Молодой человек. Прошу прощения! (Усаживается на край окна.) Не подадите мне книгу?

Неизвестный художник. А? Что? Кончено, кончено. (Растеряно.)

Молодой человек. Не дурно пишите.

Неизвестный художник. Мазня… (Подает книгу, садится на раскладушку.)

Молодой человек.  (делает вид, что падает). Падаю! Падаю!

Неизвестный художник. (Подскакивает, бежит на помощь.)

Молодой человек. Шутка!

Неизвестный художник. Ну вас к чёрту!

Молодой человек. Что вы в самом деле, шуток не понимаете?

Неизвестный художник. И кто вы вообще такой?

Молодой человек. (Кивает на отбрасываемую тень.)

Тень поглаживает бороду, заполняя собой весь чердак, звериная, с аккуратными рожками, вытянутой мордой, хвостом и копытами, отделяется от своего хозяина расхаживает сама по себе рассматривает картины.

Неизвестный художник. (про себя). Чёрт!

Молодой человек. Прошу любить и жаловать.

Неизвестный художник. Наконец-то!!

Молодой человек. Нет больше сил наблюдать за вашим самобичеванием.

Неизвестный художник. Значит можно?

Молодой человек. Я бы даже сказал нужно.

Неизвестный художник. Да! Да! (Восторженно.) Нужно!

Молодой человек. И так, чтобы вам хотелось? (Поглаживает бороду.)

Неизвестный художник. Хочу стать великим! Всемирно известным!

Молодой человек. Это можно. (Улыбается.)

Неизвестный художник. Скажите, а вот, например, Айвазовский или…

Молодой человек. Не могу, конфиденциальная информация, ну, сами понимаете. (Подмигивает.)

Неизвестный художник. (про себя). Конечно продали, однозначно, продали, а как иначе?

Молодой человек. (улыбается, поглаживает бороду). Обожаю молодость.

Неизвестный художник. Что?

Молодой человек. Ой, что это я, вслух сказал? Говорю, восхищаюсь вашей страстью.

Неизвестный художник. Так как это делается?

Молодой человек. Очень просто, жмем руки и готово, мне душу, вам величие.

Художник взволновано ходит по комнате, перебирает про себя, имена, фамилии, представляет свои работы рядом с работами великих, нет, они лучше!

Неизвестный художник. Да! По рукам! (Протягивает руку гостю.)

Молодой человек. (Медлит.)

Неизвестный художник. Ну что же вы!

Молодой человек. Момент. (На одном из холстов появляется текст.)

“Я такой-то, желаю стать великим художником и в счет этого отдаю свою душу (сто процентов) …”

Неизвестный художник. Согласен! Согласен! (Трясет рукой.)

Молодой человек. Как скажите. (Жмут руки.) Вы позволите, я возьму вот эту?

Неизвестный художник. Конечно, берите, все что угодно! (Радостно.)

Молодой человек. Уже.

Тень все это время блуждающая по чердаку, берет одну из картин, возвращается к телу, прячет холст во внутренний карман пиджака.

Неизвестный художник. Благодарю!

Молодой человек. Ну что вы, не стоит. Прощайте.

Уходит, как пришел, идет по крыше, насвистывает веселую мелодию.

Буквы на холсте оживают.

“ятакой-то, желаю стать великим художником и в счет этого отдаю свою душу (сто процентов) договор вступает в силу посмертно”.

Неизвестный художник. Как? Как это посмертно?! Это ж столько ждать!? Плут! Лжец! Предатель! (Лезет в окно.) Стой! Стой кому сказал! Гад! (Скользит по крыше, срывается, падает.)

Собирается толпа.

- Какой кошмар!

- Да как же такое случилось?!

- Совсем ведь молодой!

- Кто ни будь знает, кто это?

- Да как же вы не знаете?! Это художник - Мазуров! (Поглаживает бороду.)

- Да-да! Слышал, Мазуров!

- Горе-то какое!

- Какой талант пропал!

По городу разносится новость о смерти художника Мазурова.

Александр Валентинович

Небольшая комната, практически белая, под потолком лампочка Ильича, окно заклеено газетами, на полу матрас, рядом с ним стопка книг, тумба в углу на ней книги, стол, заваленный книгами, кресло напротив стола, на нем раскрытая книга. Появляется все тот же молодой человек, черная мантия, черная футболка с принтом – Dreamer, широкие черные брюки, черные лоферы на босу ногу, очки, под мышкой книга, устраивается в кресле.

Александр Валентинович, мужчина тридцать семь лет, черные спортивные штаны, вытянутый свитер, шерстяные носки, лежит на кровати, смотрит в потолок.

Александр Валентинович. Снова вы?

Молодой человек. Снова я.

Александр Валентинович. Почитали?

Молодой человек. Да, хорошо написано, вы уж мне поверьте. А каких пять процентов, и вот вам уже вручают награду!

