Первопроходцем была Иордания еще в сентябре 2024 года. Причём сделала это так тихо, что мировые СМИ почти не заметили. А ведь это — первый звонок для всего человечества: древние болезни сдаются.
Мы искренне за них рады и тоже стремимся достичь того же статуса
Проказа в культуре: проклятие, святость и голливудский драматизм
Библейские мотивы
В Ветхом Завете проказа — не столько болезнь, сколько кара небесная. Прокажённый — "нечист", должен жить вне стана, рвать одежды и кричать "Нечист! Нечист!". Священники выступали в роли первых дерматологов, ставя диагноз.
Средневековье: живые мертвецы В Европе больного отпевали в церкви ещё при жизни. Формально он считался умершим для мира, носил специальную одежду и предупреждал о своём приближении колокольчиком или трещоткой. Отсюда ноги растут у образа "ходячего мертвеца" в поп-культуре .
Кино тоже не осталось в стороне Есть несколько картин, которые пытаются раскрыть нам сложность этого недуга пусть и драматично, но достаточно ярко. - "Бен-Гур" Уильям Уайлер (1959) ; - "Имя розы" Умберто Эко (1980); - "Молчание" Мартина Скорсезе (2016); - Документальный фильм "Проказа: Отверженные" (2018)
Не стоит забывать "загадочную" болезнь, которую мы увидели в одном из сезонов Игры Престолов у Джораха Мормонта. Можно только гадать, а что она Вам напоминает?
В реальности, благодаря лечению, внешние проявления можно остановить. С 1940-х годов лепра лечится антибиотиками. Больной перестаёт быть заразным уже через 72 часа после начала терапии.
Статистика по России: По данным Минздрава РФ, в России ежегодно регистрируют 10–20 новых случаев лепры. На начало 2025 года на учёте состояло около 200 больных.
География В России работают четыре специализированных лепрозория (противолепрозных учреждения):
НИИ по изучению лепры (Астрахань) — единственный в мире НИИ, занимающийся исключительно проказой. Основан в 1897 году.
Кто болеет В основном — жители эндемичных районов (Нижнее Поволжье, Северный Кавказ), люди старшего возраста, которые заразились ещё в молодости. Современные случаи — редкость.
Ключевой тренд: за 10 лет число состоящих на учёте сократилось вдвое — с 300 до примерно 150 человек. Это естественная убыль: пациенты стареют, новые случаи единичны. Так что, болезнь отступает, а нам остается быть настороже.
Проказа — это пример того, как общество лечило не столько болезнь, сколько собственные фобии. Сейчас с этим успешно справляются, благодаря усилиям талантливых врачей, работающих в лепрозориях.
Они не просто видели эту болезнь в лицо, а научились её побеждать!
Слово «проказа» до сих пор звучит как приговор. Оно вызывает ассоциации со средневековым ужасом: колокольчиками на одежде, изгнанием за городские стены, страхом прикосновения. Кажется, что это болезнь из прошлого — из хроник, Библии и старых гравюр. Но проказа никуда не исчезла. Она существует и сегодня. И проблема в XXI веке — уже не столько сама болезнь, сколько отношение к человеку, который ею болен.
Болезнь, которая медлит
Проказа, или болезнь Хансена, — хроническое инфекционное заболевание, вызываемое бактерией Mycobacterium leprae. Она развивается чрезвычайно медленно: от момента заражения до первых симптомов могут пройти годы и даже десятилетия. Болезнь поражает прежде всего кожу и периферические нервы. Именно нервы — её главная мишень. Потеря чувствительности делает человека уязвимым: он не замечает боли, ожогов, порезов. Без лечения это приводит к тяжёлым осложнениям и инвалидности — не потому, что «отмирают» части тела, а потому, что травмы остаются незамеченными и не заживают.
Важно понимать: проказа не является высокозаразной болезнью! Для передачи инфекции необходим длительный и тесный контакт с нелеченным больным. Обычное общение — рукопожатие, объятия, разговор, совместная еда — безопасно.
