать, как бы подсыпать ему яду. И поверившие в сладкую, но ядовитую клевету кота от волка отвернутся. Сами отвернутся и других в омут потянут. А это волку урон, потому что волки для самореализации нуждаются в людях-жрецах-волках. Реальный урон.
В частности, «коты» могут рассказать какую-нибудь историю о волке, в которой вдруг окажется, что волк был побеждён собакой. Этого в реальности произойти не может никогда, но кот для того и работает, чтобы толпари прониклись к кошкам, и вранью кота поверили бы, и, как следствие привитой веры, превратились бы в непроизвольных марионеток кота.
Но вруны всегда тупицы. Это так, поскольку они не называют вещи своими именами, а, значит, отключают и логику, которая построена на названной своими именами реальности. А без логики какое может быть критическое мышление! Отсюда и неизбежная тупость врунов. Поэтому в историях от изовравшихся и нелогичных котов и кис, даже на первый взгляд историях гладких, обязательно будут огрехи, опираясь на которые немногочисленные люди могут понять, что, собственно, «котами» и «кисами» перевирается.
Один из таких огрехов убогой логики кота в сказке о Руслане и Людмиле тот, что кот не заметил, как проговорился, то есть сообщил, что ограниченный воинский контингент печенегов, подобно волку, прибыл на свадьбу именно Руслана (хотя Руслан, казалось бы, был уже убит Фарлафом) и Людмилы, причём прибыли вовремя.
Конечно, верное изовравшемуся киевскому князю население Киева полагало, что свадьба состоится между Людмилой (при её-то княжеском приданном, а киевские князья всегда внезапно богаты, как бы из ниоткуда вдруг являются богатства), и жадным и трусливым Фарлафом. Но свадьба этой пары не состоялась, зато состоялась другая – верующего во враки кис Руслана и групповушницы Людмилы, скорее всего, тоже кошатницы.
Итак, «волки»-печенеги «угадали» момент свадьбы. А мы уже знаем, что волки «угадывают» в свадьбах момент не случайно. Помните: в нужное место и в нужное время? Везение называется. Высшая точка адекватного мышления.
Итак, кот с дуба – рассказчик и врун с непроизвольным, а потому вполне прочитываемым враньём. Пинаться кот будет в сторону того, в ком угадывается его, кота, разоблачитель-логик, то есть потенциальный Учитель, тот, который освобождает от непроизвольных обманов кошачьих. Не удивительно, что кошачьи очень боятся волков. Прям как Страшного Суда боятся.
Проще говоря, кот с дуба своим враньём сам себя обрёк пинаться и клеветать в сторону волка. Ну, и кого в «Руслане и Людмиле» в сказке кота нереальным образом побили? А печенегов.
Историю печенегов в наше время уже никто толком не знает. Подробные летописи, в которых печенеги упоминались, уничтожены. Бытующие ныне концепции истории печенегов противоречивы и между собой не стыкуются. В сущности, о печенегах достоверно известно только то, что они уважали волка. В смысле считали его Учителем. А во что смотришься, в то и обращаешься.
Как следствие, печенеги обретали сверхспособности, как у волка. В каких-то случаях могли поступать совсем как волки – в частности, вовремя прибыть на свадьбу и преподнести наиценнейший из всех возможных свадебный подарок.
Но чему же можно научиться у волка не упоминается даже в тех отличающихся текстах, в которых говорится, что печенеги были настолько развиты, что им по росту было уважать волка. Многие авторы («коты») совершают подмену: не уважали, а поклонялись. Видимо, намёк, что ценили лбом об пол. Пока лоб не расшибут. И последние мозги себе вышибут.
Как возникли печенеги, то есть вокруг какой идеи произошло объединение людей из разных родов, повторимся, никто уже не знает, но с высокой степенью вероятности можно утверждать, что как учётная единица истории печенеги должны были исчезнуть после того, как они волка как Учителя предали. Раз исчезли – значит, предали, отупели, стали неадекватны, неудачливы. А, значит, лишились и той силы, которая до предательства обеспечивала им военные победы.
Соседи не преминули этим воспользоваться – и печенеги как исторический объект исчезли. Другое дело, что подробности деградации печенегов и их исчезновения не известны. Нашлись среди высших чиновников те, кому оказалось выгодным эти подробности уничтожить.
