Такая холодная северная зима 2026
Олени в тундре. ЯНАО, г.Лабытнанги, мкр.Обской
Так вот ты какой северный олень...Немного интересных фактов об этих удивительных северных животных:
-Рога – главное украшение северного оленя – имеют не только самцы (быки), но и самки (важенки). Этим он отличается от остальных видов оленей, у которых самки безрогие.
-Северный олень – стадное животное. Обычно стадо дикого северного оленя составляет от 10 до 100 особей. Весной во время миграций численность оленей в стаде может достигать 50 000.
-Каждый волосок в шкуре оленя представляет собой полую трубочку. Содержащийся внутри них воздух выполняет теплоизоляционные свойства, помогает не только переносить низкие температуры до -60 °С, но и отлично плавать.
-Северные олени обладают отменным обонянием. Они легко могут обнаружить лишайник («олений мох») под толстым слоем снега в 60 сантиметров.
-У большинства видов оленей на носу есть голый участок, лишённый волос. У северного оленя нос полностью покрыт шерстью – для защиты летом от гнуса, а зимой от холода.
-Северный олень - единственное млекопитающее, которое меняет цвет глаз в зависимости от сезона года. Летом его глаза становятся золотистыми, зимой – голубыми.
-Северный олень - единственное млекопитающее, способное видеть ультрафиолетовое излучение. Он видит волны до 320 нанометров, которые человек воспринимает как чёрный цвет.
-Летом подошва копыт северного оленя губчатая, а зимой мягкие подушечки затягиваются, обнажая острый край копыта. Это помогает животным не скользить на льду и эффективнее раскапывать снег в поисках ягеля.
-Оленье молоко очень питательно: в 5-6 раз жирнее коровьего и вдвое жирнее лосиного. В нём содержится 10% белка и 22% молочного жира.
-Учёные считают, что северные олени могут ориентироваться по линиям магнитного поля планеты, так как во время миграций они выстраиваются строго по линиям север-юг.
Восточная вершина Лувеньгских тундр
Сольная прогулка на одну из вершин Лувеньгских тундр.
Кандалакша. Мурманская область.Февраль 2026г.
Нашел в тундре бульдозер за 25 миллионов. Почему его не забирают, хотя он стоит прямо у дороги
Цена нового тягача КАМАЗ К5 сегодня перевалила за 11 миллионов рублей. Хороший бульдозер уровня Komatsu или тяжелый «китаец» Shantui тянет на все 25 миллионов.
В Москве за эти деньги можно купить отличную «двушку» в спальном районе или две студии под сдачу.
Однако, в Арктике это железо, которое медленно врастает в лед.
На якутских и чукотских зимниках такие «памятники» брошенным миллионам встречаются часто.
Я спросил мужиков на базе в Анадыре:
— Неужели не жалко? Это ж целое состояние ржавеет!
Ответ был коротким и жестким:
— Лёх, привезти его домой стоит дороже, чем его стоимость сейчас.
Якутия: сотня замерзших надежд.
Пару лет назад на зимниках разом встали более 100 фур. Погода изменилась, лед превратился в кашу раньше срока, и тяжелые машины просто «сели» в эту жижу по самые мосты.
Многие тогда спрашивали: почему водители просто уходят, бросая машины?
Коварство Севера в том, что за любой оттепелью здесь всегда идет лютый мороз. Жижа вокруг колес застывает быстрее, чем успеваешь найти тягач. Машина намертво врастает в ледяной панцирь.
Спасение застрявшего тягача из глухой тундры - сложнейшая задача.
Технику нужно буквально выдалбливать из ледяного плена месяцами.
Когда видишь ледяные тоннели под колесами, сразу понимаешь, почему владельцу проще списать машину в убытки, чем оплачивать её спасение.
Этот КамАЗ ещё вчера возил грузы по зимнику. Сегодня он просто цветной знак “СТОП” посреди белой пустыни
Золотой рейс: математика на "салфетке".
