Я не буду здесь писать и приводить метафоры, которыми автор описывает процессы заимствования арабского и иного искусства в Османской империи, потому что кто-то на это может обидеться, а некоторые назовут это даже не ориентализмом, а чем похуже и обвинять в разжигании...

Так что обойдёмся очень культурным пересказом. По мнению автора, в ОС превалировала эклектика, основанная на заимствованиях арабского, персидского, византийского и римского наследия (что было определено их географией, религией и политикой, спасибо, кэп), а затем Порта, одна из первых восточных стран, стала строить "как в Европе", в основном силами европейских же мастеров (а что там тогда турецкого?..). Тем не менее, "среди магометян на Всемирной Выставке 1851 г., Турецкие поделия были наименее совершенными" (мой почти дословный перевод). Идеальный орнамент автор находит лишь в коврах, также указывая на заимствование из Малой Азии. Далее прямая цитата. Соглашусь с общей идеей, но с оценочными суждениями склонен не согласиться.

"Очень трудно, даже почти невозможно, подробно объяснить словами различия в стиле орнамента, имеющего столь сильное сходство с персидским, арабским и турецким; тем не менее, глаз легко их замечает, подобно тому как римскую статую отличают от греческой. При сохранении общих принципов персидского, арабского и турецкого стилей орнамента проявляется особенность пропорций масс, большая или меньшая изящность плавных линий, склонность к определенным направлениям в линиях и своеобразный способ переплетения форм, при этом общая форма условного орнамента остается неизменной. Относительная степень вычурности, деликатности или грубости, с которой они выполнены, сразу же позволяет отличить их от работ утонченного и духовного перса, не менее утонченного, но вдумчивого араба или неизобретательного турка."

#ХикмаОрнамент

Продолжая оценивать Каирские узоры, Джон Оуэн указывает на важную особенность арабского орнамента. Он пишет, что декоративная масса, образующая композицию, чаще всего распределена неравномерно и так или иначе тяготеет к какому-либо краю.

Также, в этот раз раз исследователь немного схитрил и решил рассмотреть ещё и оформление каирских Коранов и их страниц. В них он отмечает наиболее полное соотношение формы и цвета, с которого следует брать пример, учиться также заполнять пространство, однако и отмечает, что подобные примеры перечёркивают всё персидское наследие.

Во многом, своего своеобразия и пика развития арабский орнамент достигает через использование геометрии, подобные мысли можем прочитать и у Брукхардта (он, правда, концентрируется на этой геометрии скорее как пронизывающем аспекте всей архитектурной формы: скрещенные квадраты, образующие восьмиугольник, шестиугольник из двух треугольников и др. сложные геометрические формы задаются вначале самой архитектурой пространства, наподобие четверика на восьмерике в церковной византийской, а затем и русской традиции, а лишь потом этот же лейтмотив и точка концентрации повторяется на стенах и в общих планах интерьера). Оуэн же опирается на эту идею лишь как превалирующий аспект арабского искусства, выделяющий его на фоне иных культур, в котором арабы достигли мастерства.

#ХикмаОрнамент

Из Ниневии полетим сразу в Египет. Арабский мир безумно огромен, поэтому Джон Оуэн концертирует своё внимание на архитектуре Каира. Исследователь отмечает, что в силу способов распространения исламского искусства, оно в первую очередь адаптировалось под уже существующие формы по всем новым территориям, заимствуя лучшее, но подражая изначально неумело, лишь спустя полтора века, отбросив излишние формы, исламское искусство стало достаточно строгим, но элегантным, заимствовав идею ботанического орнамента у персов, а геометрическую выработав самостоятельно. Немного иначе на это смотрит Брукхардт, считающий, что в первую очередь искусство новой религии демонстрировало таухид (единство/единобожие), а все излишние или декоративные черты наращивались вынуждено, чтобы быть понятыми в ином культурном пространстве. Не могу согласиться ни с тем, ни с другим, мне ближе взгляд Пиотровского, который неоднократно, и писал, и говорил в своих лекциях, что искусство ислама уникально именно своей разноплановостью, яркостью и калейдоскопом разных форм и стилей, утверждающих единую идею. Оуэн также отмечает новаторство арабской школы орнамента, которая впервые нарушила законы ботанического орнамента, разорвав единую лиану, где один листок вытекал из другого, а плющ как бы вырастал в стене.

Сегодня, рассматривая древние фрески, барельефы и их узоры, перенесёмся в Ниневию и иные грады Царства Ассирийского.

