Сервис Hulu не стал дожидаться финала второго сезона своего постапокалиптического хита «Рай» и продлил его на третий. Сериал Дэна Фогельмана, сменив концепцию, удерживает лидерские позиции по количеству просмотров. Сейчас он входит в топ-15 самых популярных шоу на стриминге. Первая глава сериала получила четыре номинации на премию «Эмми».
В Иркутске продолжается судебный процесс над Михаилом Пичугиным — единственным выжившим после двух месяцев дрейфа в Охотском море. 17 марта подсудимый в шестой раз предстал перед судом, чтобы дать показания.
Как это было
Михаил, его брат Сергей и 16-летний племянник вышли в море в августе 2024 года. Планировали вернуться через несколько дней. Но мотор заглох.
«Несмотря на отчаяние, в лодке никогда не искали виноватых. Ни брат, ни племянник ни разу не упрекнули меня», — признался мужчина.
16-летний племянник Михаила умер через месяц дрейфа. Его брат, Сергей, держался еще 10 дней. В свой день рождения он отказался от еды и воды и ушел вслед за сыном. Когда Михаил остался один, он завернул тела родных в брезент и поклялся себе выжить. Почти не спал, мучился от галлюцинаций.
Встреча с «Ангелом»
На 67-й день дрейфа вдалеке показался корабль. На момент обнаружения Михаил весил около 50 килограммов и напоминал живой скелет.
«Он весь освещался, на нем было написано «Ангел». Я так и подумал, что это спасательный корабль», — вспоминает мужчина.
Сейчас Михаил работает водителем БелАЗа, живет с матерью и 13-летней дочерью. Друг семьи уверен: Пичугин сам потерпевший в этой истории.
На заседании 17 марта подробно разбирали техническое состояние катамарана «Байкат-470». Следствие настаивает, что причиной трагедии стал неисправный мотор. Пичугин категорически отвергает эту версию.
Мужчине грозит до семи лет колонии. Следующее заседание — 24 марта.
Поиск детей, утонувших под Звенигородом. / Юлия Федотова / АиФ
Десять долгих дней велись поиски тела 13-летней Алины, утонувшей в Звенигороде с двумя друзьями. Река отдала ее только на 11-й день. Но десятки утонувших детей так до сих пор остаются ненайденными. Почему — разбирался aif.ru.
«Погуляй, пока родители веселятся»
Алина вместе с друзьями Ваней и Богданом исчезла еще 7 марта. Очевидцы видели, как дети провалились под лед, и их утянуло течением. Поиски на воде и под водой начались практически сразу. Тела мальчиков были найдены через несколько дней. А вот Алину, несмотря на то, что искали 157 человек — профессиональных водолазов и спасателей, были задействованы 25 лодок и 2 аэролодки, квадрокоптеры и эхолоты, нашли только на 11-й день после ее трагической смерти.
Однако тела многих утонувших детей вообще не удаётся найти. Так, в Новосибирске прекратили поиски тела 8-летней девочки, провалившейся под лёд к реке Обь больше месяца тому назад. 12 февраля мама и папа девочки приехали в гости к своим друзьям, живущим в элитном ЖК «Венеция», построенном на улице Ясный берег.
Чтобы малышка не скучала, пока взрослые наслаждаются радостью от долгожданной встречи, родители отпустили ее во двор покататься на ватрушке с горы. Эта гора заканчивалась на льду реки. Жители «Венеции» видели катавшуюся девочку и вдруг перестали видеть. Ее яркая ватрушка в одиночестве лежала на снегу. А неподалеку во льду зияла черная полынья с обломанными краями.
Узнали по ватрушке
Соседи позвонили в полицию, вычислили по камерам, из какого подъезда вышла девочка. Кинулись туда, звонили во все квартиры подряд, чтобы найти родителей пропавшего ребенка, показывали фотографию ватрушки. В одной из квартир узнали тюбинг. Из комнаты вышел мужчина, посмотрел на видео с камеры видеонаблюдения и сообщил, что на записи его дочка. И тогда ему сказали, что, наверное, она утонула.
На следующий день на Оби начались масштабные поиски пропавшей малышки. Как и в случае со звенигородскими детьми, работали водолазы, спасатели обследовали акваторию реки с использованием аквабатов и квадрокоптеров, дно «пробивали» эхолотами. Но без результата. 13 марта поиск девочки был прекращен — все возможности МЧС и смежных ведомств были исчерпаны.
