Чайные байки
38 постов
38 постов
Всем привет. Внезапно пятничное "моё". В "Чайных байках" уже были рассказы про гунфушник, про гайвань, про чахай и про чайный сифон. Сегодня расскажу про чабань.
Чабань ("чайная доска") - это такой специальный столик. Любой, кто интересовался "чайной церемонией", стопудово видел такие штуки. Чабань - не самостоятельный предмет мебели. Она ставится на стол как таковой (или ещё куда-то), образовывая специальное место для заваривания чая.


Это ни в коем случае не поднос. Он служит для приготовления, а не для подачи (хотя и для подачи тоже - но лишь тем, кто сидит перед нею и не обломается до неё доставать); во время всего чаепития чабань стоит на одном месте; она снабжена приспособлениями, которых у подноса или какой-нибудь доски типа разделочной или там "для подачи стейка" не бывает.
Почему люди пользуются чабанью?
Во-первых, это красиво.
Нет, не так. То есть красиво, да, но это не главное. Так что - во-первых, она организует пространство. Причём не каким-то там шизотерическим образом, направляя ци и прочие течения эфира или неся о-очень глубокие смыслы, которые разберёт (или от балды придумает, учителя литературы в курсе) ещё не всякий знаток древнекитайской мифологии и даосизма. Нет. Чисто технически формирует функциональную зону.
Во-вторых (или во-первых-с-половиной), эта штуковина концентрирует внимание. Одно дело, когда у вас есть стол, за которым могут разместиться N человек, и по всему этому столу размазаны всякие штуки без намека на порядок. Здесь одна посудина, там другая, вот тряпочка лужи вытирать, в том углу чайник, здесь чей-то телефон - по сути равноправный с чайником, и т.д. И другое, когда перед глазами есть какая-то особенная вещь, вокруг которой и происходит действо. Название "чайная церемония" в сообществе недолюбливают, больше уважают "внимательное чаепитие", и вот чабань помимо чисто утилитарных свойств как раз в какой-то мере способствует этому внимательному чаепитию. Поскольку все манипуляции с продуктом происходят на ней, именно она служит пьедесталом для важного, и в итоге отношение к тому, что происходит непосредственно на ней, совсем другое, нежели к чему-то в стороне.
Вдобавок к чабани зачастую относятся как к сакральному предмету. Проявляется это в том, что на ней нет места постороннему. На гобан (доску для игры го) ставят только камни, которыми играют, на чабань ставят лишь то, что относится к чаю. Приспособление для заваривания, приспособление для сервировки, посуду для питья. "Чайного питомца". Притом та же тряпочка для вытирания луж хоть и относится, но находится где-нибудь рядом на столе, а не на самой чабани.
В-третьих - чабань не только для торжественного вида нужна, она правда полезна. Потому что на ней можно что-нибудь пролить. Вот прям можно, и это не происшествие никакое, чтобы последствия экстренно устранять. Прогреваешь или промываешь посуду, завариваешь чай, переливаешь его в сливник, оттуда по чашкам - возможностей выплеснуть жидкость полно. "Чайного питомца" полить требуется, опять же (см. в последний абзац чайной байки №19), особенно если он меняет цвет при нагреве, это непременно следует показать гостям. Более того, кто-то считает, что чем больше брызг во время этих действий, тем лучше. Мол, ты щедро делишься с миром, мир будет щедр к тебе, такой фэн-шуй. Вот и плещут со всего маху. Но ведь далеко не любая мебель такому обрадуется. А чабань именно для этого и рождена.
Опять же, воду от прогрева чашек и первый "промывочный" пролив чая куда-то выплеснуть нужно. Или от мелких чаинок со дна пиалы избавиться.
Чабань - это не просто поверхность. Всё, что проливается на нее, сливается или внутрь неё самой, или через шланг в специально подготовленную ёмкость.
Допустим, у тех, что в карусели ниже, сам корпус и является ёмкостью, крышка которой играет роль столешницы. Чаепитие завершилось - снимаешь с чабани крышку, изнутри выливаешь все, что там накопилось.








Чабани подобного типа бывают полностью керамические (1 фото), с керамическим телом и деревянной крышкой (2 и 3) и полностью деревянные (4-8). Часто используется бамбук. Бывают и более экзотические варианты - с участием пластика, металла, даже камня.
Обратите внимание на фото 8. Эта доска может показаться большой, но на самом деле она маленькая, высота от стола всего лишь сантиметра 3, и внутренний объём чисто символический.
Когда-то ещё на аутентичной, не мэйловской алишке по запросу "чайная доска" или какому-то похожему, за давностью лет точно уже не помню, внезапно попались пластиковые кошачьи лотки. Серьёзно. Но подписаны товары были как доски для чайных церемоний. Ну, ёмкость ведь там есть, сверху решётка, сквозь которую всё прольётся внутрь...
Есть более хитрые чабани. У них основание не сплошное - какие-то ножки и боковые стенки. Столешница наоборот может составлять с этим всем единое целое, хотя может быть и съёмной, и под нею довольно много места. И туда на простейших направляющих вставляется поддон, куда, собственно, жижа и стекает.
Поддон пластиковый как на фото или металлический. Всё это хозяйство обращено к тому, кто заваривает. А на гостей смотрит красивый торец чабани. Сама она, как правило, деревянная или бамбуковая, хотя тоже возможны варианты.
Металлический поддон вроде как надежнее пластика - если вы собираетесь испытывать его на прочность либо использовать в качестве оружия или конструктивных элементов сооружений. Но при попадании в него жидкости раздаётся уж очень громкий звук. Металл-то тонкий и звонкий.
Керамические чабани тяжёлые. И если такую посудину неудачно стукнуть, она разломается. Или будет скол. Кинцужить не очень-то дорогую на самом деле и притом типовую утварь, тем более при её величине, никто не станет. Если чабань деревянная - надо бы присмотреться, что за порода дерева и как изделие обработано, масло там, лак, или она вкруг ламинирована - и насколько хорошо это сделано. Поглядишь иной раз на дешёвые чабани из древесины плодовых деревьев, на которые краска пшикнута лишь сверху, в боковые части решетки попала постольку поскольку, а нижней поверхностью решетки никто не морочился в принципе, и думаешь, как скоро у счастливого владельца подобного поделия прямо там разведётся плесень.
Поддон может быть просто чашей, как наберется сколько-то жижи - вынимаешь и идёшь выливать. А ещё у него может быть слив. Обычно с пробочкой. Хочешь - заткни его и действуй по-прежнему. Хочешь - присоедини шланг и выведи в пристроенное под столом ведро, так обычно поступают в чайных, где место для чаепитий годами одно и то же, и объемы по этому шлангу за один день могут прокачиваться больше, чему у кого-нибудь дома за месяц.