Но для котов и кис печенеги, до того, как они предали, это объект ненависти и клеветы. Клевета не оригинальна: волка или волков якобы победила собака, марионетка кошачьих. Собака – это придверная тупица, а в перспективе, даже недалёкой, – стукач. Придверная собака льнёт поближе к «кормушке», открываемой в двери камеры вертухаями. Однако ж, согласно лживой рассматриваемой сказке кота с золотой цепи, собака Руслан одна сражалась против сотен волков – и легко их победила. Махнёт мечом, и вся улица без голов повалится. Якобы. Так следует из внушений «кота с дуба», который как элемент иерархи не может совладать с внутренним желанием формировать себе марионеток.
Такая лживая история с побеждёнными тысячными отрядами волков всего одной только собакой коту с золотой цепи должна быть в удовольствие.
То, что это говорится о печенегах из того их периода, когда они волка ещё не предали, поэтому они, подобно волку, и прибыли точно к свадьбе, это понятно. Теперь остаётся восстановить то рассуждение, из которого со всей очевидностью следует, что жених депрессивной групповушницы Людмилы, а она, как и прочие её товарки, обязательно депрессивна, у которой муж обязательно будет рогоносцем, причём тупым, причём тупость будет прогрессирующей, в итоге он станет «киевлянином». То есть Руслан – это пока ещё собака. Так на тюремном точном языке. О стукаче, о котором прямо, что он стукач, в сказке кота, само собой, не сказано.
Но своей, во-первых, приверженностью к киевским князьям, традиционным предателям светлой направленности эволюции, своей, во-вторых, влюблённостью в групповушницу Людмилу, киевлянку в худшем смысле этого слова, а потом и в остальных участников групповухи, то есть в педерастов, которым, в конечном счёте, и уподобится, и, наконец, в-третьих, ненавистью к тем, кто способен уважать волков, стукач вполне себя разоблачает. Разоблачает ненавистью и страхом.
Мог ли Руслан в одиночку побить печенегов-«волков» в действительности? Как то следует из сказки-рассказки кота с дуба? Или всё это одурачивающая и растлевающая сказка-выдумка от вредителя? Ответ очевиден.
Если печенеги на какую свадьбу к стенам Киева и подходили, то, преподнеся волчий благословенный свадебный подарок, без военного ущерба для себя вовремя отошли. Как отходят от беснующихся гостей со свадеб и буквальные волки, начиная со времён древних, доисторических. Итак, сделав самый ценный свадебный подарок, без ущерба для себя уходили. Благие плоды пожнут другие поколения волков.
Повторимся, что это, криво описанное котом из «Руслана и Людмилы» посещение печенегами было повторением посещения буквальным волком свадьбы, которая от прочих свадеб, которые волки не посещали, отличалась тем, что на ней присутствовал хотя бы один достойный. Тот, кто мог сообразить что-то насчёт священных животных вообще, и волка, в частности.
И насчёт эволюции вообще сообразить тоже мог – пусть не сразу, но хотя бы с годами. А, значит, и насчёт палеонтологии тоже. Волки – покровители палеонтологов?
Итак, что же Пушкин своей, как мы сейчас увидим, пророческой поэмой, сделал для тюрьмы как Храма Весты? Кстати, и для России тоже? А то и сделал, что подвёл немногочисленных мыслящих читателей к размышлению о взаимоотношениях «волков» и «котов». Не только в тюрьме, но и на воле. Волка и в худшие времена в мемуарных сюжетах легко соединяли с презираемой ими собакой и над трусостью собак нещадно насмехались. Вспомним Николу Питерского из фильма «Джентльмены удачи», который ломился через кормушку на продол, чтобы вертухаи его защитили от его унаследованного глубинного страха перед волками.
Идиот, но весьма типичный. Место, в котором собака-стукач прячется от «волка» после побега из камеры, тюрьма называет петушиным кутком.
Даже биологи, эти вечные путаники, описывают, что, когда к селению, в котором есть собаки, приближается даже одинокий волк, собаки притихают абсолютно. Несмотря на свой численный перевес. И мускульный тоже. Забиваются в максимально недоступные, как им, тупицам, кажется, щели-кутки, или вползают в запретные для них избы под защиту даже не людей, а всего лишь людишек. И ни гу-гу.
