Итак, Перед выходом в город Мы строили Наши планы. Если план одобрялся, то следующим шагом Я отдавала ему всё руководство процессом. "Хорошо, тогда веди меня к метро. Какую станцию выберем? Вот карта. Отлично. Как она называется? (Читаем буквы). Давай спускаться. Куда нам сейчас? " И т.д.
По дороге мы видели разные вещи: красивый мрамор... Ты знаешь как он появляется в природе? Жёлтые лампочки... А на прошлой нашей станции свет был голубой. Знаешь почему мы видим свет по-разному? По громкой связи только что сказали, что дети не должны подкладывать пальцы под поручни. Эскалатор - это большой механизм, с ним нужно соблюдать технику безопасности. Ты знаешь как он устроен? Этот голубь - больной. Его не нужно трогать. Ты, наверное, не знаешь, откуда берутся инфекции?
Я не избегала никаких тем, но следила за несколькими вещами:
1- Интонации. О каких бы тревожащих вещах ни заходила речь, интонации должны передавать Спокойствие и безмятежность, немного ворковать.
2- Паузы между словами и Темп речи должны быть достаточно медленными, чтобы ребёнок мог обдумывать информацию прямо сейчас.
3- Недоговорки! ребёнок запоминает и понимает лишь то, о чём Сам спросил. Лекции-монологи бесполезны и утомительны. Внимание ребёнка будет потеряно. После каждых 2-3 фраз необходимо создавать провокацию для вопроса со стороны ребёнка.
4- Если внимание переключилось- следовать за ребёнком. В новой теме тоже будут зацепки для беседы. Удерживать тему = потерять интерес.
5. - Шутить, улыбаться, отдыхать даже в середине сложных тем. Следить чтобы не перегружать.
6- Говорить только правду и никогда не уходить от ответа. В самом крайнем случае, если вопрос очень чувствительный, можно ответить что для вас этот вопрос много значит и вы не можете на него ответить прямо сейчас, вам нужно обдумать. Может быть позже. Может быть даже через год. Важно, чтобы ребёнок понимал, что вы ушли от ответа из-за себя а не из-за него. Ответ в стиле "подрастёшь- поймёшь" - лучший способ потерять репутацию интересного собеседника в глазах ребёнка.
Лёгким тоном, простыми словами, Мы говорили о жизни и смерти, о болезнях, о любви, о семье, о подарках и что они выражают, о безопасности вокруг, о поведении в общественных местах, о том почему маме Можно иногда командовать, а ребёнку-нельзя, каким человеком быть хорошо и почему, о природе, ракетах в космосе и прочем.
Я никогда ничего не упрощала до "детских объяснений". Мы говорили не быстро, но точно. Иногда проверяли информацию в интернете. Попутно много дурили в парке, ели мороженое и смеялись. Для нас было совершенно нормально в диалоге всерьёз разбирать, при каких условиях физически возможна жизнь на других планетах, вместе раскачиваясь при этом на качелях, на понравившейся площадке на другом конце города.
При всём своём нежелании чрезмерно развивать интеллект, я никогда не ограничивала кругозор. Какое огромное преимущество это дало, мы увидели уже после того, как ребёнок пошёл в школу. Но делалось всё не для этого. Просто период почемучек — это ещё один шанс установить душевную связь, подтвердить ребёнку его ценность, не дать ему остаться с чувством, что взрослые слабые и трусливые (если вы лжёте в ответах на вопросы), или что они бесполезные (если отвечаете формально).
После поездок он уставал, конечно же, и ему требовался отдых. А значит - покопать! А мама чтобы сидела рядом. И вот эта часть была самой сложной, потому что скучной. Я клевала носом, но сидела. Иногда даже говорила: "Я тут рядом с тобой немного подремлю, хорошо?" На моё счастье здесь было важно только присутствие. Он жмакал свой кинетический песок в домашней песочнице, а я спала рядом на полу.