Лекарство есть
Главный факт, который до сих пор знают не все: проказа полностью излечима. Современная медицина использует комбинированную терапию — сочетание нескольких антибиотиков. Лечение длится от шести месяцев до года. Уже после начала терапии человек перестаёт быть источником заражения и может жить обычной жизнью: работать, учиться, быть рядом с семьёй. Ранняя диагностика решает почти всё. Чем раньше начато лечение, тем выше шанс избежать поражения нервов и инвалидности. Без поражения нервной системы проказа была бы лишь редким кожным заболеванием — и не более того.
Почему же тогда мы всё ещё боимся?
Проказа — одна из древнейших болезней человечества. Ей более четырёх тысяч лет. И тысячи лет вокруг неё накапливались мифы: о «божьем наказании», о проклятии, о неизбежном распаде тела. Эти представления оказались куда живучее самой бактерии. Сегодня, по данным Всемирной организации здравоохранения, ежегодно в мире выявляют более 170 тысяч новых случаев. Большинство — в странах Азии, Африки и Южной Америки. Но медицинская проблема здесь давно решаема. Социальная — нет. Люди с диагнозом «проказа» в странах третьего мира по-прежнему сталкиваются с дискриминацией: их увольняют, от них отворачиваются семьи, дети не ходят в школу, взрослые скрывают симптомы, боясь быть изгнанными. Именно страх общественного осуждения заставляет многих тянуть до последнего — и обращаться к врачу слишком поздно. Один из пациентов однажды сказал: «Это происходит не потому, что люди злые. А потому, что они не понимают».
День, который нужен не больным — а здоровым
Всемирный день борьбы с лепрой отмечается в последнее воскресенье января. Его идея проста и радикальна: напомнить миру, что проказа — это не клеймо и не приговор. Тема последних лет звучит предельно честно: «Проказа излечима. Настоящая проблема — стигматизация». Это день не только о бактерии, антибиотиках и диагнозах. Это день о страхе перед «другим». О том, как легко общество готово вычеркнуть человека — и как трудно потом вернуть ему имя, голос и достоинство.
Мы живём в эпоху, когда проказу можно вылечить простыми и доступными лекарствами. Но пока мы не вылечим предрассудки, болезнь будет возвращаться снова и снова. Уже не в теле, а в головах. И, возможно, именно это — самый трудный диагноз нашего времени.
Еще один случай проказы в Румынии был подтвержден в пятницу в Клуж-Напоке. Две женщины также проходят обследование на это заболевание.
Все четверо работали массажистками в одном и том же СПА-салоне, и органы здравоохранения распорядились о временном закрытии заведения и полной дезинфекции.
Второй случай проказы также был подтвержден в Клуж-Напоке в пятницу у сестры первой женщины, у которой было подтверждено это заболевание. Две другие их коллеги проходят обследование по той же причине. Первые две пациентки, сестры 21 и 25 лет соответственно, обратились в окружную больницу Клужа в конце ноября.
Лабораторные исследования подтвердили наличие бактерий, и позже был установлен официальный диагноз в случае первой женщины.
Две сестры ездили в Азию в сентябре, чтобы навестить свою мать, которая страдала этим инфекционным заболеванием. Они могли заразиться болезнью во время пребывания там, до возвращения в Румынию.
После подтверждения заболевания власти распорядились временно закрыть СПА-салон, где работали эти двое, и провести полную дезинфекцию. Всем сотрудникам были назначены медицинские осмотры, а эпидемиологическое расследование было распространено и на недавних клиентов.
«Клиентам салона не стоит беспокоиться или проходить какие-либо проверки, поскольку Государственная санитарная инспекция и Управление общественного здравоохранения проведут всестороннее эпидемиологическое расследование, включая недавних клиентов», — заявил в пятницу министр здравоохранения Румынии Александру Рогобете.
Рогобете: «Это не угроза для общественного здоровья».
