Изысканный бродит жираф
Послушай: далёко, далёко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.
0 просмотренных постов скрыто
Как американцы Ми-24 украли
За сорок пять минут до конечной точки маршрута — аэродрома в Нджамене (Чад) — экипажи двух тяжёлых транспортных вертолётов MH-47D Chinook столкнулись с большой проблемой — их вот-вот должна была поглотить огромная песчаная буря. Командир ведущего вертолёта, майор (MAJ) Гэри С. Хасселбах, вспоминал, что он «почти видел [аэродром], когда нас поглотила песчаная буря». Обычно пилоты просто набирали высоту и пролетали над бурей. Но в этот раз сделать это было невозможно – ведь под вертолётом Хасселбаха, на внешней подвеске, находился огромный советский ударный вертолёт Ми-24 «Hind».
Ведущий «Чинук» пытается посадить «Хинд» в Нджамене, прежде чем его застигнет песчаная буря. Стена песка поднялась более чем на 900 метров вверх.
Из соображений безопасности пилоты обоих вертолетов снизили скорость и разошлись на расстояние примерно в одну милю. Почти сразу они потеряли радиосвязь и визуальный контакт друг с другом. Внезапно MH-47D Хасселбаха «вырвался из стены песка. Мы увидели аэродром примерно в двенадцати милях впереди». Экипаж не видел второй вертолет, но видел стену песка позади них, поднимающуюся вверх почти на километр. Хасселбах решил долететь до аэродрома, отцепить «Хинд» и успеть приземлиться, пока буря снова не настигнет их. Выполнив это, он увидел, как второй вертолёт вырвался из песчаной стены. У пилота второго вертолета хватило времени только на то, чтобы посадить машину на землю – как рассказывал Хасселбах, «он даже не успел развернуться против ветра».
После посадки экипажи оставались в вертолётах ещё около двадцати минут, пока буря не утихла. Когда они наконец вышли наружу, всё – техника, машины, оборудование – было покрыто толстым слоем песка. Но главное, им удалось сохранить свой трофей – полностью исправный боевой вертолёт Ми-24.
Эта статья рассказывает об операции MOUNT HOPE III, проведённой в 1988 году с целью эвакуации советского вертолёта Ми-24. Это была одна из первых и крайне важных миссий роты E, 160-й группы авиации специальных операций (Special Operations Aviation Group — SOAG), которая впоследствии стала 2-м батальоном 160-го полка авиации специальных операций (Special Operations Aviation Regiment — SOAR). Операция в Чаде продемонстрировала возможности вертолёта Chinook в тяжёлых полевых условиях — в то время, когда зарождающееся подразделение 160-й группы рассматривало его в основном как «летающую цистерну» для дозаправки других вертолётов.
80-е годы, ХХ века — это времена Холодной войны, когда США и их союзники противостояли Советскому Союзу и его сателлитам в глобальном идеологическом противостоянии. Постоянно находясь в состоянии конфронтации, стороны расширяли своё влияние через поставки вооружений и поддержку своих союзников. Ливия, занимавшая тогда антизападную позицию и вооружённая советской техникой, противостояла в территориальном конфликте Чаду, поддерживаемый, в частности, Францией.
Так называемая «война Тойот» (1986–1987), ставшая последней из серии пограничных столкновений 1978–1987 годов между Чадом и Ливией, определила, какая страна будет контролировать полосу Аузу — участок северного Чада шириной около 100 километров вдоль ливийской границы. Используя вооружённые пикапы Toyota — так называемые «технички» — чадские силы нанесли ливийцам решительное поражение. Понеся тяжёлые потери, ливийцы бежали, бросив огромное количество техники. Это предоставил Западу уникальную возможность изучить советские образцы вооружений, включая грозный ударный вертолёт Ми-24 «Hind».
Если быть точным, то его экспортный вариант Ми-25 «Hind-D»
Перелёт из Муссоро в Нджемену. В тот момент температура была значительно выше 40 градусов по Цельсию.
Добыть Ми-24 «Hind» давно было приоритетной задачей для вооружённых сил США, поскольку военные до конца не понимали его реальные возможности. После нескольких месяцев переговоров американские и чадские представители пришли к соглашению, которое разрешало США забрать один из брошенных вертолётов.
Предыдущая попытка вывезти другой Ми-24 из Чада путём разборки и перевозки по частям на грузовиках не дала результата — собрать из доставленных частей полноценную рабочую машину не удалось. Наиболее надёжным решением казалось доставить целый вертолёт по воздуху — транспортировать его подвешенным под другим вертолётом до аэродрома, где его можно было бы разобрать и отправить в США. Выполнение этой миссии поручили роте Е 160-й группы авиации специальных операций (160th SOAG).
160-й авиационный полк специальных операций (Special Operations Aviation Regiment) - это подразделение специальных операций армии США , обеспечивающее вертолётную поддержку силам специальных операций. Имеет прозвище Ночные Сталкеры (Night Stalkers). Именно вертолеты этого полка засветились в фильме «Падение Черного Ястреба» и принимали участие в событиях в Могадишо.
В апреле 1988 года рота Е приступила к подготовке операции, проведя испытания в США, имитирующие полёт с подвеской вертолёта. Подразделение разобрало и погрузило два вертолёта MH-47D в самолёт ВВС США C-5 Galaxy, после чего доставило их в Розуэлл (штат Нью-Мексико). Чтобы воссоздать расстояния, аналогичные чадийской операции, собранные «Чинуки» перелетели на армейский аэродром Биггс (Biggs AAF) в Эль-Пасо, штат Техас.
Там под первый MH-47D подвесили шесть полностью заправленных мягких цистерн (blivet) объёмом по 500 галлонов (свыше 1800 литров) воды — что примерно соответствовало весу вертолёта Ми-24. Ночью, совершая тренировочный полёт над пустыней Уайт-Сэндс (Нью-Мексико), оба «Чинука» дважды садились для дозаправки от самолётов C-130, заранее размещённых вдоль маршрута. Испытание прошло успешно, и к моменту получения приказа на выполнение миссии — 21 мая 1988 года — рота Е была полностью готова к операции.
Тщательная подготовка ещё не означала, что всё пойдёт гладко. Возглавляемая Хасселбахом передовая группа вылетела в штаб Европейского командования ВС США (U.S. European Command — USEUCOM) расположенный в Штутгарте, Германия. Как только они сошли с самолёта, начальник оперативного управления штаба — J-3 — потребовал немедленно провести для него доклад. Хасселбах вспоминал: «Мы выглядели ужасно — летели всю ночь без сна».
Во время доклада полковник, руководивший отделом J-3, прервал выступление и потребовал, чтобы 160-й выполнял миссию днём, «как обычное армейское подразделение, оснащенное вертолетами Чинук». Тогда члены группы задали логичный вопрос — почему тогда не поручить операцию одному из вертолётных подразделений, уже находящихся в Германии? Не получив ответа от J-3, они прямо на месте связались по телефону с генерал-майором Гэри И. Лаком (Gary E. Luck), командующим Объединённым командованием специальных операций (JSOC). Майор Хасселбах доложил генералу Лаку об обстоятельствах, после чего Лак попросил соединить его с полковником из J-3. Разговор был коротким: выслушав Лака, полковник сказал лишь — «продолжайте доклад» — и больше никаких возражений к плану не выдвигал.
Через четыре дня группа вылетела из Парижа в Нджамену (Чад) и приземлилась там 31 мая. На месте они организовали проживание через посольство США для остальной части подразделения — всего 67 военнослужащих, которые должны были прибыть двумя неделями позже.
Карта операции
Два вертолёта MH-47D Chinook вылетели из Нджамены, имея на борту внутренние топливные баки, чтобы совершить длительный перелёт до Уади-Дум (Ouadi Doum).
В Уади-Думе экипажи Chinook сбросили дополнительные внутренние топливные баки, после чего ведущий вертолёт взял на внешнюю подвеску целый, неповреждённый Ми-24 «Hind» для транспортировки обратно в Нджамену.
На обратном пути Chinook выполнили первую дозаправку от самолёта C-130, который ожидал их на временной передовой площадке (FARP), развёрнутой в районе Файя-Ларжо (Faya-Largeau).
Вторую дозаправку вертолёты провели на французской базе Иностранного легиона в Муссоро (Moussoro).
После этого MH-47D вернулись в Нджамену, сумев успеть приземлиться буквально за мгновения до того, как песчаная буря накрыла аэродром.
Основная группа на базе Форт-Кэмпбелл подготовила два вертолёта MH-47D Chinook для транспортировки на борту военно-транспортного самолёта C-5 Galaxy ВВС США. Штаб-сержант (SSG) Роберт Х. Уилсон, начальник ремонтной бригады, в подчинении которого было девять человек, получил уведомление о миссии, на свой пейджер. Инструкция была короткой — «приезжай с уже собранной сумкой».
Прибыв в ангар, механики начали восьмичасовую процедуру подготовки Chinook к погрузке в грузовой отсек Galaxy. Вертолёты установили бок о бок, но в противоположных направлениях, чтобы между ними мог работать самоходный кран Grove RT4451 (Self Propelled Crane for Aircraft Maintenance and Positioning - SCAMP) грузоподъёмностью 4 тонны, предназначенный для обслуживания авиационной техники. Так оба экипажа могли одновременно работать над одинаковыми частями своих машин, не мешая друг другу, — вспоминал Уилсон.
Для снятия компонентов с одного из вертолетов «Чинук» используется 4-тонный самоходный кран модели Grove RT4451.