Прошло полгода с момента посещения психолога. Время подбиралось к детскому саду (мы попали туда в 3.6) всё это время я наблюдала, подбирала к ребёнку ключи и искала информацию. Известные мне методы диагностики затрагивают возраст не раньше пубертатного, но может быть есть какие-то другие? С другой стороны, я задумалась, зачем вообще мне так нужна эта диагностика, если я вижу своими глазами развитие по шизоидному типу? Пока это заметно только мне, но с каждым месяцем становится всё яснее. В 3,4 у него нет сострадания, нет сожаления, нет стеснения, и любит он не нас, а только то, что мы для него делаем. С редкими короткими проблесками. А его жадный интеллект лишь усугубляет ситуацию. И что в таком случае мне нужно подтвердить? И после того, как я получу подтверждение, что изменится? У нас имеются врождённые черты, и коррекция здесь на 90% поведенческая. Но ведь я уже работаю с поведением. Торможу манипуляции, не поддаюсь на попытки очаровать, останавливаю нездоровые обнимашки на детской площадке. В семье сохранена здоровая иерархия, я целенаправленно формирую привязанность, и каждый день подчеркиваю и показываю на примерах, как выглядят проявления любви, сострадания, искренности. Что ещё тут можно сделать? И если предположить что психопатические черты сохраняться с ребёнком на всю жизнь, то как помочь ему социально адаптироваться с учётом этого? Ведь быть психопатом - очень опасно. Ты не чувствуешь чужой боли, не испытываешь вины, стыда и раскаяния, даже если кого-то обидишь. А значит, ты лишён возможности ориентироваться в обществе, у тебя нет социальных ограничений. Всё что у тебя есть — это собственные желания, талант к манипуляциям, и мозги, чтобы обслуживать это. При этом ты никогда не испытываешь настоящего удовольствия. Потому что чувств удовлетворения и счастья - у тебя тоже нет. Появляются в короткие моменты, когда ты получил что-то для себя, но тут же исчезает, оставляя только пустоту и неудовлетворённость. Всё это вместе - сочетание, ведущее к социальной изоляции. Группа риска по совершению преступлений.
А в детском возрасте — это полное непонимание мира. Ты постоянно совершаешь ошибки, потому что поведение людей для тебя - тёмный лес. На тебя то злятся, то обижаются, от тебя чего-то ждут, а не получив, отказываются с тобой общаться. Ты-просто живёшь, но вокруг творится какой-то хаос. Иногда, на твои слова в ответ улыбаются. А иногда, на те же самые слова реагируют плохо. И ты даже близко не представляешь, от чего это зависит. Без понимания чужой эмоциональности, ты лишь строишь теории о том, чего ждать от окружающих, и проверяешь их, регулярно собирая при этом негатив.
Последнее по сыну было очень хорошо заметно. Он впадал в растерянность, когда я останавливала манипуляции. Вчера он сказал фразу "я люблю тебя" во время игры, и мама улыбнулась. А сегодня он сказал то же самое, уронив и разбив чашку. И мама не улыбнулась, а сказала, что не нужно сейчас это говорить. И даже обнимашки не помогли. Мама хмурится и собирает осколки. Где связь? Как работают эти слова? Какую реакцию вызывают? Он проверял их так же, как раньше проверял сухой и мокрый целлофан...
Моя бабушка, выйдя на пенсию, подрабатывала продажей рассады, овощей и ягод (всё собственного выращивания).
И вот однажды она обратилась к моей младшей сестре: насобирай мне два ведра вишни, а я тебе за каждое по 300₽ дам.
Сестра конечно воодушевилась. 600₽ в нашем детстве это было настоящее богатство. Собирать вишню на дальневосточной жаре было достаточно трудоёмким процессом (войлочная вишня - она значительно меньше обычной). Но сестра задачу выполнила и два огромных ведра полных вишни были собраны.
Но вместо обещаных денег сестра была обругана и чуть не выхватила физических звездюлей. Ибо: «я все деньги вашему отцу отдала - он вас нахлебников кормит, а вы еще смеете что-то требовать!!!»
А потом бабуся удивлялась, чего это внуки дорогу на дачу забыли
У меня дочка, 3.5 года. Никогда не жалел, что она появилась. Тем более, что она очень на меня похожа.
Но особого желания стать отцом у меня не было. Просто так получилось.
Считаю, что дети - это на 99% желание женщины.
Также считаю, что с появлением детей свобода резко ограничивается.
Я бы сказал, что 80-90% свободы человек теряет сразу при появлении двух полосок ||. Те, у кого нет детей, вы даже не представляете, насколько вы свободны по сравнению с родителями.