Рогобете пояснил, что для передачи заболевания необходим длительный контакт.
«У человека, у которого подтвердилось заболевание, в течение месяца он жил со своей матерью в Азии, в одной квартире. Сейчас его мать находится в больнице, у нее также подтверждено наличие этой бактерии, поэтому, скорее всего, контакт произошел там. Необходим длительный контакт. Под длительным я подразумеваю 2-3-4 недели. Эта болезнь не может так легко передаваться через сеанс массажа», — отметил он.
Министр добавил, что работа салона временно приостановлена, но в начале следующей недели все вернется в норму.
«В салоне были приняты абсолютно все необходимые меры дезинфекции в соответствии с указаниями Государственной санитарной инспекции, поэтому опасности нет. Люди должны это понимать», — сказал министр здравоохранения.
В контексте Рогобете подчеркнул, что это не является угрозой для общественного здоровья.
«Информация действительно вызывает большой резонанс, поскольку с 1981 года в Румынии не было подтверждено ни одного случая проказы, но это не угроза для общественного здравоохранения, это не эпидемиологическая тревога. В данный момент мы отслеживаем и контролируем ситуацию. Конечно, если подтвердится больше случаев, мы примем все необходимые меры. Но на данный момент в этом нет необходимости», — заключил он.
Страшной и безжалостной болезнью в прошлые времена была проказа, при которой человек как бы медленно гнил заживо. Проказа была известна в Древнем Египте и на Востоке: в Китае, Японии, Индий, Палестине, Турции. В Европу она попала в средние века, занесенная участниками крестовых походов.
Прокаженных изгоняли из городов. Обыкновенно больного проказой, закутанного в длинное белое покрывало, приводили в церковь. Его отпевали, как мертвого, и священник бросал ему на грудь горсть земли, как обыкновенно кидают в могилу при похоронах.
Затем прокаженного одевали в балахон с капюшоном, с прорезанными дырами для глаз, давали в руки трещотку и изгоняли. Прокаженный должен был не подходить к людям, а издали трещоткой извещать о своем появлении.
В Индии больных проказой загоняли в кратеры потухших вулканов. Если больной пытался оттуда выйти, его безжалостно убивали стоявшие по краям кратера стражники.
В России проказа была особенно распространена на севере, среди якутов. Там тоже был свой закон, хотя и неписаный — закон древнего народного обычая. Якуты отправляли прокаженных на север, далеко от своих поселков; там прокаженные должны были жить отдельно от здоровых. Была черта, за которую они переступать не могли. К этой черте им приносили пищу и одежду, и к этой черте они приходили и брали то, что им положили здоровые. Ни один здоровый человек не решался перешагнуть черту, отделяющую его от мира прокаженных. Так и жили они в своем особом мире, жили иногда по многу лет без всякой помощи и участия. Бывало, что у прокаженных рождались дети — слабые, больные существа. Но если они даже и были здоровыми, то все равно скоро заболевали.
В европейских странах и в Америке есть закон, по которому прокаженный не имеет права жить среди здоровых людей и заниматься обычной работой. Как только у человека обнаруживают первые признаки проказы, его тотчас же изолируют и отправляют куда-нибудь в уединенные места, в специальные убежища для прокаженных. В наше время эти места, называемые лепрозориями, обслуживаются врачами и прокаженные живут там на свободе. Но уехать оттуда они не могут: за ними строго следит специальная охрана.
«Невидимые друзья и враги», Е. В. Андреева, М. Д. Метальников, 1965г.
Мне кажется, мы стали забывать, как выглядят филантропы, сильные женщины и граждане мира...
Вот скажите, когда в последний раз вы, встречая в своей работе слух, который давал бы вам надежду сделать вашу деятельность в сотни раз эффективней, шли бы его проверять? А вот английская леди по имени Кэт Марсден, услышав в Стамбуле о существовании таинственной якутской травы, способной исцелять проказу, решила это проверить. Так она и оказалась посреди Сибири, но обо всём по порядку.