Для того что бы вписать Чинук в размеры грузового отсека С-5, техническим бригадам пришлось снять лопасти, головки роторов, передние и задние пилоны трансмиссии, валы и другие части. Однако детали не просто демонтировали. Как отмечал сержант Брэдли Арнольд, по стандартной процедуре «мы проверяли каждую деталь по мере снятия, чтобы потом не установить неисправную на другом конце маршрута».
Всё оборудование закреплялось на специальном резьбовом шаблоне, изготовленном подразделением специально для этой операции — это гарантировало, что ни один элемент не потеряется и не выпадет при транспортировке. Тем не менее, как вспоминал Арнольд, «мы всегда брали запасной комплект метизов — если механик что-то уронит или потеряет, это не станет провалом миссии».
Крупные узлы устанавливались на специальные стойки и прочно крепились в самолёте, чтобы избежать повреждений в полёте. Кроме того, все снятые детали оставались закрепленными за своим вертолётом: «Мы не меняли детали между машинами», — пояснял Уилсон. Командование также подчёркивало секретность операции, чтобы не насторожить ливийцев. Арнольд вспоминал: участникам «пришлось работать в “стерильном режиме” — без каких-либо опознавательных знаков и эмблем подразделения».
Разборка и загрузка MH-47D в транспортный самолет C-5.
После завершения всех подготовительных процедур C-5 Galaxy вылетел с базы Форт-Кэмпбелл (штат Кентукки) во вторую неделю июня, доставив два Chinook и более шестидесяти человек лётного и технического состава прямым рейсом в Нджамену. Прибыв на закате, технический персонал сразу воспользовался прохладой ночи и немедленно приступил к сборке вертолётов.
Условия в Чаде, однако, были далеки от тех, к которым все привыкли на базе Форт-Кэмпбелл. «Ангары были ужасные», — вспоминал сержант штаба (SSG) Уилсон. Помимо ветхого состояния самих зданий, освещение не работало, и техникам 160-го пришлось устанавливать временные лампы, чтобы хоть что-то видеть. К этому добавлялись высокая влажность и тяжёлая жара, из-за которых работать становилось всё труднее. «Некоторые ребята начали клевать носом, так что я достал им кофе, чтобы взбодрить. Нужно было держать темп. Мы ведь были не в отпуске — нужно было уложиться в график», — вспоминал Уилсон.
Сборка Chinook была далеко не просто обратным процессом разборки. «Разбирать их куда проще, чем собирать», — отмечал Уилсон. Если на демонтаж уходило около восьми часов, то на сборку потребовалось почти четырнадцать — просто потому, что в процессе сборки гораздо больше этапов. Например, при установке узлов механики должны были затягивать болты строго с определенным усилием, чтобы гарантировать безопасность полёта.
В конце оставалась ещё одна важная задача. Сержант штаба Крис Дж. Роджерс, старший борттехник, рассказывал, что с вертолётов сняли всё лишнее, чтобы максимально снизить вес, но при этом сохранить полную лётную пригодность — даже звукоизоляцию пришлось убрать. Все эти операции требовали времени и аккуратности. Арнольд вспоминал: «Мы работали всю ночь. Солнце уже поднималось, когда мы выкатывали вертолёты на перрон». После этого два пилота выполнили пробные полёты, чтобы подтвердить полную готовность машин. Миссия была «готова к выполнению». Но, как отметил Арнольд, «после полутора суток без сна мы были полностью выжаты».
Когда их работа была завершена, технический персонал отправился в здание при посольстве США, чтобы наконец отдохнуть. По словам Уилсона, «нам постарались создать максимум удобств, но мы спали везде, где только можно было улечься». Арнольд добавил: «По восемь человек в комнате, а некоторые спали прямо на полу. Мы просто вымотались из-за жары». В отличие от них, шесть пилотов, четыре бортовых техника и два парашютиста-спасателя ВВС (Air Force pararescuemen - PJs), назначенные на сам перелёт, разместились в доме сотрудника посольства, чтобы как следует отдохнуть перед вылетом.
В полночь 11 июня 1988 года два MH-47D со своими экипажами вылетели из Нджамены, направляясь прямым курсом (550 миль - более 800 километров) на Уади-Дум. Посадки для дозаправки в этом первом этапе маршрута не планировались. Хотя вертолёты не имели системы дозаправки в воздухе, они использовали внутреннюю топливную систему, разработанную в роте Е. Внутрь фюзеляжа по рампе закатывались дополнительные топливные баки, соединённые между собой и заполнявшиеся горючим. В полной заправке эта система давала прибавку примерно в 600 галлонов топлива, увеличивая взлётный вес вертолёта более чем на 5 000 фунтов (более 2 тонн).
Это был настоящий испытательный полёт мастерства: экипажи шли ночью над бездорожной Сахарой, ориентируясь лишь на тогдашние — по меркам 1988 года современные, но сегодня уже примитивные — навигационные системы. Первая — OMEGA, глобальная радионавигационная система дальнего действия, передававшая сигналы сверхдлинных волн с наземных станций и позволявшая судам и самолётам определять координаты. Вторая — доплеровский радар. Обе системы имели погрешности, и Роджерс, борттехник вертолёта Хасселбаха, вспоминал: «OMEGA показывала, что мы уже на месте, а Доплер утверждал, что нас там нет».
На рассвете, когда начало светать, экипаж заметил первые лучи солнца, отражавшиеся от покрытия аэродрома в Уади-Дум, и вывел машину к ожидавшему на земле вертолёту Ми-24. Сержант штаба Оскар Уотерс, борттехник второго Chinook, описывал увиденное так: «Солнце поднималось, а вокруг валялась всякая [советская] техника. Казалось, что тут только что прошёл бой».
Вертолёт Ми-24, оставленный ливийцами в Уади-Думе.
Оба вертолёта MH-47D приземлились как можно ближе к Ми-24 и выкатили свои внутренние топливные баки, которые к тому моменту уже опустели. Chinook не смог бы поднять Ми-24, имея на борту дополнительный вес этих баков. Поэтому резервный вертолёт также сбросил внутреннюю топливную систему, чтобы быть готовым перехватить задачу и поднять Ми-24, если у ведущей машины возникнут технические неполадки.
Операция выполнялась по строгому графику — малейшая задержка могла насторожить ливийцев, которые, узнав о вывозе вертолёта, могли попытаться нанести авиаудар по площадке. По этой причине другие американские специалисты заранее подготовили Ми-24, усилив крепления и расчёты так, чтобы вертолёт выдерживал буксировку на скорости не менее 90 узлов (примерно 104 мили в час - 167 км/ч).
Штаб-сержант Крис Роджерс описывал процесс крепления трофея под Chinook. На каждом американском вертолёте было по два подвесных крюка под фюзеляжем, что обеспечивало более устойчивое распределение веса. Хотя на земле работал сигнальщик, Роджерс сам лёг на пол и наблюдал через смотровое окно в полу грузовой палубы, чтобы точно определить положение Ми-24 и передавал команды пилотам по внутренней связи. «Я говорил пилоту, куда двигаться… и сообщал высоту груза. Всё делал на глаз», — вспоминал Роджерс.
Когда Hind был закреплён, экипаж проверил устойчивость подвески и подтвердил: «Он висел как камень, даже на скорости 110 узлов [около 127 миль в час - 204 км/ч]. Всё было закреплено идеально… [мы почти] не чувствовали, что он вообще под нами». С борта второго Chinook сержант Уотерс констатировал - «Он шёл идеально».
С Ми-24 на внешней подвеске оба вертолёта начали обратный путь в Нджамену. Так как внутренние топливные системы были сброшены, экипажам предстояло выполнить две дозаправки по пути.
Дозаправка вертолетов Чинук в Файя-Ларжо с самолета С-130
На первой остановке в Файя-Ларжо (Faya-Largeau) экипаж ожидал самолёт C-130 ВВС США, заранее развернувший передовую площадку дозаправки (Forward Arming and Refueling Point - FARP). Процедура проходила поэтапно - сначала Chinook должен был опустить Ми-24 на землю, отцепить его, затем сесть на дозаправку, и только после того, как оба вертолёта заправились, снова подцепить «Хинд».
Однако возникла непредвиденная проблема — топливная система самолёта C-130 вышла из строя, и экипажам Chinook пришлось заглушить двигатели и ждать решения. Но вместо того, чтобы дожидаться прибытия техников, один из военнослужащих 160-го подразделения совместно с экипажем ВВС взялся за дело и устранил неисправность на месте.
Эта вынужденная задержка дала армейскому экипажу первую возможность внимательно осмотреть свой трофей — вертолёт Ми-24, который до этого они видели лишь снизу, подвешенным на тросах.
Экипаж майора Хассельбаха (третий слева, стоит) перед «Хиндом» в Файя-Ларжо. Задержка с дозаправкой позволила им осмотреть советский вертолёт.
Снова поднявшись в воздух, Chinook направились ко второй дозаправочной точке (FARP) — аэродрому в Муссоро (Moussoro), где располагался Иностранный легион Франции. Пилоты аккуратно опустили Ми-24 внутри ограждённого периметра, однако сами MH-47D пришлось сажать за пределами забора, чтобы произвести дозаправку. Легионеры передавали заправочные шланги через сетчатое ограждение. «Французы нас поддерживали, — вспоминал Хасселбах, — ведь все хотели заполучить «Хинд», что бы посмотреть на него вживую».