И рисков у вас многих просто нет.
Но есть и другие нюансы. С годами, когда друзей, подруг, знакомых становится всё меньше и меньше, здоровье сдаёт, то наличие детей становится большим плюсом, если конечно их хорошо воспитали и они состоялись как люди.
Ой как я вас понимаю! Мне сейчас 30 лет, мужу 31. Вместе мы со школы, то есть уже 15 лет, из которых 6 лет мы в браке. Все эти годы мы счастливы- путешествуем, живем в своё удовольствие. У нас хорошая квартира в центре города, которую мы сделали "под себя", когда нам было по 25 лет, без целей родить ближайшие годы. Ипотеку по ней уже почти погасили. У нас новая машина, купили её в прошлом году. И вот все смотрят на нас и недоумевают- почему мы до сих пор не рожаем? Ведь у нас всё так хорошо, проблем с финансами нет и тд. И мне так нравится моя жизнь, когда я могу распоряжаться своими выходными и отпуском так, как я этого захочу. Когда ко мне в гости приезжает мой крестный сын, которому 4,5 года- у меня через час общения с ним дико болит голова. Это просто источник неконтролируемого хаоса для меня. Меня раздражает, как едят маленькие дети- это просто ад. Когда мой крестник был ещё совсем маленький, ему надевали резиновый нагрудник с карманом, и в этот карман вываливалась вся еда, которая не попала ему в рот, а потом из этого кармана он руками доедал остатки. Меня тошнило от этого зрелища. Сейчас он более аккуратный в еде, но всё равно, он очень шумный, когда мы гуляем на улице он постоянно убегает и приходится на него орать чтобы он не выбежал на проезжую часть. Каждый раз после визитов наших друзей с моим крестником, мы с мужем остаемся наедине и кайфуем от того, что этот пиздец уехал. И что мы можем наслаждаться тишиной, навести порядок в квартире и просто смотреть сериальчики на диване. Задумывались и мы о детях? Конечно! Но для нас это из разряда "надо" а не из чувства "хочу". Вот как пунктик из правильной жизни, очередной чекпоинт "нормальности"- надо закончить школу, надо поступить в университет, надо устроиться на работу, надо выйти замуж, надо родить детей, и тд и тп. И как будто без детей в обществе ты считаешься белой вороной, поэтому вот это "надо родить" висит незавершенной задачей в мозгах, а с наступлением 30 лет, дедлайн по этой задаче как будто уже близок. Плюс, с рождением ребенка придётся продать нашу уютную квартиру в идеальном районе, так как ребенку в этой квартире места не предусмотрено, а делать перепланировку тоже не вариант, так как пострадает хороший и дорогой ремонт. Логичнее всего будет продать эту квартиру и брать бОльшую, с отдельной комнатой для ребенка, но, уже скорее всего в менее приятном районе. Перспектива смены района и продажа этой квартиры меня тоже расстраивает. Но это всё, как говорится, мелочи. На данный момент мы с мужем всё таки решили что нам "надо". Решили для себя, что в любом случае мы будем сожалеть, если не заведем детей. Какая-то часть меня уже и так сожалеет, что не родила раньше, иногда думаю, что вот уже бы отмучалась раньше и всё, родила бы в 20 лет, и уже считай ребенку 10 лет, уже более менее осознанное создание, а сейчас это всё с нуля начинать. Так что откладывать ещё "на потом" как будто особо и нет времени. Нужно решить сейчас- да или нет. И мы решили, что "да". На данный момент мы обследовались, пьем витаминки, и планируем. Сказать что я в восторге и с замиранием сердца жду две полоски? Нет. У меня одновременно страх забеременеть и не забеременеть, не знаю как это по другому описать. Если судьба благоволит, то родим, и познаем все радости и невзгоды родительства. Если не судьба- то так тому и быть. Но мы хотя бы попытались.
Копила в бутылку из-под шампанского на велик. Денег никто не дарил, так нахошь где-нить по 10, 50 коп, может иногда бабушка даст мелочевку. Батя пропил. Работала в колхозе, заработала немного деньжат, часть выудила мамашка на свои хотелки, часть батя пропил. Держала кроликов, чисто сама, батя резал, ездила продавала на рынок, деньги эти... Ну, сами понимаете..
