Два самых известных мага фикшена

Эльминстер Омар

Основная информация

Эльминстер (Elminster), так же известный как Мудрец из Долины Теней - Избранный богини магии Мистры. Самый известный маг в мире Забытых Королевств (Forgotten Realms).

Мудрый, накопивший огромный жизненный и магический опыт, проживший более тысячи лет, видевший всевозможные чудеса и магические творения, сражавшийся с демонами, дьяволами и аватарами богов, любивший и бывший любим богами, полубогинями и обычными смертными, создавший десятки высокоуровневых заклинаний - все это Эльминстер Омар.

Откуда персонаж

Главный герой серии книг Эда Гринвуда, создателя сеттинга Забытые Королевства. Эльминстер один из первых персонажей созданных Гринвудом для Забытых Королевств.

Эльминстер встречается практически во всех произведениях Гринвуда, часто просто как камео или второстепенный персонаж.

Также Эльминстер появляется в нескольких компьютерных играх, действие которых происходит во вселенной Забытых Королевств.

Имя "Эльминстер" стало нарицательным: так называют очень сильных NPC‑магов, влияющих на сюжет.

Несколько мыслей по творчеству Эда Гринвуда:

Гринвуд гениально придумывает лор для своего мира. Он создал прекрасный фэнтези-верс, который любим очень многими, особенно оригинальные Забытые Королевства, лор которых не был перелопачен и перемолот компанией Wizards of the Coast.

Забытые Королевства - межавторский мир, свой собственный лор в мир добавляет большое количество совсем разных авторов с разными стилями. Плюс очень много лора приходит от авторов лорбуков для настолки Подземелья и Драконы. При таком количестве разных источников лора неизбежно возникновение большого количества противоречий. Эд Гринвуд в своих интервью все эти противоречия гениально объясняет с точки зрения событий произошедших в истории Забытых Королевств, в этом он прям очень хорош. И сразу все выглядит довольно логично, и даже встаёт на свои места.

Но именно как писатель Гринвуд не выше среднего уровня. Большинство из его произведений прям очень тяжело читаются, и потом в памяти почти не остаются.

Из всех книг Гринвуда положительно могу выделить только три - "Эльминстер в Миф Дранноре" (моя оценка - 6 из 10), "Эльминстер в Аду" (7 из 10) и "Silverfall: Stories of the Seven Sisters" (7 из 10).

Остальные произведения не прочитав, ничего не потеряете, они представляют интерес только для поклонников самого сеттинга Забытых Королевств (оценки 5 из 10 и даже ниже для некоторых произведений и серий книг).

Способности и силы

Главная сила Эльминстера - это, конечно же, разнообразная и сильная магия. В мире Забытых Королевств магия распространена повсеместно, заклинаний изобретено просто гигантское количество, на все случаи жизни. И Старый Маг, как Избранный Мистры, имеет в своём арсенале очень большое количество разнообразных заклинаний. От самых банальных огненных шаров до заклинаний, позволяющих манипулировать реальностью и воздействовать напрямую на души. При этом к некоторым определённым заклинаниям Эльминстер имеет иммунитет, как Избранный богини магии.

Серебряный Огонь (Silverfire) - специальная суперсила, дарованная богиней магии Мистры всем своим Избранным. Серебряный Огонь - это чистая магическая энергия. Может быть использована для атаки, для защиты и даже для лечения мага. Защититься от Серебряного Огня практически невозможно.

Огонь Заклинаний (Spellfire) - форма магической манипуляции, которая позволяет магу впитывать силу направленных на него заклинаний, позже высвобождая накопленную энергию в виде всепоглощающего бело-голубого пламени. Защититься от Огня Заклинаний почти невозможно.

Гэндальф (Олорин)

Основная информация

Гэндальф (Gandalf), он же Олорин (здесь рассматриваем именно как Олорина) - мудрейший из ангельских духов Майар, которые относятся к расе Айнур.

Помощник хоббитов в стремлении найти себя и свою роль в огромном волшебном мире, помощник последнего потомка древней династии королей в стремлении вернуть свой трон, помощник всех сил Света и Добра в стремлении победить зло, помощник всемогущего Эру Илуватара в стремлении создать идеальный процветающий мир - все это Олорин, готовый пожертвовать даже бессмертием ради достижения целей.

Откуда персонаж

Гэндальф - один из главных персонажей в трилогии Джона Рональда Руэла Толкина "Властелин колец".