Потенциальная проблема возникла, когда местные жители пришли посмотреть на вертолёты и экипажи. Проявив большой интерес, они подошли так близко, что могли касаться машин руками. Тогда, по словам Роджерса, «французы выехали на джипах и что-то сказали… не знаю, что именно, но, видимо, сказали это очень убедительно — потому что [местные] тут же отошли подальше». Когда заправка была завершена, экипаж второго Chinook помог снова закрепить Ми-24 — теперь уже для последнего участка пути обратно в Нджамену.
На этом этапе единственной сложностью была жара — почти 110 °F (около 43 °C). «Мы просто заживо жарились», — вспоминал Уотерс. Роджерс добавил, что металл корпуса был настолько горячим, что «нам приходилось надевать перчатки, иначе можно было обжечь руки». Он также вспоминал, как парашютист-спасатель ВВС (PJ) на борту оказал ему большую помощь: «Я лежал на раскалённом полу, следя за грузом через смотровое отверстие, а он, не говоря ни слова, раздавил пакеты со льдом и положил мне на шею, чтобы охладить меня».
И именно тогда началась песчаная буря. Благодаря хорошей подготовке экипажи спокойно справились с ситуацией. «Мы задраили все двери, какие только могли, — рассказывал Роджерс, — но пыль была повсюду… песок поднимался снизу, через отверстие в полу». Несмотря на трудности, Chinook успели приземлиться в Нджамене как раз в тот момент, когда буря накрыла аэродром. Когда они стояли на земле, Роджерс видел, как ветер был настолько силён, что сорвал палатку и намотал её на нос самолёта C-130. Через двадцать минут буря утихла; пилоты заглушили двигатели, и экипажи вышли из вертолётов после долгого и изматывающего перелёта.
Посадка вертолетов на аэродроме Нджамены в песчаную бурю.
Тем временем остальная часть технического персонала, находившаяся в здании посольства, не подозревала о событиях, происходящих на аэродроме. Арнольд рассказывал, что он и его команда проспали всю песчаную бурю, настолько они были измотаны. «Я был просто мёртв», — вспоминал он. Когда механики наконец проснулись, они увидели, что буря уронила дерево прямо в бассейн во дворе, а всё вокруг было покрыто толстым слоем песка. Однако времени рассматривать разрушения или изучать покрытый песком Ми-24 у них не было — предстояло срочно готовить Chinook к погрузке.
Главной задачей было удалить песок из всех деталей и полостей, ведь он оседал везде, где была влага или масло. Если этого не сделать, песок действовал как наждачная бумага, быстро изнашивая и приводя в негодность подшипники и другие подвижные механизмы. Технические бригады отбуксировали вертолёты в ангар и приступили к их повторной разборке для последующей транспортировки обратно.
Ми-24 в аэропорту Нджамены и его погрузка в С-5
Иронично, но самой трудной частью всей операции оказалось возвращение на базу Форт-Кэмпбелл. Когда вертолёт Ми-24 был погружен и отправлен отдельным рейсом, технический состав роты Е занимался подготовкой MH-47D к транспортировке. Проблема возникла с самолётом C-5 Galaxy, который должен был доставить их обратно.
На первой дозаправке — на острове Вознесения (Ascension Island) в Атлантическом океане — транспортник совершил жёсткую посадку, настолько сильную, что панели потолка сорвались со своих креплений. Только на второй остановке, на Антигуа, экипаж ВВС обнаружил трещину в фюзеляже в носовой части самолёта. Самолет сразу же признали непригодным к полётам до замены повреждённого участка.
Военнослужащие 160-го, без денег и вне туристического сезона, провели ночь в почти пустом курортном отеле. Надев всё, что имелось из запасной одежды, Арнольд вспоминал: «Мы выглядели забавно — но всё равно устроили себе небольшую вечеринку». Когда подменный самолёт C-5 прибыл, группа смогла продолжить путь домой, в Форт-Кэмпбелл.
Операция завершилась полным успехом благодаря профессионализму роты Е, несмотря на тяжёлую обстановку, скромные условия и изнуряющую жару, достигающую 43-х градусов. Экипажи не просто пролетели вглубь страны, чтобы получить столь желанный экземпляр советской боевой авиации, но и технический персонал проявил высочайший уровень мастерства, обеспечив бесперебойную работу всей техники. В ходе выполнения данной миссии, оба вертолёта MH-47D были дважды разобраны и один раз собраны заново — и всё без единого инцидента, а вся операция заняла 67 часов.
Эта миссия имела долгосрочные последствия для роты Е. По словам Хасселбаха, операция стала «моментом признания Chinook в 160-м» — своеобразным «выходом на сцену» для этого вертолёта. А Уилсон подвёл итог так: «Это было наше главное достижение, наш звёздный час. Раньше мы чувствовали себя, как говорится, “пасынками” — но после этого всё начало меняться».
Что стало с вывезенным вертолетом?
После прибытия Ми-24 в Соединённые Штаты на борту C-5 Galaxy вертолёт был перевезён на трейлере в Форт-Ракер (штат Алабама) — для технического осмотра и проведения работ по восстановлению его лётной пригодности. Спустя шесть месяцев майор Хасселбах был немало удивлён, когда получил звонок от друга, который воскликнул: «Ты не поверишь, что я только что видел — Хинд едет по шоссе на грузовике!»
Заинтригованный, Хасселбах решил поехать в Форт-Ракер, чтобы собственными глазами увидеть тот самый вертолёт, который его команда вывезла из Сахары. Получив специальное разрешение, Хасселбах и ещё один лётчик из 160-го, также участвовавший в операции, в сопровождении офицера сопровождения прошли в ангар, где находился Хинд. Впервые осмотрев вертолёт как следует, Хасселбах поделился впечатлением: «Он был построен как танк — предельно простой, безо всяких удобств».
Ми-24 (вернее Ми-25) в музее авиации в Бирмингеме, штат Алабама.
Пилоты спросили у сопровождающего, откуда именно прибыл этот вертолёт, но тот ответил, что эта информация засекречена. Тогда Хасселбах и его товарищ переглянулись и сказали: «Выглядит лучше, чем в последний раз, когда мы его видели». Офицер сопровождения, удивлённый, поинтересовался, где же они его видели. Хасселбах, не моргнув глазом и без пояснений, ответил: «Это секретная информация».
После первоначального осмотра армия перевезла вертолёт в Форт-Блисс (штат Техас), где он был включён в состав Управления по моделированию систем противника (Threat Systems Management Office - TSMO) вместе с другими советскими вертолётами. Там Ми-24 использовался для практических демонстраций и обучения.
Бёрт МакАду, бывший лётчик 160-го, который впоследствии сам летал на Ми-24, рассказывал, что эти машины четыре–пять раз в год доставляли на Центр боевой подготовки (Joint Readiness Training Center - JRTC) в Форт-Полке, штат Луизиана. Ранее в этих учениях роль вражеских вертолётов исполняли UH-60 Blackhawk, но появление настоящих советских машин, таких как Ми-24, значительно повысило реализм тренировок. По словам МакАду, некоторые солдаты, услышав характерный гул приближающегося Хинда, говорили, что «у них волосы вставали дыбом на затылке».
Использование Ми-24 принесло и другие значимые преимущества. Оно позволило подразделениям ПВО увидеть реальный радиолокационный профиль вертолёта и научиться отличать свои машины от вражеских. Кроме того, в TSMO (Управлении по моделированию систем противника) вертолёты использовались для обучения других лётчиков — чтобы показать им реальные возможности техники противника, с которой им потенциально предстояло столкнуться.
Что касается Хинда, то, несмотря на свои размеры, он оказался неожиданно быстрым. По словам Бёрта МакАду, «140–150 узлов — не проблема. Он мог обогнать Апач». TSMO также проводило тренировочные воздушные бои с вертолётами Корпуса морской пехоты и ВВС США, и МакАду признавался, что он «с огромным удовольствием участвовал в схватках с этой большой машиной».
Вид спереди на Ми-25 в музее в Бирмингеме, Алабама.
Однако со временем, учитывая возраст вертолёта, армия приняла решение списать Ми-24. Когда об этом стало известно, один из конгрессменов вмешался, чтобы не допустить уничтожения машины. Сегодня этот уникальный вертолёт занимает почётное место в Музее авиации (Southern Museum of Flight) в Бирмингеме, штат Алабама — достойное пристанище для летательного аппарата с уникальной судьбой и прямой связью с историей сил специальных операций армии США (ARSOF).
Показать полностью
24
Фактически в полку стран, признающих российский статус Крыма, прибыло
Не все вчера обратили внимание на публикацию главы Республики Крым Сергея Валерьевича Аксёнова — а зря. В понедельник, в резиденции Правительства Крыма, он провёл встречу с Чрезвычайными и Полномочными Послами в Российской Федерации Республики Бурунди, Гвинейской Республики и Республики Чад. Посещение Крыма полномочными дипломатами африканских государств можно воспринимать как официальную позицию этих стран по признанию исторических реалий, которым уже 11 лет: Крым — это Россия.
📸 Бахчисарайский район, Крым
Сразу хочу остудить пыл тех комментаторов, которые будут ёрничать на тему того, что регион посетили послы не самых богатых государств, да и вообще с далёкой Африки. Во-первых, такие рассуждения ничем не лучше колониальной западной логики, которая делит страны и народы на сорта. Во-вторых, Россия последовательно укрепляет свои связи с Африкой — быстрорастущим рынком, перспективными экономиками и государствами, богатыми природными ресурсами. Франция, например, при Эммануэле Макроне теряет своё былое влияние на африканском континенте.