Василий Верещагин. Продажа ребенка-невольника. 1872
Слушали депутаты и руководители детозащитных ведомств доклады общественников о скрытых целях ювеналки
Скандал вокруг файлов Эпштейна поднял на поверхность тему эксплуатации и торговли детьми. Мир внезапно пришел к пониманию, что самые темные конспирологические теории оказались правдой. А конспирологическими мы их считали, поскольку невозможно было поверить в то, что представители элиты (то есть граждане, управляющие миром), а не маньяки-психопаты, с таким упоением и чувством собственного «права» издеваются над детьми. Да, это для нормального человека непредставимо.
Но нам бы хотелось обсудить здесь иную тему, пусть и связанную косвенно с этой.
Дети, с одной стороны, могут быть объектом эксплуатации больных, испорченных и бессовестных индивидов, а с другой — они являются крайне уязвимой группой общества. Они малы, незрелы, зависят от взрослых, они слабее взрослых. Дети требуют защиты. По тому, как государство защищает своих детей и заботится о них, о государстве можно многое сказать.
В эти дни в российских СМИ с большим интересом обсуждается информация о том, что Украина стала крупным поставщиком детей на Запад. В файлах Эпштейна были найдены упоминания о Владимире Зеленском в контексте торговли детьми и взрослыми. Сообщалось, что эта его деятельность связана с сотрудничеством с модельным агентством Жан-Люка Брюнеля, близкого соратника Эпштейна. Брюнеля называют сутенером Эпштейна. Ему француз, владелец нескольких модельных агентств в США, Израиле и Европе поставлял девушек и девочек для оргий. В 2020 году Брюнель вместе с Эпштейном был обвинен в изнасилованиях, в сексуальных домогательствах по отношению к детям, торговле людьми с целью их сексуальной эксплуатации. В 2022 году он, по официальной версии, покончил с собой во французской тюрьме.
Итак, связь Брюнеля с Украиной активно обсуждают. А вот про связь его с Россией почему-то молчат. А ведь он орудовал в России, начиная с 90-х годов прошлого века.
Интересная статья нам попалась в издании «Сплетник» от 2010 года. «В 1993 году „Karin Models“ (одно из агентств Брюнеля. — Прим. авт.) заключило контракт с восхитительной юной девушкой. <…> Ее звали Кристина Семеновская. Она приехала из России — страны, про которую в тот момент было мало что известно…
В тот момент Кристине еще не было 16 лет, поэтому по французским законам работать на территории этой страны она все равно не смогла бы. Но внешние данные Кристины были настолько удивительны и бесспорно хороши, что французское агентство немедленно заключило с ней контракт: упускать такое сокровище явно не стоило».
Это значит, что агентство, вопреки законам, уже тогда вывозило несовершеннолетних из России. Кристина Семеновская действительно стала известной моделью. А что стало с другими несовершеннолетними, которых, как уже широко известно, Брюнель принуждал к секс-рабству, насиловал и продавал желающим для такого же рода издевательств? Об их судьбе мы не прочитаем в глянцевых журналах. А еще мы не узнаем, какие высокие покровители прикрывали деятельность французского педофила и насильника в России.
Странным образом проблема детей, отправленных на чужбину, мало обсуждается у нас. А ведь Россия некоторое время назад была самым крупным поставщиком детей в США. В 2017 году на общественных слушаниях в Общественной палате председатель организации защиты семьи «Родительское Всероссийское Сопротивление» Мария Мамиконян приводила статистические данные, согласно которым с 1999 года и вплоть до принятия закона Димы Яковлева (ограничивающего усыновление наших детей гражданами США) в Соединенные Штаты Америки из России было передано 46 113 детей. Украина в этом списке на втором месте, оттуда вывезено 10 546 детей.
Россия до недавнего времени была активным участником международного рынка торговли детьми. После того как в 2012 году был принят закон Димы Яковлева, в либеральных российских СМИ началась мощная кампания против этого закона. И причина понятна — он ущемлял чей-то очень серьезный бизнес на сиротах.
