Привет! Развитие нефтегазового комплекса Западной Сибири во второй половине XX века стало проектом воистину эпичного масштаба - о некоторых этапах я рассказывал в отдельных постах. И хотя тогда в Тюменскую область переезжали целыми семьями, выращивая на пустом месте крупные города, сейчас добыча нефти и газа ассоциируется в первую очередь с вахтовым методом работы (чего стоит одна Сабетта, рассчитанная почти на 30 тысяч вахтовиков) - об истории применения такого метода работы на Тюменском севере сегодня и пойдёт речь.

Коротко о предыстории. В 1960-х годах в СССР случился энергетический переворот: были открыты огромные залежи нефти и газа в Югре и ЯНАО. Это решение стало судьбоносным не только для ТЭК, но и для всей советской экономики. Экономика же Тюменской области благодаря открытию месторождений пережила натуральный ренессанс. Геологи, преодолевая тайгу, болота и лютый холод, нашли там около двадцати жирнейших нефтяных месторождений и столько же месторождений природного газа.

Скоростное освоение сибирских кладовых потребовало решения кучи государственных задач. Но тут выяснилось, что опыт добычи в центральной России в условиях Сибири работает немного не так, как ожидалось. Месторождения находились там, куда Макар телят не гонял: далеко от цивилизации, в труднодоступной глуши, среди тайги и тундры, а особенно много в этих местах было болот. Разбросаны месторождения были от юга Югры (где открыли самую первую нефть - в районе поселка Шаим) до самого севера ЯНАО! При этом сильной головной болью стала не только техника и логистика, но и кадры.

Миннефтегазпром поначалу не имел четкого плана, как заселять Север. Сюда начали привозить рабочих со всей необъятной страны. Систему расселения скопипастили с Урало-Поволжья, из-за чего у месторождений как грибы росли поселки с хаотичной застройкой. Эти времянки разрастались, получали статус рабочих поселков, а потом превращались в города. Собственно, с открытия того или иного месторождения и начинается история львиной доли городов Югры и ЯНАО.

Местные власти, в лице Тюменского обкома КПСС и облисполкома, выступили против такого градостроительного хаоса. Они выступали за альтернативную стратегию: зачем плодить мелкие посёлки у каждой скважины, если лучше построить несколько нормальных крупных городов-баз, а оттуда уже возить персонал на смену? Эта схема позже получила в историографии название "базовый город/вахтовый поселок".

Холивар между министерствами и региональными боссами длился вплоть до конца 60-х. Точку в споре поставил всемогущий Госплан СССР в лице его председателя Н.К. Байбакова, который поддержал позицию тюменцев. В итоге на государственном уровне была принята схема централизованного расселения, которую закрепили постановлением ЦК КПСС и Совмина от 11 декабря 1969 года.

Однако, несмотря на бумаги, до конца 70-х при освоении газовых месторождений все равно рулил традиционный метод. Нехватка кадров компенсировалась прибытием специалистов из других регионов. Молодежь ломилась на Север за длинным рублем, быстрым карьерным ростом и романтикой тайги. По мере того как рабочие обрастали семьями, социальная инфраструктура усложнялась. За период 60-70-х годов в глуши возникли десятки поселений, разбросанных так далеко друг от друга, что единственным транспортом между ними порой была авиация. Но везде ли можно построить город, который вырастет, как Ноябрьск или Новый Уренгой?

Вахтовый метод родился в практике как способ разрулить конкретные производственные проблемы. Из-за того, что вокруг были непролазные болота, куда не проедет ни один танк, а использовать авиацию на постоянке было дорого, стали практиковать вахту. Персонал завозили на объект и оставляли там работать на долгое время.

Сначала временные вахтовые поселки строили только в самых глухих местах. А вот полноценный межрегиональный вахтовый метод впервые в стране протестировали в 1974 году в Карской экспедиции Главтюменьгеологии. Базой была Тюмень, а вахтовым поселком - Харасавэй. Схема оказалась рабочей, и её начали активно использовать при освоении богатств Западной Сибири.