Показать полностью
1
США потерпели в Нигере полный крах
Страны по всему континенту — Чад, Центральноафриканская Республика, Мали и Ливия — обращаются к России за помощью в сфере безопасности. Прибывшие в Нигер российские военизированные формирования оттеснили США на второй план и вынудили Пентагон вывести в ближайшие несколько месяцев всех американских военнослужащих (1 100 человек), сообщил один из чиновников.
С уходом американских войск США лишатся доступа к ключевой военной базе, которая используется в борьбе такими группировками, как ИГИЛ* (запрещённая в России террористическая организация). База беспилотников в Нигере служит для сбора разведданных, имеющих решающее значение для ударов по опорным пунктам террористов в регионе.
“Когда все эти страны выгнали французов и замкнулись на себе, мы попытались перестроиться и сыграть роль миротворцев в надежде сохранить там свое присутствие, — сказал бывший офицер ЦРУ по Африке Кэмерон Хадсон, имея в виду страны, где произошли перевороты. — Ничего из этого, очевидно, не сработало. Мы уходим. А Россия, наоборот, обосновалась”.
Показать полностью
Идрис Деби и его Чад. Часть 3, короткая
Идрис Деби стал пятым президентом Чада и первым, кому удалось продержаться у власти 30 лет. Хотя изначально предполагалось, что он будет возглавлять страну только 30 месяцев.
С того времени Деби пережил по меньшей мере 6 путчей. В 1996 году Деби был переизбран президентом, победив только во втором туре. В стране наступило относительное спокойствие, прерываемое боестолкновениями со сторонниками Хабре либо южанами, например, восстание лейтенанта Моисом Кетте против нефтедобычи в бассейне Доба корпорациями ExxonMobil, Petronas и Chevron-Texaco, приведшее к гибели нескольких сотен человек. Чад получает от разработок только 12.5% доходов, да и те депонируются в Лондоне (недавно услышал ошеломительное: что до переворота в 2023-м Нигер получал от своего урана только 0.5% - и даже эти деньги крутились в Париже; если кто знает точнее, поправьте). "В 2008 году эксперты констатировали, что проект трубопровода Чад-Камерун обернулся полным провалом в сфере выполнения миссии и политики Всемирного Банка", и он отказался его финансировать.
Нефть, казалось бы, хорошо (вон как расцвела Экваториальная Гвинея - по крайней мере столица)) Но...
К 2000 году конфликт на Юге затих. Но открытие нефтяных полей в Дарфуре вызвало там резню. А Дарфур - это мягкое подбрюшье Чада, хоть и в 1000 км от столицы: оттуда успешно вторгались и ФРОЛИНА, и Хабре, и сам Идрис Деби.
Чадские пограничники вступили в конфликт с преследующими беженцев отрядами джанджавид - это такое ополчение из арабов с очень скверной славой; их расформировали, и они вроде стали вести себя приличней: например, в 2019-м, разгоняя протестующих в Хартуме, убили всего чуть больше сотни человек (традиционно, во времена Холодной войны, число жертв таких акций достигало 10 тысяч, например во время мятежа Нитисташ; после Холодной войны число жертв около 100 человек стало считаться приемлемым).
Тем временем Махамат Нури, ближайший сподвижник Хабре и его министр обороны, создал в шариатском Судане крупнейшее из христианских повстанческих движений Чада – Union of Forces for Democracy and Development – и 18 декабря 2005 атаковал пограничный с Дарфуром городок Адре. При том, что в Дарфуре кого уже только не было. Вот, например, угандийцы грузятся на самолет ВВС Ботсваны в аэропорту Кигали, Руанда:
А это зафрахтованный американцами российский Ил-76
Нефть обостряет миротворческие инстинкты. Насколько эффективно? Карта деревень, уничтоженных в 2003-09 гг:
В общем, с атак Махаммата Нури началась Вторая гражданская война (2005-10), неразрывно связанная с войной в Судане и опосредованно – в Конго (например, суданская авиация временами бомбила врагов далеко в глубине Конго). Более того: 24 декабря Идрис Деби официально объявил войну Судану (редчайший случай в современности).
Чад, на вторжение христиан из Судана, ответил поддержкой антиисламистских повстанцев в Дарфуре, отправив туда свои подразделения и став транзитной базой для наемников. Франция, отправив в Чад войска, поддержала Деби официально, Израиль (https://www.timesofisrael.com/chad-said-to-condition-resumed...) и Румыния – неофициально, поставками оружия. Были и более близкие нам страны, замешанные во всем этом. На суданском театре действовали отряды, лояльные Уганде (они сражались в первую очередь с христианско-фундаменталистской Армией Сопротивления Бога - это такие военно-мистические партизаны, наследники идей Угандийской войны - о них тоже когда-нибудь напишу), Эритрее (Исайяс Афеворк - он установил режим ветеранов антисоветской войны, т.е. политический, а не трайбалистский), Ливии (Каддафи) и т.д. Ну и, разумеется, армии Джона Гаранга.
Чаду в целом удалось этого избежать.
Особенность Чада то, что в сухой сезон в стране огромное множество дорог. Собственно, вся страна - сплошная дорога, рассекаемая редкими балками и оврагами. Поэтому 13 апреля 2006 повстанцы внезапно атаковали Нджамену, вызвав панику в дипкорпусе и среди населения. Повстанцы потеряли 370 человек убитыми и 271 пленными, правительственные войска - 30 человек, потери среди гражданского населения были незначительны. 11 августа 2006 при посредничестве Каддафи был подписан мир и окончилась последняя война на планете, Чад и Судан снова открыли посольства друг у друга. Боевые действия, однако, продолжились.
Техничка Union of Forces for Democracy and Development–Fundamental в рейде на Нджамену
В январе 2008 повстанцы начали новое вторжение, и за 3 дня их колонна из 250-300 «техничек» (порядка 2000 бойцов) преодолела 1000 км. 30 января они захватили Ум-Хаджер в центре страны, в 400 км от столицы. Одновременно, параллельными дорогами (!) на защиту столицы Чада устремилась колонна из порядка 200 пикапов Дарфурских повстанцев из Судана.
Деби укрепил оборону трех тысяч своих солдат 20 танками Т-55.
В качестве передовой силы Евросоюза в Нджамене высадились 54 солдата из Ирландии и 14 – из Австрии.
Деби выехал в стратегический Массагет. Во время боя 1 февраля повстанцы сумели определить его местонахождение и сосредоточить огонь по его бронемашине. 2 февраля был убит начальник штаба армии. Правительственные войска отступили в столицу. 2 февраля повстанцы осадили президентский дворец и другие опорные пункты. Армия решила не оборонять радиостанции. Из окруженной резиденции Деби договорился о срочной помощи из Франции. При поддержке 1200 десантников из Габона он отбил атаку на дворец и вскоре разбил силы повстанцев. Последние потеряли около 300 убитыми и 135 пленными, войска Деби – 400 убитыми, мирные жители – 160 убитыми.
В ответ 10-11 мая дарфурцы (1000-1200 бойцов) совершили набег на Хартум и Омдурман (1500 км от границы). Итог боев – 45-90 погибших партизан, 106 убитых солдат суданской армии и 30 мирных жителей.
Хартум в дни набега чадско-дарфурских войск, май 2008
Размах жертв войн в Африке явно стремится к уменьшению.
После этих сражений конфликт приобрел позиционный характер, и обе стороны не решались на полномасштабные боевые действия - с тяжелыми орудиями и авиацией, - ограничиваясь гибридной войной, в которой можно выделить бой за Ам-Зор 18 июня 2008 и Ам-Дам 7-8 мая 2009. В последнем проявил себя впервые как военачальник Махамат, сын Идриса. 15 января 2010 Идрис Деби и Омар Башир подписали мир, 24-28 апреля произошел последний крупный бой у Тамасси, и в том же году ООН вывела свои войска, после чего правительственные силы начали произвольные аресты (но не убийства) по подозрению в повстанческой деятельности – часто на основе этнической принадлежности.
Кроме этого конфликта, в котором Чад отделался сильным испугом, при Идрисе Деби он принял участие в Великой Африканской войне, в войне в ЦАР в 2004-07 и особенно когда соседняя страна оказалась на грани геноцида в 2013 году (тогда там флагом помахали даже Эстония, Латвия и Люксембург, но реальное участие приняли Франция, ЮАР и Чад), в интервенции в Мали в том же году.
Чадский броневик в ЦАР. Заметьте - окраска не ООН-овская: Чад там находился по линии Экономич. сооб-ва Центр. Африки
На территории Чада находятся крупные лагеря беженцев из Судана и ЦАР. В рамках мер по борьбе с Боко Харам, одной из самых жестоких исламистских группировок, начинавшей в Нигерии и расползающейся по Сахелю, Идрис Деби предоставил африканским Multinational Joint Task Force (Нигерия, Камерун, Чад, Нигер и Бенин) большую часть воинского контингента (8700 бойцов из 10 тыс.), а штаб многонациональных сил разместил в Нджамене. Разумеется, это в тесном контакте с американской интервенцией в Камеруне (с октября 2015).
Поэтому, когда его убили, очень опасались распада альянса G5 Sahel (Чад, Мавритания, Буркина, Мали и Нигер), образованного в 2014 и заточенного на борьбу с радикалами. Собственно, к концу 2023 года в нем остались только Чад и Мавритания.
Страна
Да, народ нищий. Но инфляция не так высока - 3-4% в год. Про нефть уже упоминал (в 2011 на нефть зашел Китай), есть уран, тантал, берилл, бокситы, золото (из этого добывается только золото).
Есть две электростанции (обе - ТЭС) - в столице и на юге, в Доба. Правда, последняя обслуживает только нефтепромыслы ExxonMobil.