Оуэн достаточно критично отмечает, что искусство этого региона досталось нам лишь из периода упадка и культурной нищеты, пронизанного египетским заимствованием, однако я в корне с ним не согласен. Да, канон и отдельные формы совпадают или перекликаются, но разве не взаимодействует и не перетекает одно в другое? Было бы странно ожидать художественного изоляционизма от обеих величайших держав того времени?

Все их дипломатические контакты в том числе сопровождались богатыми подарками из предметов культуры от лучших мастеров, само собой, страны заимтсвовали друг у друга. В качетсве примера копирки сравниваются два изображения, из Египта и из Ниневиийского дворца. Но можете ли вы представить себе способ изображения человека, более удобный, простой и репрезентативный одновременно? Зачем изображать ступню и руки в анфас, если наиболее характерны и важны они в профиль, как и голова? Далее автор на протяжении двух страниц утверждает о вторичности и неоригинальности ассирийского искусства, отмечая главным достижением колористику колонн и новые формы капители. Скудно... Спишем это на то, что в момент написания книги, ассириология ещё не была так развита. Надо будет как-нибудь дополнить его подборку

Третий тип — декоративно-прикладной, наносимый в основном на бытовые предметы, одежду, посуду и саркофаги. Безусловно, он тоже имел сакральный характер и подчинялся своим внутренним законам.

Интересна выдвигаемая автором концепция, что симметрия и гармония узора появилась не на пустом месте и не в виду триумфа абстрактного мышления, а поэтапно. В первую очередь, древний египтянин, как и любой древний человек, сплетал лозу, солому, ткань, начиная замечать узоры и паттерны, образующие всё рукотворное. Поэтому неудивительно, что всякое рукотворное так или иначе также украшалось узором или орнаментом, изображающим что-либо природное, сплетённое и дополнительно ритмованное цветом и тоном.

#ХикмаОрнамент

Многие привыкли считать, что тюльпан — это символ Голландии, а в Россию его завез Петр I в начале XVIII века как «заморскую диковину». Но если вы посмотрите на татарский орнамент или зайдете в главную мечеть Казани — Кул-Шариф, вы увидите тюльпаны повсюду.

Откуда они там, если в лесах Поволжья тюльпаны отродясь не росли плантациями? Садитесь поудобнее, сейчас разберем этот исторический детектив.

1. Генетическая память степей

Предки татар — волжские булгары — не всегда жили на Волге. До VII века они кочевали в степях Приазовья и предгорьях Кавказа. А их более дальние тюркские предки пришли из Центральной Азии (территория современного Казахстана) — природной родины диких тюльпанов.

Для древнего тюрка расцветший в степи тюльпан был символом того, что зима кончилась и Небо (Тенгри) даровало жизнь. Этот образ «зашился» в подкорку народа настолько сильно, что даже переехав на север, в леса и болота Поволжья, булгары продолжали вышивать этот цветок на одежде. Они не видели его вживую веками, но помнили его «лицо».

2. Религиозный шифр: Тюльпан = Аллах

В 922 году булгары приняли ислам. И тут случилась магия лингвистики. В арабском языке (который стал священным для татар) слово «тюльпан» (Lale) пишется теми же буквами, что и слово «Аллах».

Рисуя тюльпан на сапогах или полотенце, татарский мастер не просто украшал вещь — он создавал скрытую молитву. Так цветок из степного сорняка превратился в священный символ. К моменту, когда Петр I только заказывал первые луковицы из Голландии (1702 год), татарскому тюльпану в орнаментах уже перевалило за 700 лет.

3. Сапоги, которые спасли символ

Почему узор не забыли? Спасибо татарским кожевникам. Уникальная техника «кожаной мозаики» (те самые знаменитые узорчатые сапоги-ичиги) передавалась от отца к сыну. Главным элементом, «подписью» мастера, всегда был стилизованный тюльпан. Чтобы сшить правильные татарские сапоги, ты обязан был вырезать этот цветок. Ремесло законсервировало образ на тысячелетие.

4. Кто же был первым?

Давайте сравним таймлайн:

• V-IX вв. — Тюрки (предки татар и казахов) вовсю используют образ тюльпана в культуре.

• 922 г. — Тюльпан становится сакральным символом в Поволжье.

• XVI век — Тюльпаны впервые попадают из Турции в Европу.

• XVII век — В Голландии начинается «тюльпаномания».

• XVIII век — Петр I привозит цветок в Россию.

Итог: Пока Европа считала тюльпаны биржевым товаром и экзотикой, татары уже почти 800 лет носили их на своих сапогах как национальный герб.

Так что, когда в следующий раз увидите татарский орнамент, знайте: это не просто «цветочки», а привет из глубины веков, от кочевников, которые любили небо и степь.

А вы знали, что тюльпан имеет такое значение для татар, или думали, что это просто красивый узор? Пишите в комментариях!