Израильский военный прокурор снимает обвинения с резервистов, которых подозревали в тяжком сексуальном насилии над палестинским заключенным.

Правительство ФРГ по-прежнему непоколебимо убеждено в том, что Израиль является правовым государством. Не в последнюю очередь поэтому Берлин критиковал ордер на арест премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, выданный в ноябре 2024 года Международным уголовным судом за военные преступления и преступления против человечности. Ведь, согласно этой логике, независимое израильское правосудие само способно преследовать любые нарушения закона. Главный военный прокурор в четверг в очередной раз ясно дал понять, что это повествование — не более чем миф. Итаи Офир объявил о прекращении дела против пяти резервистов израильской армии. Их обвиняли в тяжком сексуальном насилии над палестинским заключенным в тюрьме Сде-Тейман в июле 2024 года.

То, что dpa (информационное агентство Германии (Deutsche Presse-Agentur)) в четверг озаглавила это решение как «Издевательства над членом ХАМАС?», вводит в заблуждение вдвойне. Во-первых, информационное агентство перенимает израильскую версию о том, что пострадавший от насилия был бойцом ХАМАС. Однако этому человеку так и не было предъявлено обвинение, и он не предстал перед судом – доказательства его предполагаемого членства в ХАМАС так и не были представлены. Во-вторых, dpa сеет сомнения там, где они неуместны. Помимо видео с камер наблюдения, запечатлевшего происшествие (пусть и с видом на солдат, закрывающих его щитами), существует медицинское заключение. Согласно ему, пострадавший от пыток получил, среди прочего, разрыв прямой кишки, указывающий на введение острого предмета, а также переломы ребер, и ему потребовалась срочная операция.

То, что произошло в Сде-Тейман в июле 2024 года, — не единичный случай. Израильская правозащитная организация B’Tselem в своем последнем докладе пришла к выводу, что Израиль проводит „систематическую и институционализированную политику пыток и жестокого обращения с палестинскими заключенными“. Основываясь на десятках интервью с освобожденными заключенными, B’Tselem описывает систематические изнасилования, применение электрошока, пытки водой (удушение), лишение пищи и отказ в медицинской помощи. Доклад Комитета ООН против пыток от ноября также констатирует „государственную политику организованных и широкомасштабных пыток“, включая сексуализированное насилие. По состоянию на январь B’Tselem задокументировала 84 случая, когда палестинцы, начиная с октября 2023 года, умерли в заключении в результате жестокого обращения.

Несмотря на это, с тех пор обвинения в жестоком обращении с заключенными были предъявлены только в двух случаях. Вместо этого в прошлом году у позорного столба оказалась тогдашняя главный военный прокурор Ифат Томер-Йерушалайми, на которую давили, требуя отставки, и в конечном итоге арестовали. Она призналась, что слила в прессу видео с издевательствами, чтобы противопоставить что-то общественному возмущению против выдвинутого ею обвинения.

Этот случай позволяет заглянуть в бездны израильского общества. На заседании комиссии Кнессета вскоре после нападения депутат от правящей партии «Ликуд» Ханох Милвидски на вопрос, законно ли вставлять палку в прямую кишку человека, ответил: «Да, если это нухба (боец ХАМАС), то всё законно, всё!». С тех пор обвиняемые в насилии колесят по телешоу, распространяя официальную версию: обвинение — это тяжкое предательство солдат, самоотверженно сражающихся за родину, и его необходимо срочно отменить. Недавно назначенный прокурор Офир пошел у этого на поводу — помимо Нетаньяху, это немедленно одобрил в X и военный министр Исраэль Кац: «Задача правовой системы Армии обороны Израиля — защищать и оберегать солдат, которые храбро сражаются с монстрами на войне, а не права террористов-нухба». Посыл таков: нет ничего, что израильским солдатам было бы запрещено.

Автор - Давид Зигмунд-Шульце

Перевод с немецкого языка.

https://www.jungewelt.de/artikel/519133.krieg-gegen-pal%C3%A4stinenser-straffreiheit-f%C3%BCr-folterer.html

Разница между античной и современной демократией фундаментальная — это не «ранняя версия» одного и того же, а по сути две разные политические модели с разной антропологией, масштабом и философией.

Начнём с базы.

Античная демократия — это прежде всего опыт Афины V–IV веков до н. э. Современная демократия — продукт Нового времени, особенно после Американская революция и Французская революция.

Теперь по ключевым отличиям.

Первое. Прямая против представительной.

В Афинах граждане сами голосовали по большинству вопросов. Народное собрание (экклесия) принимало решения о войне, законах, изгнании политиков. Это была прямая демократия. Никаких парламентов.

Современные демократии — представительные. Люди выбирают депутатов, а те уже принимают решения. Прямая демократия осталась в виде референдумов, но это редкость.

Почему так? Масштаб. Афины — около 30–40 тысяч граждан. Современные государства — миллионы и десятки миллионов. Прямая модель просто не масштабируется.

Второе. Кто считался гражданином.

В Афинах гражданами были только свободные взрослые мужчины-афиняне. Женщины, рабы и метеки (иностранцы) — исключались. По разным оценкам, из 250–300 тысяч жителей полиса голосовать могли около 10–15%.

Современная демократия строится на принципе всеобщего избирательного права. Пол, раса, имущественный ценз формально не имеют значения. Это принципиальный разрыв.