Так же Гэндальф встречается и в других произведениях великого мастера.

Гэндальф символизирует архетип мудрого волшебника, схожего с Мерлином из легенд о короле Артуре.

Несколько мыслей по творчеству Толкина:

Ну что тут сказать, Толкин - Отец, просто батя всего фэнтези.

"Властелин колец" - это классика фэнтези, с которой знакомы все, ну или почти все.

Плюсы творчества Толкина расписывать не буду, они всем известны и множество раз обговорены.

Поделюсь своим мнением о минусах.

Мне не близка идея Профессора о том, что подвиг не требует величия. По моему мнению, в логичном фэнтези-мире могущественным злодеям должны противостоять почти такие же могущественные супергерои.

Никогда никакой обычный хоббит до Горы Рока не добрался бы.

В том же "Сильмариллионе" Моргота, предыдущего Чёрного Властелина, побеждали почти равные ему по возможностям полубожественные сущности, ну или, на худой конец, супергерои-эльфы.

Но это мои личные претензии, на них можно сильно не зацикливаться.

Оценка - 8 из 10.

Само собой, Гэндальф присутствует и в экранизации "Властелин Колец" от режиссёра Питера Джексона.

Экранизация вышла практически идеальной. Лучшее фэнтези, с самыми красивыми эльфами, когда-либо выходившее на экран.

Оценка - 9 из 10.

Балл снят за отсутствие в экранизации Тома Бомбадила.

Способности и силы

Прежде всего Олорин - бессмертный нематериальный дух, существующий в параллельном мире, в материальном мире способный принимать любую физическую форму.

Такие физические понятия как время и пространство для Олорина являются условными. Айнур могут, хоть и ограниченно, видеть прошлое и будущее, но не могут его менять.

Олорин, как элементальный дух, обладает широким арсеналом элементальных заклинаний, особенно с использованием стихии огня и света.

Самая сильная способность всех Айнур - Великая Музыка или Великая Песня, с помощью которой была создан мир Эа.

Айнур исполнили Великую Музыку, и их песнь заполнила Пустоту и положила начало бытию.

Олорин, хоть и один из младших духов Айнур, тоже обладает способностью использовать Великую Музыку.

Айнур могут использовать Великую Музыку только под руководством Эру.

Но такую часть Великой Песни как Слова Силы Айнур могут использовать сами по своему усмотрению.

В своем творчестве Толкин, как филолог, подчёркивает силу слова: истинные имена связывают говорящего с сущностью вещей. Язык - не просто средство общения, а часть мироустройства.

Олорин знает истинные имена вещей и существ.

Возможный исход противостояния

Шансов в магическом противостоянии, заклинание на заклинание, у Олорина против Эльминстера почти не будет. Магия Эльминстера просто сильнее, мощнее и ,что самое главное, гораздо вариативнее. В арсенале Избранного Мистры есть спеллы практически на все случаи.

Для защиты он может использовать Мантию Заклинаний, которая будет поглощать все заклинания, направленные на Эльминстера. Чтобы перегрузить и пробить Мантию Заклинаний Эльма, Олорину не хватит магической мощи. Также для защиты у мага из Забытых Королевств есть свойства Огня Заклинаний, который тоже позволяет поглощать атакующую силу Заклинаний противника.

Для атаки у Эльминстера тоже широчайший спектр всевозможных заклинаний, в том числе и те, которые могут воздействовать даже на потусторонние и бесплотные сущности из параллельных миров. Также Старый Маг знает заклинания, которые воздействуют напрямую на душу существа. Ну и, конечно же, Серебряный Огонь тоже выжигает любые типы существ, так что свойства ангельского духа защититься Олорину не помогут.

Но все же возможность защититься от заклинаний Эльминстера у Олорина есть. И это способность заглядывать в прошлое и будущее. Избежать действия всех заклинаний и способностей Эла не получится, все-таки Айнур не всемогущие и всезнающие, но для защиты использовать можно.

Ну а Эльминстеру надо серьёзно опасаться использования Олорином Слов Силы. Раз эти Слова использовались при создании мира, то и для уничтожения своих врагов Айнур их тоже могут использовать.

Эльминстер тоже обладает знаниями об истинных именах вещей и существ, но не на таком фундаментальном уровне, как Олорин, который напрямую участвовал при создании мира.

