Привет, продолжение дневников 2009 года.
Спасибо за поддержку всем.
Глава первая. Лицемер
1.14 Прошлое, декабрь 2009. Бытовая проститутка
...Я теперь не делю с ним выпивку, но разделю похмелье.
Ненавижу выходные и тупо жду, когда они закончатся, чтобы он ушёл на работу. Такой он – в лучшем случае спит и валяется у телека, в худшем - злобит, придирается. Когда он пьяный, а я нет, он мне кажется тупой, вообще. Такую тупизну гонит с горячим убеждением.
Заметила: пьёт он теперь три литра пива. Не нравится, с каким живым любопытством я слежу за ним, как часто и по скольку он пьёт.
Он – это мой муж. Риторически спросила: ты теперь пьёшь три литра? "А что ты считаешь, какое тебе дело? Я что тебе нужен?" - выбесился, злой. "Нужен" – это был намёк на секс, которого у нас давно не было. Ну не хочу я с ним! Могу с ним только по пьяни. Я, наверное, очень злопамятный человек. Помню все обиды, и для меня секс с ним превратился в унизительную и опасную процедуру (беременею с полтычка). Могу, конечно, ему сделать, – да, я в этом виновата, могу, но не делаю. Как будто мщу за всё. За оскорбления, побои, за то, что завишу от него целиком и полностью материально, и он постоянно меня этим попрекает.
И разводиться боюсь. На что жить? Дети маленькие, болеют, помощи нет ниоткуда, кто с ними сидеть будет, пока я работаю? Никто. А сколько нервов он мне выгрызет – сколько вещей, на его деньги купленных, будет поломано. Просто подыхаю от горя, когда он ломает вещи, начинает отрывать вагонку от стен, которую когда-то прибивал. Прямо физически больно. Иногда даже думаю, лучше меня бы ударил, на мне бы зажило, а вещи поломанные не починить, только выбросить.
Трудно.
Я не знаю, как мне абстрагироваться, дистанцироваться от его образа жизни и жить, не замечая его рядом, не провоцируя в нём агрессию. Я знаю, что могу наладить отношения, свести их к чему-то терпимому, даже дружелюбному. Для этого нужно: молчать, чем чаще, тем лучше.
Но это будет означать, что я заткнула свой рот - так он мне орал. Будет означать, что я покорилась. Ну уж нет. Я за своё право голоса готова биться до кровавых соплей. Не дождётся!
Что ещё? Оказывать с∊ксуальные услуги ему, скрипя зубами.
Гадость какая, эта ваша бытовая проституция. Или бесплатно, для удовольствия. Или уж дорого, не дешевле, чем настоящая проститутка. А не за его копейки. Живёт у меня. Пусть бы снимал. Он бы ползарплаты чисто на аренду тратил. Ещё и секс ему. Да пошёл он.
Уговариваю себя, деваться-то всё равно некуда, кроме как вдвоём выживать и тянуть этих детей. Пытаюсь о себе подумать, что со мной жить тоже не сахар. Пускаюсь в грёбаный самопсихоанализ – обвиняю себя, оправдываюсь, и жую это, жую до опупения. Состояние после этого сродни похмелью.
Не поехала снова на группу. Выпивать не хотелось, чтобы не искушаться ушла. Пока он пил, моталась по магазинам и по улице, озябла. Пришла уставшая, и поздно уже было ехать.
Что было хорошего:
Посмотрели с детьми сказку «Книга мастеров» - удивилась, что и младший (три года) сидел и смотрел с интересом , хотя он обычно фильмы не смотрит – только мульты. Интересно, что он там понял своей головёнкой. Такие милые, сидели рядышком, а на диване храпел... Их папа. Еле заставила себя так его назвать.
Сын отнёс бутль из под пива в мусорный пакет.
Отвлеклась. Сказка хорошая, добрая, местами смешная.
Ещё ели вкусные пирожные, наподобие эклеров, только круглые, ммм вкуснятина.
Не смешно мне, и не вкусно. Абстиняга, внутренняя трясучка.
Я не могу ничему радоваться, всё отравлено его присутствием. Или моей обидой на то, что я ему, по его мнению, что-то должна против моей воли. Не живу, а жду. Сама не знаю чего. Жду, когда дети вырастут. Или, когда рак на горе свистнет.
А, да, вспомнила, чего жду.
Жду, когда выходные закончатся и он уйдёт на работу. Уже недолго осталось ждать...