Александр Валентинович. Поверить вам? Какая глупость. (Показывает кукиш.)

Молодой человек. Злой вы человек Александр Валентинович!

Александр Валентинович. Какой есть. Кофе будите?

Молодой человек. Было бы замечательно.

Александр Валентинович. Момент. (Удаляется.)

Возвращается с кофе, подвигает книги на тумбочке ставит чашку гостю.

Молодой человек. Благодарю.

Александр Валентинович. Не за что.

Молодой человек. У меня для вас подарок. (Достает картину.)

На ней изображен молодой мужчина, прижавшийся к двери, бледное его лицо охвачено страхом, комнаты за его спиной, выполнены в красном.

Александр Валентинович. Раскольников?

Молодой человек. Не сомневался в вас.

Александр Валентинович. Интересная идея с красным.

Молодой человек. И мне так показалось.

Александр Валентинович. А это вот. (Показывает пальцем.)

На картине в углу сидит уже известная нам звероподобная тень и наблюдает за происходящим.

Молодой человек. Я, ага.

Александр Валентинович. Куда ж в таком деле без вас.

Молодой человек. Не наговаривайте, я только наблюдал.

Александр Валентинович. И ведь всегда так, да?

Молодой человек. Как?

Александр Валентинович. Вы только наблюдали, теперь вот я наблюдаю и вроде никто не причастен.

Молодой человек. Конечно не причастен, я что ли прости (оглядывается) гос…

Получает подзатыльник такой силы, что дорогие его очки слетают и разбиваются, голова почти касается пола и он какое-то время не может прийти в себя.

Александр Валентинович. (Смеется.)

Молодой человек. Ничего смешного! Риск дело благородное! (Трет затылок.)

Александр Валентинович. Ой не могу! (Продолжает смеяться, удалятся.)

Молодой человек. В общем я хотел сказать, что не я ему топор-то вручил.

Александр Валентинович. (возвращается). Приложите вот. А то шишка будет.

Молодой человек. (берет замороженное мясо, прикладывает к голове). Вот так хорошо, да. Точно будет.

Александр Валентинович. Ваши очки. (Подает сломанные очки, смеется.)

Молодой человек. Рад, что удалось вас позабавить! Да выбросите их! (Достает из кармана новые.)

Александр Валентинович. Ну уж нет. Оставлю на память. (Улыбается.)

Молодой человек. Так что там насчет топора-то, ваша-то в чем причастность?

Александр Валентинович. Ну как же, разве мы как общество, не несем ответственность за тех, кто снами бок о бок? Несем конечно.

Молодой человек. (поглаживает бороду). Откуда ж вам знать, что, например, у соседа вашего в голове.

Александр Валентинович. А разве что у нас в голове, не проявляет себя в жизни, проявляет, выходит, что невнимательность наша, безразличие, практически - соучастие.

Молодой человек. Очень, интересно, вот вы напишите об этом, а за каких-то три процента, я позабочусь что б вас читали во всем мире.

Александр Валентинович. Ой, идите к черту.

Оба заливаются смехом.

Молодой человек. Еще кофе?

Александр Валентинович. Было бы не плохо.

Теперь уже гость удаляется.

Александр Валентинович. Чувствуйте себя как дома.

Молодой человек. (Приносит кофе.)

Александр Валентинович. А чья-картина-то?

Молодой человек. Совсем вы одичали Александр Валентинович, сидите тут, как в чулане. Мазуров - вот-вот прогремит! (Улыбается.)

Александр Валентинович. Ничего не одичал и компания у меня прекрасная. (Указывает на книги.)

Молодой человек. Тоже мне компания - некрополь, какой-то.

Александр Валентинович. Ну все, прекратите зудеть!

Молодой человек. Прекращаю. Давайте к делу.

Александр Валентинович. Нет у меня с вами никаких дел.

Молодой человек. Ну вот скажите, разве вы не хотите, что б вот эта ваша пьеса (трясет книгой) во всех театрах страны.

Александр Валентинович. Какой ценой!

Молодой человек. Пустячной, исключительно для вас, в два процента.

Александр Валентинович. Нет.

Молодой человек. Один, один процент, это не предложение - подарок!

Александр Валентинович. (Показывает кукиш.)

Молодой человек. (тяжело вздыхает). Вот и будите всю жизнь в стол писать!

Александр Валентинович. Вот и буду. Знаете, бабушка моя, не легкой судьбы человек, ни за что бы не согласилась.

Молодой человек. Откуда ж вам знать?

Александр Валентинович. Знаю и все.

Молодой человек. А как вашу бабушку по имени отчеству?

Александр Валентинович. Каратаева Тамара Кон…

Молодой человек. Константиновна. Как это я, не углядел то, сходство ведь на лицо. Заработался видимо, глаз замылился совсем.

