Как часто при просмотре очередной новости у тебя возникает мысль: "Да насрать. Главное, что не у меня"? Или ты знаешь о проблеме, но нарочно отворачиваешься, потому что "она меня не касается"? Или просто говоришь: "мне всё равно"?

Почему человек, который так любит трепаться о человечности, сам стал таким холодным, отстранённым и равнодушным?

Хочешь сказать, что эта статья про кого угодно, но только не про тебя? Конечно. Очень удобно так думать. Только вот ты, я, он, она - все мы часть того мира, в котором живём. И если вокруг растёт гниль, а мы молчим, проходим мимо или ограничиваемся вздохом, то мы не наблюдатели. Мы участники.

Равнодушие давно стало не частной чертой отдельных людей, а массовой проблемой всего человечества. И это видно не по опросам, а по последствиям.

Посмотри хотя бы на самые банальные вещи: коррупция, деградация культуры, разрушение образования. Ты правда думаешь, что коррупция держится на одном чиновнике? Или даже на группе чиновников? Ты правда думаешь, что культура и образование сгнили за одну ночь, пока все "не успели понять, что происходит"?

А почему усиливается цензура? Почему кругом льётся ложь? Почему общественная гниль всё чаще вылезает наружу? Само собой?

Нет. Просто мы сидим на жопе ровно. Терпим. Хаваем. Делаем вид, что не замечаем. Убеждаем себя, что нас это не тронет и как-нибудь проживём. Нашим равнодушием пользуются, а проблемы растут просто потому, что большинству слишком тяжело даже пошевелиться.

И самое мерзкое в том, что сегодня нам доступна почти любая информация. Мы знаем о войнах, терактах, бедности, катастрофах, лжи, насилии. Но даже это перестало нас по-настоящему пробивать. Теракт - очередная новость. Смерть - статистика. Бедность - фон. Катастрофа - повод на секунду нахмуриться.

А потом максимум, на что хватает нашей "реакции", - это грустный смайлик, раздражённый комментарий и обязательное: "куда катится мир?"

Что уж говорить о частных проблемах, если нам по-барабану даже на общие? В лучшем случае наш мир заканчивается кругом своих. Всё, что за его пределами, слишком легко превращается в "чужую проблему". Мы живём по принципу: "моя хата с краю - ничего не знаю". Но как только к нам самим поворачиваются спиной, мы тут же начинаем читать морали, обижаться и требовать участия. Типичное лицемерие.

Равнодушие к проблеме - это не позиция нейтралитета. Это форма участия. Потому что пока одни творят беспредел, а другие молча проходят мимо, всякое дерьмо становится нормой и "неотъемлемой частью жизни". А потом нам начинают рассказывать, что идеального мира не бывает. Поверь, скоро точно так же будут говорить, что и нормального мира не бывает. А заодно объяснять, что ты слишком много хочешь.

Нам удобно равнодушие. Потому что оно позволяет не думать лишний раз. Не влезать. Не рисковать. Не брать на себя ответственность. Жить только ради собственного удобства, комфорта и безопасности. И ради этого люди готовы отказаться даже от собственного мнения. Лишь бы не прилагать усилий. Лишь бы не сталкиваться с конфликтом. Лишь бы и дальше делать вид, что всё нормально.

Но именно здесь и начинается самообман. Ты правда думаешь, что если будешь молчать, то проблемы обойдут тебя стороной? Ха. Рано или поздно они всё равно постучатся и в твою дверь. Может не сразу. Может позже. Но постучатся.

И в конечном счёте ты уже не будешь говорить, что это тебя не касается. Ты будешь ныть, возмущаться, требовать, искать виноватых.

Ты сам, возможно, сознательно не поддерживаешь проблему. Но твоё равнодушие делает это за тебя.

Ни одна большая проблема не смогла бы так разрастись, если бы люди действительно давили её в зародыше. Но пока большинство молчит, терпит, отворачивается и живёт по принципу "меня не касается", побеждает именно дрянь.