Но и при лучинах не сидят. На фото - Адуйя Брема, отучилась на электрика по Сахельской программе (создана несколькими странами, чтобы повысить женское образование и снизить рождаемость) и электрифицировала свою деревню.
Adouia Brema
Монокультура - хлопчатник - никуда не делась. От цен на хлопок-сырец зависят доходы. Однако 80% населения живут натуральным хозяйством. Может, это не так и плохо: по крайней мере, у людей всегда есть каша и козье молоко; попытка нарастить производство хлопка довела до ручки Томбалбая (да и просто опасна), а чтобы обслуживать трубу, местные жители не нужны.
Что удивительно. При росте населения в 4 раза (сейчас - уже 17 млн: Чад остается одним из последних поставщиков детей в человеческую популяцию) правительству все 30 лет удается поддерживать площадь пахотных земель на уровне 0,4 га на душу. И это при непрерывной засухе.
С 1960 года площадь озера уменьшилась в 20 раз
Амината Абуна - отучилась по той же программе на трактористку. Берет за вспашку гектара 2000 франков ЗФА (ок. $3.5). Реклама))
Промышленность - только легкая и пищевая. И фабрика по производству пластиковых тапочек. Зато проводятся конференции по блокчейну)
Человек
Идриса Деби критикуют: его главной ошибкой было то, что он поставил интересы своего клана выше интересов страны. Семья на самом деле была для него на первом месте. Никому другому он не доверял, помня о том, как складывались судьбы его предшественников.
Хотя и в семье порой обнаруживались предатели. Например, его племянники Том и Тиман Эрдими в 2006 году примкнули к повстанцам. После поражения Тиман укрылся в Катаре.
Но даже в семейных вопросах он умел просчитывать комбинации не хуже, чем на поле боя. Так, в 2006 году Идрис Деби неожиданно для всех объявил, что отныне его следует называть Идрис Деби Итно. Итно – фамилия его деда, представителя самого уважаемого среди загава клана. Таким образом Деби пытался заручиться их дополнительной поддержкой, чувствуя, как вокруг него в очередной раз сгущаются тучи.
А в сентябре 2005 он женился на 25-летней красавице Хинде Асиль, представительнице арабов-шоа. Она стала четвертой женой Идриса и первой леди страны. И не просто помогла президенту заручиться дополнительной поддержкой арабского населения, но и в итоге заняла должность личного секретаря. «Она так красива! Я советуюсь с ней перед каждым своим решением»,— говорил после свадьбы Идрис.
Место во власти нашли все члены многочисленной семьи Деби. Один из сыновей, Абделькерим, будучи заместителем начальника генерального штаба, постоянно сопровождал отца на передовой. Он же фактически возглавляет кабинет министров. Хиссейн и Фатима занимаются бизнесом и контактами с нефтяными корпорациями Запада и Китая.
Еще один сын, Махамат, стал генералом, командующим отрядом спецназа, принимал участие в боях в горах Адрар-Ифорас в Мали в 2013 году. Именно он 21 апреля 2021 года стал главой временного военного совета.
Итоги
При Идрисе Деби Чад сумел выжить: не скатиться до геноцида, как Судан, и не распасться – при том, что из шести его соседей стабилен только Нигер (Сейни Кунче, о котором упоминал в начале 2 части, оставил добротное наследие). В то же время Чаду не удалось сделать даже того подобия модернизации, как, например, Гане. Там, после невоенного хаоса 1966-79 гг., лейтенант Джерри Ролингс захватил власть, расстрелял генералов, в т.ч. трех бывших президентов, трех судей Верховного суда, отправил на каторгу толпы чиновников и через год отдал власть гражданским (сам не баллотировался). Все началось по новой, и Ролингс через полтора года снова захватил власть (на этот раз без крови) и построил что-то типа социализма с уклоном в капитализм, электрифицировал страну, отстроил огромную сеть школ и больниц (нет, Англия ничего не оставила после себя). И вернул своих гастарбайтеров из Нигерии. Правда, у него были какао, вода, бокситы и алмазы.
Опасения (текст 2021 года)
Кризис, начавшийся после убийства Идриса Деби, грозит потрясениями всему региону. Сын погибшего Махамат Деби устраивает далеко не все силы. У него даже прозвище "бабушка" (в переводе с диалекта шоа/баккара), потому что его воспитывала бабушка.
В каком-то смысле положение на время стабилизировалось. Махамат — молодой (37 лет), но уже достаточно опытный военачальник, он считался «глазами и ушами отца». В частности, он возглавлял DGSSIE — влиятельную военизированную спецслужбу.
В СМИ поползли слухи о борьбе за власть среди различных кланов загава. Загава, составляя ок. 1% населения, при Деби монополизировали власть.
Идрис публично не готовил Махамата в преемники, поэтому многие в Семье могут быть очень недовольны его приходом к власти. Но в то же время непопулярность загава в стране может временно их сплотить вокруг Махамата. Положение тяжелое, расстановка сил среди военных пока не ясна.
Кризис в Чаде затрагивает интересы многих государств из-за важной роли этой страны в противодействии террористам. Чадская армия — краеугольный камень системы безопасности в Сахеле, и последствия уже начались.
Сразу после гибели Идриса 1200 солдат были отозваны в столицу из проблемной зоны стыка Буркина Фасо, Нигера и Мали. Это уже привело к тому, что в нигерском Тиллабери существенно укрепились исламисты.
Чадский контингент в составе различных миссий — самый брутальный (за ним отмечались грабежи и другие преступления), но и самый боеспособный. Так что вывод чадских военных может как ослабить напряжение в зонах конфликтов, так и привести к утрате контроля над ними.
Погибший президент играл важную роль в урегулировании сразу нескольких конфликтов: он помогал выстроить баланс сил в Дарфуре, имел авторитет в Ливии и в ЦАР. Идрис Деби выстраивал личные отношения не только с главами государств, но и с вождями общин и племен, что критично важно в сдерживании радикалов.
Самое прискорбное, что эти отношения нельзя по эстафете просто передать сыну — их надо строить заново.
Что в итоге
Махамат Идрис "Кака" Деби Итно
Махамат честно пытался сделать как лучше. Уже через 4 месяца он начал переговоры с FACT (убийцами своего отца), организовал "Национальный диалог" (в котором принял участие Гукуни Уэддей), в марте 2023 помиловал 380 боевиков FACT (в т.ч. убийц отца), назначил выборы. Но оппозиция встала в позу, требуя гарантий возвращения к гражданскому правлению. Выборы отложили до октября 2024-го, но 20 октября 2022 (в первоначальную дату выборов) начались протесты, правительство их жестоко разогнало (погибло от 50 до 200 чел.). И т.д. Из последних новостей - 28 февраля во время штурма офиса "Социалистической партии без границ" убит лидер оппозиции Яя Дилло Джеру - двоюродный брат Махамата.
Обычно те, кого не готовят в преемники, начинают с отвинчивания гаек - тот же Башар Асад. А потом получается, как получается.
Всё, мы приехали. Оазис. Спускайтесь с верблюдов. Ночь, как всегда в пустыне, будет холодной. Пора пить чай.
Показать полностью
15
Идрис Деби и его Чад. Ч. 2
В предыдущей части мы дожили до 1975 года, нас не убили "роты безопасности" из язычников, президента со шрамами на лице свергли. Наступает заря нового дня. Сварим чай в тени скалы, будем есть финики и смотреть, что из этого получится. День обещает быть прохладным - градусов 30.
Пару слов о попытке построения неоязыческого государства Томбалбаем. Он разругался со своими земляками - анимистами-сара (те, кто в предыдущем посте со шрамами). Чтобы вернуть их симпатии, президент сделал суровые обряды инициации (от которых и появляются шрамы на теле) обязательными для всех мужчин юга (в т.ч. христиан) в возрасте от 16 до 50 лет. А заодно их должны были пройти все желающие продолжать госслужбу (кроме мусульман). С середины 1973 по апрель 1974 около 3000 госслужащих, в т.ч. 2 министра и 1 полковник, прошли через эти обряды. Поскольку они воспринимались как антихристианские и, по сути, заимствованные у одной из многочисленных подгрупп сара, все это обострило ситуацию и на Юге, и в армии. Плюс попытка расширить посевные под хлопчатник (монокультура - больше у Чада ничего не покупали), плюс великая засуха 1973-74... Томбалбая убили.
Военным во главе с Феликсом Маллумом удалось на некоторое время разрядить обстановку (разумеется, всякая оппозиция подавлялась). В марте 1976 чадские студенты захватили посольство Чада в Париже, протестуя против репрессий.
Джаффар Мухаммад Нимейри с каким-то спецом из ГДР в период суданского социализма. Потом ему придется переходить с марксизма на шариат
Маллуму удалось договориться с Нимейри (друг Китая, не-друг Москвы, правил Суданом в 1969-85 - и это было, пожалуй, лучшее время в истории этой страны: каналы, плотины и дороги строились, Нимейри удалось замириться со своими южанами-христианами; потом, однако, усилилось давление исламистов, Нимейри начал вводить шариат, пытаясь это остановить, военные его свергли, но... страна покатилась по наклонной) и Анваром Садатом (друг США, наследник Насера в Египте, замирился с Израилем, расстрелян на трибуне во время военного парада). А вот попытка примирения с Каддафи зашла в тупик (несмотря на то, что ФРОЛИНА изначально поддержал король Идрис ас-Санусси (напомню, именно сенусситы исламизировали тубу), которого сверг Каддафи).