Александр Валентинович. Знакомы?

Молодой человек. А то! Гоняет меня веником, сколько себя помню.

Александр Валентинович. Она может, да.

Оба смеются.

Молодой человек. Может.

Александр Валентинович. Отдохнуть вам надо.

Молодой человек. Надо. Меня собственно ждут, в Милане. Откланиваюсь. (Уходит в темноту угла.)

Александр Валентинович. Постойте!

Молодой человек. Да-да? (Появляется из другого угла.)

Александр Валентинович. У меня для вас тоже подарок. Совсем забыл. (достает коробку) с ароматом кожи, вам понравится.

Молодой человек. Ну, что вы, разглядывает коробку. Дорого ведь.

Александр Валентинович. Берите, берите, для вас даром! (Улыбается.)

Молодой человек. Не знаю, что и сказать.

Александр Валентинович. Ничего не надо, идите уже. (Перебирает книги, выбирает, что почитать.)

Молодой человек. До встречи!

Занавес

Эпилог

Где-то в Милане, летнее кафе, за столиком сидит наш знакомый, белая льняная рубашка, легкая шляпа, черные брюки, мокасины, солнцезащитные очки сине - белая оправа, читает газету, обращается к зрителю.

Молодой человек. Новости, нет ничего лучше новостей, не правда ли? Особенно плохих, о да, плохие, лучше всего. Вот, например - “Скандал в столице, советник юстиции, сошел с ума, утверждает, что продал чёрту пятьдесят процентов души, чтобы в Отчизне порядок навести” прекрасный парадокс, не находите? Пишут, что случай его войдет в учебники по психиатрии, уж очень запутанный, лучшие специалисты “зубы пообломали”. Хорошие тоже есть, без хороших то, плохие, совсем были бы не те. На восьмой странице (листает) вот – “В храме под Петербургом, замироточила икона божьей матери” чудо не иначе. Даже вот фото есть, гляньте (показывает) на фотографии, в маленькой часовенки, икона Божьей Матери, а это вот, гляньте, не Тамара ли Константина в платочке, свечу то ставит, — она. Вот еще одна, (листает) где-же, очень плохая… (Бросает газету, встает.)

Молодой человек. Девушка! Девушка! (Протяжно.)

Мария Петровна не сбавляет шагу, делает вид, что не услышала.

Молодой человек. Я прошу прощения. (Догоняет.)

Мария Петровна. Боже мой! Это вы!

Молодой человек. (вздрагивает). Я, Мария Петровна.

Мария Петровна. Какая встреча!

Молодой человек. Вы просто ослепительны! (Прикрывает глаза.)

Мария Петровна действительно сногсшибательно выглядит, то самое платье цвета морской волны, не только подчеркивает фигуру, но оставляет место для фантазии, улица в след ей шепчет - “Bella - Bella ciao”

Мария Петровна. (кокетливо). Ой, ну вас!

Молодой человек. (берет ее под руку, удаляются по улице). А хотите…

Мария Петровна. (перебивает). Конечно хочу! (Смеется.)

Молодой человек. Звезду с неба, ей самое место на вашей груди.

Мария Петровна. Хочу! Хочу!

Молодой человек. Для вас, все что угодно. (Улыбается.)

Мария Петровна. А взамен?

Молодой человек. Сущий пустячок. (Через плечо подмигивает зрителю.)

Занавес

КОНЕЦ

Молодой человек. Я и не курю, как видите, что не спокойно нынче у нас? (Указывает на газету.)

Константин Петрович. Откуда ж тогда так дымом напахнуло?

Молодой человек. Представления не имею. (Улыбается.) Так что там?

Константин Петрович. Ой, да глаза б мои не видели!

Молодой человек. Порядка не хватает, был бы порядок.

Константин Петрович. Вот-вот и я о том же…

Молодой человек. Подумали, ага. Могу посодействовать.

Константин Петрович. Так что же Вы?

Молодой человек. Константин Петрович, себя то не обманывайте.

Константин Петрович. (про себя). Значит дьявол!

Молодой человек. Ну что вы, (разглядывает ухоженные пальцы) нет, я вот как вы – винтик. У выше упомянутых, другие заботы, эпидемии, войны, наводнения (улыбается, глаза вспыхивают огнем), масштаб так сказать другой.

Константин Петрович. (прикладывает ладонь ко лбу). Как жарко! Вам не жарко?

Молодой человек. Нисколько. (Подает бутылку прохладной воды.) Ну что вы смотрите, это просто вода, берите, берите.

Константин Петрович. Даром?

Молодой человек. Совершенно.

Константин Петрович. (пьет). Вот чисто гипотетически, чем вы можете мне помочь?

Молодой человек. Ну а чего вы хотите?