Для того чтобы десятки тысяч русских детей отправлялись на усыновление в чужие страны при живых родителях и других родственниках — бабушках и дедушках, тетушках и дядюшках, — должна быть создана мощная коррупционная машина. Тот же Дима Яковлев, именем которого назван закон, был усыновлен незаконным способом. Его хотела усыновить бабушка, но ей его не отдали. В документах была подделана ее подпись о якобы отказе от ребенка. Мальчик, напомним, умер через несколько месяцев после усыновления американскими родителями, оставившими его в закрытой машине на солнцепеке. Причина таких предпочтений наших властей одна: отдать ребенка бабушке пришлось бы забесплатно. А усыновление за границу стоит десятки тысяч долларов.
Сбор подписей против ювенальных законов. Новосибирск
Вспомним скандал, произошедший в 2012 году с детским приютом Ranch for Kids в США (штат Монтана) для русских детей. Туда сдавали детей американские приемные родители, которые при этом отчитывались перед службами, будто бы дети находятся в семье. Само ранчо находилось в ужасном состоянии, непригодном для содержания детей. Российских дипломатов и тогдашнего детского омбудсмена Павла Астахова американские власти не хотели пускать на ранчо. Когда Астахову все же удалось туда попасть, детей он там не застал. Накануне их вывезли. Что же такого страшного происходило с детьми, что ни российским дипломатам, ни детскому правозащитнику не позволили даже поговорить с ними?
Поток продажи детей в США приутих после принятия закона Димы Яковлева. Но есть ведь и другие страны, куда детей продавали тысячами. Что там происходило с этими детьми? Наше государство это не волновало и не волнует до сих пор.
Отчасти о судьбе этих детей мы можем догадаться, например, по словам министра внутренних дел Италии Роберто Марони, сказанных им в 2009 году на ежегодной ассамблее UNICEF в Риме. Он официально заявил, что «малолетние иммигранты оказываются „золотым дном“ для торговцев живым товаром, которые продают их органы». «Мы имеем основания говорить о торговле детскими органами», — сказал Марони. И добавил, что «признаки торговли уже обнаружены в Италии», и что в Италии «бесследно исчезли 9802 несовершеннолетних, 8080 из них — иностранцы». А что творится в других странах?
Италия после вступления в силу закона Димы Яковлева стала международным перевалочным пунктом, этакой биржей по продаже детей. Сначала их ввозят в эту страну, а потом покупатели из тех же США приобретают себе детей уже без каких бы то ни было проблем. Чтобы показать, что речь идет о действительно прибыльном бизнесе, приведем пример: на сайте итальянского агентства по усыновлению «Ла Примодженита Интернешнл Адопшн (Италия)», до недавнего времени активно занимавшимся усыновлением российских детей, сообщается, что расходы за усыновление (иначе говоря, стоимость ребенка) составляют около 9 тысяч евро. Зачем покупать детей за такие деньги? Например, для принуждения их к детской проституции. В США этот вид эксплуатации детей стал давней и «славной» традицией. Ребенок-сирота, да еще из другой страны, беззащитен и бесправен. И случаи, когда американские граждане покупали русских детей и заставляли их заниматься проституцией, известны.
Кому в руки попали дети, которых продавала в Италию гражданка Щелгачева, она же Надежда Фратти? Она вывезла из России 1260 российских сирот. Когда наши следователи решили все-таки узнать о дальнейшей судьбе этих детей, они обнаружили только 5 детей. Остальные 1255 исчезли бесследно. Фратти получила за это чудовищное преступление в России условное наказание. Но ведь она была не одна. Кто-то передал ей в руки этих детей, кто-то дал разрешение на их вывоз, кто-то пропустил их на границе. Конечно, есть и случаи, когда дети попадали в хорошие семьи, но напомним, в ходе расследования деятельности Фратти многие родственники усыновленных за границу заявляли, что они пытались усыновить или взять детей под опеку, но их увозили из страны так быстро, что ничего сделать было невозможно. Такая вот забота о российских семьях, о демографии и сбережении человеческого потенциала.
Цели защиты семьи и поддержка демографии сильно мешают бизнесу. А он немалый. В России выстроена целая система, целый рынок по продаже детей. В деле Фратти наказаны несколько человек, все остальные преступники, даже на низовом уровне, живут и здравствуют. Но ведь кто-то покрывал их и «наверху». И этот «кто-то» — представители российских государственных структур.