Шланг может быть с грушей, чтоб прокачать, если вдруг поток остановится. Нет, Фулгрим, с другой грушей. На фото в правой части лотка виден патрубок для присоединения шланга.
Ведро у всерьёз погрязших в чае тоже непростое. Оно закрыто крышкой, чтобы не путали с мусорной корзиной. Где-то в верхней части есть отверстие, в которое продевается шланг от чабани. А под крышкой стоит решётка. На неё скидывается спитый чайный лист - там он не мешает, не портит виды и даже потихоньку подсыхает, пока дожидается утилизации.



Рабочая поверхность чабани может зонироваться. Посредством декора, рельефа, той самой решётки в конце концов. Взгляните на снимок:
Это сторона, обращённая к ведущему чаепития. Видим поддон, над которым прорезана решетка, именно в той части чабани переливают жидкости. У самого поддона слева наблюдаем пробку, закрывающую штуцер для шланга. По правую руку - место для "парковки" чайника, где столешница не перфорирована, и поддон непосредственно там не требуется.
У каких-то больших чабаней, сделанных подобным образом, под столешницей помещается ещё и ящик для хранения всяких мелочей.
Бывают чабани, которые сливаются только шлангом, без всякой внутренней ёмкости. Часто выглядят как сплошная поверхность, у которой лишь в одном месте небольшое отверстие. Чтобы жидкость к этому отверстию стекала сама собой, поверхность делается не ровной, а с уклоном. Иногда там и вовсе изображают и хитрый рельеф, и составляющих единое целое с чабанью "чайных питомцев".






На "Ярмарке мастеров" много такого. С рельефом, со всякими разноцветными эпоксидными вставками.
Такие чабани могут быть поистине грандиозными. Если они хорошо кушают, из них вырастают целые чайные столы.



Смотрите: на первом снимке налево-вверх от чайника, на втором направо-вверх от трёх пиал - сливные отверстия. Ну а на третьем уж стол так стол - и тоже с "мокрой" зоной и сливом.
Кто-то когда-то публиковал на Пикабу видеоролик о том, как китаец берет простой советский здоровенное бревно и делает подобную вещицу. К сожалению, не получилось найти...
Вернёмся к собственно чабаням. Если чабань раскормить, но не слишком, у нее отрастает платформа для электрического чайника. Причём платформа не только подводит электричество к чайнику и позволяет задавать температуру, при которой ему следует отключиться, или активировать режим поддержания температуры, но и даже закачивает в чайник свежую воду - только киньте шланг в баклагу для кулера, например. Наливаться вода может как краником через верх (и даже подставлять чайник или двигать кран не нужно - она сама повернет кран куда требуется), так и напрямую в чайник через низ. Ещё рядом с чайником может быть кастрюлька, где в воде моются-греются пиалы.



На третьем кадре на ближней к нам стороне можно разглядеть этакие "рельсы" - это подставка для сушки пиал, она часто идет в комплекте к таким чабаням и обычно съёмная.
И я рад бы закончить на этом, но нужно сказать еще кое-что. Есть чабани, которые не совсем чабани. Или совсем не чабани. А просто доски. Для так называемой "сухой" "чайной церемонии" (гань пао). Её ещё часто называют "сухим завариванием". Хотя это вовсе не способ заваривания, не технология приготовления чая. Да и как заварить чай, сделать напиток всухую? Это форма действа. Когда никакого обливания "чайного питомца", когда всякие промывки сливаются в отдельную стоящий сбоку специальный сосуд, как в японской тя-но-ю (видимо, там-то тайваньцы это и позаимствовали) и когда на стол не должно упасть вообще ни капли. Там по идее на стол кладется "чайное полотно", чтобы обозначить место и создать красоту, а пиалки ставятся каждая на собственную подставочку.
Так-то подставки под пиалы в ходу и при обычном чаепитии за обычной чабанью. Особенно когда стол большой, гостей много, и непосредственно на чабани заваривают и разливают - а гостям всякий раз тянуться туда ради глотка неудобно. Поставить пиалу на чабань, чтобы налили ещё, а как нальют, держать её поближе к себе - самое обычное дело.
Так вот. "Сухое чаепитие" осуществляют на полотнище. На кой чёрт при этом нужна еще и доска - лично мне непонятно. Ладно если полотна нет, заменим его так. Ладно если доска пристойно выглядит, вот как эта: сюда чайник, сюда пиалки, всё чётко и ровно...
Ладно если это именно специальная штуковина, как на фото выше, а не поднос... Так-то и поднос можно использовать, за неимением гербовой пишем на простой - но за поднос, даже из ценных пород дерева с резьбой, как-то стрёмно просить много денег, зато если назвать тот же предмет чабанью - запросто. Но сейчас к моде этак снобировать "сухим завариванием" (типа, у нас-то в чайной и такое практикуется, мы молодцы, а вы, так не делающие, отсталы и примитивны) пошла ещё и мода на особо креативные доски ручной работы для оного. Которые выглядят всего лишь как кривые-косые деревяшки, которые худо-бедно обшоркали наждачкой и присобачили несколько кусочков резины - вроде как ножки, вот и все труды, вот и вся текнолоджи. Нет, если такая штука была изготовлена десяток-другой тысяч лет назад - это о-го-го, передовая вещица тогда и историческая ценность сейчас, но в 21 веке производить... такое? Частенько эти доски зачем-то красят в совершенно вырвиглазные сочетания цветов. Или делают их из обожжённой древесины, есть такая старинная японская (отметим это) заморочка, о ней здесь писали 9 лет назад - Yakisugi - японская технология обработки дерева Ладно бы при этом доска была ровной, тогда строгость и лаконичность оформления здорово сочетались бы с обработкой. Ладно бы недостатки были заметными, но небольшими и выглядели естественно, как это заведено у тех же японцев с их ваби-саби. Но нет. Мало того, что материал берётся как будто совершенно мусорный, так ещё и обрабатывается... Допустим, в доске для сухого (!) чаепития прошоркивается грубо, неестественно кривая ямка. Если бы это была обычная чабань, вся жижа, оказавшаяся на ней, там бы и скопилась, и в нижней точке был бы устроен слив в шланг. Если бы это было зонирование а-ля "место под гайвань", оно было бы не столь кривое и располагалось так, чтобы и другую утварь можно было разместить с удобством, а не в случайном месте. Но... Нафига так делать, еще и выставлять совершенно несуразные ценники за подобное рукожопие - очень большой вопрос. Однако кто-то же это покупает...