«Вода — машина смерти»
А в Благовещенске так и не нашли тело 12-летнего Максима Камолова. 21 июля 2021 года он пошел с другом искупаться на реку Амур. Через некоторое время проходящая мимо пляжа женщина увидела, что в воде барахтаются и явно тонут двое мальчишек. Она позвонила своему мужу. Тому удалось вытащить одного подростка, а Максима ему не удалось нащупать в толще воды.
Поиск профессиональными спасателями также не принес результатов. Сильным течением реки мальчика унесло так быстро, что даже не было понятно, где его искать. С тех пор каждый год 12 июля сотрудники амурских поисково-спасательных отрядов кладут на место его гибели цветы.
Спустя два года после гибели сына мать Максима обратилась к жителям Благовещенска через соцсети.
«Я хочу сделать обращение ко всем родителям, у кого дети бывают у воды, — написала убитая горем женщина. — Ровно два года назад у меня ушёл гулять 12-летний сын. Но ближе к половине четвёртого я узнала, что у меня сына больше нет. Приехав на берег, я увидела водолазов, и мне всё сообщили. А теперь уже два года прошло, как погиб мой сынок. И я вас призываю, дорогие родители, будьте бдительны, пожалуйста! Вода — это просто вечная машина смерти, которая приносит людям в дом горе. Не пускайте, пожалуйста, детей на воду одних».
Утонула с собакой
А в Оренбурге 21 августа 2024 года точно так же, как и Максим, 13-летний Сережа Перминовотправился с другом искупаться на несанкционированный пляж реки Урал. Отдыхающие увидели, как мальчик нырнул и не вынырнул. Тут же люди бросились в воду его спасать. Но — тщетно. Подросток словно растворился. Его искали профессиональные водолазы, было обследовано много километров акватории Урала, но поиски оказались безрезультатны.
На следующий год, в мае 2025-го поиски тела Сережи возобновили. Но и тогда они окончились ничем. Река забрала ребенка и не пожелала отдавать.
29 января 2017 года в Саратовской области в канун Нового Года утонула 8-летняя Даша Букина. Вместе с собакой она пошла гулять по льду Волги, хотела дойти до островка. Девочка провалилась в полынью вместе с собакой прямо на глазах своего двоюродного брата. Мальчик побежал домой и сообщил о беде взрослым. Сначала родные Даши пытались найти ребенка самостоятельно, даже использовали эхолот, нашедшийся в сарае у дедушки. И только после нескольких часов безуспешных поисков родители девочки обратились в экстренные службы.
Однако и усилия спасателей оказались напрасны. Время было упущено. Водолазам не удалось найти ни Дашу, ни собаку. Когда на Волге растаял снег, весной следующего года сотрудники МЧС возобновили поиски тела девочки. Но и тогда они не привели к результату.
Тела не всегда всплывают
«Вода — специфическая среда, — пояснил aif.ruстарший координатор водолазной группы „Добротворец“ Константин Костин. — Она не всегда позволяет эффективно искать людей. Есть расхожее мнение, что тело, находясь в воде, со временем наполняется газами и всплывает. Но так случается далеко не всегда. Или оно всплывает, но очень ненадолго, а потом снова погружается в толщу воды, на этот раз уже навсегда. Также тело может зацепиться за корягу и оставаться в таком положении бесконечно долго».
Коротко условия следующие. Раз в день мне на счёт приходят 100 рублей, на них нужно прожить.
Ну и исходные данные. Место действия Казань, цены соответственно казанские. И планку в 100 рублей я брал под Казань, в других регионах будет иначе.
Рост 173, вес 82, физическая активность околонулевая, рекомендуя мне необходимое количество калорий имейте это ввиду.
Так как вчера горох показался мне одиноким, я решил найти какой-то продукт ему в компанию. И это оказались сардельки из Красного и белого, с самого начала эксперимента хотел их купить, но всё руки не доходили и были более нужные продукты. Ну и «овсянка, сэр» закончилась, пришлось обновить. Да, я хотел как-то разнообразить овсянку, но пока денег на это нет.
В итоге куплено.
Каша Геркулес 400 г – 15,99 р
Сардельки 360 г – 86,29 р
Получилось на 102,28. Взял немного денег из банка, теперь там 27,93 рубля.