Но ведь в селениях всегда есть и куры с кошками – и не только для того, чтобы воевать с мышками в амбарах. Главное, для чего нужны кошки с котами в антиволчьих селениях – это реализация тёмножреческих целей жителей. Не людей, а жителей. А используются эти нечистые животные жителями для умерщвления у себя мозга – для достижения кайфа в том числе. Но вот о кошках не пишут и не произносят ни звука. Никто кроме таких выдающихся авторов как Александр Пушкин, Михаил Булгаков, Льюис Кэрролл.
Если уж собаки при приближении к селению волка «забывают» защищать своих «кормильцев», даже не сообщают хотя бы лаем о приближении, как они полагают, опасности, то кошки-то уж тем более поступают столь же предательски.
Поведение собак замечают во многом, потому что псов, извлечённых из укромных щелей, волки уничтожают. А кровишка притягивает взоры населения. Да ещё воткнутый в сугроб хвост. А вот об уничтоженных волками кисах что-то не слышно ничего. И это не удивительно: кровишки нет. Коты или кошки после ухода волков спокойно спускаются с деревьев и как ни в чём ни бывало вновь начинают тереться о ноги обслуживающих их людишек, которые выше всего ценят одуряющее их хозяйство, в которое непременной частью входят и коты с курами. Кур волки почему-то не трогают. Брезгуют, наверное. А собаку можно завести и новую – с тем же одуряющим результатом.
Но вернёмся к образу Руслана. По нынешним временам ребёнок ещё не начинает хоть сколько-то мыслить логически посредством нового мозга, а ему в школе угодливые перед Системой учительницы уже начинают втирать, что Руслан из поэмы потому герой, что воевал с уродливой карлой Черномором. При этом угодливые учительницы не сообщают, что Черномор на поверку оказывается подручным князя киевского. А без этого наблюдения рассуждать о карле бесполезно.
Якобы воевал Руслан и с прочими тайными союзниками карлы и киевского внезапно богатого князя – Рогдаем и Фарлафом. Якобы из-за внутренней несовместимости. Сражения были, если верить в ничем не подтверждённые рассказы о них, сражениях, трудными. Руслана даже насмерть убили, но его воскресил колдун Финн – мёртвой и живой водой. Водами, которых никто больше никогда не видел. Ничем не подтверждённое заявление колдуна и вруна Финна о себе как воскресителе.
Словом, Руслан – якобы герой, якобы преодолевший множество трудностей.
Вот только о якобы героических подвигах Руслана мы, люди, можем узнать только из сказки кота-вруна, и потому по жизни хромающего на оба колена, а внутри сказки – от самого Руслана, а ещё от Рогдая, Фарлафа, Ротмира и Финна. Все кроме Руслана – уже сформировавшиеся колдуны. Ротмир и Финн – действующие коты. А Руслан под каблуком Людмилы обязательно скатится к тому же. Словом, не просто одна групповуха, но и одна управляющая компания.
А что если предположить, что никаких непримиримых врагов у Руслана внутри безобразной групповухи, организованной Людмилой при помощи киевского князя-предателя Владимира, не было? Да, товарищей не было, каждый был готов предать при малейшем поводе, но и принципиальных врагов не было. А была только спланированная пиар-акция вполне в духе и этого, и прочих киевских князей? Другим население власть и не делегирует. Итогом этой наглой пиар-акции должен был стать разрушительный для страны-жертвы образ якобы героя Руслана, построенный только на сообщениях лживых всегда и везде колдунов. Практически кот-освободитель от мнимого тирана, а, на самом деле, от человека, приносящего удачу.
По ходу сказки возникает целый ряд вопросов. А чего это Руслан не убил зловредного карлу Черномора? Подумаешь, бороду ему отсёк! Бороды имеют свойство отрастать. Отрастут – и всё равно что никогда не отрубали. А ещё: чего это князь киевский после всех «художеств» карлы взял его на содержание наслаждаться пороком при своём дворе? Ведь карла обязательно освоится и станет таким же вредителем, как прежде, поскольку без психокатарсиса он измениться не может ни на йоту.