По мне, если приспособление не обладает спецификой дела, то и говорить, что оно является атрибутом того дела, как-то неправильно. Ну взял ты деревяшку, оконтурил, наметил бортик, внутри границ того бортика натыркал стамеской какие-то неровности для визуального и тактильного разнообразия, и гордишься, что сделал это всего за час - и что? Где та специфика, которая однозначно скажет о предназначении предмета? О том, что это именно чабань? Нет. Это не чабань. Это сервировочная доска. Или вообще поднос. Что ты чайник и пиалу на неё поставишь, что тарелку с яичницей и бутерброд - разницы-то нет. Ежу понятно, что можно сидеть на школьной парте, но если выставить её на продажу, назвав "креслом руководителя" и выставив соответствующий ценник... Ну вы поняли.
И под конец фото-комбо: чайный столик, в нижнем ярусе поднос, наверху то, что вполне сойдёт за чайное полотно, но в данном случае означает место для размещения инструментария, и чабань с внутренним объёмом.
"Чай из пустой чашки" – дегустационные обзоры и не только.
Уж не знаю, может, кто уже и придумал подобное. Так-то идея витает в воздухе.
Ввели серии. Там посты копятся-копятся, их становится дофига. Подряд проматывать в поисках какого-то конкретного неудобно. Отдельным постом оформлять - так его же надо постоянно редактировать, а много практически одинаковых постов - флуд, который надо резать бритвой Оккама. В каждый свежий пост добавлять список всех предыдущих? Так их может стать столько, что этот список будет неприлично огромным в сравнении с самим постом. Да и ручками это делать, каждый раз добавляя в заныканный где-то шаблон еще строку, как-то не комильфо.
Может, автоматизировать?
Выбираем из базы все посты автора с флажком такой-то серии, сортируем по таймстампу. Автоматически генерируем страницу со списком заголовков постов, они же ссылки. Ссылку, формирующую такую страницу (именно ссылку, не сам список), добавляем к обложке серии в профиле (уж в десктопной версии точно) и автоматически в конец каждого поста этой самой серии.
Не перевод с реддита эта сага ущербных, нет?
Одна сторона - какие-то сумасшедшие снобы. Дезадаптированные фанатики, узревшие ИСТИНУ!!!!!11111одинодин
Другая - так же фанатично кичится невосприимчивостью к вкусу. Хотя какой вкус может быть у чая? А также любых других напитков и еды (или чай - это таки категорически "другое"?) Картина-то странная вырисовывается: если посраться из-за терминологии, вкус отходит даже не на второй, а на тысячу второй план и не ощущается в принципе. И если жрать хочется, то тоже не ощущается. Ах да, там язык внезапно обожжён. Прям напрочь - из микропиалы-то. В которой за десять секунд всё остынет до безопасной температуры. Это, я не знаю, надо буквально из-под чайника кошачьими рефлексами выхватывать чашку и тут же без малейшего промедления вливать в себя поскорее. Ну и кто же виноват, что обжёгся? Уж явно не взрослый человек, способный помимо иронии, назовём её так, контролировать рефлексы, анализировать ощущения... И в первом случае тоже что ли язык обожжён? А если бы кружка была как раз из тех, что по какому-то недоразумению называют в магазинах бульонницами, и напиток той же температуры - язык бы не обжёгся? Ну да, ну да, там хотя бы бутерброд присутствовал бы... Наконец, если взять "незаслуженно отвергнутый чай" из финала этой грустной повести - его автор, очевидно, тоже тяпает сразу, поскорей, свежий кипяточек, обжигает язык, отшибает вкусовое восприятие - и тогда какая разница, есть там запах костра и веток, или нет? Хотя по другим "рецептам" ясны приоритеты, так что вопрос снимается. Остаётся другой - с какого перепуга докапываться до тех, кому интересно хоть что-то помимо обжигающей (каждый день снова и снова наносить себе травму... красота, чё. офигительная взрослость и разумность) запивки для бутеров, коньяка, валерианки, свободного времени и прочего?
Вырабатываемый в организме ударными темпами яд, очевидно, в кипяточке не распадается.
Третья сторона, очевидно, далека от профессионализма, тяготеет к дурацкой показухе (те же татуировки-иероглифы, к ним обычно прилагаются тату любого другого вида, и побольше, побольше, тоннели в ушах, дреды, куча всяких "этнических" бус и браслетов и т.п.) и исповедует подход "выпил и понял". Совершенно не понимая, что же должен понять, выпив, случайный человек. Или вторая сторона и тут лукавит.
Фигня полная, как ни крути.
Даже не близко к этой Чай, кофе? зарисовке образца 2019 от Фрумыча. Вот там - да, и слог, и юмор.
А пипл таки хавает, что характерно. И даже восхищается. Копец.
Работал в ТГК. Там люди вообще-то не дураки культурно отдохнуть хоть на лоне природы, хоть просто за столом.
Как-то раз наше подразделение переезжало. Первый день на новом месте - все в коридоре вскрывают коробки с рабочим добром, только ножи сверкают. Многие свои режики взяли. Потому что понимают: запланированной раздатки (канцелярских резаков) на всех не хватит. Кто из дома собственный канцелярский прихватил, а кто и что-нибудь посерьезнее.
Я взял ворсмовский "Сокол". Не буду говорить, что это какой-то шедевр технологий с супер-пупер сталью, уникальной заточкой, высокохудожественной рукоятью из редких материалов и заключенной внутри душой демона мастера. Нет. Всего лишь обыкновенный универсальный нож без всяких понтов.
Тогдашний шеф, ведущий инженер (я был просто инженер), мне потом подарил не что-нибудь, а складень. Он (складень, не шеф) через несколько лет погиб во время ночной грозы в неравной борьбе с очень твердыми дровами. Так уж получилось, что даже в полуцивильном лагере в нашей палатке хоть какое-то колюще-режущее оказалось у меня одного, а топоры с хоздвора в тот момент были задействованы на ликвидации аварий, так что более подходящего инструмента для производства лучины тупо не нашлось. Ну что, дурак был, что понадеялся на громкое имя лагеря, где "все обустроено, и водопровод есть, и вайфай, и вообще", а ведь мог хотя бы фиксед взять...
Работал в молодежной политике. Одно время проводил занятия по вечерам в таком филиале, что в это время там максимум еще двое таких же работников могло быть с их подопечными, минимум я один. Ключи от помещений хранились у администратора, и если администратора нет на месте и его кабинет закрыт (и это еще мелочь по сравнению со всем тамошним раздолбайством) - что делать? Что-что, взять нож, просунуть между дверью и косяком и отжать ригель ублюдочного замка-защелки обычной межкомнатной двери того кабинета, где мне нужно работать.