Кэт Марсден в 1906 году.
Родилась наша героиня в мае 1859 в семье лондонского юриста, став восьмым ребёнком в семье. В 17 лет Кэт поступает в Учебный госпиталь при Институте евангельских протестантских диаконисс, где начинает обучаться на санитарку, однако уже через год в составе миссии Тоттенхэмского госпиталя уезжает добровольцем в Болгарию на Русско-Турецкую войну, где впервые вживую сталкивается с заболевшими лепрой. Как позже будет вспоминать, именно там она дала себе обет посвятить жизнь облегчению страданий прокажённых.
После войны она возвращается в Англию, где блестяще завершает своё обучение и начинает работать санитаркой в Ливерпульском санатории, откуда уходит лишь через 4,5 года из-за проблем со здоровьем. В 1884 году Кэт Марсден вместе с матерью отправилась в Новую Зеландию, чтобы там ухаживать за страдающей от чахотки Энни Джейн — последней из сестёр Кэт, которая оставалась на тот момент в живых. К сожалению, через два месяца после прибытия семьи в Окленд девушка умирает. Наша героиня же начинает работать в Веллингтонском госпитале в самый разгар Афганского кризиса, когда новозеландцы всерьёз готовились к началу войны с Российской империей, и мисс Марсден даже начала готовить санитарок для возможной отправки на фронт — к счастью, две великие державы смогли договориться, и войны не случилось.
В 1889 году под влиянием от смерти миссионера Дамиана де Вёстера, работавшего на Гаваях с больными лепрой, наша героиня возвращается в Лондон, откуда вначале планирует отправиться в Индию к тамошним прокажённым, однако получает приглашение от Российского общества Красного Креста: императрица Мария Фёдоровна желает вручить ей награду за службу в Болгарии во время Русско-Турецкой войны 1877-1878 гг. После краткого визита в Санкт-Петербург наша героиня отправляется на Ближний Восток для сбора дополнительной информации о проказе. Именно в этой поездке она встречает в столице Османской империи англичанина, который рассказывает ей про существование в Сибири растения, способного облегчать страдания больным, а в некоторых случаях и исцелять саму проказу.
И вот мисс Марсден, уже до этого планировавшая длительную поездку по России, несколько корректирует свои планы: она едет не просто в Москву и Петербург, а прямо вот туда, куда тогда не каждый приличный джентльмен может помыслить путешествие — в Якутию. Что характерно, за пять лет до этого во время работы в Веллингтонском госпитале Кэт неудачно падает со стремянки и сильно повреждает спину, оказываясь частично парализованной. Но сейчас она отправляется в глухой угол Сибири, чтобы найти там лекарство от проказы. И ведь Транссибирскую магистраль начнут строить только в следующем году.
1 февраля 1891 года она выезжает из Санкт-Петербурга, получив от императрицы Марии Фёдоровны всё необходимое, в том числе рекомендательное письмо, обязывающее местные власти оказывать этой женщине помощь и покровительство, а заодно дающее ей право посещения любых тюрем и больниц.
Кэт Марсден в Якутске
В Уфе она встречается с епископом Уфимским и Мензелинским Дионисием, который сам больше 40 лет был миссионером в Якутии, и он рассказывает ей о той самой траве, сообщив её название — «кутшукта». И вот, сойдя в Златоусте с поезда, Кэт Марсден со своей спутницей Адой Филд продолжают путь на восток на санях. Что интересно, видимо, осознав всю сложность пути, на Ирбитской ярмарке они приобретают собственные сани.
В апреле месяце они добираются до Иркутска, где нашу героиню принимает лично генерал-губернатор, и организовывает комитет для оказания помощи больным лепрой. Его заседание проходит уже 1 (13) мая, в день рождения Кэт. Дальше она следует в Якутск, куда добираться приходится по Лене на плоскодонном паузке в течение трёх недель. Как позже вспоминала мисс Марсден, там не было возможности раздеться или переменить одежду, им приходилось спать где попало между грузом, а питаться самой простой пищей. В таких тяжёлых условиях она добирается до Якутска, где встречается с местным епископом и организует с его помощью комитет, аналогичный иркутскому.