К началу 80-х всем стало очевидно, что строить капитальные поселки у каждого нефтегазового объекта, который будет эксплуатироваться лет 15-20, это экономический и социальный тупик.

Во-первых, стационарные поселки ели бюджет как не в себя. Эксперты ещё в середине 70-х подсчитали, что обустройство одного рабочего в Приобье обходится государству в 20 тысяч рублей, а в отдалённых территориях ХМАО/ЯНАО ценник умножался на два. Вахтовый метод в этом плане был просто манной небесной, особенно на этапе стройки и монтажа. Экономический профит от вахты был в 1,8 раза выше, чем от традиционных методов организации работы.

Во-вторых, на старте разработки месторождения людей требовалось в три-четыре раза больше, чем потом, когда всё устаканится. Когда добыча падала или процессы автоматизировались, народ оказывался не у дел. Было ясно, что после того, как нефть кончится, построенные города превратятся в обузу.

В-третьих, темпы строительства жилья и социалки хронически не успевали за вводом промышленных мощностей. Это приводило к высокой текучести кадров, особенно высококвалифицированных специалистов.

Ну и климат, конечно, подливал масла в огонь. Морозы под 60, ветра, болота, гнус - жить в таком аду постоянно то ещё удовольствие, я гарантирую это! Мировой опыт предлагал два варианта: либо строить города с искусственным климатом, либо возить людей вахтой из обычных мест. Поскольку строить города с искусственной средой опыта особого не было, да и стоило это космических денег, выбор пал на вахту как единственно разумный вариант.

В июне 1982 года наконец-то появляется нормативка: утвердили отраслевое Положение о вахтовом методе в газовой промышленности. Это был первый официальный документ, который легализовал особый режим работы вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

Согласно этому Положению, смена не должна была длиться дольше 10-12 часов, в зависимости от того, насколько лютая погода за окном. За переработки - выходные: каждые семь часов сверх нормы конвертировались в дополнительный день отдыха. На вредных производствах рабочий день сократили. Длительность вахты жёстко ограничили 15 сутками, после чего следовал такой же по длительности законный отсыпной в базовом городе.

Закон прописал всё до мелочей, включая и льготы - надбавки, дополнительные отпуска и прочие радости жизни. Учёт времени был суммированным, но с железным условием, что общее количество рабочих часов не превысит установленную законодательством норму.

Система вахты требовала сложной, как швейцарские часы, связки нескольких элементов. Нужен был базовый город, где вахтовики жили бы с семьями в нормальных условиях. Нужны были вахтовые поселки на самих промыслах, чтобы было где поспать после смены. Нужна была надежная транспортная артерия между базой и работой. И, конечно, увеличенная смена, чтобы успеть сделать максимум, пока ты на вахте.

Базовый город либо строили с нуля в новой зоне, либо выбирали из уже существующих в радиусе 200-600 км. Предпочтение отдавали крупным центрам с развитой инфраструктурой. Но тут была засада: крупные города часто находились слишком далеко. Долгая дорога съедала время отдыха, что плохо сказывалось на КПД работников. Ученые в начале 80-х посчитали, что на дорогу в месяц должно уходить не больше 48 часов, поэтому при выборе базового города учитывались расстояние до места вахты и вид транспорт

Трудность при организации вахтового обслуживания вызывало отсутствие автомобильных и железных дорог, а также необходимость использования авиации (вертолёты - наше всё!). А ведь в отдельные месяцы до 30 % дней были нелетными. Это обстоятельство накладывало особые требования к режиму и оплате труда.

Вахтовый же поселок пилили прямо на промплощадке, чтобы рабочие могли не только переночевать, но и закрыть базовые потребности. Типичный поселок состоял из жилых модулей, санчасти и прочих построек, призванных скрасить суровые будни. Плюс всякие хозяйственные постройки для техники и оборудования.