Работал мерчом в "Магните" (см. Ответ на пост «Задолбали магазины Магнит» ) Идешь туда с рюкзаком, в рюкзаке сменная одежда, потому что пыль и всякий стиральный порошок, и ножик. Зачем? Вскрывать коробки с товаром. Пленку толстую тоже руками не очень-то разорвешь. В общем, надо. Конечно, на приемке товара и в торговом зале бродит сколько-то канцелярских ножей всех цветов и размеров, но их, во-первых, надо еще отыскать, во-вторых, их даже на собственный персонал никогда не хватает, приходящим мерчам надеяться и вовсе не на что. Ситуация как с ТСД, только сломать/потерять не жалко и никто за подобное а-та-та не сделает. Так что надо приносить что-то свое. Но если принесешь канцелярский, кто угодно из персонала тут же приделает ему ноги, даже слова не сказав, и потом не найти. Оно же все вроде как общее, ты вотпрямщас не пользуешься - я возьму. Молча. Другие мерчи так иногда попадали. Поэтому я приносил то, что отличается, что явно не может быть куплено пачкой на всю толпу, бери кто угодно и передавай дальше. Того же "Сокола". Тоже, бывало, народ пользовался - но уже непременно просили, не тихушничали, и сразу возвращали.
Опять же, лежит такой предмет в только что опустошенной телеге, пока ты шаришься в полке - и никто, никакой хитровывернутый покупатель, посреди зала так внезапно понявший, что телега-то нужна, а ко входу возвращаться плохая примета, эту "бесхозную" телегу не уведет. Тут скорее этот покупатель подумает "да ну нафиг" и обойдет тебя подальше. И не будет выносить мозг дурацкими вопросами о посторонних для тебя товарах, выкладке и прочем, к чему ты не имеешь отношения. Некоторым, конечно, пофиг, как и должно быть здоровым людям, но у них и касательно магазина и вообще всего мозги работают, с ними поговорить и помочь им приятно, зато хотя бы неадекваты "нож нож тюрьма маньяк" держатся подальше, а это уже немало. А на обед идешь - помыл его и запросто пластаешь колбасу, фруктики и даже хлеб ровненько-чистенько отрезаешь, благо длины клинка хватает. Удобно.
Пророк Мухаммад (да благословит его Творец и приветствует) сказал: «Верующий не может быть (1) порочащим (поносящим, дискредитирующим), (2) проклинающим, (3) грубым (непристойным, неприличным), (4) ругающимся и похабным».
Хадис от Ибн Мас‘уда; св. х. Ахмада, ат-Тирмизи, Ибн Хиббана и др. См., например: ас-Суюты Дж. Аль-джами‘ ас-сагыр. С. 464, хадис № 7584, «сахих»; ат-Тирмизи М. Сунан ат-тирмизи. 2002. С. 580, хадис № 1982, «хасан»; Нузха аль-муттакын. Шарх рияд ас-салихин. Т. 2. С. 397, хадис № 1736, «хасан».
В общем, если мусульманин ругается, угрожает, как он кого ипать будет, и т.д. - никакой он не мусульманин и даже не мунафик, а попросту дерьмо шайтана.
В комментах к исходному посту (вот здесь) попросили подробности о происхождении фамилии главного героя. Ну, об этом есть такая статья, её авторы указаны в конце. Ещё ниже напишу небольшое дополнение про родоначальника забайкальских Номоконовых. @slava.mer, @malinkaIAGODA, зацените.
Самым известным человеком в Восточном Забайкалье с фамилией Номоконов является уроженец верховьев реки Шилки, выходец из тунгусов-хамниган рода сарадул (сарадур) Семён Данилович Номоконов (12 августа 1900 – 15 июля 1973). Мы решили выяснить, какое отношение имеет он к нашему роду пограничных казаков Номоконовых, почти три века назад поступивших на службу русскому царю по охране границ Восточного Забайкалья.
Из книги С.М. Зарубина «Трубка снайпера», изданной в 1963 году в Чите: «Номоконов – тунгус из рода хамниганов. Так считалось раньше, так он пишется и сейчас. Его маленький народ живёт в Забайкалье в разных местах: в Делюне, в Средней и Нижней Талачах, в сёлах близ Вершины Дарасуна. Его народ живёт многими обычаями эвенков, но не умеет разводить оленей. Его народ хорошо понимает и бурятский язык, но овец пасти не умеет и к хлебопашеству не приучен. Степные буряты, которые живут рядом, считают хамниганов своим народом. Эвенки – тоже своим. И это хорошо. Хамниган на том и другом языке – лесной человек. Правильно: раньше его маленькое, очень древнее монгольское племя кормилось только охотой. Когда русские люди построили железную дорогу, жить стало труднее: паровозы пугали зверей. Тогда «лесные люди» перекочевали всем родом в верховья реки Нерчи и стали охотиться там…»
Таким образом, забайкальская фамилия Номоконов, безусловно, является памятником российской истории, культуры и языка и может рассказать немало интересного о жизни и быте различных народов, издревле населявших огромные пространства России. Представители этой фамилии могут гордиться ею, как ценным памятником истории и культуры российского государства. Фамилия входит в число старинных именований, возникших в XVII веке на пересечении культур русского народа и коренных народов Сибири. В настоящее время эту древнюю фамилию могут носить представители любой национальности…
Легендарный снайпер Семён Данилович Номоконов прославил фамилию и свой род. Из биографии Семёна Даниловича мы знаем, что он был крещён. Ещё раньше принял православие его отец Данила Иванович Номоконов. Как известно, при крещении инородцев имя давал священник, а фамилию – крёстный отец.
В Борзе проживают потомки репрессированных в 1930–1938 гг. семей казаков Номоконовых из Цаган-Олуевской станицы.
Одна из них – Лидия Ивановна (Номоконова) Алексеенко (р.1939), уроженка Китая, дочь казачьего сына Ивана Фёдоровича Номоконова и дочери казака Александры Илларионовны (Дитских) Номоконовой, при встрече поделилась сведениями и воспоминаниями о своей семье. Выяснилось, что крёстный отец, давший фамилию отцу снайпера Номоконову Даниле Ивановичу, был Данила Дмитриевич Номоконов (р.1838) – её прадед. Обе семьи жили в верховьях Шилки. В дальнейшем судьбы крестника и крёстного отца разошлись. Данила Иванович Номоконов остался жить в верховьях реки Шилки, а Данила Дмитриевич Номоконов стал пограничным казаком Цаган-Олуевской станицы на китайской границе по реке Аргунь и переехал с семьёй в посёлок Абагайтуй Акшинского уезда.
