О таком не принято говорить в обществе, но иногда хочется об этом прокричать.
Я годами терпела изнасилования от собственного отца, ещё с дошкольного возраста. Лет с четырех. Не помню точно. Это закончилось только когда мне исполнилось двенадцать, незадолго до моих первых месячных.
Поначалу моё состояние не было таким острым, словно будучи ребенком я не до конца осознавала то, что со мной сделали. Может это был своеобразный психологический блок? Но потом, годам к пятнадцати, моё состояние начало обостряться. Сначала начались проблемы с аппетитом. Я почти перестала есть и потеряла одиннадцать килограмм, из-за чего до недавнего времени напоминала скелет обтянутый кожей. Потом появилась депрессия. Я родилась и долгое время жила в станице, поэтому о психологах слышала лишь по телевизору, а когда переехала в город... Ну, я из бедной семьи. У меня не было денег, чтобы записаться на прием, а о том что у нас существует специальная клиника для тех, кто страдает депрессиям и ПТСР я узнала лишь в двадцать семь, собственно, тогда же туда и легче.
Годами моё состояние ухудшалось, и я просто не знала к кому обратиться за помощью. Я чувствовала себя такой измотанной, что хотелось забиться в темный угол и укрыться от мира. Уснуть и долго не просыпаться, пока всё не станет лучше.
К двадцати семи годам всё стало настолько плохо, что из-за обострившейся агрессии я начала срываться абсолютно на всех, кто попадался мне под руку, и не важно, виноват этот человек или просто не вовремя оказался рядом.
А ещё я боялась мужчин. Даже простые прикосновения к руке или легкие объятия за плечи вызывали во мне нервную дрожь и желание снять с себя кожу, от ощущения омерзения и чувства грязи.
Садиться в ванную и царапать кожу до красноты и крови стало нормой.
В последний месяц перед больницей, когда я сдавала нужные анализы, я уже держалась из последних сил. Я была буквально на грани. Может мне было бы проще, если бы я смогла выплакаться, но такое ощущение, словно с годами эта функция во мне просто заблокировалась. Я не могла проронить ни слезы, а боль только разрасталась. До больницы я несколько месяцев ходила к психологу, к коллеге моего дяди, с которой он меня познакомил. Можно сказать по блату. Мне там сразу дали понять, что психолог с таким уже не поможет, слишком поздно. Но я ведь должна была попытаться? Однако даже излив душу, лучше не стало. А потом меня положили в больницу.
Знаете, когда я поговорила с психотерапевтом, а потом мне поставили капельницу с антидепрессантами, транквилизаторами, успокоительными и какими-то витаминами, и я уснула... Когда я проснулась, я почувствовала такое спокойствие, какого у меня не было уже долгие годы, поэтому следующие две недели я боялась, что меня быстро выпишут. К счастью, мой врач сказала, что я буду лежать до тех пор, пока мне не станет лучше. Я выписалась через два месяца.
Первые полгода я наслаждалась жизнью и даже вернула прежний вес, но потом тяжелая работа и прекращение приема препаратов сделали своё дело и моё состояние откатилось до изначальной точки. Из-за того, что я работала сутками и работников было мало, у меня просто не было возможности съездить за рецептами на препараты.
Я легла в больницу вновь через полтора года, в состоянии ещё худшем, чем была. Спасибо медсестрам, которые вошли в моё положение, и положили меня в отдельную палату, а иначе я просто могла причинить кому-нибудь вред, потому что мне было ужасно сложно находиться в окружении людей, и походы в ту же столовую были для меня адом. Я почти не выходила из палаты без необходимости.
Первые полтора месяца мне ничего не помогало, и только после того как мне добавили ещё два препарата, стало, наконец, лучше.
Несколько раз случались моменты, когда мне приходилось убегать из столовой, потому что я едва не срывалась и не нападала на случайно коснувшихся меня мужчин. Меня буквально трясло от ужаса и внутренней ярости. От отвращения. Я буквально видела, как разрываю им глотки. Видела кровь. Я чувствовала себя ненормальной. Было очень тяжело. И так было долгие годы. Я уже очень давно так реагирую на мужчин, потому что ни с кем из них не чувствую себя в безопасности. Особенно рядом с мужчинами кавказских национальностей, потому что мой отец был армянином, и это оставило своеобразное клеймо на моем сознании.
На этот раз я пролежала в больнице почти три месяца и только после этого выписалась.
Спустя полтора месяца после выписки я вышла замуж за единственного мужчину, которого не боялась, потому что он с самого начала выказывал уважение к моему личному пространству и комфорту. Ничего не требовал и не просил. Ждал меня четыре года, хотя я неоднократно ему отказывала. Мне было слишком плохо, чтобы даже пытаться строить отношения.
Сейчас мне тридцать, мы женаты уже год, и всё настолько хорошо, что я до сих пор в это не верю. Но тут возникает уже другая проблема: я стараюсь уделять ему много внимания, в том числе и интимного, но... Я ничего не чувствую. Вообще. И он это видит. Я люблю его, но в постели я... Я ничего не чувствую. Моя чувствительность почти исчезла и я не знаю что с этим делать. Это только сильнее ухудшает мою депрессию, которая в последнее время вновь начала обостряться несмотря на прием лекарств, хотя пока что я держусь.
Не подумайте, я не ною. Просто иногда так сильно хочется выговориться... А здесь, в интернете, когда никто не знает кто я, это сделать легче всего.