Константин Петрович. Порядок навести! А это власть нужна, это…

Молодой человек. Генеральным, то есть, ну в принципе (потирает бороду) можно.

Константин Петрович. А взамен? (Про себя.) Душу!

Молодой человек. Ну, не прям всю, скажем тридцать пять процентов и так сказать “карты в руки”.

Константин Петрович. И как я буду-то без тридцати пяти процентов?

Молодой человек. Прекрасно будите, что вам, для порядка шестьдесят пять процентов не хватит что ли?

Константин Петрович. Не знаю, ой не, знаю. Жарко. (Допивает воду.)

Молодой человек. (подает новую бутылку). Пейте, ну, а высшая то цель есть у вас?

Константин Петрович. Отчизну спасти! След в истории оставить!

Молодой человек. О как! Высоко замахнулись. Ну положим и это можно, за еще пятнадцать процентов и того пятьдесят процентов?

Константин Петрович. Пятьдесят? Помилуйте, это ж половина! Да, как же, я с половиной-то…

Молодой человек. Ну, что мы с вами, прости (оглядывается) господи, ради спасения отчизны, из-за каких-то пятнадцати процентов будем спорить? Это, не говоря уже про след в истории. Не серьезно.

Константин Петрович. Не знаю, это ж… (Мешкается.)

Молодой человек. Решайтесь! Вы в конце концов, не один об отчизне страдаете. Вам предлагаю исключительно потому что вы человек порядочный. Протягивает руку.

Константин Петрович. Согласен. (Не уверенно.)

Молодой человек. Прекрасно. (Жмут руки.)

Константин Петрович. Стоп! Стоп! А договор?

Молодой человек. Вспомнили? А ведь юрист по образованию, в течении тридцати календарных дней получите, у нас тоже знаете - бюрократия. (Хохочет, растворятся в дымке.)

Константин Петрович. Хватается за голову, да как же это я, Господи прости! (Крестится.)

Мария Петровна

Известная нам дама, высокая блондинка с шикарной фигурой, спортивная, белая юбка, бежевая блузка, крем-брюле сумочка, прогуливается по ЦУМу, выбирает сумочку.

Молодой человек. Прошу прощения, Мария Петровна, здравствуйте.

Мария Петровна. Здравствуйте, мы знакомы?

Молодой человек. Знаю вашего мужа и конечно о вас наслышан.

Мария Петровна. (Улыбается.)

Молодой человек. Вы мне не поможете подобрать костюм, у вас отличный вкус, трудно не заметить.

Мария Петровна. (Осматривает молодого человека с ног до головы.)

Видавшая виды футболка, штаны с вытянутыми коленками, книжка, часы, очень-очень дорогие часы.

Мария Петровна. Помогу кончено, от чего не помочь.

Молодой человек. Замечательно, а то я, видите сами.

Мария Петровна. Незатейливо, я бы сказала.

Молодой человек. Правду говорят “вежливость оружие королей”. (Слегка кланяется.)

Мария Петровна. (Улыбается.)

Молодой человек. Замечательно, сидит, замечательно, меня и не узнать! (Поглаживает бороду.)

Мария Петровна. Да на вас, что не одень все в пору! Магия какая-то!

Молодой человек. Все вы, Мария Петровна, все вы!

Итальянский костюм сидит на молодом человеке, как влитой. Красивый, молодой, не оторвать глаз, кажется даже стал чуть выше и стройней.

Мария Петровна. Ну, что, вы, я только слегка направила вас.

Молодой человек. Как мне вас благодарит? Вот эта ведь вам сумочка приглянулась?

Мария Петровна. Нет, нет, нет, что вы!

Молодой человек. Отказы не принимаются! Отужинаете со мной! Тут не дурной ресторан.

Мария Петровна. Теперь уже я не знаю, как вас благодарить! Конечно!

Ужинают.

Молодой человек. Мария Петровна, о чем задумались?

Мария Петровна. Да я…

Молодой человек. (перебивает). Позвольте угадать!

Мария Петровна. (улыбается). А угадайте!

Молодой человек. Об отпуске!

Мария Петровна. Ах! В точку! Именно об отпуске. (Кокетливо смеется.)

Молодой человек. Представляю вас, где-нибудь в Милане, в легком платье, цвета морской волны, мужчины сворачивают шеи, женщины сгорают от зависти!

Мария Петровна. Ах! Ну вас! Льстец!

Молодой человек. Ну, что вы, чистая правда, с вас бы картины писать!

Мария Петровна. (Улыбается.)

Молодой человек. А как там Иван Павлович?

Мария Петровна. Да как, вы меня простите, сидит - сиднем!

Молодой человек. Я слышал он на хорошем счету у начальства.

Мария Петровна. Да, что толку, от того – “хорошего счета”.

Молодой человек.  И то верно, вам бы в политику, ловко вы со словом управляетесь.