Ещё Лидия Ивановна рассказала, что в семье у них как семейную реликвию дед Фёдор хранил фронтовые заметки из газет о Семёне Даниловиче Номоконове – первую, напечатанную в декабре 1941 года, и статью фронтового корреспондента Евгения Воробьёва «Трубка снайпера», напечатанную в апреле 1945 года (позже на её основе была написана книга С.М. Зарубина). В семье всегда знали, кто такой Данила Иванович Номоконов и один из его сыновей – Семён Данилович.
Прадед Лидии Ивановны Данила Дмитриевич (относился к четвёртой ветви рода служилых казаков Номоконовых – к Дмитриевичам) и дед Фёдор Данилович были очень набожными людьми и настоящими православными христианами, всегда помнили всех своих крестников и следили за их судьбой. Такая семейная традиция сохранилась в этих семьях и сегодня. К сожалению, не сохранились старые семейные снимки казаков с наградами, семейные иконы, церковные книжки с записями о крестниках, заметки из фронтовых газет.
Семён Номоконов (р.1639) – прародитель рода. («Первожители Забайкалья», С.А. Гурулёв, изд. Иркутск, 2014 г.).
Дмитрий Семёнович (р. 1695) – его младший, четвёртый, сын, нерчинский конный казак. Его дети: Гаврила (1722–1796), Яков (р.1724), Роман (р. 1726).
Роман Дмитриевич Номоконов – нерчинский служилый казак, его жена – дочь казачьего пятидесятника Мыльникова Дмитрия Матрона Дмитриевна (Мыльникова) Номоконова (р.1726). Брак заключён 28.04.1750 г. (Госархив Забайкальского края). Их дети: Семён (р.1760), Иван (р.1762).
Семён Романович Номоконов (р.1760) – нерчинский казак.
Дмитрий Семёнович Номоконов (р.1801) – пограничный казак Абагайтуевского караула Цаган-Олуевской станицы. Его дети: Иван (р.1825), Константин (р.1837), Данила (р.1838).
Старший брат Данилы Дмитриевича Номоконова, пограничный казак Цаган-Олуевской станицы караула Абагайтуй Иван Дмитриевич Номоконов (р.1825) в 1857 г. вместе с женой Афонасией (р. 1823) и детьми: Арсением (р. 1850), Соломонидой (р. 1854) и Матвеем (р. 1856) был переселён на Амур (ГАЗК).
В именных списках казаков Забайкальской области за 1878 г. числятся по Цаган-Олуевской станице караула Абагайтуй: пограничный казак Константин Дмитриевич Номоконов (р. 1837). У него сыновья: Михаил (р. 1858), Константин (р. 1862), Иван (р. 1864), Арсентий (р. 1867).
Его брат, пограничный казак Данила Дмитриевич Номоконов (р. 1838); у него сыновья: Фёдор (р. 1872), Дмитрий (р. 1873) (Госархив).
Также из воспоминаний Лидии Ивановны: в семье её прадеда Данилы Дмитриевича росли, кроме её деда Фёдора, ещё четыре брата: Дмитрий, Андрей, Георгий и младший Григорий. В семье деда Фёдора Даниловича и бабушки Евдокии Семёновны (Стрельниковой) Номоконовй (1880–1962) росли дети: её отец Иван (р. 1914) и ещё две сестры – Мария Фёдоровна (Номоконова) Бянкина (р. 1911) и Лидия (Иулита) Фёдоровна (Номоконова) Окладникова (р. 1908). В семье отца Ивана Фёдоровича Номоконова (1914–1977) и матери Александры Илларионовны (Дитских) Номоконовой (1920–2006), кроме неё ещё росли сестра Зинаида (1938–2016) и брат Прокопий (р. 1942)
Семья деда Лидии Ивановны, Фёдора Даниловича Номоконова, ещё до революции 1917 г. жила в Китае на станции Чжаромтэ (227-я верста). Дед работал стрелочником на КВЖД. Станция находилась на западной линии Манчжурия – Пограничная (расстояние от Харбина в верстах – 647). На станции тогда проживали 52 человека русских и 5 человек китайцев. Ближайшая Спасо-Преображенская церковь находилась в Хайларе, настоятелем был протоиерей Валентин Никодимович Синайский. Эта церковь была сооружена в 1903 году правлением общества Китайско-Восточной железной дороги для конных и пехотных частей Заамурского округа. С 1920 года церковь была передана хайларскому приходу. Храм был богат святынями и полковыми образами.
В метрических книгах этой церкви есть записи о рождении и крещении отца Лидии Ивановны – Ивана Фёдоровича и его детей: Зинаиды, Лидии, Прокопия (в паспорте место рождения у всех детей записано как 16-й разъезд, Хайларский район, Китай). До 1954 г. большая семья Номоконовых проживала на этой станции.
В 1954 г. семья решает поехать на освоение целинных земель. Переселенцам в Казахстан и Красноярский край давали хорошие подъёмные. Семья Номоконовых, получив пособие, по тем годам немалые деньги, переселяется в Красноярский край, Даурский район, Балахтинский совхоз. Потом – в Ирбейский район, с. Чухломино.
В Красноярском крае они прожили недолго – в 1956 году вернулись в Забайкалье и стали жить в Борзе. Дед Лидии Ивановны Фёдор Данилович Номоконов умер в 1956 г. и похоронен в Чухломино.
Младший брат деда Лидии Ивановны Григорий Данилович Номоконов (1881–1938) был в своё время геройским казаком, православным христианином и настоящим человеком. Приказный 1-го Аргунского казачьего полка пос. Абагайтуевский Цаган-Олуевской станицы. Участник войны с Японией в рядах 6-й сотни 1-го Верхне-Ундинского казачьего полка. Был награждён знаком отличия военного ордена Святого Георгия (Георгиевским крестом) 4-й степени («за храбрость и мужество в делах против японцев», 1904) и 3-й степени (1914), медалью за поход в Китай. («Георгиевские кавалеры Забайкальского казачьего Войска», В.Ю. Апрелков, 2016 г.)
…Почти все семьи пограничных казаков Номоконовых из Абагайтуя Цаган-Олуевской станицы были репрессированы. Первыми жертвами репрессий из семьи Григория Даниловича Номоконова стали его сыновья – Деонис и Пётр; их расстреляли в один день – 26 мая 1938 года.