Давайте посчитаем, почему экономика не сходится.
Чтобы забрать тяжелую технику (тот же бульдозер), нужен трал-тяжеловоз.
В 2026 году ставка перевозчика на Крайнем Севере - минимум 300 рублей за километр.
Представим задачу: вывезти сломанный бульдозер весом 40 тонн. Расстояние - 1500 км.
Трал едет к вам пустым. На Севере оплата всегда в оба конца: 1500 км × 300 руб = 450 000 руб.
2. Трал едет обратно с грузом: еще 450 000 руб.
3. Погрузка: в тундре нет кранов.
Нужно гнать второй бульдозер, чтобы затащить бульдозер на платформу.
Это солярка, работа людей и еще 300 000 руб.
Итог: 1,2 — 1,5 миллиона рублей.
Тратить такие деньги ради груды замерзшего лома, рискуя утопить живой трал за 20 миллионов?
Ни один здравомыслящий хозяин на это не пойдет.
Главный фактор: экономика мгновенно уходит в минус.
Воркута: долина забытых гигантов.
Возле Воркуты я видел целые поля, где стоят советские титаны: ракетовозы МАЗ-537 и тягачи КЗКТ. В 2026 году новый карьерный самосвал такого класса стоит как элитный особняк, но здесь они - не более чем расходник.
Брошенная техника - не новый аппарат из салона.
Это сломанная, размороженная машина, цена которой - цена металлолома.
Может быть, найдутся те, кто скажет: «Да я приеду, заведу и уеду».
После первой же зимы блок двигателя лопается от льда, а проводку съедают грызуны или коррозия. Проще снять всё ценное и уйти.
После закрытия геологической базы вездеход-амфибию оставили тундре - логистика съела бы огромную долю бюджета.
Буровая, которая никуда не поедет.
Отдельная история - буровые установки.
Это сложнейшие машины на базе тяжелых грузовиков.
Когда подрядчик заканчивает скважину, он считает деньги.
Гнать колонну техники назад по весенней распутице - верный способ утопить машины.
Часто бывает так: вахтовиков забирают вертолетом, а железо оставляют «до следующего сезона».
Но сезон меняется, планы компании меняются, зимник не встает, и дорогая установка превращается в ржавый экспонат.
Передвижная буровая установка. Машина для освоения Севера, которая на бумаге списана, а в реальности продолжает ржаветь у края поселка.
Топливо важнее железа.
Есть и еще одна причина - пустая тара. Пустая цистерна топливозаправщика весит 10-12 тонн. Тащить эту «пустышку» за собой через перевалы, сжигая остатки топлива? Опытный водитель лучше отцепит её и оставит в тундре, чтобы доехать до людей налегке.
Почему эти стоянки будут расти.
Железо не стоит своих денег, если его нельзя вывезти дешево.
Тот самый бульдозер, который новым стоил бы 25 миллионов, будет стоять здесь еще полвека.
Но часто от техники остаются одни «скелеты».
Местные водители рассказали мне про «волчьи законы» зимников: если ты сломался и ушел за запчастями, через два дня от твоей машины останется только рама.
Времена шоферского братства уходят.
Единственный реальный способ «забрать» бульдозер из тундры в 2026 году без потерь - это сделать фото, как это сделал я.
А вы как думаете, стоит эти «памятники» все-таки убирать ради экологии? Или пусть стоят как напоминание о том, какой ценой дается освоение Севера?
Кстати, наш «Москвич-Полярник» на днях тоже чуть не стал таким памятником на БАМе. Машина заглохла в -35, и мы сутки провели в ледяном салоне, так и не дождавшись попутки.
Промёрзлая тундра... В смысле текущая погода
Мои ссылки, если интересно:
Группа ВК: https://vk.com/pkln693
Телеграмм канал: https://t.me/pkln693
Бусти: https://boosty.to/pkln_693
Как я чуть не увезла отбитую собаку с Ямала
У меня на Ямале есть своя Камчатка. Зубастая, пушистая и очень кровожадная. Это вот такая шабутная, но очень милая собака родом из тундры. Она ездит на работу на мотоцикле и не выходит у меня из головы уже почти год.