Как же я устала от постоянной тревожности. Лекарства глушат её, но не убирают насовсем. Так или иначе случаются моменты, когда тревога настолько сильная, что просто не знаешь куда себя день. Хочется лезть на стены, кричать, царапать собственную кожу и выть как раненный зверь. Единственная отдушина в такие моменты - это всё те же лекарства. Пьешь повышенную дозу и тебя просто выключает на сутки, а потом ты просыпаешься такой спокойной, словно тебя пыльным мешком по голове ударили. Тишина и никаких тревог. Хреново от осознания, что так придется жить всю свою жизнь, потому что стоит отказаться от лекарств хотя-бы на месяц, и жить становится просто невозможно. Полный упадок моральных и физических сил, из-за чего даже встать с кровати сложно, что уж говорить о ходьбе, или о том что-бы стоять или сидеть. А ещё почти полная неспособность есть, тошнота даже от обычной воды, и постоянное желание спать, но при этом неспособность заснуть. Бесконечная усталость. Просто перестаешь нормально функционировать. Прискорбно, да? Поэтому смешно, когда кто-то слышит слово "депрессия" и начинает тебя высмеивать, говоря "бред все это, никаких депрессий не бывает, всё это выдумки молодежи, у нас же раньше такого не было". Сразу хочется засунуть таких умников в свою шкуру и заставить прожить так хотя-бы денек, потому что депрессия в совокупности с ПТСР - это ад. Особенно, когда она хроническая и тебе приходится жить на больших дозировках сильных препаратов, потому что без них так херово, что бросаешься на всё и всех, становясь агрессивным, и при этом хочется выть и кричать от непроходящей душевной боли. Вот вам и выдумки. Так может, раньше просто жизнь была легче, чем у нас сейчас? Стоит задуматься.

Здравствуйте, уважаемые коллеги. Продолжаем разбирать различные психиатрические диагнозы в цикле «Профотбор. Взгляд психиатра». Сегодня речь пойдет о биполярном аффективном расстройстве (БАР) – также как и шизофрения, эндогенном (то есть с внутренними, до конца не изученными механизмами развития) и тяжелом заболевании, но проявляющемся в иной сфере психической деятельности человека – в сфере настроения.
Название говорит само за себя: болезнь движется между двумя полюсами – депрессией (полюс «минус») и манией (полюс «плюс»). У одного человека могут чередоваться обе фазы, у другого – раз за разом повторяться только одна (например, только депрессивные эпизоды).
Важно понимать отличие болезни от нормы. Временная грусть или прилив сил - это нормально. Эндогенное расстройство – это состояние, которое возникает и длится без видимой внешней причины (или неадекватно ей). Оно захватывает всю личность и меняет ее функционирование.
Депрессия – это не «просто плохое настроение». Это состояние, при котором человек может целыми днями лежать, не в силах подняться, а поход на работу становится пыткой. Окружающие часто списывают это на лень. Но на деле это тяжелейший симптом, требующий лечения.
Мания – это не «просто активность». Это состояние неадекватного, неуемного подъема, когда человек берется за десяток проектов, не доводя до конца ни один, раздает невыполнимые обещания и тратит деньги без счета. Со стороны это могут принять за гиперответственность или предпринимательский задор. Но это болезнь, которая опасна и для самого человека, и для бизнеса.
Важно понимать отличие болезни от нормы. Временная грусть или прилив сил - это нормально. Эндогенное расстройство – это состояние, которое возникает и длится без видимой внешней причины (или неадекватно ей). Оно захватывает всю личность и меняет ее функционирование.