Есть у торговцев русскими детьми подельники и в самых высоких эшелонах власти. Они заняты законодательным обеспечением этого бизнеса. Речь идет о выстроенной в России ювенальной системе. В рамках ювенального подхода у семей забирают детей за то, что родители якобы «нарушают права ребенка». к И вместо того, чтобы помочь нуждающимся, но добросовестным родителям, семью разрушают, отнимают детей и передают их приемным родителям.
За последние годы были попытки принять немало законов, еще больше облегчающих изъятие детей из семей. Это и знаменитый закон о шлепках, предусматривающий уголовное наказание родителей и изъятие детей из семьи за шлепки (подчеркиваем, именно шлепки, даже не за нанесение телесных повреждений), и закон о семейно-бытовом насилии, в котором говорилось о возможности вмешиваться в семью при так называемом психологическом насилии. Таким насилием можно было признать поведение членов семьи, при котором ребенок чувствовал эмоциональный дискомфорт. Родители поругали за двойку? Это психологическое насилие, за которое родители должны понести наказание. И ребенка надо срочно от них изолировать.
Принятие этих законов было остановлено ценой протестов родительских и просемейных организаций. На самом деле от реального насилия законы эти ни детей, ни других членов семьи защитить не могли. И это — отличительная черта подобных законопроектов. Потому что цели у них совсем другие. Одна цель — обеспечить поток детей, изымаемых из семей. А вторая — нанести удар по институту семьи и по демографии. Все эти законодательные инициативы являются калькой с западных законов и лоббировались они западными фондами.
Лобби, навязывавшее нам законы, по которым предлагалось отнимать детей у родителей, осмеливающихся поругать ребенка за двойки, очень активно продвигало еще одну идею — так называемые бэби-боксы. Бэби-боксы — это ящики для подкидывания младенцев. Мать, желающая отказаться от ребенка, могла анонимно подкинуть ребенка в такой ящик. Нигде не учтенный младенец, без имени и фамилии… Представляете, какие возможности появились бы у торговцев детьми? Сторонники этой идеи объясняли необходимость бэби-боксов так: матери отказываются от детей потому, что находятся в тяжелом материальном положении или в сильном эмоциональном расстройстве. А потому мы отдадим ребенка приемным родителям и там ему будет хорошо.
И снова здесь мы видим, что никто не собирается заботиться ни о ребенке, ни о его родной семье. Вместо того чтобы помочь родной маме, оказавшейся неспособной содержать ребенка, государство снова будет платить приемным родителям. Вместо того чтобы работать с мамой, которая находится в тяжелом психологическом состоянии, ее поощряют совершить страшный поступок. Ничего, кроме денежного интереса торговцев детьми, в этом нововведении нет. Благодаря активному сопротивлению родительских организаций удалось не допустить массового распространения бэби-боксов в России. Но надо сказать, что попытки навязать их предпринимались несколько раз.
Субъект, обслуживающий торговлю детьми, очень настойчив. В течение вот уже нескольких десятилетий он навязывает России эти законы. К слову, закон о семейно-бытовом насилии предлагался на рассмотрение более 40 раз! И сейчас мы снова слышим от депутатов одной из партий предложения ввести ювенальные и антисемейные нормы, присутствовавшие в предыдущих законопроектах.
Нельзя не отметить, что некоторые меры, ставящие заслон потоку продажи детей, у нас осуществлялись. В Российской Федерации были введены законодательные меры, запрещающие усыновление детей в страны, в которых узаконена смена пола (с 2024 года) и разрешены однополые браки (с 2013 года). В санкционный список попали около 30 стран. И это, как мы понимаем, самые «прогрессивные» западные страны. Такие меры нельзя не поддержать, но все же невольно возникает вопрос: а другие государства, не попавшие в этот список, не станут, так же как Италия, новыми перевалочными пунктами? Зачем вообще отдавать своих детей в другие страны, особенно тогда, когда Россия в буквальном смысле вымирает? Убыль населения у нас чудовищная. И в целом если страна отдает своих детей на чужбину, значит, она не может позаботиться о них сама?
В 2024 году усыновление российских детей иностранными гражданами было полностью остановлено, заявила вице-спикер ГД Анна Кузнецова. Но ведь лазейка осталась. Усыновление детей иностранцами у нас не запрещено. И кто даст гарантию, что процесс опять не возобновится?