Забегая вперёд — прикиньте, собаки этой породы умеют пасти оленей вот так:
И ездить на работу вот так:
Но это я уже потом узнала. А началось всё на кордоне природного парка «Ингилор» в 150 километров от Салехарда. Вообще-то здесь разводят овцебыков, но сначала вас тут встретит немного другая местная шпана.
Они разбудят вас в 5:00 утра, потом сожрут все ваши важные чеки, а потом пойдут докапываться до стада овцебыков. Эти двое — брат с сестрой, и они тут недавно. Их маму — лайку по имени Белка — задрал медведь. Два щенка «по распределению» попали на этот кордон, и ещё один оказался на соседнем.
Собственно, так у меня чуть не появился новый щенок. И появилась новая любимая порода, про которую у нас почему-то очень мало знают. Сейчас расскажу.
Алтай и его сестра: короткая экскурсия по собакам
Рыжего пацана сначала было назвали Ямалом, но кто-то из администрации парка оказался родом с Алтая и быстро исправил ситуацию. Так на Ямале стал жить щенок по имени Алтай.
А вот девчонке кличку так и не дали. Её тут всегда звали просто «сестрой Алтая».
Мне показалось, это как-то несправедливо, и я назвала собаку Камчаткой. Во-первых, под стать брату, а во-вторых, потому что я туда очень давно хочу. Ещё был вариант с Чукоткой, куда я хочу едва ли не сильнее, но сами посудите — разве это Чукотка?
Имя Камчатка вроде прижилось. А я начала ловить себя на том, что думаю о Камчатке с приставкой «моя». Типа: «Это что там, моя Камчатка брешет в 5 утра?» или «О, а моя-то Камчатка, смотри, щуку ждёт».
Спустя 5 минут она будет очень кровожадно глодать её голову.
Дальше я от местных узнала чуть больше про породу. Оказалось, это оленегонная (или ненецкая) лайка. Обычно такие собаки здесь помогают оленеводам, и эту породу держат строго по делу.
Вообще, это типичная северная собака кочевников. Но у нас про эту породу говорят гораздо меньше, чем про хаски или маламутов, например. Хотя оленегонка не менее офигенная. Собственно, я сама узнала про неё впервые на примере Камчатки. А парой дней позже попала на стойбище оленеводов, увидела эту породу в действии и окончательно на ней повернулась.
Зачем на Ямале оленегонки: пара слов про породу Камчатки
На Ямале оленей больше, чем людей, и эти огромные стада надо как-то контролировать. Специально обученная реактивная собака — незаменимый боец в этом деле: других пород тут почти не держат.
Чтобы понять важность оленегонки на Ямале, надо сначала понять кое-что про уклад кочевой жизни тут. Если очень коротко, стадо оленей — это капитал семьи. Олени везде ходят и косят ягель. Иногда он заканчивается или его присыпает снегом. Плюс летом есть другие факторы типа убийственной концентрации гнуса, который, в свою очередь, жрёт уже оленей. Отсюда и постоянная необходимость перемещаться за стадом — надо всё время искать лучшее место. За сезон кочевники могут пройти несколько сотен километров.
Есть чум — временная станция для жизни, где спят и едят. И где-то относительно рядом обычно есть стадо. Когда стаду надо двигаться дальше — оленеводы собирают чум, укладывают всё своё добро на нарты, запрягают оленей и едут в подходящее место — каслают.
А оленегонки сопровождают весь этот кортеж. Такие вот лохматые «Камчатки» есть почти в каждой семье кочевников, и не по одной. Ну, например:
Стадо оленей — это жидкость. Чтобы отщипнуть себе от стада несколько быков для упряжки или для, кхм, ужина, надо это стадо сначала собрать.