Заключение - победа Эльминстера в сражении более вероятна. Все-таки превосходство в магии должно сыграть свою роль. Слова Силы и независимость от течения времени - тоже очень весомые аргументы, но преимущество в силе и, прежде всего, разнообразии магии должно перевесить. Хоть и не критично.

Итог - 6/4 в пользу Эльминстера.

В ту пору мы часто взывали к Голосу, и он отвечал нам. Только он редко отвечал на наши вопросы, но говорил лишь: "Сначала попробуйте найти ответ сами. Ибо в том обретете вы радость, и станете старше, и исполнитесь мудрости. Но не спешите повзрослеть до срока".

Но мы торопились, желая распорядиться всем по своей воле и воплотить все замыслы, что теснились в наших сердцах; и потому мы призывали Голос реже и реже.

И тогда среди нас появился некто, с виду такой же, как мы, но прекрасней и выше, и сказал, что пришел к нам из жалости. "Не должно оставлять вас одних, без наставника, - говорил он. - Мир полон дивных богатств, владеющий знанием сможет добыть их. Ныне бедны ваши трапезы, а могут стать изобильнее и вкуснее. Вы бы могли поселиться в светлых надежных жилищах, куда ночь не посмеет войти. А одеваться могли бы вы так же, как я".

Взглянули мы, и - о чудо! он был в одеждах, сиявших, как золото и серебро, корона венчала чело его, и самоцветы сверкали в кудрях. "Если желаете вы стать подобными мне, - сказал он, - я буду учить вас". И мы назвали его своим учителем.

Но он не спешил рассказать нам, как отыскать или сделать все то, чего нам хотелось, а лишь распалял желаниями наши сердца. Однако если кто сомневался в нем или являл нетерпение, он сразу же мог принести и подарить все, что угодно. "Я - Приносящий Дары, - говорил он. - В дарах моих не будет вам недостатка, покуда вы верите мне".

Так он пленил нас, и мы почитали его, и жили во власти его даров, а прошлая жизнь казалась теперь нам такой бедной и трудной, что мы страшились вернуться к ней. И мы верили всему, чему он учил, потому что хотели побольше узнать о путях мира: о зверях и птицах, деревьях и травах, что растут на Земле; и о том, как мы сами пришли в мир; и о небесных светочах, и бессчетных звездах, и о той Тьме, что окружает их.

Все, чему он учил, казалось нам верным, ибо велики были его знания. Но чаще и чаще заговаривал он о Тьме. "Превыше всего - Тьма, ибо нет Ей границ, - говорил он. - Я пришел из Тьмы, но я Ей хозяин. Ибо я создал Свет. Я создал Солнце и Луну и бессчетные звезды. Мне дано защитить вас от Тьмы, а иначе Она может погубить вас".

Тогда мы рассказали ему о Голосе. И тут он разгневался, и лицо его стало ужасным. "Глупцы! - сказал он. - Это был Голос Тьмы. Она хочет, чтобы вы отошли от меня, ибо Она жаждет поглотить вас".

И он ушел прочь. Он долго не появлялся, и мы были несчастны, не получая его даров. А потом настал день, когда свет Солнца вдруг начал меркнуть и погас вовсе, и глубокая тень пала на мир; и всех птиц и зверей объял страх. Тогда он вернулся, шествуя в сумраке, точно яркое пламя.

Мы пали ниц перед ним. "Есть еще те среди вас, кто слушает Голос Тьмы, - сказал он, - и потому Она подходит все ближе. Выбирайте! Можете избрать своим Господом Тьму, или - Меня. Но если Меня вы не признаете Господом и не поклянетесь служить Мне, Я уйду от вас. У Меня немало иных обиталищ и царств, и Мне не нужна Земля, и вы не нужны Мне также".

Тогда в страхе сказали мы так, как он повелел: "Ты - Господь, Тебе одному будем служить. Отрекаемся от Голоса, не станем слушать его больше".

"Быть по сему! - сказал он. - Теперь возведите Мне дом на холме и именуйте его Домом Господа; Я буду являться там, когда пожелаю, а вы станете в том Доме взывать ко Мне и возносить Мне молитвы".

И когда мы выстроили для него большой дом, он явился и стал подле трона; и все вокруг словно оделось пламенем. И он сказал: "Пусть выступят вперед те, кто еще слушает Голос!"

А такие были; но, устрашившись, смолчали они, и тогда он повелел нам: "Так склонитесь же передо Мной и восславьте Меня!"