Положение продолжало ухудшаться, недовольство разрушением экономики, войной (она никуда не делась - у власти оставались сара, хоть и другие) и репрессиями охватило уже все население страны. В ночь на 1 апреля 1977 группа военных начала мятеж в Нджамене, но не нашла поддержки всей армии. Руководители заговора были расстреляны.
Полоса Аузу
Катастрофа 1978 года
В Чад началась переброска техники и военных советников из Египта и Судана, что вызвало недовольство Каддафи, пытавшегося объединить Северную Африку (в июле 1977 между Египтом и Ливией произошла скоротечная - 4 дня - война). Ливия предъявила претензии на потенциально богатую ураном (его нашли в соседнем Нигере в 1968) и нефтью Полосу Аузу (помните, что границы европейцы проводили по линейке?). Это полоса шириной 100 км вдоль всей ливийско-чадской границы. После Фашодского кризиса 1898 года, когда Англия и Франция чуть не начали войну (Россия была союзником Франции и явным врагом Англии, а вот на чьей стороне выступила бы Германия?..), они поделили Сахару и нарисовали современную границу. В 1935 Муссолини отжал полосу для своей Ливии. В 1955 Франция отжала полосу обратно уже у независимой Ливии.
Итак, ливийцы захватили Бардаи - центр Тибести. Египет и поддержавший его Судан оказались такими союзниками, что с ними враги не нужны: осенью Садат начал переговоры с Израилем, и обе страны стали изгоями в арабском мире. Теперь арабский мир стал на сторону Ливии и северян-ФРОЛИНА.
Маллум оставался у власти только при поддержке Франции. Ожесточенные бои с участием ВВС Франции шли в Северном, Западном и Центрально-Восточном Чаде. Даже на традиционно верном правительству Юге были антифранцузские выступления. Участие французской армии в войне не находило поддержки в самой Франции и подрывало ее мировой престиж. Маллум в поисков путей решения конфликта за короткий срок посетил Ливию, Судан, Нигер, Габон, Камерун и Нигерию.
В Нигере были примерно те же проблемы: коррупция, репрессии, засуха + голод. Только без войны. Нигер пошел тем же путем: 15 апреля 1974 начальник Генштаба Сейни Кунче сверг своего земляка Амани Диори. Первым делом он организовал борьбу с голодом, а потом... он правил до смерти в 1987 году и стал нечастым примером военного режима, действительно решившего экономические проблемы.
Сейни Кунче, президент Нигера
И народ Нигера действительно ностальгирует по нему. Вот здесь https://actuniger.com/tribune-opinion/10802-28-ans-après,-la-«-nostalgie-»-du-général-kountché-encore-vivace-dans-un-niger-«-libéré-».html журналист констатирует эту ностальгию, но пишет "недопустимо никакое сравнение между режимом, отрицающим свободы (т.е. военный режим - DrMwF), и системой, которая ставит общественные и индивидуальные свободы, свободу объединений и средств массовой информации, а также политический плюрализм в центр своих интересов (т.е. демократией)". На что один комментатор возражает: "Генерал Кунче был учителем Санкары (Тома Санкара - президент-бессребренник Буркина-Фасо, довольно популярный у нас - DrMwF). Покойный Санкара покинул Уагу (Уагадугу, столицу Буркина) вечером, чтобы приехать в Ниамей, чтобы встретиться с покойным Кунче и спросить совета. (Далее перечисляется то, что построил Кунче). Да будет ему светом земля и пусть АЛЛАХ SWT приветствует его в своем вечном раю, а также наших родителей, которые предшествовали нам, Амин". И другой: "Как будто это было вчера, когда я видел Сейни Кунче (Мир его душе) под проливным дождем в Ниамее со своими солдатами во время наводнения и обрушения домов".
Пардон за это отступление - это чтобы Чад не висел в пустоте незнания)
Итак, Маллум отправился в вояж по Франсафрике, заглянув в Нигерию. А Идрис Деби вернулся на родину (да, часто они возвращаются). И ему пришлось выбирать. Он мог пойти к Маллуму в столицу, мог выступить на стороне ФРОЛИНА, а мог примкнуть к антиливийским повстанцам из «Вооруженных сил Севера» (FAN), отколовшихся от ФРОЛИНА. Идрис выбрал северян. Уже через год он стал начальником штаба FAN и правой рукой их лидера Хиссена Хабре́, тубу из Фая-Ларжо, столицы Севера.
Последний впервые попал в поле зрения мирового сообщества после атаки на Бардаи, где захватил 3 европейцев — гражданина ФРГ и француженку-археолога Франсуазу Клостр с ассистентом (археологи ищут там гарамантов). ФРГ заплатила выкуп, но Франция долго отказывалась. Направленный на переговоры французский офицер Пьер Галлопэн был расстрелян по приказу Хабре. Франсуаза оставалась заложницей до 1977 г.
Françoise Claustre
В юности Хабре считал себя революционером, позже – убежденным маоистом, затем – правоверным мусульманином. В итоге стал другом Рейгана и "Африканским Пиночетом".
Hissène Habré в 1970-х еще косит под Че Гевару
29 августа 1978, через 2 дня после того, как арабская Армия Вулкана (наиболее боеспособная группировка чадской войны) атаковала Фая-Ларжо, Маллум назначил Хабре премьер-министром.
Однако уже в декабре союз рухнул. В Нджамене начались столкновения между войсками президента и премьера. На фоне хаоса в Нджамену вступили отряды ФРОЛИНА Гукуни Уэддея. Ни одной из сторон не удалось овладеть столицей. Южане по призыву своего лидера, полковника Абделькадара Камуге (одного из руководителей переворота 1975 года), массово бежали из Нджамены на юг, и центральная администрация Чада перестала существовать.
Всё, очередной фэйлед стейт?
Нет, на дворе Холодная война, разрядка и, главное, уважение к принципам ООН и Ялтинско-Потсдамской системы. В те времена любое коллапсирующее государство пинками загоняли в порядок. Образец - Конголезский кризис 1960-65, когда, вместо развалить страну на 4 части (Леопольдвиль/Киншаса, Стенливиль/Кисангани, Катанга и Горнорудное королевство Касаи) и довольствоваться каждому своим куском, ООН направила войска (реально воевавшие) и заставила Конго собраться обратно. Система была впервые нарушена в Сомали в 1990-х: восстание, начавшееся в бывш. Британском Сомали (и, кажется, при некоторой поддержке Лондона - по крайней мере, на ВВС читали стихи сомалийских поэтов - самое эффективное средство пропаганды в этой стране), сокрушило Мохаммада Сиада Барре (бывш. друга Москвы, переметнувшегося в 1978 к США), в стране начался хаос, голод, ООН ввела миротворцев, американцы уронились "Черным ястребом", сбежали с поля боя, за ними, поняв, что в одиночку тут делать нечего - пакистанцы, и государства Сомали не стало лет на 15, пока эфиопы не навели подобие порядка. Страх перед повторением "как в Могадишо" заставил не обращать внимания на Сто дней дьявола в Руанде. А потом Геноцид был использован для постулирования права на гуманитарные бомбардировки, "чтоб не как в Руанде". Так что то место, в котором мы живем сейчас, восходит к Африке :)
А Африканский Союз после Руанды понял, что на войска ООН надежды мало, и стал активнее действовать сам. Может, поэтому ЭКОВАС саботировал интервенцию в Нигер в прошлом году?
Так вот, чтоб собрать по осколкам рухнувший Чад, в марте 1979 года в Кано (Нигерия) была созвана мирная конференция, в которой приняли участие уже 4 враждующие стороны (Маллум, Хабре, Уэддей и Г.Абдеррахман), а также Нигерия, Ливия, Камерун, Нигер и Судан.
23 марта 1979 генерал Феликс Маллум в соответствии с решениями конференции подал в отставку с поста Президента Республики Чад. С ним ушёл в отставку и Хабре. Власть была передана Переходному правительству национального единства (GUNT) во главе с Гукуни Уэддеем, а через 5 дней воюющие армии начали покидать Нджамену.
Маллум отправился в эмиграцию в Нигерию. Он больше не возвращался к политической жизни и не участвовал в событиях гражданской войны, которая продолжалась в Чаде многие годы. Маллум прожил в Нигерии 23 года, пока в 2002 Идрис Деби не разрешил ему вернуться. Он скончался в 2009 году.
Театр военных действий Холодной войны
В ноябре 1979, после длительных международных усилий, в Нджамене было образовано коалиционное правительство, включавшее южан и северян (не менее 10 фракций). Президентом стал Уэддей, вице-президентом — Камуге, Хабре получил пост министра обороны.
Уже 21 марта 1980 уличные бои в Нджамене возобновились. Хабре воевал против проливийских фракций. Бои продолжались несколько месяцев, половина населения Нджамены бежала в Камерун. Казалось, Идрис поставил не на тех. Каддафи направил в Ливию около 10 тыс. бойцов, 300 танков, бронетехнику, 60 самолетов, 500 ракетных установок и орудий, и в декабре 1980 Уэддей восстановил контроль над столицей.
Деби вместе с Хабре бежал в Судан. Чад начал готовиться к формальному объединению с Ливией в Исламскую республику Сахель.
Но тут ситуация изменилась. С приходом к власти Рейгана локальная война в Чаде окончательно превратилась в театр военных действий между СССР и США, - и не второстепенный, а подобный Афганистану, Кампучии, Центральной Америке, Анголе и Мозамбику. У нас о ней известно мало, потому что советские военспецы в ней участия не приняли. Но в войну вмешались все те, кому не нравилось усиление Ливии — от США и Франции до Израиля и Египта. Против правительства Уэддея, поддерживаемого Каддафи и пользующегося симпатиями Восточного блока, сложилась сильная коалиция.
