Подпишись на наш канал, там еще больше интересного: 🖨 3D модели
ps Есть множество интересных моделей, которые набрали сотни репостов, но поделится с вами не могу из за лимитов на публикацию. Накидайте больше Плюсов в рейтинг и я смогу выбирать и делится с Вами только самыми топовыми моделями
Он владел оранжереей, которая открывалась только после заката. Аня зашла случайно — была суббота, и она блуждала по незнакомому району, пытаясь забыть о разрыве, который всё ещё болел.
Дверь была приоткрыта. Запах цветов манил, как музыка — сладкий, тяжёлый, с нотой чего-то запретного.
Внутри было темно, но она видела — каким-то образом видела — растения, которых не было ни в одном справочнике. Чёрные розы с алыми прожилками, пульсирующими, как вены. Лилии цвета старой крови, источающие аромат мёда и железа. Орхидеи, светящиеся в темноте призрачным фиолетовым светом.
«Они живут ночью».
Он появился из теней — высокий, в фартуке садовника, с землёй на руках. Его лицо было бледным, волосы — тёмными, а глаза — цвета тех самых чёрных роз.
«Как и я», — добавил он, заметив её взгляд.
«Вы... садовник?»
«Хранитель. Эти цветы — моя семья. Единственная, которая у меня осталась».
Он повёл её между рядами. Рассказывал о каждом растении — как о живом существе. Эта роза была выведена в Трансильвании, три века назад. Эта лилия выросла на могиле казнённой ведьмы. Эта орхидея — единственная в своём роде, последний экземпляр вида, который считали вымершим.
«Откуда вы всё это знаете?»
«Я был там, — он улыбнулся. — Когда их создавали».
Аня остановилась.
«Сколько вам лет?»
«Достаточно, чтобы видеть, как мир меняется. И как цветы остаются».
Он сорвал одну из чёрных роз — без шипов, мягкую, как бархат — и протянул ей.
«Она не завянет, — сказал он. — Пока ты жива, она будет цвести».
«Почему?»
«Потому что я хочу, чтобы у тебя было что-то... от меня».
Она должна была испугаться. Должна была уйти. Но вместо этого взяла розу и вдохнула её аромат — и мир поплыл.
Она приходила каждую ночь. Сидела среди цветов, пока он работал — поливал, подрезал, шептал растениям на языках, которых она не знала. Иногда они разговаривали. Чаще молчали.
Однажды она спросила:
«Ты вампир?»
«Это одно из слов».
«А другие?»
«Проклятый. Бессмертный. Хранитель ночи, — он отложил секатор. — Но мне больше нравится — садовник».
«Почему цветы?»
«Потому что они честнее людей. Они не притворяются. Цветут, когда могут. Умирают, когда приходит срок. Не боятся темноты».
Он подошёл к ней. Его руки всё ещё пахли землёй.
«А ты? Ты боишься темноты?»
«Раньше боялась. Теперь... нет».
«Почему?»
«Потому что в темноте — ты. И эти цветы. И что-то... красивое».
Он коснулся её лица — пальцами, холодными, как ночная земля.
«Ты странный человек, Аня. Приходишь в оранжерею к монстру. Берёшь цветы из его рук. Не боишься».
«Ты не монстр».
«Откуда ты знаешь?»
«Монстры не выращивают цветы».
Он рассмеялся — тихо, хрипло, будто разучился.
«Ты ошибаешься. Но мне нравится твоя ошибка».
Он склонился к ней — медленно, давая время отстраниться. Она не отстранилась.
Его губы были прохладными, но поцелуй — горячим. Она чувствовала вкус земли, вкус цветов, вкус чего-то древнего и дикого.
Когда он отстранился, его глаза светились в темноте — багровым, как прожилки на чёрных розах.
«Я могу дать тебе вечность, — прошептал он. — Вечность среди цветов, которые никогда не вянут. Ночи без конца. Меня».
«А взамен?»
«Твоя кровь. Раз. Чтобы связать нас».
«Это больно?»
«Сначала. Потом — как цветение».
Она посмотрела на розу в своей руке — чёрную, живую, пульсирующую.
«Сделай меня частью твоего сада».
Он опустился перед ней на колени. Взял её руку — ту, что держала розу — и поднёс к губам.
Укус был острым — как шип, которого не было у розы. Боль вспыхнула и тут же растворилась в чём-то невозможном — тепле, свете, аромате сотни цветов одновременно.