И мы все поклонились ему до земли и сказали: "Ты - Единый Великий, и мы - Твои".

И едва мы сказали так, он предстал перед нами, словно огромный дымный огненный столп, чей жар опалил нас, и - канул; и воцарилась тьма, чернее, чем ночь, а мы бежали из Дома, и после всегда преследовал нас ужас Тьмы.

А он с той поры редко являлся нам снова в прекрасном обличье и приносил мало даров. Но мы слышали его голос и внимали его повелениям, если в отчаянии просили о помощи, осмелившись войти в Дом. Ибо теперь, прежде, чем выслушать наши мольбы, он приказывал нам исполнять его волю или требовал жертвы; и раз от разу ужаснее становились его повеления, а угодные ему жертвы - все тяжелее.

И только однажды с тех пор мы слышали первый Голос. В ночной тиши произнес Он: "Вы отреклись от Меня, и все-таки вы - Мои. Я дал вам жизнь. Отныне дни ваши будут кратки, и каждый предстанет передо Мною в свой срок, дабы узнать, кто Господь ваш: тот ли, кому поклоняетесь вы; или Я, создатель его".

Но мы верили, что этим Голосом говорит Тьма из-за звезд, и с той поры стали бояться ее еще больше. И когда иные из нас, страшась уходить во Тьму, умерли в ужасе и отчаянии, мы взмолились к Хозяину, чтобы он спас нас от смерти; но он не ответил. Но мы все пришли в Дом, и пали там ниц - и наконец он явился в величии перед нами, жестокий и гордый, и сказал так:

"Вы - Мои, и должны быть покорны Мне. А Мне нет дела, что кто-то из вас умирает, дабы насытилась Тьма; иначе вы расползетесь, как вши, по лику Земли. Но если вы не покоритесь Мне, то умрете еще скорее - ибо Я разгневаюсь и убью вас".

И с тех пор нас стали терзать болезни, усталость и голод; ибо против нас обратилась сама Земля и все, что на ней есть. Огонь и Вода воевали с нами; деревья и травы источали яд; птицы и звери бежали нас, и нападали на нас, если могли; и мы стали бояться лесных теней.

Тогда мы затосковали о том, как жили раньше, прежде, чем пришел наш Хозяин; ибо мы ненавидели его теперь и страшились не меньше, чем Тьму. И мы исполняли все, что велел он, и даже более; мы вершили любое зло, стараясь ему угодить, чтобы он сжалился над нами или хотя бы не убивал нас.

Но все было тщетно. Лишь немногим из нас начал благоволить он - самым жестоким и сильным, и тем, кто чаще других приходил в Дом, - он наделил их, надменных и властных, богатством и тайным знанием, и они сделали нас своими рабами.

И тогда наконец нашлись те, кто, не видя предела бедствиям, не таясь, в отчаянии сказали так: "Теперь поняли мы, кто лгал, кто желал погубить нас. Не первый Голос. Тот, кого мы признали Хозяином, и есть Тьма. Неправда, что он вышел из Тьмы; там - его дом. Не желаем служить ему больше! Он - наш Враг".

И в страхе, что он услышит эти слова и покарает нас всех, мы убивали их, где только могли; а тех, кто бежал, выслеживали; ибо друзья его, наши хозяева, повелевали, чтобы всякого, кого схватят, приводили в Дом, - и там бросали в огонь. И друзья его говорили: поистине, это весьма угодно ему; и в то время нам показалось, что дни наши и правда стали не так горьки.

Но говорят, что немногие, кто скрылся от нас, бежали в дальние земли, спасаясь от тени. Они не укрылись от гнева Голоса; ибо и их руками строился Дом, и они тоже склонились там до земли перед стоящим у трона. И когда они дошли до последнего берега мира, до края неодолимых вод - Враг был там, перед ними.»

Когда я почитал это первы раз, я думал: «Это апокриф библейский, что ли? Кто это написал?» Наткнулся на этот текст в Интернете вполне случайно, я даже не знал, что Толкин автор этого текста.

Читал оригинальный текст на английским, но этот перевод Прохоровой — очень качественный.

Пожалуйста — покажите другим, что бы не пропустили удовольствие чтения :)

И когда Валар стали думать, кого из Майар избрать для сего опасного пути, поднялся Оромэ Великий Ловчий, чьи рога звучали некогда в лесах Куивиэнен, и сказал:

— Есть среди моих спутников двое, чьи сердца не знают страха пред далями. Я знаю земли Востока, их степи и горы, ибо охотился там ещё до пробуждения эльфов. Пусть они идут.