Правда в КБ я забыл чек взять, да его, наверное, даже не печатали, так как меня они помнят хорошо, а я чеки никогда не просил. Так что тут прикладываю скриншот из банковского приложения, но, если нужно, могу и в магазин сходить сфоткать их на полке с ценником.
Но с завтрашнего дня начну яблоко в кашу добавлять, раз у меня свежей капусты для салата нет.
И это, вам вообще нужны фото каш и супов, если я их уже выкладывал ранее? Просто ничего не изменилось с прошлого раза, просто тарелка каши. А с другой стороны вы можете подумать, что я ничего не готовлю и жру бургеры в макдональдсе по утрам, раз фоток еды не выкладываю. В итоге я балансирую между тем, чтобы вас не грузить лишними фотографиями и тем, чтобы меня не обвиняли в мошенничестве.
Табличку по обеду прикладываю. Хлеб по калорийности почти такой же как суп. Суп всё-таки пустоват получился, в следующий раз всандалю туда килограмм картошки и посмотрю, что изменится. Зато теперь я понимаю, как раньше люди умудрялись одним хлебом питаться.
Полдник.
А тут мы дошли до интересного. Я решил, что 100 граммов гороха маловато и увеличил порцию до 130 грамм сухого продукта, но каша раньше была без ничего, а теперь я ещё и сардельку к каше кинул на последние 20 минут в кастрюлю. Шикарно получилось я считаю, очень вкусно. Но в следующий раз вернусь к стандартным 100 граммам, точнее к 95, чтобы пакет закончился равномерно, а то там на последнюю трапезу останется 70 грамм гороха, а этого будет мало.
Получилось по полднику – вес 272 г, белков 36,38 г, жиров 13,47 г, углеводов 72,64 г, калорий 552,76.
Стоимость полдника 21,88 рубля
Ужин.
Я хотел ещё капусту с яблоком съесть, но перед этим положил капусту в морозильник. Побоялся, что капуста портиться начнёт. Естественно, размороженная капуста получилось рыхлой и немного прозрачной. В голодный год её можно было бы сырой съесть ради витамина С, но это было бы не вкусно, поэтому было принято волевое решение капусту обжарить на сковородке и добавить потом в суп, а больше просто некуда, не есть же её отдельно, там ни мяса, ни лука, ничего. Зато я понял, как можно определить, что она готова. Просто с луком понятно, он карамелизуется и хорошо так уменьшается в размерах и подрумянивается. С морковью у меня не задалось, не могу понять, когда она готова и лучше не станет. А вот с капустой было понятно с первого раза. В определённый момент она начинает пахнуть как пирожки с капустой, это какой-то особый запах масла и пропечённой капусты. И сразу пирожков с капустой захотелось налепить. Эх мука, где же ты, хоть по сусекам скреби.
Добавил 150 грамм капусты обжаренной в масле. По текстуре получилась как брокколи и добавила кислинку. Теперь понятно почему щи называют кислыми.
Получилось по ужину вес 680 г, белков 16,75 г, жиров 32,93 г, углеводов 53,54 г, калорий 589 (за счёт поджарки в масле суп сразу же стал нажористее).
Стоимость ужина 24,55 рубля
И итоговые цифры дня
Вес 1862, белков 79,19, жиров 65,03, углеводов 223,68, калорий 1817,96.
Стоимость дня 66,78 рублей.
Я считаю это практически идеальным днём, ещё и запас прочности по цене есть, чтобы добавить молочку или фрукты. Ещё бы капусту заменить на свежую, сделать салат с яблоком и было бы точно идеально. Можно запомнить и считать, что одна сборка дня у нас есть. Нужно теперь полностью перетасовать продукты и как-то по-другому собрать, чтобы было разнообразие и хотя бы 3 таких варианта дня. Один из вариантов «меню» хочу с рыбой сделать.
По калориям кстати интересно получилось. Калькулятор говорит, что мне для похудения нужно 1600 калорий, а для поддержания веса 2200. Слишком большая разница, я столько не наберу, это что ещё нужно съесть, чтобы 600 калорий набрать. Но если в калькулятор забить не мой нынешний вес, а тот, с которого я начал толстеть (65 кг), то для поддержания нужно только 1900 калорий. Вот столько я набрать могу, сегодня почти столько и получилось. Просто все порции чуть-чуть увеличить.