И чего это Руслан берёг карлу? Что, разве карла был потрясён богатырской статью Руслана? Ха-ха. И почему карла не бежал из торбы, хотя Руслан был якобы убит, а другой охраны не было?
Выигрыш от принятия карлы на содержание во дворец князя киевского для начала в том, что он будет поближе к Людмиле. Даже под одной с ней крышей. Как и прочие мнимые враги Руслана, которых князь киевский тоже взял на содержание к себе. Людмиле внутри её котярного мировоззрения приятно. Да и влияние и её, и её папахена-предателя жречества в такой компании на соседей будет сильнее. А это и увеличенные доходы и, по желанию, пытки, которым население сопротивляться не будет.
Но не только они, те, которые хотели бы с Людмилой совокупляться, во дворце оказываются поближе к ней, что весьма ей удобно, ходить далеко не надо, похотливо-приятно и выгодно, но и в любой момент вся компания со всей убедительностью колдунов могут подтвердить, что Руслан вовсе не типичный киевский фейк, а самый настоящий якобы герой. А, значит, он суть эталон для подражания одураченных русских. Давайте-давайте, русские, от своего победного мировоззрения отрекайтесь и впитывайте то, что вам будут нашёптывать объединённая ненавистью компания разноплеменных колдунов. Легче будет вам, русским, подставить свою спину под удар исподтишка. И кому-то легче будет в эту подставленную спину пырнуть. По обыкновению князей киевских.
Итак, в «Руслане и Людмиле» Пушкиным, по сути, предсказывается, даже, если выражаться точнее, пророчествуется, что смысл сладких речей из Киева имеет только один смысл – подготовка к эффективному, ввиду неожиданности, предательству. А это обязательно будет. Обязательный плод. Украинский менталитет корень называется.
Предупреждён, значит защищён. Вот, для начала, что Пушкин сделал для России своей пророческой поэмой.
Возникает вопрос: а чего это Пушкин наворотил столь сложную конструкцию: Лукоморье, дуб зелёный, златая цепь на дубе том, внезапно говорливый кот, который не пользуется понятиями чёрного порядка, и вот, наконец, от кота сказка, в которой прямо назван адрес «малины», то есть Киев, и это притом, что многие читатели не знают символом чего является кот-киса? Ну, не читали ещё, и тем более не задумывались над текстами Михаила Булгакова, Льюиса Кэрролла, Ильфа и Петрова, которые хотя сами в тюрьме не сидели, но их наставляли сразу двое таких.
Почему бы Пушкину не написать было обо всём прямо: кто такие, на самом деле, в веках одобряемые местным одураченным населением киевские князья? Кроме того, почему бы ещё и не написать об источнике влиятельности той или иной, прости Господи, женщины с её реализациями как групповушницы? Кто собирает колдунов в кулак?
Но если бы Пушкин написал прямо, что думает и понимает, то население России о этом пророческом тексте Пушкина никогда бы и не услышало. Может, даже и самого имени «Пушкин» не узнали бы. Не позволили бы им услышать даже имя, не только ценные мысли о чёрном порядке.
Вспомните, как до людей было запрещено доносить ту информацию, что во время гитлеровской оккупации особыми зверствами при пытках и казни молодогвардейцев Донбасса отличались именно украинские полицейские. Согласно пропаганде молодогвардейцев просто казнил некто. Почти что никто.
Гитлеровцам-оккупантам до украинских мусоров, прежде всего политической полиции, было далеко. Не немцы, а именно украинские мусора, перед тем как сбросить ещё живыми молодогвардейцев на дно донбасской шахты с почти пятидесятиметровой высоты, перед тем некоторым из них отрубали ступни ног. Это-то зачем? Хотите убить – ладно, убивайте, раз иначе не можете. Скажем, после пыток пристрелите. Но зачем живыми в шахту сбрасывать? А перед тем отрубать ступни ног?
Вы бы удивились, если бы узнали, что кто-то из тех, кто сбрасывал своих жертв в шахту, при этом мяукал?
Был такой «киевский князь» – Хрущ. Но тогда, в его буквальный киевский период, он назывался не князем, а первым секретарём Коммунистической партии Украины. Вот уж киса так уж киса – в итоге стал. Да, поначалу он в прямом смысле был стукачом, собакой, по собственной инициативе составлял расстрельные списки для политической полиции. То есть стал прокурором. Этапы большого пути. Но на расстрелах не остановился – и стал со временем «кисой». Проявилось это в том, что он переврал обстоятельства жизни Сталина, и всех других настоящих героев-шаманов, то есть тех, кто нёс удачу.