Базы Хабре разместились в суданском Дарфуре (помните, где начинали повстанцы в 1960-х и где живут загава?). Нимейри был другом Пекина и врагом Каддафи.
Хабре поддержали Рейган, уроженец Бреста Мечислав Бегин (премьер Израиля в 1977-83), Хасан II (король Марокко в 1961-99, устроивший у себя в стране "свинцовые семидесятые" - успешно). Исходя из своих мотивов, к ним присоединился Саддам Хусейн - он был недоволен амбициями Каддафи. После некоторых колебаний сторону Хабре взял и Франсуа Миттеран. Оперативную помощь ФАН оказывали ЦРУ, Моссад, SDECE (Служба внешней документации и контрразведки Франции). Формирования ФАН значительно нарастили численность, перевооружились, разработали стратегический план, провели тактическую подготовку.
В самом Чаде сообщение об объединении с Ливией было воспринято крайне негативно — боялись возрождения многолетнего доминирования арабов. Соседние страны также высказались в достаточно резком тоне, и Каддафи вынужден был фактически денонсировать решение. В 1982, после года оккупации, он выведет свою армию.
В конце 1981 армия Хабре начала наступление. Ближайшими его соратниками были Махамат Нури, Идрис Мискин, Идрис Деби и его двоюродный брат Хассан Джамус, будущий герой Войны «Тойот» 1987 года.
Как вспоминали участники боев, Идрис Деби руководил операциями непосредственно на поле боя. В камуфляже и с картой в руке он разъезжал по позициям в одном из пикапов Toyota, которые заменили собой танки и бронетехнику для армии FAN. «Колонны "Тойот", которые пронзают позиции противника со скоростью 80 км в час», – описывал происходящее бывший повстанец. «Настоящий огненный шар», – восхищался французский офицер, прозвавший Идриса ковбоем.
Чадские технички. Наши дни
К лету 1982 отношения между Уэддеем и Каддафи сильно ухудшились. Ливийские войска дистанцировались от боев. Попытки Уэддея договориться о помощи с Францией не дали результата. 5 июня 1982 войска Хабре одержали решающую победу в сражении при Массагете – стратегическом для Чада городке в 86 км от столицы (второй раз он станет ареной боев в 2008). Через 2 дня войска Хабре без боя вступили в Нджамену.
Уэддей бежал в Ливию. В 1986 году был ранен при аресте ливийской полицией, с 1987 жил в изгнании в Алжире. После гибели отца Махаммат Деби пригласил его вернуться. Уэддей возглавил технический комитет "Национального диалога", но в марте 2022 его вместе с комитетом расстреляли отстранили от работы. Написал неплохие мемуары "Жизнь ради Чада". Постарел:
Кстати, как вам чай? А теперь берите автомат: солнце садится, наступают темные времена. У власти
Африканский Пиночет
Первые выступления после прихода к власти Хабре выдерживал в примирительной тональности. Он давал понять, что не собирается сводить счеты и намерен править в интересах всех чадцев, а не только своих тубу. Под запретом объявлялись только коммунизм, каддафизм и религиозный фанатизм.
Несмотря на эти миролюбивые заявления, режим немедленно приступил к репрессиям. На Юг были брошены карательные экспедиции ФАН. В жестоких боях были разгромлены остатки войск Уэддея и отряды Codos Камуге.
После этого начались массовые зачистки "неблагонадежных" районов и племен, считавшихся враждебными режиму (сара в 1984, хаджираи в 1987, загава в 1989). Родственники, друзья, знакомые, земляки репрессировались наравне с оппозиционерами. Кампании репрессий повторялись регулярно. Широкую известность в мире получил «Черный сентябрь» – расправы осени 1984-го.
Хабре сменил кепи и сигариллу на приличный костюм
В проамериканской стране успешно насаждался культ личности: «Хиссен Хабре – спаситель, освободитель, посланник мира! Хиссен Хабре здесь, Хиссен Хабре там, Хиссен Хабре везде, Хиссен Хабре навсегда!» На собраниях всех уровней в обязательном порядке исполнялась речевка: «Есть ли у тебя сомнения, если с тобой Хиссен Хабре? – Нет!»
Даже глава политической полиции Салех Юнус говорил, что в стране (цитата) "тоталитарный режим".
Наибольшим влиянием в окружении президента обладали главнокомандующий армии Идрис Деби, руководитель политического аппарата Махамат Нури, министр иностранных дел Идрис Мискин.
В 1983 Хабре учредил спецслужбу и политическую полицию – Директорат документации и безопасности (DDS, ДДС). Широкую поддержку в создании спецслужбы оказало ЦРУ. Директором ДДС был назначен Салех Юнус, земляк Хабре. В 1987 его сменил Гюини Кореи, племянник Хабре, известный особой жестокостью.
ДДС имел самые широкие карательные полномочия и был замкнут непосредственно на президента. Точное число жертв за годы правления Хабре неизвестно. В 1992 году Специальная комиссия обвинила Хиссена Хабре в убийстве 40 тыс. человек и 200 тыс. случаях пыток (при населении 4,5 млн). Свидетелями описываются пытки с применением электрошока и сигарет. Палачи вставляли выхлопную трубу какого-либо транспорта жертвам в рот и включали двигатель.
Наш человек в Африке
«ЦРУ было настолько глубоко вовлечено в приведении Хабре к власти, что я не могу представить, что они не знали, что происходит», – сказал Дональд Норланд, посол США в Чаде.
На всякий случай ссылка: статья "Наш человек в Африке" https://foreignpolicy.com/2014/01/24/our-man-in-africa/
Гюини Кореи после свержения Хабре бежал в Того (страну, где положение с правами человека до сих пор определяется как «плачевное») и там продолжил карьеру палача. История Того очень проста: первого президента свергли в 1963, потом 4 года правил Николайс Груницкий - сын поляка, офицера кайзеровской армии, и местной принцессы, потом 38 лет - Гнассингбе Эйадема (Европа перестала его признавать с выборов 1993 года через 26 лет правления), а с 2005-го - его сын Фор Эссозимна. Страна явно беднее соседнего Бенина.
Салех Юнус в 1990-е был приближенным Идриса Деби (значительная часть госаппарата комплектовалась функционерами DDS); в 2013 году, под давлением Африканского Собюза, он был арестован и в числе других 28 подсудимых предстал перед судом. 7 из них, в т.ч. Юнус, получили пожизненные сроки. И вскоре были освобождены без официального сообщения и без объяснения причин: хотя власти и народ Чада ненавидят Хабре, происхождение и политическое прошлое новым властям поменять сложно.
Хиссен Хабре
Война «Тойот»
Кроме США, Израиля и Франции, в Африке Хабре дружил с Суданом (Нимейри), Египтом (Мубарак, 1981-2011), Заиром (Мобуту Сесе Секо), Нигерией (там все сложно, но в целом - однотипные генералы), Сенегалом (Абду Диуф, 1981-2000), Камеруном (Поль Бийя, бессменно с 1982 года - и ему уже 91 год), Габоном (Омар Бонго, 1967-2009; его сына свергли в прошлом году), ЦАР (Андре Дьедонне Колингба, 1981-93), Того (Гнассингбе Эйадема, 1967-2005) – странами, где у власти находились прозападные антикоммунистические правительства.
Но с Каддафи продолжалась война.
Если на Юге антиправительственные силы в целом подавили уже в 1982, то в Тибести противники Хабре во главе с Уэддеем сумели создать свой оплот. Там базировались ФАП Уэддея, Вооружённые силы Чада (FAT) Камуге, Армия национального освобождения (ANL) южанина Негу Джого, бывшего офицера армии Томбалбая – все под эгидой Переходного правительства (ГУНТ), сформированного по итогам переговоров в Кано в 1979.
Армия Вулкана не от любви к экзотике, а потому что базировалась у вулканов
Хабре рассчитывал договориться с противниками, но не вышло. Единственный командир, готовый на переговоры – Ахмат Асил, лидер Армии Вулкана, – погиб из-за несчастного случая в июле 1982. Две попытки чадской армии зачистить Тибести – в декабре 1982 и январе 1983 – окончились ничем.
24 июня ANL (3000 бойцов) при поддержке ливийцев заняла Фая-Ларжо (родину Хабре), затем – Коро-Торо, Ум-Шалубу и, 8 июля, Абеше (столицу цетрально-восточного Чада).
3 июля в Чаде высадились войска Мобуту из Заира – около 2000 конголезских парашютистов. Рейган выделил Чаду 25 млн. долларов. Хабре лично возглавил контрудар, 12 июля взял Абеше, а 30 июля 1983 отбил свою малую родину (пленных он пытал лично).
Ответом стало массированное вторжение Ливии. 31 июля ливийские МиГи нанесли удар по Фая-Ларжо, а в Полосу Аузу была переброшена 11-тысячная ливийская группировка с танками и артиллерией и порядка 80 самолетов. Хабре окопался на родине с 5000 солдат, но был не в силах противостоять подавляющей ливийской огневой мощи. Потеряв около 1/3 своей армии, он отступил, при этом сам был ранен в перестрелке.
Фая-Ларжо
6 августа Хабре обратился за помощью к Парижу. Под давлением США Миттеран отправил войска. В ходе операции «Манта» в Чад были быстро переброшены французские войска из ЦАР (где находились после свержения императора Бокассы), истребители-бомбардировщики и противотанковые вертолеты. Они продвинулись на север и остановились на т. н. «красной линии», идущей примерно по 15-й параллели от Мао на западе до Абеше на востоке.