Ну и в комментариях меня спросили что там по витаминам и минералам. Забил всё в калькулятор и получил следующее. Считаю, что очень неплохо. При желании можно заморочиться и подобрать недостающие продукты.
Калькулятор конечно сильно открывает глаза на продукты. Оказывается человеку нужен Хром. Я вообще впервые об этом слышу. И у меня его внезапно в рационе не хватает.
П.С. Ну и бонусом про капусту. Она готова похоже, в меру кислая, хрустящая и вкусная. Переложил в банку и убрал в холодильник. И можно квасить уже по взрослому, сразу килограмма 2.
Воздух в вагоне метро пах пережаренным кофе, чужим потом и влажной псиной. Раньше, как рассказывал отец, пахло только первыми двумя. Теперь же запах мокрой шерсти стал неизменным спутником утреннего часа пик в Секторе Б.
Артем стоял, вцепившись в холодный поручень, и принципиально не смотрел в окно. Он смотрел прямо перед собой, на спину широкоплечего мужчины в помятой куртке, которая топорщилась на лопатках неестественным горбом. Под выцветшей тканью прятались сложенные крылья — плотные, жесткие маховые перья, выдававшие в нем представителя кого-то из "птичьих" видов. Мужчина тяжело дышал, его шея была покрыта мелким светлым пухом, который дрожал в такт стуку колес.
Артем уставился на этот пух. На то, как каждая пушинка вздрагивала от вибрации вагона, будто живая, будто дышала отдельно от своего хозяина.
Странно. Он смотрел на существо из другого мира, которое ехало с ним в одном вагоне, дышало тем же спёртым воздухом, держалось за тот же поручень — и не чувствовал ничего, кроме скуки. Для Артёма это было так же обыденно, как дождь за окном.
Он не помнил мир «до».
В этом была вся штука. Великий Стык случился пятнадцать лет назад. Артёму тогда было полтора года. Он лежал в кроватке с погремушкой и, по словам мамы, даже не заплакал, когда реальность треснула пополам. Просто продолжил грызть пластикового жирафа, пока за стеной рушился привычный порядок вещей.
Сам он, конечно, ничего этого не помнил. Но история Стыка была вбита в его голову так же прочно, как таблица умножения, — из рассказов отца, из школьных уроков, из бесконечных документалок, которые крутили по телевизору каждый год в «День Памяти».
Отец рассказывал об этом всегда одинаково — за ужином, после второй рюмки. Он говорил негромко, без драматизма, как человек, который пережил автокатастрофу и устал от собственного посттравматического синдрома.
«Это не был взрыв, Тёма. Не было грохота. Было похоже на помехи в телевизоре. Вся реальность — стены, небо, воздух — на секунду задрожала, как картинка, когда бьёшь по антенне. Я стоял у окна с кружкой кофе. Моргнул. А когда открыл глаза, во дворе между качелями и песочницей стоял деревянный дом с мшистой крышей. Секунду назад его не было. А на крыльце сидел... волк. Не зверь-волк. Человек с волчьей мордой. Он смотрел на нашу девятиэтажку так же, как я смотрел на него. Мы оба не понимали, что произошло. А потом завыли сирены.»
В школе на уроках «Истории Великого Стыка» (обязательный предмет с пятого класса) им показывали старые записи с камер наблюдения. Артём помнил одну особенно чётко. Камера в обычном продуктовом магазине. Тётка на кассе пробивает чей-то хлеб. На долю секунды изображение идёт рябью — и когда стабилизируется, прямо посреди торгового зала, между стеллажами с крупой и консервами, стоят три ошеломлённых существа: крупная женщина-медведица с двумя детьми, вцепившимися в её широкие юбки. Их глаза — круглые, дикие, полные первобытного ужаса — мечутся по неоновым лампам, ценникам, камерам. Они не понимают, где они. Секунду назад они были у себя дома. Тётка на кассе роняет сканер и начинает кричать. Запись обрывается.
Два мира наложились друг на друга, как два слайда, случайно вставленных в один проектор. Реальность «сшилась», но швы были грубыми, рваными. В некоторых местах наложение прошло незаметно: пустые поля стали лесами, необитаемые острова — архипелагами деревень. В других — катастрофически. Дома впечатывались друг в друга. Дороги обрывались стенами деревьев. В пустых квартирах появлялись жильцы, на дорогах — лишние машины, а в лесах — целые поселения Зверей, которые понятия не имели, что такое «город».