Мария Петровна. (улыбается). Да бросьте, в политику, скука, грязь.

Молодой человек.  Я если честно, не просто так к вам подошел.

Мария Петровна. А то я не поняла, но уж больно вы затейливый.

Молодой человек. Не сомневался в вашей проницательности. (Поглаживает бороду.)

Мария Петровна. Так что у вас?

Молодой человек. Очень вы мне понравились, очень мне хочется, что бы желания ваши исполнились, вот скажем желали бы, что бы Иван Павлович повышение получил?

Мария Петровна. Предположим, вам с этого какой прок?

Молодой человек. Мне - то? Пустячок, двадцать процентов вашей души. (Улыбается.)

Мария Петровна. (смеется). Всего-то? А чего не пятьдесят? Ой рассмешили вы меня!

Молодой человек. А еще за десять, отпуск мечты в Милане! И молодой любовник ровно на время отпуска.

Мария Петровна. (смеется). А почему бы и нет? Вот такой, как вы!

Молодой человек. Ох, вы и лисица Мария Петровна, и кто же льстец? Умаслили вы меня, семь процентов за отпуск мечты и шопинг! И того двадцать семь процентов.

Мария Петровна. (смеется). Беру! Беру! Где подписать?

На столе из ниоткуда появляется бумага.

“Я Вальцова Мария Петровна, в уплату за повышение моего мужа Вальцова Ивана Павловича, и своего отпуска в Милане, в пятизвездочном отлете, включающим в себя шопинг, (сумма), и молодого любовника - красавца, отдаю двадцать семь процентов своей души.

*сумма оплаты может быть изменена при включении дополнительных опций.”

Молодой человек. Вас все устраивает?

Мария Петровна. (внимательно читает). Так, а что тут у вас мелким шрифтом.

Молодой человек. Вдруг вы захотите, что-то добавить, все что угодно, не сдерживайте себя!

Мария Петровна. Ах, все что угодно, как сладко звучит, да не от тяжести рвётся сума.

Молодой человек. Красивая, умная, мудрая - мечта.

Мария Петровна. Скажите тоже. (Кокетливо.)

Молодой человек. Ну что договорились? (Протягивает руку.)

Мария Петровна. (снова читает). Тут не слова о детях. Хочу, чтобы у них был незабываемый отпуск.

Молодой человек. Вы святая, Мария Петровна, святая! Перекрестился бы, но сами понимаете… (Улыбается.)

Мария Петровна. И давайте все-таки обсудим сумму, скажем, пять миллионов?

Молодой человек. Берите семь, два лично от меня.

Мария Петровна. Ах - благодарю! (Смеется.) Семь, так семь!

Текст меняется, вносятся корректировки.

“Я Вальцова Мария Петровна, в уплату за повышение моего мужа Вальцова Ивана Павловича, и незабываемого отпуска в Милане для меня и моих детей, в пятизвездочном отлете, включающим в себя шопинг, (семь миллионов рублей), и молодого любовника - красавца, отдаю двадцать семь процентов своей души.

*сумма оплаты может быть изменена при включении дополнительных опций.”

Молодой человек. Ну, идет?

Мария Петровна. Идет. (Смеется.)

Жмут руки.

Продолжают ужинать, как ни в чем не бывало.

Казус на работе

Семеныч и Иваныч

Два мужика, одеты кто во что, оба за сорок, на Семеныче водолазка, домашние тапочки в клетку, брюки, Иваныч, майка - афганка, старенькие трико, босые ноги, пьют на крохотной кухне, по всей видимости уже не первый день.

Семеныч. Слушай, Иваныч, скажи, а вот ты бы душу продал?

Иваныч. Думать надо.

Появляется уже знакомый нам молодой человек, одет по-простому, никаких блестящих “цацек”, берет табурет кладет на него газетку (со стола), присаживается.

Молодой человек. Позвольте.

Иваныч. Семеныч, глянь на него, рога то, рога то, торчат!

Семеныч. (хохочет, разливает бутылку). По последней.

Молодой человек. (Проверяет рога, вроде не торчат.)

Хохочут, закуривают.

Молодой человек. Ну так что, Антон Иванович, насчет души то?

Иваныч. А чего? Сказал же, думать надо.

Семеныч. (толкает в плечо). Чего пристал к человеку, сказали тебе думать надо!

Молодой человек. Ну так, а что мешает?

Семеныч. (Берет бутылку, показывает, что пустая.)

Молодой человек. Так это разве вопрос, достает из пиджака бутылку ставит на стол.

Семеныч. И чего мы с тобой надумаем, с бутылки-то?

Иваныч. Нет ты глянь, на него, а ведь серьезным человеком показался. (Хохочет.)

Молодой человек. Так… (Замешкался.) Объясните.

Семеныч. Ну ты вот, о русской душе собраться думать, да?

Молодой человек. Да.