О вранье Хруща на Сталина хотя бы известно. Другое дело, что этот поток наглой лжи можно ложно объяснить мотивом желания власти. Дескать, Хрущ на фоне Сталина смотрелся полным кретином, поэтому он попытался Сталина опорочить – и тем самым как бы подрасти.
Но Хрущ пошёл в подлостях дальше одного только Сталина. Из текста «Молодой Гвардии» Александра Фадеева приказал убрать, и это при уже покойном авторе, то, что будущий Герой Советского Союза Сергей Тюленин был ещё и одарённым художником и рисовал портреты Сталина (может, он ещё и грифов рисовал?), и что один из таких подаренных портретов висел на стене в комнате Любки Шевцовой, тоже будущего Героя Советского Союза. Когда к ней в комнату вошли гитлеровцы и приказали портрет снять, она отказалась. Этот эпизод был и в фильме «Молодая гвардия». Повторимся, Герой Советского Союза. На удивление собаки-гитлеровцы не дерзнули снять портрет силой. «Снял» «киса» Хрущ. Котярными методами. Вырезали и из текста книги, и из фильма. Но остались старые издания «Молодой гвардии» и воспоминания о фильме.
Переврал киса Хрущ и биографию Чингисхана, и биографию Тимура – по тем же тёмножреческим мотивам, что и биографию Сталина. Ни о каком из них, включая Сталина, при антисталинистах невозможно было узнать даже такую, казалось бы, невинную вещь, как то, что они все были палеонтологами, то есть минимум уважали ископаемых хоботных, и уважали волка. И не только хоботных и волка. Но и все коллегии жречества.
Повторимся, что изменения в текст почти документальной «Молодой гвардии» были внесены уже после смерти автора, Александра Фадеева. А значит, помимо воли автора. Точнее, вопреки. Скотство – со стороны «кисы» Хруща. Но именно этой кисе идеологически вторит большая часть электората не только России, но и почти всё угодливое чиновничество прочих стран. Судя по интенсивности оплёвывания Сталина Хрущём, кошачьи – это наиглавнейшие враги волков. А раз так, то они повелители собак.
На хвосте у Хруща сидит киса Михаил Горбачёв, тоже активный клеветник именно на Сталина. Он отвалил немало государственных денег котярам на выдумывание сказок о великом наркоме. Такая же киса, но копаться в биографии этой падали что-то не хочется. Кстати, лауреат Нобелевской премии. И немецкой премии как «лучший немец» какого-то года – в оценке самих немцев.
Изъятие названных деталей из описания жизни и поступков настоящих героев, то есть людей удачливых и приносящих удачу, в невоенное время они называются настоящими шаманами, это кощунство. Не возвращение этих деталей обратно в изуродованную «Молодую гвардию» после того, как Хрущу дали пинка под зад в сторону дачи с его дрессированным слоном, тоже кощунство. Формальной власти у Хруща уже не было, а дрыгание прежде верных ему неудачников осталось. Хороший урок при размышлении об источниках появления в нашей жизни несчастий – но всегда с подачи маскирующихся «котов» и «кис».
И даже после того, как Хрущ, наконец-то, подох, влияние котярной иерархии, в которую он был вхож, сохранилось. Ну, как Чеширский кот, только наоборот. У Чеширской кисы (а это киса, а не кот, приглядитесь к его характеру) многие части тела исчезают, а его аномально длинные зубы, притом в большом числе, остаются. А в памяти остаются ещё и его острые когти. Тоже аномально длинные. Вот так устроена наша реальная жизнь, которую население себе само и устроило и под это выбрало соответствующих начальников.
Что удивляться, что «киса» – одно из важнейших понятий чёрного порядка. И что красный порядок именно с осмыслением этого понятия особенно рьяно и борется. В результате арестантская масса помнит много чего второстепенного, а «киса» на многих зонах забыта напрочь. И тюрьма в итоге производит не великих писателей-учителей, а педерастов вроде Достоевского и Солженицына и им под стать правителей.