Отец говорил, что первую неделю электричество не работало. Водопровод встал через три дня. Магазины опустели мгновенно, потому что население удвоилось за одну секунду — а количество еды, воды и жилья осталось прежним. Начались войны. Не мировые, но достаточно кровавые: за кусок хлеба, за квадратный метр, за право называться «хозяевами» этой покалеченной реальности. Люди воевали со Зверями. Звери — друг с другом. Все — со всеми.
«Мама не выходила из квартиры месяц, Тёма. Ты лежал в кроватке. Я ставил у двери табуретку с топором. Не от воров. От соседей. Потому что еды не было ни у кого.»
Потом, медленно и болезненно, как срастается перелом, мир начал адаптироваться. Появились Секторы — огромные зоны, разграниченные бетонными стенами и КПП. Приняли законы, половина которых не работала. Открыли Объединённые школы. Звериные дети стали учиться рядом с человеческими — не потому что кто-то верил в дружбу народов, а потому что так было дешевле. Прагматизм, а не идеализм.
Пятнадцать лет.
Артём не помнил сирен. Не помнил пустых магазинов. Не помнил топора у двери. Для него мужчина-птица в метро был таким же элементом пейзажа, как турникет, как реклама на стене, как запах пережаренного кофе. Звери были — всегда, сколько он себя помнил. Мир «до» был для него такой же абстракцией, как истории про динозавров из учебника палеонтологии.
Может, именно поэтому он их не боялся. Или, может, именно поэтому он не понимал, почему их нужно бояться.
Поезд дёрнулся, и мысли рассыпались, как сон при звуке будильника.
Воздух в вагоне метро пах пережаренным кофе, чужим потом и влажной псиной. Раньше, как рассказывал отец, пахло только первыми двумя. Теперь же запах мокрой шерсти стал неизменным спутником утреннего часа пик в Секторе Б.
Артем стоял, вцепившись в холодный поручень, и принципиально не смотрел в окно. Он смотрел прямо перед собой, на спину широкоплечего мужчины в помятой куртке, которая топорщилась на лопатках неестественным горбом. Под выцветшей тканью прятались сложенные крылья — плотные, жесткие маховые перья, выдававшие в нем представителя кого-то из "птичьих" видов. Мужчина тяжело дышал, его шея была покрыта мелким светлым пухом, который дрожал в такт стуку колес.
Артем уставился на этот пух. На то, как каждая пушинка вздрагивала от вибрации вагона, будто живая, будто дышала отдельно от своего хозяина.
Странно. Он смотрел на существо из другого мира, которое ехало с ним в одном вагоне, дышало тем же спёртым воздухом, держалось за тот же поручень — и не чувствовал ничего, кроме скуки. Для Артёма это было так же обыденно, как дождь за окном.
Он не помнил мир «до».
В этом была вся штука. Великий Стык случился пятнадцать лет назад. Артёму тогда было полтора года. Он лежал в кроватке с погремушкой и, по словам мамы, даже не заплакал, когда реальность треснула пополам. Просто продолжил грызть пластикового жирафа, пока за стеной рушился привычный порядок вещей.
Сам он, конечно, ничего этого не помнил. Но история Стыка была вбита в его голову так же прочно, как таблица умножения, — из рассказов отца, из школьных уроков, из бесконечных документалок, которые крутили по телевизору каждый год в «День Памяти».
Отец рассказывал об этом всегда одинаково — за ужином, после второй рюмки. Он говорил негромко, без драматизма, как человек, который пережил автокатастрофу и устал от собственного посттравматического синдрома.
«Это не был взрыв, Тёма. Не было грохота. Было похоже на помехи в телевизоре. Вся реальность — стены, небо, воздух — на секунду задрожала, как картинка, когда бьёшь по антенне. Я стоял у окна с кружкой кофе. Моргнул. А когда открыл глаза, во дворе между качелями и песочницей стоял деревянный дом с мшистой крышей. Секунду назад его не было. А на крыльце сидел... волк. Не зверь-волк. Человек с волчьей мордой. Он смотрел на нашу девятиэтажку так же, как я смотрел на него. Мы оба не понимали, что произошло. А потом завыли сирены.»