Семеныч. Ну, так, тут без ящика-то, и начинать не стоит.

Иваныч. (толкают в плечо с другой стороны). Ты давно работаешь-то, а? Мохнатый!

Хохочут.

Молодой человек. Ящик, так, ящик, согласен. Разговор не шуточный.

Появляется ящик водки.

Иваныч. Вот! Ну! Другое дело Семеныч?

Семеныч. Ну, похоже, похоже, уже на дело.

Молодой человек. Как похоже?

Семеныч. Ну ты че мохнатый, не русский что ли?! (Толкает в бок.) Кто без закуски-то пьет?!

Иваныч. Да об чем с ним говорить, вообще?!

Молодой человек. Гос… Мужики, виноват, момент.

На столе появляется закуска, рыбка, овощи, все в масть.

Семеныч. Вот! (Протяжно.) Вот! Наливай Иваныч!

Наливают, гостю тоже.

Молодой человек. Нет, нет. Я на работе.

Семеныч. Так, ты хочешь о душе думать или нет?

Молодой человек. Хочу.

Семеныч. Ну вот и пей.

Все выпивают, наливают еще.

Иваныч. Ой, хорошо пошла, ты закусывай, закусывай! (Дают закусит.)

Семеныч. Бери, бери, лучок зеленый.

Молодой человек. (Закусывает.)

Иваныч. (хохочет). Семеныч, глянь, ну чисто козел тещи моей - Бонапарт!

Хохочут.

Семеныч. Ну, что ты, скуксился-то, (хлопает по плечу) шутка, это шутка, пей давай!

Наливают еще.

Молодой человек. Так что насчет души я бы… (Пытается вынуть договор из пиджака.)

Семеныч. Погоди ты! Только сели, и сразу к делу, кто так делает, а?

Иваныч. Бонапарты разве что всякие!

Хохочут, наливают еще.

Семеныч. Ну ладно, ладно, что там у тебя, показывай.

Молодой человек. (Достает договор, кладёт на стол.)

Иваныч. О как! Серьезно. Начинают чистить на него рыбу.

Молодой человек. Ну, это ж договор!

Иваныч. А кто газету сдернул себе под хвост? А? (Дергает за газету.) Кто?

Семеныч. (Дергает за хвост.)

Молодой человек. Ну, что, ну, я… (Ерзает на табурете, пытается встать.)

Иваныч. Да сиди ты!

Наливают еще, выпивают.

Семеныч. Пей, пей давай, что на нее смотреть-то.

Молодой человек. (Пьет, берет рыбу, закусывает.)

Иваныч. Ну вот, вот, хорошо пошла, а?

Молодой человек. Хорошо!

Семеныч. (протягивают ему папиросу). Кури!

Молодой человек. (Закуривает, пьет.)

Семеныч. Ну вот, вот! На человека стал похож, Иваныч, глянь, скажи, похож?

Иваныч. Без пол литра не разглядеть. Наливай.

Хохочут.

Иваныч. Семеныч, доставай гитару!

Семеныч. (Удаляется.)

Молодой человек. Может быть - ик, мы уже насчет души?

Иваныч. Так, а я, о чем? Ты не трынди, посиди послушай.

Семеныч. (Возвращается с гитарой, начинает петь.)

“В сон мне — жёлтые огни…”

Заканчивают хором, плачут, пьют.

“Эх, раз, да ещё раз.

Да ещё много, много, много, много раз,

Да ещё раз…

Всё не так, ребята!”

Иваныч. Ну, скажи - хорошо, рогатый?

Молодой человек. Хорошо. (Утирает слезу, закуривает, пьет.)

Иваныч. Ну понял?

Молодой человек. Понял!

Семеныч. Слышал его Иваныч, понял он. Что ты понял, пей давай…

Хохочут.

Молодой человек. вот, ик, вы, ик, сеетесь, а я, я однажды целую душу, всег за, ик. (Косится на стуле, падает.)

Иваныч. Лови, лови его Семеныч!

Семеныч. Ну, брат, дал ты маху. (Укладывает на диван.)

Иваныч. Ты укрой его там, продует!

Семеныч. (Укрывает.)

Иваныч. Совсем пить не умеет! Наливай еще.

Семеныч. А, чего ты хотел? Зеленый еще совсем.

Иваныч. Слушай, Семеныч, скажи, а вот ты бы душу продал?

Семеныч. Думать надо.

Наливают, пьют, Семеныч тихонько играет, поют шепотом.

Ч.3 - Чёртова работа, а за что ты полпроцентика отломишь?(ч.3)

Молодой человек. Добрый день, присяду? (Присаживается, не дожидаясь ответа.)

Иван Павлович. А вы?

Молодой человек. Да-да, именно.

Иван Павлович. Что ж, вы мысли читаете?

Молодой человек. Не без этого. К делу?