Возьмём хотя бы те же массовые отключения интернета и блокировки популярных интернет-площадок. Нам снова рассказывают сказку про "безопасность". Все всё понимают. Все видят, что это чушь. Все возмущаются. Интернет забит злостью, сарказмом, нытьём, жалобами.

И что дальше?

Ничего.

Вот в этом и есть современный пофигизм в его самой удобной форме: человек не молчит - он имитирует действие. Пишет комментарий. Ставит злой смайлик. Делает мем. Рассказывает друзьям, как всё плохо. И на этом успокаивается, как будто уже что-то сделал.

Но комментарий - это не поступок. Возмущение - это не сопротивление. Осознание проблемы - это ещё не участие в её решении.

Мы вообще слишком полюбили подменять действие реакцией. Нам кажется, что если мы эмоционально отреагировали, значит уже не равнодушны. Хотя по факту ничего не меняется. Ни для нас, ни вокруг нас.

А потом остаётся только наблюдать, как всё, что создавалось десятилетиями, спокойно разваливается у нас на глазах. Связи между людьми. Доверие. Остатки свободы. Та самая "стабильность", которой нас кормят как просроченной консервой.

И самое смешное, что после всего этого человек снова задаёт свой любимый вопрос: "А почему всё так плохо?"

Да потому что ты стоял рядом и смотрел. Вот почему.

Вот почему это и есть искусство проходить мимо.

Не в том смысле, что люди ничего не замечают. Наоборот, замечают. Понимают. Узнают в происходящем ложь, гниль, несправедливость, опасность. Но делают то, что умеют лучше всего: идут дальше. С тем же спокойным лицом. С тем же "ну а что я могу?". С тем же удобным ощущением, что чужая проблема пока ещё не стала их собственной.

Именно в этом и заключается всё "искусство". В простом умении смотреть - и не реагировать. Понимать - и не вмешиваться. Возмущаться - и ничего не делать. Человечество слишком хорошо этому научилось. Настолько хорошо, что равнодушие уже не кажется плохим. Оно кажется нормой. Характером. Реализмом. "Жизненным опытом".

И самое забавное в том, что точно так же многие пройдут и мимо этой статьи. Прочитают. Может быть, согласятся. Может быть, даже напишут что-нибудь в комментариях. А потом закроют текст и пойдут дальше - мимо "чужих" проблем, мимо собственной совести, мимо всего, что требует не реакции, а участия.

Вот так это и работает.

Не нужно быть злодеем, чтобы помогать "злу" побеждать. Достаточно просто в нужный момент пройти мимо.

Так что для тебя остались всего два вопроса. Ты ещё человек, которому не всё равно? Или ты уже слишком хорошо освоил своё искусство?

Всё начинается с малого. Из искры возгорится пламя. Думайте своей головой.

Статья написана под авторством главного редактора канала "Через прошлое - в будущее" Владимира Сафронова. Цитирование разрешается только при указании оригинального источника.

С первых классов школы нет желания учиться. Только при непрестанном и строгом контроле, нехотя подчиняясь, они выполняют задания, но всегда ищут случай отлынивать от занятий.

Вместе с тем рано обнаруживается повышенная тяга к развлечениям, удовольствиям, праздности, безделью. Они убегают с уроков в кино или просто погулять по улице, днями, ничего не делая, торчат в местах, где обычно собираются подростки. Подстрекаемые более энергичными сверстниками могут сбежать из дому.

Все дурное словно липнет к ним. Склонность к имитации у неустойчивых подростков отличается избирательностью. Образцами для подражания служат лишь те модели поведения, которые сулят немедленные наслаждения, смену легких впечатлений, развлечения. Еще детьми они начинают курить. Легко идут на мелкие кражи, тянутся к уличным компаниям. Когда же они становятся подростками, то прежние развлечения вроде кино их уже не удовлетворяют. В ход идут более сильные и острые ощущения — хулиганские поступки, алкоголь и другие дурманящие средства.