В школе на уроках «Истории Великого Стыка» (обязательный предмет с пятого класса) им показывали старые записи с камер наблюдения. Артём помнил одну особенно чётко. Камера в обычном продуктовом магазине. Тётка на кассе пробивает чей-то хлеб. На долю секунды изображение идёт рябью — и когда стабилизируется, прямо посреди торгового зала, между стеллажами с крупой и консервами, стоят три ошеломлённых существа: крупная женщина-медведица с двумя детьми, вцепившимися в её широкие юбки. Их глаза — круглые, дикие, полные первобытного ужаса — мечутся по неоновым лампам, ценникам, камерам. Они не понимают, где они. Секунду назад они были у себя дома. Тётка на кассе роняет сканер и начинает кричать. Запись обрывается.
Два мира наложились друг на друга, как два слайда, случайно вставленных в один проектор. Реальность «сшилась», но швы были грубыми, рваными. В некоторых местах наложение прошло незаметно: пустые поля стали лесами, необитаемые острова — архипелагами деревень. В других — катастрофически. Дома впечатывались друг в друга. Дороги обрывались стенами деревьев. В пустых квартирах появлялись жильцы, на дорогах — лишние машины, а в лесах — целые поселения Зверей, которые понятия не имели, что такое «город».
Отец говорил, что первую неделю электричество не работало. Водопровод встал через три дня. Магазины опустели мгновенно, потому что население удвоилось за одну секунду — а количество еды, воды и жилья осталось прежним. Начались войны. Не мировые, но достаточно кровавые: за кусок хлеба, за квадратный метр, за право называться «хозяевами» этой покалеченной реальности. Люди воевали со Зверями. Звери — друг с другом. Все — со всеми.
«Мама не выходила из квартиры месяц, Тёма. Ты лежал в кроватке. Я ставил у двери табуретку с топором. Не от воров. От соседей. Потому что еды не было ни у кого.»
Потом, медленно и болезненно, как срастается перелом, мир начал адаптироваться. Появились Секторы — огромные зоны, разграниченные бетонными стенами и КПП. Приняли законы, половина которых не работала. Открыли Объединённые школы. Звериные дети стали учиться рядом с человеческими — не потому что кто-то верил в дружбу народов, а потому что так было дешевле. Прагматизм, а не идеализм.
Пятнадцать лет.
Артём не помнил сирен. Не помнил пустых магазинов. Не помнил топора у двери. Для него мужчина-птица в метро был таким же элементом пейзажа, как турникет, как реклама на стене, как запах пережаренного кофе. Звери были — всегда, сколько он себя помнил. Мир «до» был для него такой же абстракцией, как истории про динозавров из учебника палеонтологии.
Может, именно поэтому он их не боялся. Или, может, именно поэтому он не понимал, почему их нужно бояться.
Поезд дёрнулся, и мысли рассыпались, как сон при звуке будильника.
Коротко условия следующие. Раз в день мне на счёт приходят 100 рублей, на них нужно прожить.
Ну и исходные данные. Место действия Казань, цены соответственно казанские. И планку в 100 рублей я брал под Казань, в других регионах будет иначе.
Рост 173, вес 80,5 (начинал с 83 кг), физическая активность околонулевая, рекомендуя мне необходимое количество калорий имейте это ввиду. Хотя сегодня 5 тыс. шагов таки находил по магазинам.
Вчера были сложности с тем, чтобы добрать белков и я вознамерился решить проблему кардинально, а именно купить гороха, плюс хлеб закончился. А на выходе глаз на яблоки упал. В итоге закупился следующим образом.
Хлеб чёрный 650 г – 26,99 р.
Горох колотый 900 г – 31,99 р.
Яблоко 1 шт. – 18,38 р.
Итого получилось на 77,36 р.
В чеке яблоко указано с неправильной ценой, видимо кассир по внешнему виду одно зелёное яблоко посчитала за другое более дорогое зелёное яблоко. Когда я обратил на это внимание, разницу (10 рублей) мне вернули.
Остатки от ста рублей, а именно 22,64 идут в банк. Теперь там 30,21 рублей.
Я тут узнал, что кушать овсянку сутками вредно для здоровья, у меня траур.