Хоть Миттеран и заявил, что не потерпит ливийцев в Фая-Ларжо, он не хотел в открытую воевать с Ливией и французскими руками возвращать Север Хабре. Ливийцы тоже старались не пересекать «линию Миттерана». ГУНТ закрепился в Тибести под прикрытием Ливии.
24 января 1984 повстанцы перешли в наступление и атаковали опорный пункт войск Хабре в Канеме. Этот город имеет такое же значение для Чада, как, скажем, Краков для поляков - это столица средневековой империи Канем-Борну (не такой известной, как империи Мали и Сонгаи, но того же генезиса). Он расположен в 200 км южнее «красной линии». Французам пришлось отреагировать, но не так, как хотелось Хабре: вместо атаки на Фая-Ларжо, что привело бы французов к прямому столкновению с ливийцами (чего Миттеран всеми силами избегал), 2 истребителя-бомбардировщика нанесли удары по наступающим. 1 из самолётов был сбит.
Линия Миттерана
30 апреля 1984 Каддафи предложил одновременно вывести французские и ливийские войска из Чада. Французы приняли соглашение на ура, сочтя его проявлением дипломатического искусства Миттерана (а он был талантлив, как ни крути), и покинули Чад до финальной даты (10 ноября). Но 5 декабря обнаружилось, что хотя Каддафи и вывел часть сил, там осталось около 3000 его солдат. В Третьем мире возрос престиж Каддафи, сумевшего «надуть» Францию. Как внутри Франции, так и из-за рубежа на Миттерана сыпались обвинения в том, что он поверил слову "человека, который никогда не держал слова".
Однако год за выводом французов оказался одним из самых спокойных в Чаде. Обе стороны старались не нарушать Красную линию. Чад оказался разделен. Парадокс: Хиссен Хабре, основатель Вооруженных сил Севера, теперь базировался на Юге, а Север контролировали его враги.
Хабре занялся внутренними делами. Опасаясь заговора, он начал удалять соратников от трона. В 1985 он сослал Идриса Деби во Францию – проходить подготовку в Высшей военной школе Парижа. После возвращения в 1987-м Деби получил лишь должность советника по вопросам безопасности и обороны.
Тем временем, наблюдая международную изоляцию и внутренний распад ГУНТа (единственного, кто делал легитимным присутствие ливийцев в Чаде) Каддафи решил пошевелить угли в костре. 10 февраля 1986 силы ГУНТ (10 тыс.) при поддержке ливийских танков атаковали опорный пункт Куба-Оланга южнее Красной линии. Но уже 13 февраля войска Хабре нанесли мощный контрудар. Противника в беспорядке отступил. Это вынудило французов вернуться в Чад.
Синхронно Рейган отдал приказ о бомбардировках самой Ливии (взрыв того самолета над Шотландией был лишь поводом для потребителя политических новостей).
Разгром вызвал острый кризис в ГУНТ. Уэддей был арестован ливийцами, и его сторонники в Тибести восстали уже против Каддафи. В конце октября 1986 многие отряды Уэддея перешли на сторону Хабре. Тот перебросил в помощь восставшим значительные силы. Французская авиация снабжала их оружием, топливом и продовольствием. Война переломилась в пользу Хабре. Произошел и важный сдвиг в массовом сознании: война переставала быть гражданской и начинала восприниматься как борьба за независимость против Ливии.
Последней вспышкой стала Война «Тойот» (16 декабря 1986 - 11 сентября 1987). Её символом стала Toyota Hilux, прочный джип. К ее началу ливийский экспедиционный корпус (Халифа Хафтар - тот самый, кто сейчас возглавляет борьбу за возрождение Ливии и контролирует восток страны) по-прежнему представлял собой серьезную силу: 8000 солдат, 300 танков (в основном Т-55), 60 боевых самолетов (МиГ-23), множество «Градов», орудий, вертолетов Ми-24. Однако ливийцы готовились к такой войне, в которой они бы только поддерживали союзников на земле и обеспечивали разведку, и когда Каддафи остался без союзников, ливийские гарнизоны в Чаде оказались в том же положении, в каком когда-то была армия Томбалбая.
Сказались также низкий моральный дух ливийцев, которые воевали в чужой стране, и структурная дезорганизация ливийской армии из-за страха Каддафи перед военным переворотом. Эта дезорганизация, так и не преодоленная в последующие 20 лет, окажется роковой для него в 2011 году.
Чадцы были значительно более подготовлены морально. У них было 10 тыс. солдат под руководством опытных и способных командиров, набивших руку за 20 лет войн, среди которых был и Идрис Деби. В то же время у Чада не было авиации, нормальной бронетехники и было всего несколько противотанковых и зенитных орудий. Но в 1987 французы начали сбивать ливийцев (правда, до сентября 1987 – только к югу от Красной линии) и, что более важно, поставили в Чад 400 «Тойот», одна часть которых была оборудована пулеметами, а другая — ПТРК «Милан». Кроме того, Рейган стал рассматривать Чад как таран против Ливии, и Пентагон обеспечивал Чад данными спутниковой разведки.
Именно эти джипы сыграли решающую роль в победе Чада. Используя тактику глубоких обходов и фланговых ударов (благо, пустыня дает для этого отличную возможность), высочайшую маневренность и быстроходность «техничек», хорошее знание местности, чадцы в двух сражениях (за Аузу в августе и Маатен в сентябре) наголову разгромили ливийцев. Последнее из них стоит описания.
Типичный уэд. Это в Адраре. Термин заимствовал испанский язык в форме "гуад" и вставил в названия рек: Гвадиана, Гвадалквивир, Гвадалхорсе, Гвадаррама
Маатен ас-Сарра была ливийской базой (2500 чел. гарнизона, танковая бригада и укрепления) в 100 км к северу от границы. 5 сентября 1987 отряды Хассана Джамуса тайно подошли к базе, продвигаясь вдоль сухих русел (уэдов по-арабски и эннери на тубу). Им удалось сконцентрироваться в непосредственной близости от базы и ударить всеми силами, застав ливийцев врасплох, при этом часть чадских войск продвинулась вглубь Ливии и атаковала базу с севера. Гарнизон принял их за подкрепления и открыл огонь слишком поздно.
Чадцы понесли незначительные потери - ливийский гарнизон был полностью разгромлен: 1713 человек убитыми и 300 пленными, остальные рассеялись по пустыне. Чадцы уничтожили всю боевую технику и оборудование, которое не могли увезти с собой: 70 танков, 30 БМП, 8 радаров, антирадарную установку, ЗРК и 26 самолетов, а также привели в полную негодность обе ВПП. 6 сентября, двигаясь с выключенными фарами при свете луны, чадские войска вернулись на территорию Чада.
Через несколько дней после рейда 4 ливийских бомбардировщика совершили налет на Нджамену и Абеше. Неудачно: 1 из самолетов, атаковавших Нджамену, был сбит ракетой, а второй был вынужден вернуться обратно, не сбросив бомбы.
США не скрывали ни своего глубокого удовлетворения, ни надежды, что неудачи Каддафи в войне приведут в Ливии к восстанию. Однако Франция выразила «глубокое разочарование» эскалацией конфликта. Победа под Маатен ас-Сарра была воспринята Францией как начало масштабного чадского вторжения в Ливию, чего Франция не могла допустить. 11 сентября под давлением Миттерана Хабре согласился на прекращение огня.
Ливия потеряла в Войне Тойот 1/10 армии (7500 чел.) и по 200 танков и БМП. Американцы получили ценный трофей — вертолет Ми-24 новой модификации. Чад потерял 1000 человек.
«Технички» стали любимым средством маневренной войны в пустыне.
Казнь героев и свержение «Пиночета»
Победа над Каддафи не только укрепила положение Хабре, но и заставила его опасаться своих героев. В апреле 1989 был раскрыт военный заговор. По официальной версии, во главе стояли Идрис Деби и герой войны Хассан Джамус (который возглавлял рейд на Маатен). Полной ясности нет: возможно, заговор спровоцировала ДДС и лично ее директор Гюини Кореи, племянник Хабре.
Итно, глава МВД, и Джамус погибли под пытками. Деби удалось бежать... в Ливию (!), откуда он перебрался в Судан. Обосновавшись в Дарфуре (опять там, как и Хабре в 1981), он создал Патриотическое движение спасения (MPS) и начал подготовку к вторжению.
Режим Хабре в обстановке конца Холодной войны стал тяготить Запад. 30 ноября 1990, когда отряды Идриса Деби только вторглись и взяли Абеше (750 км от столицы), Хабре бежал через реку в Камерун, после чего обосновался в Дакаре. Уже 1 декабря Деби вступил в столицу.
В 2005 бельгийский суд выдал международный ордер на арест Хабре по обвинению в тяжких нарушениях прав человека. В 2008 суд Чада заочно приговорил его к смертной казни. В 2012 Международный суд ООН потребовал от Сенегала «без промедления» либо судить Хабре, либо экстрадировать в Чад. В 2013 Хабре арестован Сенегалом, и в 2016 году приговорен Специальным африканским трибуналом (Chambres africaines extraordinaires) Африканского союза к пожизненному заключению за преступления против человечности, пытки и принуждение к сексуальному рабству. Он умер в сенегальской тюрьме в начале пандемии.
Это был первый судебный процесс в Африке, в котором одна страна судила бывшего лидера другой за преступления против человечности.
Патруль у Фая-Ларжо, наши дни
(окончание следует)
Показать полностью
18