Британия переживает глубокую политическую трансформацию, тревожную и имеющую исторические последствия. Под руководством премьер-министра Кира Стармера Соединенное Королевство стремительно движется по пути, все больше напоминающему полицейское государство — такое, в котором инакомыслие криминализировано, протест рассматривается как терроризм, а моральное неприятие государственного насилия за рубежом встречается репрессиями внутри страны. Нигде этот сдвиг не проявляется более очевидно, чем в реакции правительства на протесты против продолжающегося уничтожения Израилем Газы и соучастия в этом Британии.

Наиболее тревожным символом этого авторитарного поворота стала крупнейшая с 1981 года голодовка заключённых в британских тюрьмах. С начала ноября восемь активистов, содержащихся под стражей в ожидании суда, отказываются от пищи в знак протеста против массовых убийств мирных жителей в Газе, совершаемых Израилем, активной поддержки этой кампании со стороны Британии, а также против унизительного обращения с ними в рамках британской правовой и тюремной систем. Их протест направлен не только против геноцида за рубежом, но и против внутреннего репрессивного механизма, стремящегося заставить замолчать тех, кто выступает против него.

Эти активисты связаны с организацией «Действие для Палестины» (Palestine Action), группой, которая теперь запрещена как «террористическая организация» в рамках расширяющейся британской контртеррористической системы. Их требования включают прозрачность в отношении влияния израильского лобби на британскую политику, гуманное обращение с задержанными и прекращение абсурдной классификации ненасильственных прямых действий как терроризма. Участники голодовки рискуют своими жизнями не для того, чтобы сеять страх, а чтобы обнажить его — а именно, страх правительства, которое больше не может терпеть инакомыслие.

Предъявленные им обвинения связаны с двумя актами саботажа: проникновением на объект в Британии, управляемый израильским производителем вооружений «Эльбит Системс», и вторжением на базу Королевских военно-воздушных сил, где самолёты были повреждены красной краской и инструментами. Эти действия были символичными, деструктивными и незаконными — но они не являются терроризмом согласно какому-либо разумному определению этого термина. Их целью была военная инфраструктура и поставщики оружия, а не гражданские лица. Никто не пострадал. Тем не менее, британское государство отреагировало так, словно эти активисты равны экстремистам, совершающим массовые убийства.

Компания «Эльбит Системс» глубоко интегрирована в военный аппарат Израиля и, как задокументировано специальным докладчиком ООН Франческой Альбанезе, является частью того, что она описывает как «экономику геноцида». Британская терпимость — и содействие — таким компаниям делает заявления о моральном нейтралитете невозможными. Королевские военно-воздушные силы также запятнали свою репутацию, проводя разведывательные полёты над Газой. Официальные заявления о том, что эти миссии существуют исключительно для поиска заложников, были убедительно разобраны журналистами-расследователями, такими как Мэтт Кеннард, который показал, что полёты глубоко интегрированы в израильские разведывательные операции. Учитывая документально подтверждённое применение Израилем пыток при сборе разведданных, вовлечённость Британии поднимает серьёзные правовые и моральные вопросы о соучастии в военных преступлениях.

Это горькая ирония для страны, которая когда-то гордилась своей ролью в победе над фашизмом. Мифология «лучшего часа» Британии — всё ещё почитаемая в таких институтах, как Оксфорд, где поколения студентов пропитаны рассказами о «Спитфайрах» и жертвах — основана на сопротивлении геноцидальному режиму. Сегодня те же самые Королевские военно-воздушные силы помогают государству, которое многие правозащитные организации обвиняют в этнических чистках и коллективных наказаниях. Это противоречие ошеломляет.

К их чести, небольшое число бывших высокопоставленных военных начало выступать с критикой, призывая прекратить поддержку Британией действий Израиля. Но эти голоса изолированы и заглушены политическим и медийным истеблишментом, который сплотился в защиту государственной власти.

В центре этого кризиса лежит опасное искажение концепции терроризма. Для большинства людей терроризм означает умышленное применение насилия против гражданских лиц с целью внушения страха и достижения политических целей. По этому стандарту деятельность организации «Действие для Палестины» не подпадает под определение. Бомбардировки Израилем густонаселённых гражданских районов, однако, гораздо ближе соответствуют этому определению. Тем не менее, именно активистов клеймят как террористов, в то время как государство, осуществляющее массовые убийства мирных жителей, получает дипломатическую, военную и разведывательную поддержку.

Ответ министра юстиции Дэвида Лэмми на голодовку стал символом более широкого подхода правительства: уклонение, молчание и презрение. Семьи задержанных сообщают, что их игнорируют или физически избегают. Основные британские СМИ, со своей стороны, в значительной степени сохраняют информационную блокаду, послушно повторяя официальные нарративы или полностью игнорируя проблему. Эта модель стала уже привычной для стран Европы, входящих в альянс НАТО, где средства массовой информации всё чаще функционируют как продолжение государственной власти, а не как её контролёры.

