Лёгкий миллион
– Мне не нравится, что этот манекен смотрит на меня, как на простушку.
Совсем недавно супруги Смирновы опасались быть выставленными за дверь приличных заведений. Здраво оценивая свой скромный достаток, они провели чёткую границу между собой и миром белых скатертей. Край небоскрёбов и роскошных вилл даже на виднелся на горизонте. Он внушал животный страх перед тем, сколько денег стоит каждое с ним соприкосновение. Попасть бы сперва в мир обуви по сезону, ужинов не из лапши и отпуска не в кредит. Смирновы стеснялись ресторанов, автосалонов и магазинов с эскалаторами. Манекены, живущие в стеклянных витринах, пусть и одетые только в нижнее бельё, казались существами более высокой ступени иерархии.
Спустя час Марина вышла из бутика уставшая, но удовлетворённая.
– Ничего нового. У меня такое либо уже есть, либо нафиг не надо. Я бы съела чего-нибудь. Угостишь меня ужином, красавчик?
Последние полгода Кирилл и Марина пристрастились к лучшим местам. Перестали экономить на гардеробе, бензине, косметике, развлечениях. Сын в платной школе, у дочери няня. Отдых в Турции теперь был не для них – стали как-то раздражать простолюдины. Мы можем себе позволить что-нибудь получше. Ах, мечты-мечты, всё равно никуда не поедем, кто же за нас будет работать.
Работы и в самом деле было невпроворот. Смирновы напали на золотую жилу. Повезло подцепить большой контракт и, что не могло не радовать, с честью его реализовать. Кирилл и Марина являли собой блестящий пример сыгранного дуэта, плечом к плечу двигаясь к успеху всё дальше от времён тяжёлой нужды.
Денег стало много, как никогда раньше. Смирновы закрыли ипотеку и прикупили про запас квартиру в новостройке «для вложения». На их счетах лежало достаточно средств, чтобы приобрести ещё несколько квартир, если уж измерять успех в них.
Продолжение сладкой жизни – вот что если не тревожило, то очень заботило прагматичных Смирновых. Кормилец-контракт скоро кончится, а новый не предвидится – поменялся рынок. Не будет больше баснословных доходов. Самое время думать, как сберечь и преумножить нажитое.
Смирновы не транжирили. Им ничего не стоило удержать себя от покупки, например, нового автомобиля: глупо брать то, что дешевеет с каждым днём, соглашались они друг с другом. Они умели жить скромно, без кутежей. Надо сказать, что и частые рестораны, и няня стали для них не роскошью, а необходимостью: работа не оставляла времени на домашние хлопоты. Кроме любви, детей и дела их сближала достойная цель – хорошенько потрудиться, пока молодые, чтобы хорошенько отдохнуть потом. И напутешествоваться, и всё остальное. Марина сможет заняться писательством, в декрете у неё проявился талант сочинять забавные истории, и Кирилл тоже чем-нибудь займётся, ведь так легко – выбрать занятие по душе, когда сможешь себе это позволить. Средства к этой цели они неустанно искали.
– Есть интересная тема! – сказал Кирилл, закинув официанту в ведёрко, что полагалось за ужин и щедрые чаевые в придачу.
– Жги! – одобрила Марина.
– Я сейчас мониторю сайты, где продают всякое имущество должников. Там квартиры в полтора раза дешевле рынка! Это золотое дно – покупаем и тут же продаём дороже.
– И что, каждый дурак может вот так купить квартиру в полтора раза дешевле?
– Нет, только такие дураки, у которых есть несколько свободных миллионов. Это как мы с тобой.
– Так что же мы тут сидим? Бегом домой к компьютеру!
Как молодожёны в первую брачную ночь подводят счёт подаркам, воодушевлённые Смирновы забыли, для чего положена супружеская постель. Дело есть дело. К рассвету бизнес-план был утверждён.
– Кир! А как ты думаешь, каково этим людям? – спросила Марина, засыпая.
– Каким?
– Ну, тем… должникам. Нам ведь придётся их выселить.
Вот и настала пора ответить самим себе на этот щекотливый вопрос.
– Не знаю… Я тоже думал об этом… Наверное, им несладко, но что поделаешь? И потом, это же не мы, это, по сути, банк их выселяет…
– Но всё-таки получается… – Марина не договорила. Она отвернулась, чтоб не заплакать на следующем слове.
– Знаешь, нас с тобой и наших детей никто не пожалеет, если что-то случится, – продолжал Кирилл, – Я даже предлагаю сходить на какую-нибудь квартиру. С двумя целями. Во-первых, может, она убита в хлам, и там ремонта на миллион. А, во-вторых, посмотрим на этих людей. Проверим нервы, нам ведь нужно перешагнуть эту черту. Да?
Марина хрюкнула в ответ и выдала свои слёзы. Там, где хватило бы простой ласки, Кирилл, как и все мужья от Адама, принялся успокаивать свою голубку железной логикой: человек человеку волк, или мы едим, или нас едят. Марина кротко кивала, успокаиваясь в объятьях мужа. Конечно, умом она понимала, как он был прав.
Телефона должников, разумеется, служба судебных приставов не даёт. Осталось идти в подходящую квартиру и стучать в дверь. Чтобы было легче, решили играть открыто. Дескать, мы раздумываем, брать ли ваше жилище с аукциона. Ничего личного, просто бизнес. Если не мы, так кто-то другой.
– Я не знаю, вам надо с папой разговаривать, – Смирновых встретила девушка студенческого возраста и разрешила войти.