Дважды Георгиевский кавалер Григорий Данилович Номоконов был арестован раньше сыновей, но умер в камере от пыток через два месяца и четыре дня после их смерти. Мужественным человеком и настоящим героем был казак Григорий Данилович Номоконов. Таких людей очень мало. Страшная судьба у героя… Мы все должны это знать и помнить о нём, как и обо всех безвинно пострадавших.
Сведениями о близких родственниках и их дальнейшей судьбе поделился уроженец и житель г. Борзя, внук Георгиевского кавалера Григория Даниловича Номоконова Пётр Васильевич Намаконов (Номоконов).
Бабушка Петра Васильевича Павла Евграфьевна (Кузнецова) Номоконова (р. 1889), дочь пограничного казака Абагайтуевского караула Кузнецова Евграфа Ивановича (р. 1847), до замужества работала стряпухой у купцов, торгующих с Китаем и останавливавшихся в Абагайтуе. В 1910 г. вышла замуж за Григория Даниловича. В семье росли три сына и дочь. После революции 1917 г. много изменений произошло в стране. Семья переехала в Борзю, где родилась младшая Анна (р. 1923). После смерти мужа в 1938 г. Павла Евграфьевна прожила 29 лет, умерла в 1967 году в возрасте 78 лет, похоронена в Борзе.
Василий Григорьевич Намаконов, третий сын Георгиевского кавалера Григория Даниловича Номоконова, единственный оставшийся в живых после репрессий, служил на Дальнем Востоке в артиллерийских войсках. После Великой Отечественной был демобилизован, вернулся в Борзю, устроился рабочим на мясокомбинат. В конце 40-х создал семью. Его жена Вера Викторовна (1915–1998) (мать Петра Васильевича) работала машинисткой при воинской части, а позже – в бухгалтерии Борзинского мясокомбината.
Вера Викторовна и Василий Григорьевич прожили достойную жизнь. Вырастили и воспитали пятерых детей: Екатерину (р. 1950), Петра (р. 1953), Галину (р. 1956), Любовь (р. 1957), Василия (1959–2015).
Сын Георгиевского кавалера Василий Григорьевич умер в 1970 году в возрасте 56 лет от туберкулёза лёгких, его жена Вера Викторовна – в 83 года. Они, а также дочь Георгиевского кавалера Евдокия Григорьевна Намаконова (Номоконова) (1915–1994) и её муж Семён Семёнович Юринский (1911–1998), всю жизнь прожившие в Борзе, покоятся на городском кладбище. О судьбе младшей дочери Георгиевского кавалера Анне Григорьевне (р. 1923) родственникам ничего не известно.
Внук Георгиевского кавалера Пётр Васильевич проживает с семьёй в Борзе, его дети живут в Чите. Внучка Георгиевского кавалера Галина Васильевна Каменщикова и её дети – в г. Иркутске, её сестра Любовь Васильевна – на Украине в Днепродзержинске. (Со слов Петра Васильевича Намаконова записано 23 сентября 2018 г.)
Немало было Георгиевских кавалеров из семей казаков Кузнецовых караула Абагайтуй Цаган-Олуевской станицы. Почти все тоже были репрессированы. В списках пострадавших от репрессий есть и младший брат Павлы Евграфьевны (Кузнецовой) Номоконовой Илья Евграфович Кузнецов (1892–1933) – казак 1-го Читинского казачьего полка четвёртой сотни пос. Абагайтуевский Цаган-Олуевской станицы. Тот, что был ранен в разведке у деревни Воля-Цихровская в октябре 1914 года. Стал красным партизаном, работал в сельхозартели «Аргунь». «Крестьянин-единоличник. Арестован 5 апреля 1933 г. Приговорён 31 мая 1933 г. Тройкой ПП ОШУ по ВСК по ст. 58-7, 58-10 УК РСФСР к 5 годам лишения свободы. Реабилитирован 24 октября 1989 г. прокуратурой Читинской области. Жена Пелагея – 1892, дочь Татьяна – 1919», – сказано в Книге памяти.
Там же читаем о Степане Ивановиче Номоконове: «Родился в 1903 г. Житель ст. Мациевская Борзинского р-на ВСК. Работал на сенной базе, заведующий. Арестован 22 августа 1933 г. Приговорён 29 августа 1933 г. к высылке в трудпосёлок сроком на 3 года. Реабилитирован 21 января 1967 г. Читинским обл. судом. Жена, дети – 3 чел.».
О Тимофее Ивановиче Номоконове: «Родился в 1897 г., русский, житель с. Абагатуй. Служил в Белой армии. Работал в колхозе «Пограничник», пастух. Арестован 20 ноября 1937 г. Приговорён 19 января 1938 г. к ВМН. Приговор исполнен 19 февраля 1938 г. Реаб. 16 июня 1959 г. военным трибуналом ЗабВО. Жена: Мария Артамоновна – 31, дети: Максим – 12, Феодора – 11, Филарет – 9, Александра – 5, Геннадий – 2, Галина –1 мес.».
О Фёдоре Кузьмиче Номоконове: «Родился в 1895 г., с. Цаган-Олуй Акшинского уезда Забайкальской обл., русский, житель г. Борзя Борзинского р-на Читинской обл. Служил в Белой армии. Красный партизан. Работал на базе «Скотимпорт», бухгалтер. Арестован 17 января 1938 г. Приговорён к ВМН. Приговор исполнен 14 сентября 1938 г. Реаб. 30 августа 1957 г. военным трибуналом ЗабВО. Жена: Матрёна Гавриловна – 1901, дети: Мария – 1922, Анна –1931».
Немногие уцелевшие потомки репрессированных казачьих семей Номоконовых сегодня проживают в г. Борзя Забайкальского края. Очень мало документов и фотографий сохранилось. Всем, что у них есть (личными фотографиями, документами, воспоминаниями), семьи поделились с нами. Выражаем им своё уважение и глубокую благодарность за память о своих героических предках.
(с) Михаил Трофимович Малахов, Александр Андреевич Номоконов, с. Улан-Цацык, Оловяннинский район
Вот такая статья. А теперь - обещанный бонус. По материалам сайта "Предыстория".
В статье видим:
Семён Номоконов (р.1639) – прародитель рода. («Первожители Забайкалья», С.А. Гурулёв, изд. Иркутск, 2014 г.).
Это Семён Кузьмич Томских (чьих? - так многие фамилии образованы), или Томский, или Томской в старинных документах. Его отец Козьма Андреевич ~1599 года рождения был уроженцем города Томска и служил там конным казаком. Семён родился в январе 1639, в 1659 женился на уроженке Томска. Два старших сына родились опять же в Томске. В 1683 конный казак Семён Козмин Томской был отправлен "в Дауры", то есть в Забайкалье, где в конце концов получил звание нерчинского сына боярского, чин казачьего пятидесятника и земельный надел недалеко от Нерчинского острога.