Третье. Понимание свободы.

Для античных греков свобода — это участие в управлении. Не участвуешь — ты идиотес (частный человек, не вовлечённый в политику). Свобода была коллективной и политической.

Современная демократия делает акцент на индивидуальных правах. Свобода слова, совести, собственности. Это уже линия, идущая от Джон Локк и Шарль Луи Монтескье. Участие в политике — право, но не обязанность.

Четвёртое. Отношение к элитам.

Античная демократия подозрительно относилась к сильным лидерам. Практика остракизма — изгнание популярного политика — использовалась, чтобы не допустить тирании.

Современные демократии наоборот институционализируют элиты: партии, профессиональные политики, лоббисты. Фактически это система управляемой конкуренции элит, о чём писал Йозеф Шумпетер. Народ выбирает между элитными командами, а не управляет напрямую.

Пятое. Отсутствие концепции прав человека в античности.

У афинян не было идеи «неотчуждаемых прав». Народное собрание могло принять решение, которое сегодня считалось бы нарушением прав личности, и это считалось легитимным.

Современная демократия строится на конституционализме — власть большинства ограничена базовыми правами. Даже если 51% захочет отменить свободу слова, это теоретически невозможно без изменения конституционного порядка.

Шестое. Экономическая база.

Афинская демократия существовала в обществе, где значительная часть труда выполнялась рабами. Граждане имели время участвовать в политике.

Современная демократия строится на индустриальной и постиндустриальной экономике, где участие в политике — вторично по отношению к экономической занятости.

Теперь жёсткий момент.

Античная демократия требовала высокой вовлечённости и гражданской добродетели. Современная демократия допускает политическую пассивность. Ты можешь не интересоваться ничем, раз в четыре года проголосовать — и формально система работает.

Отсюда критика: античная модель — более «интенсивная», современная — более процедурная и институциональная.

Есть и альтернативные взгляды.

Некоторые политические философы, например Бенжамен Констан, прямо противопоставляли «свободу древних» и «свободу современных». Древние — коллективное участие. Современные — защита частной автономии.

Критики современной демократии утверждают, что она ближе к олигархии с электоральной легитимацией. Исследования политической социологии в США (например работы Гилленса и Пейджа) показывают, что решения чаще отражают интересы экономических элит, чем среднего избирателя.

Критики античной демократии, в свою очередь, напоминают: это была демократия для меньшинства, построенная на рабстве и исключении.

Вывод простой и неприятный: это две разные цивилизационные конструкции.

Античная демократия — маленькое, гомогенное, лично вовлечённое сообщество граждан.

Современная демократия — огромные анонимные общества с представительством, бюрократией и юридическими ограничениями власти.

Почему существует запрет на сбор доказательств любым образом?

Всё просто, в отсутствие таких запретов правоохранительные органы, скажем так, склонны добывать их совершенно разными методами. В том числе пытками, в том числе просто фабриковать, иногда подделывать не сами доказательства, но ситуацию их приобретения или создавать доказательства в ходе неправомерных действий. Собственно первое поколение понимания правового государства как раз про процессуальные права и ограничения органов правопорядка, и оно даже называется полицейское государство. И тогда это воспринималось как шаг вперёд, чем и было.

Поэтому во всех государствах существуют такие запреты и ограничения на сбор доказательств.

В США это называется доктрина плодов отравленного дерева, и означает она, утрированно, что если на дом маньяка был выдан ордер. А он спровоцировал сотрудников и они ещё вломились в его гараж стоящий отдельно где нибудь, и там машина. А в багажнике этой машины ножи, пилы, окровавленная одежда и т.д., то всё можно маньяка отпускать весь этот багажник будет «плодами отравленного дерева», т.е. результатом неправомерных действий и в суде доказательственного значения иметь не будет. Хотя все будут понимать что это и откуда.

Если кто помнит главный герой - прокурор в фильме Законопослушный гражданин как раз и высказывает полицейским, что если бы они работали нормально, то ему бы не приходилось идти на сделки с преступниками. Как раз вот про это.

Справедливо и правильно ли это? Хороший вопрос. Адвокаты насмотревшиеся на разгильдяйство и идиотизм следаков с ветеринарным образованием (даааа бывает такое, из 1х рук обсуждали), или оперов у которых фильмы о ментах с НТВ похоже главное пособие, говорят что они за такую систему. Соответственно следствие и органы дознания насмотревшиеся на преступников которые им на допросах фактически в лицо плюют мол ничего ты начальник не докажешь, за то чтобы их полномочия расширили. И у тех и у других своя правда, свои причины. Поверьте, вопрос нифига не тривиальный. Есть очень хорошие причины и аргументы и у одних и у вторых.

П.С. Доказательства ещё по разному и для разных целей одинаковые можно применять. Например, если вы что-то зафиксировали и использовали только для правоохранительных органов или суда, то там это доказательством будет, а вот если для частной жизни и начали это сами публиковать в интернете, то вам по башке могут настучать. Конкретно - у компаний может быть запрет на использование телефонов на территории предприятия, и если вы будете ходить всё снимать, записывать и выкладывать в сеть, вас через несколько итераций могут уволить, это легально. Однако если вы эти записи принесли только в суд или прокуратуру/ГИТ, то даже к дисциплинарке вас привлечь нельзя - самозащита трудовых прав, и она выше ограничений работодателя.