Аня чувствовала, как его кровь — холодная, тёмная — течёт в неё. Как её кровь — тёплая, живая — течёт в него.
Когда он поднял голову, его губы были красными.
«Теперь ты — часть сада, — сказал он. — И сад — часть тебя».
Она посмотрела на свою руку. Два прокола уже затянулись — на их месте остались два маленьких шрама, похожих на лепестки.
«Я чувствую их, — прошептала она. — Все цветы. Они... живые».
«Они всегда были живые. Теперь ты просто слышишь».
Он встал и протянул ей руку.
«Пойдём. Я покажу тебе те, которые цветут только раз в столетие. Как раз сегодня — их ночь».
Она взяла его руку.
И они ушли в глубину оранжереи — туда, где распускались цветы, которых не видел никто из живых.
Одна из трогательных и поучительных граней жизни Шри Рамакришны, которая показывает полное отсутствие у него того, что мы называем «эго» или чувством собственной важности. В Дакшинешваре, который был богатым храмовым комплексом, основанным Рани Рашмони, постоянно гуляли состоятельные люди из Калькутты — «бабу» в накрахмаленных одеждах, с тростями и часами на цепочках.
Рамакришна же одевался предельно просто. Его дхоти часто было обернуто небрежно, верхняя часть тела оставалась обнаженной, или же он накидывал на плечо простую хлопковую салфетку (гамчху). У него не было внешних атрибутов «великого гуру» — ни тигровых шкур, ни массивных бус, ни трона. Он бродил среди цветочных клумб с детской улыбкой, иногда разговаривая сам с собой или с Матерью. Неудивительно, что многие принимали его за одного из многочисленных храмовых садовников.
Самая известная история повествует о богатом посетителе, который прогуливался по саду и захотел украсить себя цветком. Увидев человека в простой одежде, стоящего возле кустов, этот господин властным тоном окликнул его: — Эй, братец! А ну-ка, сорви мне вон ту красивую розу!
Для любого другого брахмана, а тем более для бывшего главного жреца храма Кали, такое обращение было бы несмываемым оскорблением. Но Рамакришна не испытал ни тени возмущения. Он тут же с готовностью кивнул, полез в колючие кусты, выбрал самый лучший цветок и с поклоном, как настоящий слуга, протянул его господину. — Вот, возьмите, бабу, — сказал он с сияющим лицом.
Богач, не удостоив его и взглядом, взял цветок и пошел дальше. Каково же было его потрясение, когда позже он зашел в комнату Рамакришны, чтобы послушать знаменитого святого, о котором говорила вся Калькутта. Он увидел того самого «садовника», сидящего на кровати в состоянии экстаза, в то время как уважаемые люди, включая Матура Бабу (зятя Рашмони и управляющего храмом), сидели у его ног и ловили каждое его слово. Гость был готов провалиться сквозь землю от стыда и начал сбивчиво извиняться. Рамакришна же лишь рассмеялся и сказал, что в этом нет никакой ошибки: «Разве я не садовник Матери? Я ухаживаю за Ее садом, и если кто-то просит цветок, моя радость — дать его».
Другой случай связан не с цветами, а с огнем, но суть его та же. Один важный посетитель, желая раскурить свой кальян или трубку, увидел Рамакришну и, приняв его за слугу, приказал: — Эй, ты! Принеси-ка мне уголек для раскуривания.
Рамакришна, не говоря ни слова, пошел на кухню или к месту, где тлел священный огонь, взял уголь и принес его господину, выполнив грязную работу, от которой его руки покрылись сажей. Когда Матур Бабу узнал об этом, он пришел в ярость и хотел выгнать невежественного гостя. Но Рамакришна остановил его, сказав с обезоруживающей простотой: «Зачем ты сердишься? Человек хотел огня, а я мог ему помочь. Разве это не служение Нараяне в форме этого человека? Гордость приличествует только невеждам, а слуга Бога должен быть готов стать слугой любого».
Есть и более тонкий аспект этих историй. Рамакришна действительно любил садоводство. В первые годы своей садханы он своими руками расчищал джунгли, чтобы посадить знаменитую рощу Панчавати. Он сам копал землю, сажал саженцы священных деревьев и поливал их, часто плача от любви к Богу. Позже он говорил ученикам, что духовный наставник — это действительно садовник (Мали). Он должен вскопать почву ума ученика, вырвать сорняки привязанностей, посадить семя преданности, огородить его забором от «коз и коров» (дурных влияний) и поливать водой любви, пока растение не принесет плод освобождения.