Есть у нас и другие законы, обеспечивающие эксплуатацию детей. В наших СМИ сейчас обсуждается, что на Украине готовится закон, дающий красный свет педофилии. Появление таких законов связывают с лоббированием их торговцами детьми.
«В Верховной раде сейчас в срочном порядке рассматривают законопроект, по которому украинские дети смогут вступать в брак с 14 лет. Таким образом, насилие над украинскими девочками будет узаконено, что даст возможность поставить дело на поток уже легально», — говорит лидер движения «Другая Украина» Виктор Медведчук, комментирующий связь Эпштейна с украинскими властями.
А в России такой закон, по сути, разрешающий вступать в сексуальные отношения с детьми 14 лет, уже принят (ст. 13 Семейного кодекса РФ). Заключать браки с 14 лет у нас можно в 9 областях. И речь идет не только о мусульманских регионах России. В списке есть Тамбовская, Калужская, Тульская, Орловская, Московская и другие области. Тут уже и усыновлять не нужно — нашелся бы жених-педофил или сутенер. Очень удобно. Особенно когда усыновления в большой степени перестали быть инструментом для переправки детей за рубеж. Так что и здесь мы уверенно обогнали Украину.
Кроме международного, существует и наш, российский рынок торговли детьми. Он живет и процветает. Российские опекуны тоже получают немалые деньги на содержание детей, они материально заинтересованы в том, чтобы детей забирали у родных родителей, и их заинтересованность укрепляет ювенальную систему, делая ее уверенней и безнаказанней. Ювенальная репрессивная машина, ставящая под угрозу разрушения практически каждую российскую семью, работает, ищет слабых, беззащитных. И атакует.
Приведем для примера последний вопиющий случай. 23 января 2026 года, город Дебальцево. Городской судья при поддержке местной прокуратуры постановила ограничить в родительских правах мать семерых детей Анну Коробкову и обложить ее алиментами. Муж Анны погиб за год до этого на фронтах СВО, защищая Россию. В семью пришло горе. Она потеряла кормильца, финансовое положение ее сильно ухудшилось. Поступавшие на счет погибшего Алексея средства семья не могла получить месяцами. Как и многие семьи погибших бойцов в Дебальцево, кстати. Что же сделали наши соцслужбы для помощи попавшей в беду многодетной семье? Они стали приходить в дом Коробковых с постоянными проверками, составлять акты о «нахождении семьи в социально-опасном положении», а потом и прокурор города подал иск на ограничение матери в родительских правах. Анна — заботливая и любящая мать. Дети, несмотря на тяжелое материальное положение в семье, получают хороший уход. Старшая дочь активно участвуют в школьных мероприятиях и получает награды. Когда в СМИ поднялся шум по поводу этого вопиющего дела, им заинтересовались уполномоченный по правам ребенка в ДНР Светлана Малахай. Затем в Дебальцево приехала УПР при президенте РФ Мария Львова-Белова. Обе они, по словам родственников Коробковой, так и не поняли, в чем состоят претензии опеки и прокуратуры.
В списках наших соцслужб многодетные семьи в России находятся в зоне социального риска. Они — предмет пристального внимания органов опеки. И действительно, где, как не в многодетной семье нарушаются права ребенка? Дети якобы обделены вниманием родителей, мало игрушек им покупают, считают наши ювенальщики. Поэтому их надо отнять и продать в «правильные» семьи платным родителям. А зарплату опекунам можно обеспечить за счет алиментов, выплачиваемых несчастными родными родителями детей. Вот такая чудовищная система «защиты» детства и семьи создана в нашей стране. А параллельно наши власти громогласно заявляют о том, что многодетные семьи спасут Россию от демографического кризиса.
Не кажется ли вам, что охать и ахать по поводу ужасной эксплуатации детей в США и на Украине, в то время как в России торговля и издевательство над ними осуществляется на государственном уровне, несколько лицемерно? Отнять у ребенка родителей и продать его чужим людям — равносильно изнасилованию по степени травматичности. Так не пора ли начать демонтаж этой людоедской системы и изгнать наших российских эпштейнов из власти? Потому что слушать бесконечную болтовню про традиционные ценности и повышение демографии на фоне такого отношения к российским семьям и детству уже невозможно.
