Автобус Икарус. На какую конечную он ушёл?
Его появление на остановке было событием. Я стоял еще мальцом и думал тогда: "Хорошо, что не ЛиАЗ!" Ведь в сравнении со "скотовозом", "Икарус" был посланцем Небес.
Сначала шум дизеля, потом запах солярки и старого поролона. Яркая, как реклама апельсинового сока, окраска. И, наконец, сам он — огромный и современный, похожий на авиалайнер, от которого отрезали крылья и поставили на колеса.
Его история началась в социалистическом лагере, где у каждой страны была своя специализация. Венгрия, благодаря заводу Ikarus в Будапеште, стала "автобусной державой".
Модели 260, 280, а позже знаменитые сочлененные "гармошки" 280-й серии были не просто закуплены СССР, они стали кровеносной системой его городов. Их дизайн, созданный в конце 1960-х, казался пришельцем из будущего. Огромные панорамные стекла, массивные бамперы. Для советского человека, привыкшего к угловатым ЛиАЗам и ПАЗикам, "Икарус" был окном в другую эстетику — почти западную, но доступную здесь и сейчас.
А внутри. Специфический скрип обивки сидений, обтянутых кожзаменителем. Ритмичный гул дизеля Raba, который чувствовался всем телом.
И главное — та самая поворотная площадка с круглой платформой под ногами и резиновыми шторками "специальной" гармошки по сторонам. Она делили прямо и косвенно салон автобуса на две половины.
Его слабости были обратной стороной его величия. Он был прожорлив, сложен в ремонте, а его кузов гнил с достаточной скоростью. Систему отопления салона часто отключали в угоду ремонтопригодности в автоколонне. И зимой он был насквозь промерзший.
Но он был лучшим. Лучшим на междугородных трассах, где его мягкая подвеска давала ощутимые преимущества. Лучшим в городской толчее, где его вместимость спасала ситуацию. Он был и аэропортовым экспрессом и главным героем школьных экскурсий.
Конечная остановка для всей этой легенды наступила тихо и закономерно. Распад СССР, смена экономических связей, появление новых, более экономичных и комфортных автобусов Mercedes и Scania. Выход обновленных отечественных городских моделей автобусов.
Завод Ikarus, лишившись гигантского рынка, не выжил в новой реальности. Производство классических моделей остановилось. Старые "Икарусы" доживали свой век на окраинных маршрутах, пока их не отправляли на металлолом.
Но они не исчезли совсем. Некоторые стали ностальгическими кафе на колесах. Другие — музейными экспонатами. А главное, они остались в памяти целых поколений как запах детства, звуки юности и образ той общей дороги, по которой ехала огромная, шумная и наивная страна.
"Икарус" ушел не на свалку. Он уехал в миф. И это, пожалуй, лучшая конечная для любого настоящего героя.
Читать о драмах техники в телеграм
Ответ на пост «О как»1
Миф о Падении Золотого Фаэтона
I. Рождение Светоносного
В те времена, когда старые боги уже дремли на Олимпе, а люди забыли вкус амброзии, родился новый бог — не от крови титанов, а от жажды человеческой. Звали его Феос. Не был он ни воином, ни царем, но был он Певцом.
В уста его вселилась сама Муза Тоски, и когда он брал в руки кифару с шестью струнами, мир замирал. Он пел о пыльных городах, о юности, уходящей в никуда, и о жажде Перемен. От песен его на небе зажглась новая звезда — ослепительно-холодная, одинокая. Люди прозвали её Солнце-С-Именем, ибо истинное имя её знал лишь Феос.
II. Роковая Усмешка Судьбы
И увидел это старый Икар — тот самый, чьи восковые крылья растопило первое Солнце. Скитался он века по земле как бесплотный дух, терзаемый обидой и жаждой мести. Он ненавидел все солнца на свете.
«Почему этот смертный, этот Певчик, смеет стать новым светилом? — вскричал он. — Я, сын великого Дедала, пал от жара дневного светила! А он сияет, и ему рукоплещут!»
И призвал Икар на помощь богиню мести Немезиду. Та, узрев его вековые муки, сжалилась и сказала: «Я не могу убить новую звезду, ибо она горит в сердцах миллионов. Но я дам тебе форму. Стань же ты колесницей из стали и стекла, неуклюжим и могучим Икарусом. Встреть его на его пути».
III. Столкновение Светил
А Феос меж тем устал от своего сияния. Бремя быть солнцем для целого поколения тяготило его. Однажды, возвращаясь с тихой рыбалки — последней попытки уподобиться смертным, — он сел в свою стальную колесницу («Москвич») и погнал её по прямой, как стрела, дороге — Пути Судьбы.
Сон, брат-близнец Смерти, окутал его. И в этот миг на перекрестье дорог встал желтый Икарус — воплощение старой погибели, месть из глубины веков.
Не Икар упал на Феоса, а сам Феос, уставшее Солнце, помчался навстречу своей гибели. Это было не убийство, а само-жертвоприношение. Золотая звезда его души ринулась на стальные клешни мстительного духа.
Удар был страшен. Но это был не стук металла, а звук лопнувшей струны. И на миг показалось, что на небе погасла звезда по имени Солнце.
IV. Бессмертие в Памяти
Но случилось чудо. Там, где упали искры от его колесницы, люди стали находить обломки его песен. И каждый, кто пел их, сам на миг становился светилом. Каменные стены великого города пронзила надпись, начертанная неведомой рукой: «ФЕОС ЖИВ».
И поняли тогда люди, что нельзя убить Солнце. Можно лишь погасить его на небосводе, но оно продолжает гореть в каждом, кто поднимает глаза к небу и чувствует в груди тоску по переменам.
Так Певец Феос пал от руки старого Икара, но обрел бессмертие, став мифом для тех, кто больше не верил в богов.