Так что, когда надменные посетители называли его садовником, они, сами того не ведая, произносили глубочайшую истину. Он не возражал, потому что для него не было оскорблением быть названным тем, кем он являлся по своей сути — заботливым садовником в цветнике Божественной Матери.
Привет! Работаю садовником, пока отдыхаю в несезон - есть свободное время. Решил писать тут посты разной степени полезности про уход за садом.
Весной многие садоводы начинают красиво разукрашивать стволы. Часто - как дань прошлому, "бабушка всегда белила стволы яблонь", "все так делают и я так делаю" и пр, пр. Ну, вы же наверняка видели, что в городах даже столбы белят.
Выглядит сад вроде как ухоженно. Но по факту — это такой же запоздалый жест, как чинить забор после урагана. Основную бурю дерево уже пережило в одиночку. Сейчас объясню, почему побелка должна быть осеннейи что на самом деле защищает кору.
Почему весенняя побелка — это просто косметика
Основной враг коры — не летнее солнце, а февральско-мартовское. Вот что происходит в конце зимы:
Днём тёмный ствол сильно нагревается на солнце, сок под корой оттаивает.
Ночью при -5...-15°C этот сок замерзает, расширяется и разрывает ткани коры изнутри. Это и есть морозобоина — опасная рана, куда тут же лезут инфекции и вредители. Под этой трещиной — открытая рваная рана из мёртвых и повреждённых клеток. Эта рана ослабляет дерево, нарушая проводящие пути, становится открытыми воротами для грибковых инфекций ("рак", различные гнили, цитоспороз, инфекции), привлекает вредителей, которые селятся в повреждённой ткани.
К апрелю, когда все дружно белят деревья, самый опасный период уже позади. Побелка теперь работает разве что как слабая защита от насекомых и для красоты.
Не затянувшаяся морозобоина
Так когда же белить? Правильный алгоритм
Идеальное время — поздняя осень (октябрь-ноябрь), после листопада, в сухую погоду с плюсовой температурой. Вот план действий:
1. Подготовка. Просто мазать грязь известью — бесполезно. Нужно очистить ствол от старой отслоившейся коры, мха и лишайников. Делайте это вручную в перчатках или деревянным скребком, но не металлической щёткой, чтобы не травмировать живую ткань. Всю труху лучше собрать и сжечь.
2. Обработка и состав. После чистки продезинфицируйте ствол раствором медного купороса. Крупные раны замажьте садовым варом. Дайте высохнуть. И только потом — белить.
Что использовать?
Готовая акриловая садовая побелка (садовая краска, на маркетплейсах 100500 вариантов). Держится долго, не смывается дождём, безопасна для молодой коры. Подороже самодельного раствора. Идеальный выбор для большинства, особенно для молодых деревьев.
Классический известковый раствор (Известь + глина + медный купорос + клей). Дешево, обладает дезинфицирующими свойствами. Быстро смывается дождём, может обжечь молодую кору при сильной концентрации. Для взрослых деревьев с грубой корой. Для саженцев концентрацию извести снижают вдвое. Не рекомендую и сам не использую, но считаю нужным упомянуть.
3. Как белить? Белим не только "поясок" на уровне груди, а весь штамб (ствол от земли до первых веток) и основания скелетных ветвей на 1/3 длины. Молодые саженцы белим полностью.
Что делать, если осенью не успели?
Обмотайте ствол спанбондом вместо побелки.
Кому-то не нравится белить стволы, не хочется пачкаться или не нравится как это выглядит.
Альтернатива - Обмотка стволов. Подойдёт белый садовый бинт, светлый спанбонд или даже перфорированная фольга. Это создаст светоотражающий экран и "отпугнёт" весеннее солнце.
Обмотка ствола спанбондом - альтернатива побелке
Установка экранов. С южной стороны от дерева можно воткнуть в снег щиты из фанеры или плотного картона. Они дадут тень на ствол. Однажды видел такое, выглядит... кхм... странно. Не использую.
Осенняя побелка — это не декорация, а необходимая процедура для плодового дерева перед сложной зимовкой. Весенняя же — по большей части, просто традиция для успокоения совести садовода.
Ребят, проектор стоит того. Лишь бы пустая стена была, в остальном - ощущение кинотеатра. Всем советую На экране Умный садовник, если что. Лектор Д.Звонка. Прохожу вот курсы, пока молодой Красиво жить не запретишь