Главная фишка посёлков - мобильность. Все здания собирались из конструктора, который можно было быстро разобрать и перекинуть на новую локацию. Использовались готовые модули, нашпигованные инженерным оборудованием и мебелью (зачастую такие штуки закупались в Финляндии). Так как вахтовые поселки рассчитывались на бессемейное проживание персонала, в них была значительно расширена сфера общественного питания и бытового обслуживания.

Наиболее полно вахтовый метод раскрыл свой потенциал при освоении Ямбургского месторождения. Здесь его применяли на всех стадиях: от геологоразведки и стройки до самой эксплуатации. С самого старта решили не строить новый город, а заюзать в качестве баз уже готовые Надым и Новый Уренгой.

В 1986 году вступило в силу специальное Положение о вахте на Ямбурге. Оптимальными режимами признали схемы 60 на 30 и 30 на 30 дней работы и отдыха. При схеме 30 на 30 работали по 12 часов в сутки (только на непрерывном производстве), а при 60 на 30 смена длилась 10 часов.

Внедрение метода начали с конкретных шагов: объединение "Ямбурггаздобыча" перекинули из поселка Ямбург в Новый Уренгой, а всем работникам выдали постоянное жилье в базовых городах. Главтюменгазпром под это дело начал активно строить общежития и социальные объекты. В 1986 году всех рабочих попросили вывезти семьи в Новый Уренгой, а сам Ямбург официально объявили стационарным вахтовым поселком.

На начальном этапе была создана система снабжения, организовано бесперебойное питание, розничная торговля, заготовка продуктов, их хранение. Питание вахтовиков было ничем не хуже питания специалистов, работавших по традиционному методу.

Со временем Ямбург превратился в эталонный вахтовый поселок с прокачанной социальной сферой. Там построили все, что нужно для жизни: столовые, химчистку, культурно-спортивный комплекс с концертным залом на 500 мест, спортзалом на 200 мест, бассейном и огромной библиотекой. Медицина тоже была на уровне: медсанчасть с современным оборудованием, поликлиника, скорая, больница, аптека и даже отделение восстановительного лечения. А в 2001 году в Ямбурге возвели православный храм Иоанна Богослова, один из самых северных в мире (священник, кстати, тоже работает вахтовым методом).

Конечно, у вахтового метода были недостатки. Смена климата и часовых поясов не очень хорошо влияли на здоровье - организм не всегда успевал адаптироваться. Отрицательной стороной было также отсутствие сплоченного коллектива (все ведь работают временно!) и необходимость содержания обслуживающего персонала. Но даже эти недостатки были сущими копейками по сравнению с экономическими затратами на строительство полноценных городов.

Так что вахтовый метод, при всех его организационных заморочках, оказался единственным адекватным способом добычи ресурсов в таких труднодоступных местах. И в позднем СССР, и сейчас это единственная экономически и социально оправданная схема, без которой освоение экстремального Севера просто встало бы колом. Это и объясняет, например, появление огромного вахтового города Сабетта на самом севере ЯНАО (по сути, он отстроен в течение 2010-х годов, то есть совсем недавно):

Можно сказать, что вахтовый метод работы на Севере - отдельный стиль жизни. В историческом же плане внедрение вахты - тот случай, когда система смогла адаптироваться к нечеловеческим условиям и выжать из них максимум. Пока недра Сибири не иссякнут, караваны вахтовиков будут продолжать свой бесконечный цикл смен, поддерживая пульс отечественной экономики. Такие дела!

Командировка в г. Ямбург ЯНАО

Пересекаем полярный круг

Это Граф, метис маламута.

Модуль 2. Зимний сад и столовая

Храм Апостола Иоанна Богослова

Какая-то птичка

Техника для заполярья

Первые общежития