Имена тех Майар были на Высоком Наречии Алатар и Палландо. Первый был избран самим Оромэ за свою мудрость и твёрдость духа, и назван он был вторым после Курунира в ордене Истари . Второй же, Палландо, что значит «Далекий», был взят Алатаром как друг и спутник, ибо крепка была их связь, и мысли их часто сходились воедино .

Иные сказители утверждают, что Палландо прежде принадлежал к свите Ниэнны, Плакальщицы, либо Намо Судии, ибо печаль и прозрение были в его глазах . Но доподлинно известно лишь то, что оба они согласились идти, и Валар благословили их на путь.

Глава 2. О прибытии в Серые Гавани и о первом расставании

Минули эпохи, и настал час, когда корабль, подобный белой птице, причалил к Серым Гаваням. На берег сошли пятеро в облике старцев, но сила их была скрыта под ветхими одеждами, как пламя свечи под стеклянным колпаком.

Кирдан Корабел, старейший из эльфов Средиземья, встретил их у причала. И когда взгляд его упал на двоих в одеждах цвета морской волны, подобных глубинам океана в час перед рассветом, почуял он в них нечто, отличное от прочих.

— Куда ведёт вас путь, Итрин Луин, Синие Маги? — вопросил Кирдан на языке синдар.

И ответил Алатар, чей голос был подобен дальнему грому:

— На восток, где солнце встаёт над землями, не знавшими света Валинора. Туда, где племена людей поклоняются Тьме и не ведают истины.

Палландо же промолвил тише, но слова его запали в душу:

— Мы идём туда, где песни не поются, а звон мечей заглушает крики рабов. Мы идём, чтобы посеять семя, которое взойдёт, быть может, лишь через века.

Саруман, стоявший рядом в белых ризах, смотрел на них с сомнением. Он мыслил, что мудрость следует нести тем, кто готов её принять, и не понимал, зачем идти в земли, где власть Саурона незыблема, как скалы Пустошей.

— Вы погибнете в тех краях, — молвил он, и голос его был сладок, но холоден. — Или, что хуже, станете тем, против чего посланы.

Но Алатар лишь улыбнулся, и улыбка та была печальна, как улыбка путника, прощающегося с домом навсегда:

— Быть может, Курунир. Но погибнуть в пути — не значит предать путь. Истинная гибель — остаться на месте, думая, что ты достиг цели.

И они ушли на восток, вместе с Саруманом, который сопровождал их до Изенгарда, но дальше не пошёл, ибо сердце его уже прикипело к башням Ортханка и к Камню, что ждал его в глубине.

Глава 3. О переправе через Андуин и о первом чуде

Долго шли Алатар и Палландо на восток. Миновали они Туманные Горы, прошли через земли, где позже будет Лориэн, но тогда ещё не было там Золотого Леса в полной его красе. Переправились через Великую Реку Андуин там, где она широка и спокойна, и вступили в земли, которых не касалась нога нуменорца.

И чем дальше они уходили, тем сильнее менялся мир вокруг. Воздух становился тяжелее, краски земли — бледнее, словно солнце здесь светило нехотя, сквозь пелену пыли и пепла.

На берегу моря Рун, что лежит далеко за пределами всех карт Запада, они узрели первое великое скопление людей. То были племена истерлингов, кочующие по степям, поклоняющиеся своим богам, но втайне уже внимающие шёпоту с юга, из страны Мордора, где Саурон ковал свою силу.

И случилось там чудо, о котором доныне поют сказители на восточных наречиях. Два вождя враждующих племён готовились к битве, и их воинства стояли друг против друга, подобно двум грозовым тучам. Тогда вышли вперёд двое в синем, и не было при них ни мечей, ни копий, лишь посохи из простого дерева, но светились те посохи в сумерках, как звёзды.

Палландо поднял посох и заговорил. И был его голос подобен плачу Ниэнны над стенами Мандоса — он проникал в сердца и пробуждал в них память о том, что было утрачено. Он говорил о детстве человечества, о первых шагах под звёздами, о том, как Мелькор, которого они звали иными именами, исказил их пути и обратил брата против брата.