В овсянке есть фитиновая кислота, которая мешает усваиваться железу, цинку, магнию и кальцию.
Чтобы снизить вред фитиновой кислоты рекомендуют добавлять кислую среду: молочку или фрукты. Немного помогает термическая обработка. Ещё в советах замачивание крупы на ночь.
Также предлагают питаться месяц по разу каждый день, а потом делать перерыв на 3 недели.
И у меня несколько вариантов как поступить.
Варить кашу на молоке, не факт, что поможет. Такое ощущение, что нужно на прям кисло-молочном, типа йогурта добавлять.
Добавить туда кислых яблок.
Ставить отмокать на ночь.
Чередовать с яйцами или другими кашами
Чешу репу в общем. Пока больше импонирует с чем-то чередовать, хоть и вынужденное, но разнообразие, ну ещё и отмокать на ночь могу поставить, никаких особых телодвижений и затрат это не требует.
Обед.
Суп а-ля борщ.
В итоге с черным хлебом обед получился таким (инфу по БЖУ куриных спинок брал из интернета).
Помня какие были проблемы набрать белка в прошлый день – приготовил кашу из гороха. Он, конечно, на каждой стадии был интересен. Сначала я его попробовал сырым разгрызть. Сразу нахлынули воспоминания из детства, когда на кусте гороха находил старые стручки, которые успели немного пожелтеть и подсохнуть, но разгрызть было не просто. Потом замочил и через два часа попробовал, уже стало значительно мягче, мне даже кажется, что я бы его в таком сыром, но мочёном виде мог бы съесть как семечки за просмотром чего-нибудь. Варил очень долго на минимальном огне, в основном, чтобы вода выпарилась, получилось неплохо. Думаю, что к нему можно добавить, чтобы было ещё лучше. Думаю о сардельках.
А дальше я себе весь режим этим горохом ухайдокал. У меня просто пропало чувство голода. Поел гороховую кашу в 3 часа дня, очнулся в 8 вечера и быстро побежал съедать остальное запланированное, а то опять калорий не доберу и люди в комментариях будут ругаться и показывать пальцем. Хоть будильники ставь, честное слово. Это к вопросам чувствую ли я голод, не особо, жор не нападает, я довольно часто ем, чаще, чем раньше. Злым и раздражительным не стал.
Дальше в экстренном порядке за 2 часа были последовательно съедены салат из капусты и четвертинки яблока (в этот раз яблока как будто не хватило). А потом суп.
Многие говорили мне, что калорийность супа завышена, тут я могу поспорить, так как информацию брал из калькулятора для спинок с кожей и костями. Цифры были точные. Но когда ел суп на ужин, понял что калорийность таки завышена, но по другой причине. Я варёную кожу не ем… Есть правда мысль её зажаривать, жареная кожа мне нравится. В итоге я вычел по 30% из всех показателей мяса, итоговая табличка по супу выглядит вот так.
Итоги дня
Вес 1816,25, белков 66,23, жиров 33,23, углеводов 209,94, калорий 1427,30.
Стоимость 50 рублей ровно.
И тут сложилась ситуация, когда я опять не добираю белка и калорий, да и жиров, если честно. А у меня на минуточку 5 приёмов пищи. Утром взвесился, оказалось 80,5 кг, а начинал напомню с 83. И несмотря на то, что питаюсь я 5 раз в день, этого мало. Такая досада. 6 раз в день питаться что ли? Да не могу я съесть два мешка брюквы :D Или что-то добавить к основным приёмам пищи? В этот раз я приготовил 100 грамм гороха, а он по массе варёным стал меньше, чем я думал, он не так сильно увеличивается в объёме, как гречка, могу его на 30 грамм больше приготовить. Будут и дополнительные белки и дополнительные калории. При этом желудок нормально себя чувствует, никаких метеоризмов нет. Ещё можно зажарку в него вкинуть и/или каких-нибудь колбас купить.
П.С. Мне тут говорят, что моя еда не выглядит красиво. В общем, тут не будет красивых фоток как в инстаграмме. Как и с одеждой, например, я ценю функциональность выше красоты, за вкусом я ещё могу погнаться, но за красотой точно не буду. Еда выполняет свою функцию? Выполняет. Может когда-нибудь позже доведу подачу до ресторанной, но чёт я сильно сомневаюсь.