Кирилл и Марина порадовались удаче – они попали на объект, и заволновались – что это за папа, без которого взрослая девушка не может просто показать помещения и ответить на пару вопросов? Но не терять же времени даром. Они отметили общий порядок, простой, но приличный ремонт, пол, двери, потолки – всё вполне себе ликвидно. Добрались и до папы. Он лежал на кровати с ноутбуком в руках.
– Здравствуйте! – сказали гости.
– Здравствуйте… – ответил папа.
– Папа, вот, люди пришли насчёт квартиры… – начала девушка.
Кирилл, раздосадованный тем, что хозяин не пожелал подняться, перебил девушку и оперативно изложил цель визита. Долго объяснять не пришлось. Папа раскусил непрошеных гостей, не дождавшись окончания.
– Совсем обнаглели, поганые стервятники?! Вон отсюда!!!
Счастье, что под рукой у папы не было ничего тяжёлого, а бросаться ноутбуком он не стал. Смирновы опомнились на лестничной клетке, когда за ними закрылась дверь.
– Как таких потом выселять? Неприятная будет процедура.
– Неприятная процедура это колоноскопия. Всё остальное – рабочая процедура.
Тут пара заметила женщину, которая собиралась войти в ту самую квартиру, которую они только что бесславно покинули.
– А вы к кому? – спросила она.
На этот раз объясняться стала Марина. Женщина была спокойней «папы» и терпеливо слушала. Ровно до слов «Ему стоит быть чуточку любезней, мы же просто поговорить пришли». Затем она молча поставила на пол сумки, и принялась снимать рукавицы. Смирновы занервничали. К счастью, хозяйка освободила руки не для того, чтоб их распускать.
– ТРИ миллиона мы брали в ипотеку, – показала она на пальцах, – За десять лет мы заплатили ПЯТЬ миллионов, – показала на второй руке, – Сколько мы ещё должны банку? А?!
– Сколько? – робко спросили Смирновы.
– Ещё ОДИН миллион мы банку должны! – женщина поводила пальцем перед лицами Кирилла и Марины, – Муж спину сломал, ходить не может, я сама с работы ушла. Реабилитация все деньги съела, а они сволочи нас выселяют!
Тут и дурак бы всё понял, не только тот, у которого есть несколько миллионов. Чтобы не выглядеть совсем уж бессовестными, Смирновы на пару замямлили, что если не они, то всё равно кто-то купит…
– Всё-то у вас покупается и продаётся! Человеку инвалидность не дают, пособие не дают, а ипотеку плати! А нету у нас ничего, один хлеб домой несу!
Кирилл и Марина покидали выгодную квартиру в оплёванном настроении. Ещё год назад сами пропускавшие ипотечные платежи, они прекрасно понимали несправедливость момента.
– Как она сказала? Брали три, заплатили пять, остался один? Как же так?
– Всё правильно. Считай, они же сначала несколько лет платили банку почти одни проценты.
Горячим сердцам не понять бездушных цифр. Не может ведь человек быть должником, взяв три и заплатив пять, это противоестественно. Поэтому грабители банков и вызывают у обывателей симпатии и сочувствие, по крайней мере, до тех пор, пока не попадутся.
– Кир, а сколько мы посчитали тут чистый заработок? Миллион?
– Да, ровно миллион.
– И долг у этих людей ровно миллион?
– Ровно миллион.
– Кир, ты ведь думаешь о том же, о чём и я?
Что же это получается? Может, супруги Смирновы просто не созрели для того, чтоб набивать карманы? Их ещё не испортила всепроникающая плесень алчности, сердца их не очерствели, а мозги не заржавели настолько, чтоб не найти более гуманного способа разбогатеть? Как мы уже знаем, самые жалобно-щемящие настроения приходили к Марине на сон грядущий. Засыпая, она рисовала себе завтрашний день, которому суждено будет сделать этот мир капельку добрее.
И вновь они окажутся на пороге этой квартиры. Что-то неуловимое будет в их глазах и лицах, по чему хозяева сразу догадаются, что в этот раз перед ними не враги, а друзья. С измученного чела женщины за мгновение исчезнут морщины, и сама она будто помолодеет от радости, потому что сразу всё поймёт и немедленно впустит в дом. Не веря своему счастью, женщина кликнет дочь, и девушка выскочит в коридор, широко раскрыв глаза, и тоже сразу обо всём догадается, и зальётся слезами счастья. Все вместе они войдут в комнату отца и сообщат ему радостную весть. От волнения он уронит на пол ноутбук, но, о чудо, тут же сядет на кровати, чего не мог сделать уже полгода, и от этого его жена и дочь бросятся ниц и припадут к его слабым ногам. И, конечно, супруги Смирновы не смогут сдержать слёз и будут плакать в обнимку с хозяевами, и разрешат постепенно отдавать долг, как только папа совершенно поправится и сможет вернуться к работе.
Марина поставила точку. На Мальдивах в перерывах между спа и «всё включено» хорошо пишется. Новогодние праздники, самый дорогой сезон, самый дорогой курорт. Теперь и такая трата стала приемлемой для семейства Смирновых. Скупать арестованное имущество должников, чтобы продать по хорошей цене, – неплохой бизнес, пока не придумается что-нибудь ещё. Марина, наконец, смогла заняться сочинительством. Её свежая новелла «Нелёгкий миллион» станет заглавной для первого сборника.
Критики отмечают, что писательница Смирнова ставит себе высокую планку, это её творческое кредо. Все рассказы обладают острым сюжетом, глубокими характерами, нетривиальным повествованием и счастливым концом.
Я в ТГ www.t.me/pomor_skaz