Иван Павлович. К какому еще делу? Это я так, с горяча. Что б душу за отпуск - вздор.

Молодой человек. Ну почему же сразу душу, мы ведь деловые люди, за отпуск положим пять процентов.

Иван Павлович. (удивленно). Как это пять процентов?!

Молодой человек. Ну так, за Милан, шопинг, отель пять звезд, всего пять процентов души.

Иван Павлович. Так, а в чем подвох?

Молодой человек. Никакого подвоха, (Кладет бумагу на стол.) все черным по-белому, смотрите сами.

“Я Вальцов Иван Павлович, в уплату отпуска своей жены в Милане, в пятизвездочном отлете, включающим в себя шопинг, (сумма), отдаю пять процентов своей души.

*сумма оплаты может быть изменена при включении дополнительных опций.”

Иван Павлович. Так, так, а что это еще за дополнительные опции??

Молодой человек. Ну, например, сумма, согласитесь, шопинг шопингу рознь, а Мария Петровна, может и разгуляться, не мне вам говорить.

Иван Павлович. Может, согласен, а что с моей душой?

Молодой человек. А что с ней станется, девяносто пять процентов ваши, мало что ли?

Иван Павлович. Не знаю, мало?

Молодой человек. Это не ко мне, не моя компетенция.

Иван Павлович. Интересно, надо подумать.

Молодой человек. А чего тут думать, ну хотите, специально для вас, за еще каких то, два процента, повышение и любовницу - красавицу, ровно на время отсутствия вашей жены?

Иван Павлович. Что именно? Повышение или любовница?

Молодой человек. Как вам будет угодно. (Улыбается.)

Иван Павлович. За еще два процента?

Молодой человек. Всего-то, и того семь, по рукам? (Протягивает руку, ухоженная с перстнем, на безымянном пальце.)

Иван Павлович. Погодите, погодите, давайте еще раз. Семь процентов, моей души, за повышение - навсегда, отпуск жены в Милане, шопинг, отель…

Молодой человек. Пятизвездочный, да.

Иван Павлович. Любовница - красавица, на время отсутствия мой жены, так?

Молодой человек. Навсегда, это вы дали маху, повышение вам будет гарантировано, а там уже от вас будет зависеть, мало ли, что вы решите учудить, таких гарантий вам даже (показывает пальцем вверх) не дадут. А в прочем - все так.

Текст на листке все это время пишется и исправляется сам собой.

Иван Павлович. Жмем руки и готово?

Молодой человек. Все так. (Поглаживает бороду.)

Иван Павлович. Ну, идет. (Одергивает руку.) Стоп!

Молодой человек. Что-то еще?

Иван Павлович. Надо сумму шопинга обсудить. Надеялись, что забыл?

Молодой человек. Ну что вы, давайте обсудим, сколько вы хотите?

Иван Павлович. Ну. (Задумался.)

Молодой человек. Пять миллионов - не дурно, приличная сумма, вполне, добавлю еще два от себя и того семь, семь миллионов рублей.

Иван Павлович. А как вы? Ах, да.

Молодой человек. По рукам?

Иван Павлович. По рукам!

Жмут руки.

На листе появляется печать и подписи.

Молодой человек. Готово, приятно было иметь с вами дело. (Забирает договор.)

Иван Павлович. Прощайте!

Молодой человек. До встречи! Это к вам. (Исчезает.)

К столу подходит молодая девушка, рыжая, красивая, одним словом – мечта.

Девушка-красавица. Я прошу прощения, вы меня не выручите, не могу счет оплатить, сел телефон, а карточка не с собой, а мне надо срочно бежать. Я вам сегодня же верну, только заряжу телефон.

Иван Павлович. Да-да, конечно, давайте, ничего не надо возвращать.

Девушка-красавица. Спасибочки! Вы мой герой, тогда с меня ужин! Записывайте телефон!

Иван Павлович. Быстро…

Девушка-красавица. Что?

Иван Павлович. Ничего, ничего, это я о своем, записал.

Девушка-красавица. Звоните в любое время! До вечера! (Убегает.)

Вечером тоже же дня. Кабинет Ивана Павловича, говорит с женой по телефону.

Иван Павлович. Да, любовь моя, выбирай, Милан-Милан, и шопинг, пять звезд, да. В разумных пределах, любимая! Ну допустим (чуть шепотом) семь.

В кабинет входит мужчина.

Иван Павлович. Перезвоню, работа.

Жена. Люблю тебя дорогой!

Иван Павлович. (Кладет трубку.)

Иван Павлович. Здравствуйте, вы по какому вопросу?

Мужчина. Здравствуйте, я к вам от (неразборчиво). Нам бы магазин построить по адресу (протягивает бумажку) сказали, нужно разрешение.

Иван Павлович. (смотрит бумажку). Семерка с шестью нулями.