Еще Эмиль Крепелин (1915) упоминал о нецелеустремленной криминальности неустойчивых. Делинквентность этих подростков — это прежде всего желание поразвлечься, особенно в компаниях.

Выпивки начинаются рано — иногда с 12-14 лет и всегда в компаниях асоциальных подростков. Поиск необычных впечатлений легко толкает на знакомство с другими дурманящими средствами. О возникающих при их действии необычных ощущениях и иллюзорных переживаниях делятся с приятелями с тем же упоением, как в детстве рассказывали о детективных фильмах.

С наступлением пубертатного периода такие подростки стремятся высвободиться из-под родительской опеки. Реакция эмансипации у неустойчивых тесно сопряжена все с теми же желаниями удовольствия и развлечения. Истинной любви к родителям они никогда не питают. К бедам и заботам семьи относятся с равнодушием и безразличием. Родные для них — лишь источник средств для наслаждений.

Неспособные сами занять себя, они очень плохо переносят одиночество и рано тянутся к уличным подростковым группам. Трусость и недостаточная инициативность не позволяют им занять здесь положение лидера. Обычно они становятся послушным орудием этих групп. В групповых правонарушениях им приходится «таскать каштаны из огня», а плоды пожинают лидер и более стеничные члены группы.

Их увлечения целиком ограничиваются информативно-коммуникативным типом хобби да азартными играми. К спорту они испытывают отвращение. Только автомашина и мотоцикл сохраняют для них заманчивость как источник почти гедонического наслаждения бешеной скоростью с рулем в руках. Но упорные занятия и здесь отталкивают их. Зато угон автомашин и мотоциклов с целью покататься составляет существенную часть их делинквентности. Художественная самодеятельность их не привлекает, даже модные эстрадные ансамбли им быстро «приедаются». Все виды хобби, требующие хоть какого-то труда, для них непостижимы.

Сексуальное влечение не отличается силой. Среди неустойчивых нередки случаи психофизического инфантилизма и задержанного сексуального созревания. Однако раннее вовлечение в асоциальные группы ведет к сексуальному опыту, включая знакомство с развратом и извращениями. Сексуальная жизнь становится для неустойчивых подростков таким же источником развлечений, как постоянные выпивки и похождения.

Романтическая влюбленность проходит мимо них, для них просто непостижимо, как можно в кого-то влюбиться, на искреннюю любовь они неспособны, как и на преданную дружбу. Компания для развлечений для них всегда предпочтительнее настоящего друга.

Учеба легко забрасывается. Никакой труд не становится привлекательным. Работают они только при крайней необходимости. Поражает их равнодушие к своему будущему, они не строят планов, не мечтают о какой-либо профессии или о каком-либо положении для себя. Они целиком живут настоящим, желая извлечь из него максимум развлечений и удовольствий. Трудности, испытания, любые неприятности, угроза наказаний — все это вызывает одинаковую реакцию — убежать подальше.

Побеги из дому и интернатов — нередкий поступок неустойчивых подростков. Во время побегов они ищут асоциальные компании, подходящего спутника, под влияние которого легко подпадают. Первые побеги служат примитивным способом избежать неприятностей или по крайней мере отсрочить наказание (импунитивные побеги). Повторные побеги нередко обусловлены уже поиском развлечений, желанием избавиться от всякого труда, тягой к «свободной жизни» (эмансипационные побеги).

Суицидальная активность, по нашим наблюдениям, неустойчивым подросткам несвойственна. Лишь среди конформно-неустойчивых встречаются аффективные суицидные попытки.

Существует ряд различных точек зрения на сущность неустойчивого типа — неустойчивость эмоций, слабость воли, нарушение влечений, патологическая подвижность нервных процессов, невозможность выработать стойкий жизненный стереотип. Слабоволие является, видимо, одной из основных черт неустойчивых. Именно слабоволие позволяет удержать их в обстановке сурового и жестко регламентированного режима. Когда за ними непрерывно следят, не позволяют уклоняться от работы, когда безделье грозит суровым наказанием, а ускользнуть некуда и убежать невозможно, да и вокруг все работают, — они на время смиряются. Но как только контроль ослабевает, они немедленно устремляются в ближайшую «подходящую компанию».