Старшие сыновья Пётр и Макар, а также брат Семёна Афанасий, тоже переселились в Забайкалье. Они носили фамилию Томские, и забайкальские Томские/Томских - их потомки. Либо потомки крестников. Семён же второй раз женился на местной девушке, возможно, из тунгусского рода Намасин. Похоже, что именно это (и общение с тунгусами) и привело к появлению у него прозвища "эвенкийского" происхождения "Номокон", впоследствии превратившегося в фамилию.
В архивных документах Семёна записывали то так, то сяк:
РГАДА Ф.1142-1-5. Нерчинская приказная изба. Челобитные торговых и промышленных людей о поверстании их в казачью службу. 1674-1675 гг. - на листе 20 - Семен Козмин Томской
СПбИИ РАН Ф.96-1-32. Нерчинская воеводская изба. Дело о верстании в казачью службу по Нерчинскому острогу. 1676 год. (Челобитная и поручная). - с.30 - Семен Козмин Томской
ГАЗК Ф.10-1-1. Нерчинская приказная изба. л.93 Книга роздаточная ис казны Великих Государей хлебного запасу ржаной муки на нынешней 194 [1686] год новоприборным казакам Тоболским и Туринским и Верхотурским и Тюменским которые новоприборные казаки служат Великим Государем в Даурских острогах и имяны их писаны в сеи Книге по разным статьям. - л.98 - Семен Номокон
РГАДА Ф.1142-1-56. Нерчинская приказная изба. Челобитные и поручные записи служилых Нерчинского острога. 1691 год. - л.128 - Сенка Козмин
ГАЗК Ф.10-1-133. Книга для записи денежных сумм, оставшихся от раздачи жалованья конным и пешим казакам. 1695 г. - л.119 и л.139об. - Пятидесятник Семен Козмин сын Томской
РГАДА Ф.214-1-1576. Нерчинская приказная изба. Книги окладные. 1709–1712 гг. - л.14об. - Семен Номокон
там же, л.35: "Поверстаны по Нерчинску в Дети Боярские Леонтей Номоконов"; " в конные Пятидесятники казачьи Ефтифей Номоконов в оклад отца ево Семена Номокона", а на листе 67об. и вовсе:
Семен Томской и в нынешнем 1712 году Маия в _ день по Указу Великого Государя и по писму из розрядного стола за справою подъячего Федора Малцова Приверстан по Нерчинску в ево Семеново место и оклад сын ево родной Ефтифей Номоконов
В общем, стал Семён Номоконом, и четыре его сына от второй жены получили фамилию (чьи?) Номоконовы. И понеслось.
"The Chaos" is a poem which demonstrates the irregularity of English spelling and pronunciation, written by Gerard Nolst Trenité (1870-1946), also known under the pseudonym Charivarius. It first appeared in an appendix to the author’s 1920 textbook Drop Your Foreign Accent: engelsche uitspraakoefeningen.
Какой, говорите, уровень владения инглишем вы указали в резюме?
Dearest creature in creation
Studying English pronunciation,
I will teach you in my verse
Sounds like corpse, corps, horse and worse.
I will keep you, Susy, busy,
Make your head with heat grow dizzy;
Tear in eye, your dress you'll tear;
Queer, fair seer, hear my prayer.
Pray, console your loving poet,
Make my coat look new, dear, sew it!
Just compare heart, hear and heard,
Dies and diet, lord and word.
Sword and sward, retain and Britain
(Mind the latter how it's written).
Made has not the sound of bade,
Say-said, pay-paid, laid but plaid.
Now I surely will not plague you
With such words as vague and ague,
But be careful how you speak,
Say: gush, bush, steak, streak, break, bleak ,
Previous, precious, fuchsia, via
Recipe, pipe, studding-sail, choir;
Woven, oven, how and low,
Script, receipt, shoe, poem, toe.
Say, expecting fraud and trickery:
Daughter, laughter and Terpsichore,
Branch, ranch, measles, topsails, aisles,
Missiles, similes, reviles.
Wholly, holly, signal, signing,
Same, examining, but mining,
Scholar, vicar, and cigar,
Solar, mica, war and far.
From "desire": desirable-admirable from "admire",
Lumber, plumber, bier, but brier,
Topsham, brougham, renown, but known,
Knowledge, done, lone, gone, none, tone,
One, anemone, Balmoral,
Kitchen, lichen, laundry, laurel.
Gertrude, German, wind and wind,
Beau, kind, kindred, queue, mankind,
Tortoise, turquoise, chamois-leather,
Reading, Reading, heathen, heather.
This phonetic labyrinth
Gives moss, gross, brook, brooch, ninth, plinth.
Have you ever yet endeavoured
To pronounce revered and severed,
Demon, lemon, ghoul, foul, soul,
Peter, petrol and patrol?
Billet does not end like ballet;
Bouquet, wallet, mallet, chalet.
Blood and flood are not like food,
Nor is mould like should and would.
Banquet is not nearly parquet,
Which exactly rhymes with khaki.
Discount, viscount, load and broad,
Toward, to forward, to reward,
Ricocheted and crocheting, croquet?
Right! Your pronunciation's OK.
Rounded, wounded, grieve and sieve,
Friend and fiend, alive and live.
Is your r correct in higher?
Keats asserts it rhymes Thalia.
Hugh, but hug, and hood, but hoot,
Buoyant, minute, but minute.
Say abscission with precision,
Now: position and transition;
Would it tally with my rhyme
If I mentioned paradigm?
Twopence, threepence, tease are easy,
But cease, crease, grease and greasy?
Cornice, nice, valise, revise,
Rabies, but lullabies.
Of such puzzling words as nauseous,
Rhyming well with cautious, tortious,
You'll envelop lists, I hope,
In a linen envelope.
Would you like some more? You'll have it!
Affidavit, David, davit.
To abjure, to perjure. Sheik
Does not sound like Czech but ache.
Liberty, library, heave and heaven,
Rachel, loch, moustache, eleven.
We say hallowed, but allowed,
People, leopard, towed but vowed.
Mark the difference, moreover,
Between mover, plover, Dover.
Leeches, breeches, wise, precise,
Chalice, but police and lice,
Camel, constable, unstable,
Principle, disciple, label.
Petal, penal, and canal,
Wait, surmise, plait, promise, pal,
Suit, suite, ruin. Circuit, conduit
Rhyme with "shirk it" and "beyond it",
But it is not hard to tell
Why it's pall, mall, but Pall Mall.