Мужчина. Ну так что поможете?

Иван Павлович. Помогу, конечно, отчего же не помочь.

Мужчина. Вот и прекрасно! Спасибо!

Иван Павлович. Разрешение будет через неделю.

Мужчина. Отлично, через неделю – хорошо. Не буду больше вас отвлекать, всего доброго!

Иван Павлович. До свидания!

Раздается звонок, рабочий телефон.

Иван Павлович. Здравствуй, Сергеич. С чем? Да что ты? Неожиданно. Конечно, конечно проставлюсь!

Звонок на мобильный, жена.

Иван Павлович. Извини, Сергеич, жена звонит, спасибо за хорошие новости! Твоими молитвами.

Прощаются.

Иван Павлович. Да дорогая? А у меня еще хорошие новости, как это не можешь на детей билеты купить? Подожди, подожди…

На подоконнике появляется знакомый уже молодой человек.

Иван Павлович. Перезвоню! (Кладет трубку.) Что это еще за фокусы?!

Молодой человек. Какие еще фокусы?

Иван Павлович. А то ты не знаешь?!

Молодой человек. Знаю конечно, но причем тут фокусы.

Иван Павлович. У нас договор!

Молодой человек. Все верно, на столе появляется бумага.

“Я Вальцов Иван Павлович, в уплату за повышение, и любовницу - красавицу (буквально мечту) на срок отсутствия супруги - Вальцовой Марии Павловны, и ее(супруги) отпуска в Милане, в пятизвездочном отлете, включающим в себя шопинг, (семь миллионов рублей), отдаю семь процентов своей души.

*сумма оплаты может быть изменена при включении дополнительных опций.”

Молодой человек. И ни слова про детей, все ровно по договору.

Иван Павлович. Да как же она без детей то поедет?

Молодой человек. Ну не я же согласитесь, прости (оглядывается) господи, должен был подумать о ваших детях?

Иван Павлович. Ну, согласен, не вы…

Молодой человек. В остальном всем довольны?

СМС “Жду на ужин мой рыцарь!” и пропущенный от жены.

Иван Павлович. Да, что б их…

Молодой человек. Можно, считай даром.

Иван Павлович. Нет, нет! Это я так.

Молодой человек. Как скажете. Так, ну что, вы решили с детьми?

Иван Павлович. Что тут решать?! Без детей, как она поедет…

Молодой человек. Исключительно, ради нашей дружбы, (поглаживает бороду) и личной моей к вам симпатии, еще три процента, и по рукам.

СМС “Фотография женских ножек” и пропущенный от жены.

Молодой человек. Может все-таки помочь?

Иван Павлович. Нет! Хватит! Все! Три процента и все!

Молодой человек. Конечно, конечно, поберегите нервы. (Улыбается.)

В договор вносятся поправки.

Иван Павлович. И пусть бизнес-классом летят!

Молодой человек. Быстро у вас аппетит растет Иван Павлович, ну да понравились вы мне, пускай бизнес-классом. Итого десять процентов.

Жмут руки. Молодой человек выходит в окно. Иван Павлович крестится.

СМС “Пикантное фото” и звонок жены, еще фото.

Иван Павлович. Да откуда у нее мой-то телефон?!

Тамара Константиновна(эпизод)

Тот же день, в одном из домов весело спускается по лестнице знакомый нам уже молодой человек, черный приталенный костюм, черная рубашка, золотые запонки, золотые часы, черные солнцезащитные очки, белые кеды, перепрыгивая через две - три ступени, встречает Тамару Константиновну, крепкую старушку с прямой спиной, на голове повязан серенький платочек, одетую во все старенькое, поношенное, но чистое и ухоженное, подметающую лестничную площадку.

Молодой человек. Здравствуйте! Тамара Константинова, как вы? Может помочь чем?

Тамара Константинова. Опять ты? А ну прочь! Пошел, пошел! (Погоняет веником.) Повадился! (Крестится.)

Молодой человек. Все, все, убежал! (Улыбается.)

Тамара Константинова. Натряс мне тут! (Подметает сажу.)

Оказавшись в “безопасности” уже известный нам молодой человек, обращается к зрителю. (Поглаживая бороду.)

Молодой человек. Блокадница, до сих пор, если что загремит, голову руками прикрывает. Девяносто шестой год пошел, святая женщина! И как я к ней только не подступался, с самого сорок первого года, даже полпроцентика не уступила! И чего я только не предлагал, право слово, я в какой-то момент, радоваться стал ее “нет”, можете поверить? Другие, совсем другие, были люди… (Исчезает.)

Ч.2 - https://pikabu.ru/story/chyortova_rabota_a_za_chto_tyi_polprotsentika_otlomish_13655897?utm_source=linkshare&utm_medium=sharing

Если зайдет, отдам остальное, ругается на количество блоков.