Алатар же стоял молча, и глаза его обводили воинства, и каждый воин чувствовал на себе его взгляд, словно сам Оромэ смотрел в его душу и видел там и добро, и зло, и выбор, который ещё не сделан.

И когда Палландо умолк, воины не бросили оружие, ибо слишком глубоко въелась вражда. Но вожди их сошли с коней и подошли к магам, и спросили: «Кто вы? И откуда у вас власть над словами?»

И ответил Алатар:

— Мы — те, кто пришёл с Запада, где свет не угасает. Но не власть мы принесли, а выбор. Саурон предлагает вам господство над соседями ценой рабства у него. Мы предлагаем вам свободу, но ценой мира. Выбирайте.

И в тот день битва не состоялась. Но далеко на юге, в Чёрной Стране, нечто дрогнуло. Саурон почуял присутствие силы, не подвластной ему, и впервые за многие века гнев его обратился не на запад, а на восток.

Книга Вторая: В Землях Тьмы

Глава 4. О том, как Синие Маги странствовали среди истерлингов

Много лет минуло с тех пор. В западных землях ковались кольца, строились крепости, и тень Дол Гулдура росла. А на востоке, в степях за Рунным морем, двое в синем ходили от племени к племени, от шатра к шатру.

Их встречали по-разному. Одни племена принимали их как мудрецов, сажали на почётные места у очага, внимали их речам о Едином, о том, что Тьма — лишь отсутствие Света, а не сила сама по себе. Другие же гнали их прочь, кидали камнями, ибо жрецы Саурона уже опутали те племена своими сетями, обещая им власть и добычу в грядущих войнах.

Палландо часто говорил Алатару:

— Брат мой, семена наши падают на каменистую почву. Пройдут века, прежде чем здесь взойдёт росток свободы. Увидим ли мы плоды трудов своих?

Но Алатар, чья вера была крепче камня, отвечал:

— Мы не для того посланы, чтобы пожинать плоды. Мы — сеятели. Жнецы придут после. Быть может, то будут наши сородичи с Запада. Быть может, сами эти люди, когда тьма рассеется в их сердцах. Мы должны лишь одно: не дать Саурону собрать все племена Востока под свои знамёна.

И они продолжали свой путь. В землях, где позже возникнут королевства вастаков и других восточных народов, они основывали тайные общины, учили людей грамоте, лечили больных, предсказывали погоду и разбирали распри. Но главное — они сеяли сомнение в словах посланцев Саурона.

Глава 5. О Великом Обмане и о том, как пал один из восточных владык

В те времена правил в землях за Кхазад-Думом (ибо гномы тех мест ещё не ведали о Кольце Власти) могучий вождь по имени Бор, или как звали его на его наречии — Ул-Бор. Был он высок, свиреп и жаден до власти, и Саурон обещал ему господство над всеми племенами восточнее Мглистых гор, если тот приведёт свои орды на запад, когда настанет час.

Алатар и Палландо пришли к шатру Ул-Бора, но не как просители, а как равные. И когда стража хотела схватить их, посохи их вспыхнули синим огнём, и воины отступили, ибо никогда не видели они такого света.

В шатре сидел Ул-Бор на груде шкур, и глаза его горели жадностью. Рядом стояли его советники, многие из которых уже носили на груди знак Красной Руки — тайный символ служения Тёмному Властелину.

— Зачем вы пришли, старцы? — проревел Ул-Бор. — Я слышал о вас. Вы смущаете мои племена, вы говорите о мире, когда мир принадлежит сильным. Отвечайте, иначе умрёте.

Палландо шагнул вперёд и заговорил. И снова его голос проник в самую глубь души, минуя уши, минуя разум, обращаясь прямо к сердцу:

— Ул-Бор, сын Борлака, помнишь ли ты своего отца? Помнишь ли, как он умер, сжимая твою руку, и говорил тебе: «Не верь тем, кто приходит с юга, ибо они обещают золото, а забирают души»? Где теперь твой отец? Где его душа?

Ул-Бор вздрогнул, ибо никто не смел напоминать ему об отце, убитом в битве с другим племенем, подстрекаемым теми же советниками с юга.

Но тут вмешался Алатар. Он поднял посох, и в шатре стало светло, как в ясный полдень, хотя снаружи была ночь.

— Посмотри на своих советников, Ул-Бор. Кому они служат? Они носят знак Красной Руки, но рука эта тянется к твоему горлу. Саурон обещает тебе власть, но сам он никогда не делился властью. Он обещает тебе корону, но сам он носит Единую Корону, под которой нет места другим королям.