Muscle, muscular, gaol, iron,
Timber, climber, bullion, lion,
Worm and storm, chaise, chaos, chair,
Senator, spectator, mayor,
Ivy, privy, famous; clamour
Has the a of drachm and hammer.
Pussy, hussy and possess,
Desert, but desert, address.
Golf, wolf, countenance, lieutenants
Hoist in lieu of flags left pennants.
Courier, courtier, tomb, bomb, comb,
Cow, but Cowper, some and home.
"Solder, soldier! Blood is thicker",
Quoth he, "than liqueur or liquor",
Making, it is sad but true,
In bravado, much ado.
Stranger does not rhyme with anger,
Neither does devour with clangour.
Pilot, pivot, gaunt, but aunt,
Font, front, wont, want, grand and grant.
Arsenic, specific, scenic,
Relic, rhetoric, hygienic.
Gooseberry, goose, and close, but close,
Paradise, rise, rose, and dose.
Say inveigh, neigh, but inveigle,
Make the latter rhyme with eagle.
Mind! Meandering but mean,
Valentine and magazine.
And I bet you, dear, a penny,
You say mani-(fold) like many,
Which is wrong. Say rapier, pier,
Tier (one who ties), but tier.
Arch, archangel; pray, does erring
Rhyme with herring or with stirring?
Prison, bison, treasure trove,
Treason, hover, cover, cove,
Perseverance, severance. Ribald
Rhymes (but piebald doesn't) with nibbled.
Phaeton, paean, gnat, ghat, gnaw,
Lien, psychic, shone, bone, pshaw.
Don't be down, my own, but rough it,
And distinguish buffet, buffet;
Brood, stood, roof, rook, school, wool, boon,
Worcester, Boleyn, to impugn.
Say in sounds correct and sterling
Hearse, hear, hearken, year and yearling.
Evil, devil, mezzotint,
Mind the z! (A gentle hint.)
Now you need not pay attention
To such sounds as I don't mention,
Sounds like pores, pause, pours and paws,
Rhyming with the pronoun yours;
Nor are proper names included,
Though I often heard, as you did,
Funny rhymes to unicorn,
Yes, you know them, Vaughan and Strachan.
No, my maiden, coy and comely,
I don't want to speak of Cholmondeley.
No. Yet Froude compared with proud
Is no better than McLeod.
But mind trivial and vial,
Tripod, menial, denial,
Troll and trolley, realm and ream,
Schedule, mischief, schism, and scheme.
Argil, gill, Argyll, gill. Surely
May be made to rhyme with Raleigh,
But you're not supposed to say
Piquet rhymes with sobriquet.
Had this invalid invalid
Worthless documents? How pallid,
How uncouth he, couchant, looked,
When for Portsmouth I had booked!
Zeus, Thebes, Thales, Aphrodite,
Paramour, enamoured, flighty,
Episodes, antipodes,
Acquiesce, and obsequies.
Please don't monkey with the geyser,
Don't peel 'taters with my razor,
Rather say in accents pure:
Nature, stature and mature.
Pious, impious, limb, climb, glumly,
Worsted, worsted, crumbly, dumbly,
Conquer, conquest, vase, phase, fan,
Wan, sedan and artisan.
The th will surely trouble you
More than r, ch or w.
Say then these phonetic gems:
Thomas, thyme, Theresa, Thames.
Thompson, Chatham, Waltham, Streatham,
There are more but I forget 'em-
Wait! I've got it: Anthony,
Lighten your anxiety.
The archaic word albeit
Does not rhyme with eight-you see it;
With and forthwith, one has voice,
One has not, you make your choice.
Shoes, goes, does *. Now first say: finger;
Then say: singer, ginger, linger.
Real, zeal, mauve, gauze and gauge,
Marriage, foliage, mirage, age,
Hero, heron, query, very,
Parry, tarry fury, bury,
Dost, lost, post, and doth, cloth, loth,
Job, Job, blossom, bosom, oath.
Faugh, oppugnant, keen oppugners,
Bowing, bowing, banjo-tuners
Holm you know, but noes, canoes,
Puisne, truism, use, to use?
Though the difference seems little,
We say actual, but victual,
Seat, sweat, chaste, caste, Leigh, eight, height,
Put, nut, granite, and unite.
Reefer does not rhyme with deafer,
Feoffer does, and zephyr, heifer.
Dull, bull, Geoffrey, George, ate, late,
Hint, pint, senate, but sedate.
Gaelic, Arabic, pacific,
Science, conscience, scientific;
Tour, but our, dour, succour, four,
Gas, alas, and Arkansas.
Say manoeuvre, yacht and vomit,
Next omit, which differs from it
Bona fide, alibi
Gyrate, dowry and awry.
Sea, idea, guinea, area,
Psalm, Maria, but malaria.
Youth, south, southern, cleanse and clean,
Doctrine, turpentine, marine.
Compare alien with Italian,
Dandelion with battalion,
Rally with ally; yea, ye,
Eye, I, ay, aye, whey, key, quay!
Say aver, but ever, fever,
Neither, leisure, skein, receiver.
Never guess-it is not safe,
We say calves, valves, half, but Ralf.
Starry, granary, canary,
Crevice, but device, and eyrie,
Face, but preface, then grimace,
Phlegm, phlegmatic, ass, glass, bass.
Bass, large, target, gin, give, verging,
Ought, oust, joust, and scour, but scourging;
Ear, but earn; and ere and tear
Do not rhyme with here but heir.
Mind the o of off and often
Which may be pronounced as orphan,
With the sound of saw and sauce;
Also soft, lost, cloth and cross.
Pudding, puddle, putting. Putting?
Yes: at golf it rhymes with shutting.
Respite, spite, consent, resent.
Liable, but Parliament.
Seven is right, but so is even,
Hyphen, roughen, nephew, Stephen,
Monkey, donkey, clerk and jerk,
Asp, grasp, wasp, demesne, cork, work.
A of valour, vapid vapour,
S of news (compare newspaper),
G of gibbet, gibbon, gist,
I of antichrist and grist,
Differ like diverse and divers,
Rivers, strivers, shivers, fivers.
Once, but nonce, toll, doll, but roll,
Polish, Polish, poll and poll.
Pronunciation-think of Psyche!-
Is a paling, stout and spiky.
Won't it make you lose your wits
Writing groats and saying "grits"?
It's a dark abyss or tunnel
Strewn with stones like rowlock, gunwale,
Islington, and Isle of Wight,
Housewife, verdict and indict.
Don't you think so, reader, rather,
Saying lather, bather, father?
Finally, which rhymes with enough,
Though, through, bough, cough, hough, sough, tough??
Hiccough has the sound of sup...
My advice is: GIVE IT UP!