Слабое место неустойчивых — безнадзорность, обстановка попустительства, открывающая просторы для праздности и безделья.

Самооценка неустойчивых подростков нередко отличается тем, что они приписывают себе либо конформные, либо гипертимные черты.

«Синдром неустойчивого поведения», может наблюдаться при разных типах психопатий и акцентуаций характера. Черты этого типа могут наслаиваться на гипертимное, истероидное конформное, эпилептоидное и даже на лабильное и шизоидное ядро. Особенности таких психопатий уже описаны.

Неустойчивая психопатия может быть конституциональной. Такие случаи особенно поражают окружающих когда в хороших гармоничных семьях вырастают подростки, наделенные всеми отрицательными чертами поведения неустойчивых. Однако чаще эта психопатия является следствием психопатического развития на базе акцентуации того же типа или конформной акцентуации в условиях гипопротекции и безнадзорности.

При явной акцентуации по неустойчивому типу первые классы школы при строгом надзоре родителей дети проходят без серьезных нарушений поведения, но с подросткового возраста обычно развертывается делинквентность.

Кроме явной акцентуации по неустойчивому типу, когда все особенности поведения и характера налицо, приходится сталкиваться со скрытой акцентуацией. В этих случаях нарушения поведения, свойственные типу неустойчивых, выявляются внезапно на фоне предшествующего благополучия. Обнаруживаются они при сочетании двух факторов — неожиданного для подростка положения относительной бесконтрольности со стороны старших и пагубного влияния приятелей.

Конформно-неустойчивый тип. Этот тип отличается от обычной неустойчивой психопатии только преморбидными особенностями — до наступления подросткового возраста не наблюдалось никаких неустойчивых черт. Гипопротекция и безнадзорность, с одной стороны, и случайное попадание в компанию асоциальных подростков ведут к наслоению черт неустойчивости на конформное ядро. Вживание в асоциальную среду происходит постепенно, но ее манеры поведения и интересы усваиваются прочно. В конце концов поведение становится неотличимым от поведения собственно неустойчивых, и только тщательный анамнез позволяет выявить конформный преморбид. Но такие подростки навсегда сохраняют конформность как главную черту характера, хотя конформными они становятся в отношении асоциальных подростковых групп. Из черт конформного типа особенно выступают неприязнь к чужакам, подозрительность ко всему незнакомому и непривычному. Для собственно неустойчивых чужаки скорее служат предметом для мимолетного любопытства или развлекающих злых забав.

Неустойчивый тип психопатий и акцентуаций — один из частых среди подростков мужского пола, попадающих под наблюдение психиатра (11 % среди госпитализированных подростков без психоза). У взрослых этот тип психопатии диагностируется гораздо реже.  Можно предположить, что значительная часть неустойчивых подростков, став взрослыми, пополняют ряды алкоголиков. Диагноз «хронический алкоголизм» заслоняет их психопатическое прошлое — психопатию или акцентуацию неустойчивого типа.

Среди подростков мужского пола, особенно учащихся ПТУ, к сожалению, неустойчивый тип акцентуации является одним из самых распространенных . Естественно, всюду, где требуется напряженный труд, где учеба сложна, неустойчивые подростки не встречаются (например, в математической и английской школе). Их мало также там, где требуется высокая дисциплина (например, в арктическом морском училище) Зато неустойчивый тип весьма распространен среди делинквентных подростков, но значительно менее среди подростков с криминальным поведением — представители этого типа в подростковом возрасте, очевидно, еще не совершают серьезных правонарушений.

Из книги А.Е. Личко  « Психопатии и акцентуации характера у подростков».