И тогда один из советников не выдержал. Он выхватил нож и бросился на Алатара, но синий свет опалил его, и упал он замертво, и знак Красной Руки на его груди почернел и рассыпался в пепел.

Ул-Бор встал с трона. Он смотрел на мёртвого советника, на сияющих старцев, и в душе его боролись страх, гнев и зарождающееся понимание.

— Чего вы хотите от меня? — спросил он тихо.

— Ничего, — ответил Палландо. — Только чтобы ты помнил: когда придёт час выбирать между свободой и цепями, между именем своим и клеймом раба, — выбирай то, что велит тебе сердце, а не страх.

И они ушли. А Ул-Бор не привёл свои орды на запад ни во Вторую Эпоху, ни в Третью. И когда через тысячелетия потомки его сражались при Дагорладе, многие из них помнили древнее предание о двух синих старцах, явившихся из ночи, чтобы предупредить их отцов .

Глава 6. О том, как Саурон искал их, и о Тайных Учениях

Саурон не забыл о Синих Магах. Он посылал своих призрачных слуг, назгулов ещё не полностью павших во Тьму, чтобы отыскать их. Но Алатар и Палландо были искусны в сокрытии. Они меняли обличья, они странствовали под разными именами, они становились то купцами, то дервишами, то отшельниками в горах.

И чем дольше они оставались на востоке, тем глубже проникали в тайны местных культов и верований. Они видели, как люди поклоняются Мелькору, не зная его истинного имени, называя его Великим Змеем или Пожирателем Солнца. И они поняли, что нельзя просто запретить эту веру — её можно лишь направить, очистить, переосмыслить.

Так родились тайные учения, о которых на западе слагали легенды. Говорят, что Алатар и Палландо стали основателями школ магии и оккультных наук, которые пережили падение Саурона . Но это не была магия зла — это были крупицы истинного знания, замаскированные под местные обряды, чтобы люди, отвернувшись от Саурона, не остались в духовной пустоте.

Они учили, что свет и тьма — не враги, а две стороны единого целого, что истинная сила — не в подчинении, а в гармонии, что мир — это великое древо, корни которого уходят во тьму, а ветви — в свет. И эти учения, искажённые и переиначенные веками, позже достигли ушей мудрецов на западе как смутные слухи о «магических традициях Востока».

Но Саурон чуял их присутствие. Он знал, что где-то там, за его владениями, действует сила, которая не позволяет ему полностью подчинить восточные племена. И в гневе своём он умножал армии, но каждый раз, когда он готов был двинуть их на запад, часть племён отказывалась идти, или восставала в тылу, или уходила в степи, скрываясь от его гонцов .

Книга Третья: Исход и Память

Глава 7. О конце Второй Эпохи и о новом задании

Когда пал Нуменор, и мир изменился, и Саурон вернулся в Мордор, как дух злобы, не могущий обрести покой, — в тот час Алатар и Палландо почуяли великую перемену. Они находились далеко за Рунным морем, в землях, где высокие горы касаются неба, а люди живут в каменных городах, высеченных в скалах.

И явилось им видение. Не сон, но прозрение, ниспосланное, быть может, самим Манвэ через ветер, дующий с запада. Они увидели, что Саурон пал, но не окончательно. Они увидели, что Кольцо не уничтожено, а лишь утеряно, и что через века Тень восстанет вновь.

И поняли они тогда своё истинное предназначение. Они не должны были возвращаться на запад. Их миссия — оставаться здесь, на востоке, веками, из поколения в поколение, ослабляя силы Тьмы, не давая Саурону собрать под свои знамёна все народы Востока.

Палландо, чьё сердце было полно печали, спросил:

— Неужели мы никогда не увидим Белые Берега? Неужели мы обречены скитаться здесь, пока плоть наша не истлеет, а дух не сольётся с ветрами этих пустынь?

И ответил Алатар, и голос его был твёрд, как алмаз:

— Мы не обречены, брат. Мы избраны. Валинор не место для тех, кто видел то, что видели мы. Мы познали тьму не как враги, а как целители. Мы стали частью этих земель. И когда настанет последняя битва, и Кольцо падёт, наша победа будет незрима для западных сказителей, но без неё не было бы победы.