Что вы думаете, она делает дальше? Правильно — едет искать траву и смотреть, в каких условиях проживают якутские прокажённые. И вот британская леди, никогда до этого не ездившая на лошади, выезжает 10 июня верхом в Вилюйск в сопровождении чиновника особых поручений и казака. Поскольку в Сибири того времени почтовые тракты зачастую существовали лишь в воображении картографа, то это путешествие стало для ней тяжёлым испытанием. Всего пришлось проехать около 3 000 вёрст по полному бездорожью, борясь с таёжным гнусом. Однако местные жители, когда узнавали о цели её миссии, всегда стремились помочь: прорубить дорогу или навести гать через болота.
В Вилюйске их встретил местный священник Иоанн Винокуров, проповедовавший среди больных лепрой. В те времена якуты по-прежнему считали эту болезнь проклятием, а оттого заболевших навсегда изгоняли в лесную глушь. Такую глушь возле озера Абунгда и посетила Кэт, придя в ужас от условий, в которой проживали эти люди. После этого она решила устроить в Якутской области колонию для прокажённых. Траву, естественно, тоже нашла, забрав с собой несколько образцов.
На обратном пути в Иркутск наша героиня была совершенно больной и разбитой, почти не вставала с койки, однако буквально на следующее утро по прибытии в Иркутск провела заседание комитета, на котором была собрана сумма порядка 10 тысяч рублей, которые планировалось потратить на тёплую одежду и коров для больных лепрой, а также построить им просторные юрты для временного проживания.
Прокажённые якуты в Вилюйской колонии
Кэт Марсден вернулась в Москву в декабре 1891 года — через 11 месяцев после начала путешествия. Здесь она уговорила княгиню Шаховскую отправить на помощь якутским прокажённым из Александровской общины «Утоли моя печали» пятерых сестёр милосердия. Те покинули Москву 17 марта 1892 года и прибыли в Якутск в августе 1892 года, собрав по пути много пожертвований.
По возвращении в Англию наша героиня продолжила выступать с лекциями, собирать пожертвования и начала работу над книгой, которая в итоге вышла одновременно в Лондоне и Нью-Йорке, имея огромный успех. Только за первые три года та была переиздана 12 раз. К июню 1893 года основанный Кэт Марсден Фонд помощи прокажённым собрал 2400 фунтов стерлингов пожертвований, большая часть которых была передана Константину Петровичу Победоносцеву и была впоследствии использована для постройки колонии близ Вилюйска.
Через 38 лет Кэт Марсден скончается в нищете в Лондоне, прикованной к постели в Спрингфилдском приюте для умалишённых в Уондсуэрте. И это будет, безусловно, трагический финал для столь сильной и целеустремлённой женщины.
Поиски чудесной травы, спасающей от проказы, увенчались лишь частичным успехом: было найдено некое растение и добыты его образцы. Его сок эвенки, действительно, применяли для заживления ран при лепре, однако осталось недоказанным влияние этой травы на развитие самого заболевания.
А вот что стало реальным успехом, так это строительство колонии для прокажённых в Вилюйске. Оно было завершено к 1897 году, а сам по себе Вилюйский лепрозорий функционировал вплоть до 1962 года, когда оставшихся больных перевели в Иркутск. С 1970 года на месте бывшего лепрозория действует Вилюйский психоневрологический дом-интернат, там же расположен музей. В 1997 году к столетнему юбилею открытия лепрозория интернату было присвоено имя Кэт Марсден.
Читая жизнеописание мисс Марсден, невольно задумываешься о том, что если ты считаешь свою жизнь скучной и однообразной, то, пожалуй, так и есть. Особенно, когда начинаешь сравнивать себя с подобными стальными женщинами.