Кстати, у оленей очень странные глаза-хамелеоны — они меняют цвет по сезону, вот пост про это.
Если концентрация оленей 10 штук на 2 метра — отловить одного кандидата немного проще, чем если они растеклись по тундре. И вот тут-то и пригождается наша суперсобака. Она управляет морем оленей.
Когда надо ехать к стаду, собака уже тут как тут. Вот одна такая ждёт начала рабочего дня на нартах:
Для неё всё происходящее — абсолютный кайф, и ей самой не терпится поехать кошмарить оленей. Поэтому временами она ведёт себя как шальная собака с турбированным движком. Это норма для породы.
При виде оленей она испытывает примерно те же, что испытывает ваша городская собака, когда ей показывают мячик или любимую игрушку.
Снегоход останавливается — и собака тут же катапультируется к стаду. Без команды, автоматически. Через пару минут общими силами несколько сотен оленей собраны в цельную кучку.
Теперь это единый управляемый организм. Собака может помочь развернуть стадо, провести его через узкое место, отсечь какую-то часть и так далее.
И часто всё это происходит в лютом холоде, тумане или пурге, когда видно на пару метров вперёд. Собственно, повышенная пушистость и лохматость — ровно отсюда.
Догнать нельзя сожрать
Оленегонка — это пастушья собака, то есть по прошивке она похожа на бордер-колли, корги или овчарку. Просто эта пасёт не коров или овец, а оленей.
Вот пост про то, как учёные искали у таких собак «пастуший ген» (нашли) и как это вообще работает на уровне собачьей прошивки. Как итог — такая собака испытывает дикое удовольствие именно от факта преследования. При этом не особо важно, за чем именно ты гонишься — за мячиком или за оленем.
Вон, например, Камчатку с Алтаем к оленям не выпускают, потому что они живут не с оленеводами, а на кордоне парка. Но щенки всё равно проявляют признаки породы и отыгрываются на огромных рогатых «козах» родом из Ледникового периода — овцебыках из питомника. Иногда, правда, получают от них же люлей. Вообще-то вокруг овцебыков в природном парке крутится вся жизнь — их тут пытаются реакклиматизировать, и это отдельная большая история. Вот у нас был пост про то, почему овцебыки — немного олени.
А вот Алтай догнал городскую собаку, которая приехала гостить на кордон, и сделал ей кусь:
Камчатку очень хотелось забрать с собой
Да и сотрудники природного парка как назло предложили взять щенка — на кордонах они не в дефиците.
Но я всё-таки не решилась. Во-первых, дом Камчатки — Ямал. Во-вторых, я и у себя-то дома бываю относительно редко. Но если вдруг в моей жизни появится какая-нибудь собака по имени Чукотка, я буду думать уже тщательнее.
И помните: это лайки собирают оленей, а не олени лайки. Ну и не загоняйтесь — вы же не олень. А ещё заглядывайте к нам в тг-канал про животных — мы там ездим по миру и рассказываем зверски интересные штуки.
Фото Камчатки ей на паспорт и ещё несколько отсюда сделал @Milfgard.
Почему Север ошибок НЕ ПРОЩАЕТ. Кто ЗДЕСЬ платит жизнью?
«Шесть лет назад в ненецкой тундре искали больного малыша. Просто найти чум в метель при нулевой видимости — уже нереальная задача, но спасатели справились. А через год вызволяли с 40-градусного мороза семью с двумя детьми, чей снегоход встал посреди пустоты. Это работа, где премия — просто вернуться живым. Но самый дикий контраст — это будни и «клиенты». Там, где одни рискуют жизнью ради спасения младенцев, другие зачем-то устраивают гонки со смертью ради красивого кадра. Кто же такие «инстаграмные альпинисты» и почему спасатели называют их своей «первой категорией»? Честный и жесткий рассказ изнутри профессии
