Некоторые участники голодовки, физически истощённые и столкнувшиеся с серьёзными рисками для здоровья, приостановили свой протест. Другие продолжают, полностью осознавая, что могут умереть под стражей. Их действия вызвали общественную поддержку, даже несмотря на то, что участие в акциях сопряжено с риском ареста в соответствии с драконовскими законами Великобритании о протестах.

То, что разворачивается, — это не просто преследование небольшой группы для «подачи сигнала». Это стратегия массовых репрессий. Amnesty International сообщает, что около 2700 мирных демонстрантов были арестованы лишь за то, что выступили против запрета организации «Действие для Палестины». Многие были задержаны лишь за то, что держали плакаты. Пожилые люди, люди с ограниченными возможностями и уязвимые лица — все оказались в этой мясорубке. Amnesty справедливо описала эти репрессии как нарушение международных обязательств Великобритании, «непропорциональное до абсурдности».

Это не поддержание правопорядка; это запугивание. Это умышленное использование полицейской власти для подавления политического самовыражения. Британских полицейских, применяющих эти меры, однажды могут спросить их собственные дети, как они оправдывали такие действия. История даёт мало утешения тем, кто утверждает, что они «просто выполняли приказы».

Репрессии распространяются дальше уличных протестующих. Журналисты, врачи государственной службы здравоохранения (NHS), учёные и даже бывший член парламента столкнулись с преследованием в рамках контртеррористического законодательства, которое всё чаще используется как оружие против инакомыслия. Антитеррористические законы, когда-то оправдываемые как исключительные инструменты для исключительных угроз, теперь регулярно применяются для подавления политической оппозиции — особенно оппозиции, связанной с Палестиной.

Международная обеспокоенность растёт. Группа из семи экспертов ООН официально предупредила правительство Великобритании о том, что оно не выполняет свои обязательства по защите жизни и основных прав участников голодовки. Сообщения о плохом обращении, отмечают они, вызывают серьёзные опасения относительно соблюдения международного права в области прав человека, включая запрет на жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение.

Эти эксперты неоднократно предостерегали Великобританию от применения антитеррористического законодательства к актам политического протеста, которые по своей сути не являются террористическими. Они предупреждали об опасностях криминализации законного инакомыслия и подавления правозащитной деятельности в поддержку Палестины. Их последнее заявление выражает глубокую тревогу в связи с широким определением терроризма в Великобритании, запретом организации «Действие для Палестины» и последовавшими массовыми арестами и предъявлением обвинений, связанных с терроризмом.

Кир Стармер не может ссылаться на незнание. Будучи бывшим юристом по правам человека, он прекрасно понимает юридические и моральные последствия действий своего правительства. Ранее он вводил общественность в заблуждение, заявляя, что Израиль имеет «право» наводить то, что по сути является осадой, ведущей к голоду в Газе, — утверждение, несовместимое с международным гуманитарным правом. Это не непонимание; это сознательный выбор.

Именно поэтому текущий момент — больше чем скандал. Это моральный крах. Правительство, которое сознательно подавляет инакомыслие, чтобы скрыть свое соучастие в массовых убийствах, перешло черту. Когда государственная власть используется для криминализации совести, проблема заключается уже не в политике — она в этике.

Британия не одинока. От Берлина до Брюсселя, Западная Европа переживает согласованный дрейф в сторону авторитарного управления, характеризующийся контролем над информацией, запретами на протесты и отождествлением инакомыслия с экстремизмом. Язык демократии сохраняется, но её сущность выхолащивается.

Участники голодовки представляют собой нечто большее, чем они сами. Они воплощают принцип, согласно которому граждане обязаны сопротивляться, когда их правительство совершает или способствует совершению тяжких преступлений. После Холокоста эта обязанность неоднократно провозглашалась — обычно задним числом. Эти мужчины и женщины выбрали действие в настоящем, ценой огромных личных жертв.

Политическое руководство Британии может быть морально банкротом, но надежда не исчезла полностью. Она живет в протестующих, в тех, кто отказывается молчать, и в утверждении, что справедливость не определяется силой. Если существует будущее за пределами этого авторитарного поворота, оно будет построено не режимами, которые боятся инакомыслия, а людьми, обладающими мужеством им сопротивляться.

Автор - Дженнифер Хикс

Перевод с английского языка.

https://weeklyblitz.net/2025/12/30/starmers-britain-criminalizing-dissent-and-normalizing-police-state-repression/