"Не пью , не курю, не тиран, не зек, добрый , честный, искренний , трудолюбивый, порядочный, верный, умный а 30 лет девушки нет. При этом у зеков , алкашей, нариков , бомжей , тунеядцев, психопатов есть жены. И не надо говорить что это не так! Лично знаю многих таких. Фактически каждый второй у кого если девушки! При этом парни с аналогичным бекграундом как у меня никому не нужны."
Девушка (жена) у парня – прямой признак его не-идеальности (лживости, нечестности, подлости, непорядочности, глупости, неверности, инфантильности, импотентности). У стопроцентно идеального парня (у настоящего мужчины) девушки (жены) никогда не бывает. Девушки (женщины) обходят идеального парня (настоящего мужчину) за километр.
Все девушки (женщины) – санитары леса (волки в овечьих шкурах), которых привлекает в парнях (мужчинах) только какая-то гнилость, нездоровость, порочность, какая-то грязь, зловоние. Все девушки (все женщины) с остервенением вгрызаются только в так или иначе «плохих», дурнопахнущих, "говнистых" парней. Идеальные (чистые) парни им совершенно не вкусу – абсолютно несъедобны (пресны) для них.
Зеки, алкаши, нарики, бомжи, тунеядцы, психопаты – самая подходящая, самая вкусная, самая питательная пища для всех девушек (женщин).
Следует понимать, что все девушки (женщины) – что-то вроде болезни, поражающей только ослабленных (=порочных, загибающихся, загнивающих) парней (мужчин). Девушка (жена) помогает таким мужчинам дойти до кондиции – до места на кладбище.
Здоровый мужчина имеет иммунитет (врождённую или приобретённую невосприимчивость) к этой смертоносной заразе – к девушкам (женщинам). Иногда такому здоровому мужчине даже обидно, что он не может, как все (как большинство), быть поражённым этим смертельным недугом – девушкой (женой). В каком-то смысле сам "бог" надёжно защищает здорового, чистого мужчину от гнили и плесени, от проказы - от тлетворного женского рода.
"Почему у идеального парня никого нет 30 лет?" =Почему у Иисуса Христа никого нет 30 лет?
Поцелуй женщины - поцелуй Иуды. Поцелуем женщина демонстрирует свою любовь, но внутри неё горит безразличие, равнодушие или даже тайная ненависть к тому, кого она целует. За поцелуями женщины нередко скрывается неприязнь, обида, раздражение, гнев, враждебность, желание мести, желание смерти тому, кого женщина целует.
Действительно любящая женщина демонстрирует некоторый игнор, стеснение, стыд. Любящая женщина тщательно скрывает её любовь и изо всех сил старается никак не проявлять, не показывать её. Любящая женщина не прибегает к демонстрации своей любви посредством поцелуев и других знаков любезности.
"Сначала я молчать хотела; Поверьте: моего стыда Вы не узнали б никогда, Когда б надежду я имела Хоть редко, хоть в неделю раз В деревне нашей видеть вас, Чтоб только слышать ваши речи, Вам слово молвить, и потом Все думать, думать об одном И день и ночь до новой встречи..."
Для любящей женщины её любовь - то, чего она страшно боится, стыдится. Любовь для женщины - что-то вроде страшной, неизлечимой болезни - проказы. Женщина дорожит её истинными чувствами и именно поэтому никому о своей любви не рассказывает. Женщина скрывает её любовь даже от самой себя - не признаётся даже самой себе в этой её слабости.
Поэтому если женщина целует, то это всегда явный признак отсутствия у женщины любви. Поцелуями женщина набивает себе цену в глазах мужчины - пытается продать себя ему подороже, втирается к нему в доверие. Женщина хочет обчистить мужчину как липку и поэтому использует поцелуи и другие (более откровенные, более соблазнительные) способы навязывания себя мужчине.
Целующая женщина - змей-искуситель.
"Кто ты, мой ангел ли хранитель, Или коварный искуситель: Мои сомненья разреши..."