Все эти кощунники из издательств, которые фальсифицировали «Молодую гвардию» даже когда крупные издательства не были переданы во владение враждебным России зарубежным капиталам, а до того активничали вышестоящие идеологические органы из чиновников, отдающих распоряжения издательствам и в них работникам, уже давно в могиле. И там они тоже продолжат пожинать то, что посеяли здесь.
Но на эта посмертная сторона процесса не заканчивается. После, казалось бы, умерших вредителей, остаются пока жить их духовные потомки, которые, скорее всего, не знают, какие проклятия (разрушительные директивы) в их подсознание перешли от их предков, образно выражаясь языком Пушкина, «киевлян», носителей «украинского менталитета». «Менталитет», который столь нравится враждебным России странам. В оценке Валентина Катаева украинский субстрат во власти составляет не менее половины.
Таким дерьмом напичкать своих потомков и наследников это уже по отношению к ним подлость. Подлость со стороны одних подлецов по отношению к другим.
И эти потомки не будут понимать мотивов, которыми они сами движимы из непознанной ими части своего подсознания. Другое название тайного пространства хранения этих мотивов – «кладбище психотравм». Но кладбище не в том смысле, что эти унаследованные психотравмы развеялись и потеряли силу воздействия и управления, а потому, что они насмерть замаскировались и их как бы нет, могильной травкой поросли – и они суть воздаяние за нравственные преступления предков. Воздаяние не от Фемиды, а от Немезиды – сильно разные вещи.
Фемида вообще сплошь и рядом поступает наоборот от Немезиды. Если между собой и согласны, то в примитивно уголовной сфере.
А раз не будут самих себя адекватно понимать, то идиотизмы и несчастия в их жизни они обязательно будут объяснять как-то иначе, ложно, криво. Циркулировать будут ложные закономерности.
А вот совокупность этих ложных объяснений самих себя и, как следствие, окружающего мира и называется тупостью. Тупыми этих своих потомков сделали предки-кощунники – которые относительно самих себя вещи своими именами не назвали. А потомки не позаботились разоблачить – чтобы поумнеть. Трудно этих «родоначальников», то есть угодливых чиновников из издательств назвать колдунами, но таковыми они обязательно станут в масштабе нескольких воплощений, с палеонтологической смертью в итоге.
А вы думали, что психотравмы от перевирания биографий героев, как были перевраны биографии таких сталинских героев как Зоя Космодемьянская, Александр Матросов, Саша Чекалин, Сергей Тюленин и Любовь Шевцова, просто так изглаживаются из подсознания уродов и из их уродской жизни?
Но не только тупость и отсутствие естественных человеческих мотивов. Потребность в казнокрадстве тоже, знаете ли, не с Неба падает. Всё та же вонь с той же мусорной или мусорской помойки, внутри которой они живут, и которую они же сами и соорудили.
Если всё упростить, даже упростить до предельной грани, дескать, пропагандистское влияние возможно якобы только вербальное, дескать, никакой психоэнергетики, то можно сказать, что методы кис сводятся к подмене понятий. Сказать вместо «уважающие волков» – печенеги, причём без пояснения, кто такие печенеги, и чем они принципиально отличаются от действительно врагов Гипербореи. Вместо «угодливые при драконе мерзавцы» – чиновники. Не кошкозависимая, а потому депрессивная Алиса – а просто Алиса, без упоминания её хозяйки кошки Дианы, фундаментального тёмного персонажа «Алисы». Вроде бы синонимы, однако…
Но это всё дела давно минувших дней. А ведь полезно для ума увидеть аналогии в более свежих событиях. 2019 год. Военные части украинцев, до зубов вооружённые Европой с их главной европейской ценностью, с подмазанными украденной валютой начальничками-«киевлянами», ещё в пределы России не вторглись. Только к тому готовились.
Что ещё Пушкин сделал для тюрем, чёрного порядка и России? (часть 2)
P.S. Это очередная глава из ещё не изданной книги руководителя нашей экспедиции Меняйлова «Сталин, чёрный порядок, священные грифы». Если Вы сталкивались с какой-то необычной историей про волков, будем благодарны за рассказ о ней в комментариях. Сбор информации для глав про волков ещё идёт.
Авторская работа / переводика