Глава 8. О деяниях в Третью Эпоху

Тысячи лет миновали. Пришли и ушли короли, рушились империи, возникали новые племена. А двое в синем всё ходили по восточным землям, и время не властно было над ними, ибо они были Майар, и плоть их старилась медленно, а дух оставался юн.

В Третью Эпоху, когда Саурон вновь обрёл силу и объявил себя Властелином, он попытался поднять против Запада все восточные народы. И тогда Алатар и Палландо совершили величайшее из своих деяний.

Они разделились. Палландо ушёл на юг, к племенам харадрим, и там, среди людей с чёрной кожей, говоривших на гортанных языках, он проповедовал, что Мулок, их бог, — лишь искажённое имя Мелькора, и что служение ему ведёт не к силе, а к рабству. Он не обратил их всех, ибо многие уже были отравлены страхом перед Сауроном. Но он посеял раздор, и когда армии харадрим выступили на север, они выступили не единым фронтом, а разрозненными отрядами, и многие вожди ссорились между собой, подозревая друг друга в тайных сговорах с «северными духами».

Алатар же ушёл на восток, к истерлингам, и там, в степях, он поднял восстание. Он не призывал к оружию — он призывал к памяти. Он напомнил племенам, что когда-то они были свободны, что их предки не кланялись никому, кроме неба и земли. И те племена, которые помнили уроки вековой давности, отказались идти на запад. Другие же пошли, но в решающий момент, при осаде Эребора или в битвах за Гондор, многие из них дрогнули, вспомнив слова древних пророков в синем .

Глава 9. О конце и о том, что осталось после них

Когда Кольцо было уничтожено, и Саурон пал навсегда, сила его власти над восточными племенами рухнула, как карточный домик. Истерлинги, харадримы, вастаки — все они оказались предоставлены сами себе, без Тёмного Властелина, который десятилетиями вёл их.

И тогда в шатры и города, в степи и пустыни пришла весть о двух старцах, которые уходят. Их видели в последний раз стоящими на высоком холме у истоков реки Келдуин, откуда открывался вид на бескрайние просторы востока. Они смотрели на восходящее солнце, и одежды их, цвета морской волны, сияли в лучах зари, как два куска утреннего неба, упавшие на землю.

Говорят, что Палландо тогда промолвил:

— Миссия наша завершена, брат. Мы сделали то, что должны были. Пусть запад никогда не узнает наших имён, но здесь, в этих землях, наша память останется навсегда.

Алатар же ответил:

— Не навсегда, но надолго. Пока люди будут рассказывать детям сказки о двух синих звёздах, что пришли с заката, чтобы спасти их от тьмы, — мы будем жить. А потом... потом нас ждёт Мандос, или нечто большее, что лишь Единому ведомо.

И они исчезли. Одни говорят, что они ушли на край света и сели на корабль, который унёс их в Валинор, ибо миссия их была исполнена. Другие утверждают, что они остались на востоке, слившись с ветрами и песками, став духами-хранителями тех мест. Третьи же шепчут, что они основали тайную школу магов, которая существует и по сей день в глубинах Азии, храня знания, недоступные западным мудрецам .

Но в летописях Гондора и Ривенделла не осталось записей об их возвращении. В «Акаллабет» и в «Сильмариллионе» сказано лишь: «Прочие Истари ушли на восток Средиземья, и преданья молчат о них» .

Эпилог: О том, что ведомо лишь Единому

Так завершается повесть об Алатаре и Палландо, Моринехтаре и Роместамо, что значит «Повергающий Тьму» и «Помощник Востока» . Они были последними из Истари, кто сохранил верность до конца, не сойдя с пути, хотя путь их был труднее, чем у Гэндальфа, ибо не видели они плодов трудов своих при жизни.

Ибо написано: велика мудрость того, кто сеет, не надеясь пожать, и велика сила того, кто стоит в одиночестве против тьмы, не ожидая подкрепления.

В Чертогах Валинора, быть может, хранятся две пустые ниши, ожидающие возвращения тех, кто ушёл так далеко. А быть может, их души уже вернулись к истокам и вновь охотятся с Оромэ в лесах, не ведая старости и печали. Но правду о конце Синих Магов не знает никто, кроме Единого, да водившего их ветра, да звёзд, что светили им в долгие ночи странствий по землям, где не ступала нога западных сказителей.

Так кончается сказание об Итрин Луин, коих на западе именуют Синими Магами, а на востоке — Пророками в Лазури, или Двумя Странниками, пришедшими с Заката.