Общие черты обоих полюсов БАР:

- сезонность. Часто (хоть и не всегда) эпизоды обострений привязаны ко времени года. Можно отметить, что депрессивные эпизоды чаще проявляются в осенне-весенний период, хотя может отмечаться привязка и к другим временам года. В целом, если кандидат отмечает, что в «марте-апреле мне всегда тяжело» или «летом я всегда полон энергии», это важная информация для выявления аффективных нарушений.
- суточные колебания настроения. Особенно характерны для депрессии: утром – разбитость и тоска («проснулся уже уставшим»), к вечеру – некоторое облегчение. При мании может быть обратная картина.

Социальная значимость и опасность:
БАР – не просто «перепады настроения». Это заболевание, которое требует наблюдения психиатра, так как оба полюса могут привести к тяжелым последствиям.
- при депрессии человек, находясь в поисках избавления от невыносимой душевной боли, может прийти к мыслям и действиям, представляющим угрозу для собственной жизни.
- при мании опасны не только расточительность и неадекватные решения. На пике возбуждения может развиться гневливая мания с агрессией к окружающим или импульсивным причинением вреда себе.

Основные симптомы (классические триады):
Депрессивный эпизод (триада по Э. Крепелину):
1. Сниженное настроение (гипотимия): тоска, апатия, чувство безнадежности («каменная» грусть)
2. Замедление мышления (брадифрения): мысли вязкие, бедные, трудности при сосредоточении
3. Снижение двигательной активности (гипобулия): заторможенность, чувство усталости, «свинцовая» тяжесть в теле

Маниакальный эпизод (триада, обратная депрессивной триаде):
1. Повышенное настроение (гипертимия): неадекватная веселость, эйфория, раздражительность
2. Идеаторное и психическое возбуждение: ускорение мышления, «скачка» идей, болтливость
3. Двигательное возбуждение (гипербулия): неусидчивость, суетливость, повышенная активность

Как это увидеть на собеседовании? Практические ориентиры.

Помните: депрессия и мания у одного человека не бывают одновременно. Фазы сменяют друг друга (иногда по несколько раз в год). Поэтому кандидат на первом и следующем собеседовании может производить кардинально разное впечатление. Это само по себе – важнейший «красный флаг».

Если перед Вами человек в депрессивной фазе:

1. Внешний вид: выглядит старше своего паспортного возраста, осунувшимся. Мимика застывшая, скорбная («маска скорби»). Взгляд потухший, часто опущен. Может отмечаться некоторая неряшливость: несвежая одежда, неубранные волосы – как будто нет сил на самообслуживание.
2. Мышление и речь: отвечает с большими паузами между предложениями или даже между словами, часто односложно. Создается впечатление, что каждое слово дается с трудом. На вопросы о достижениях или сильных сторонах может сказать «не знаю» или «их нет».
3. Сон и аппетит: если спросить, то ответит, что спит плохо (рано просыпается и не может заснуть), а аппетит снижен («ем через силу»).
4. Энергия и интересы (энергетический потенциал): на вопросы о хобби или отдыхе последует ответ в духе: «ничем не занимаюсь», «нет сил», «ничего не хочется». Рассказ о прошлой работе будет окрашен в тона беспомощности и безнадежности.

Если перед Вами человек в маниакальной фазе:


1. Внешний вид: может быть ярким, даже экстравагантным, как у истероида (см. статью «Личность или патология? Как отличить сложный характер от расстройства личности»), но без той же театральности – скорее, из-за общей расторможенности. Выглядит оживленным, глаза блестят. Жесты широкие, энергичные.
2. Мышление и речь: говорит «без умолку», перебивает, перескакивает с темы на тему («скачка идей»). Может сыпать каламбурами, рифмами. Собеседование практически превращается в монолог кандидата, сложно вставить слово. Речь громкая, быстрая.
3. Сон и аппетит: может говорить о том, что спит мало (3-4 часа в сутки), но при этом высыпается и полон сил. Аппетит часто повышен – «ем за троих».
4. Энергия и планы: расскажет о множестве новых увлечений, стартапов, проектов, в которых он участвует и где его непременно ждет оглушительный успех. Будет давать грандиозные, нереалистичные обещания относительно будущей работы. Легко берется за сверхсложные задачи.

Вывод для профотбора:

Биполярное аффективное расстройство – это колоссальный профориентационный риск. Человек в депрессии не справится с нагрузкой из-за отсутствия энергии и мотивации. Человек в мании, с его скачкой идей, нарушением критики и склонностью к рискованным решениям, способен за короткий срок нанести проекту или репутации компании серьезный ущерб. Ненадежность, вызванная непредсказуемой сменой фаз, – главная причина для крайней осторожности.

Ваша задача – не утешить грустного или охладить пыл слишком веселого кандидата. Ваша задача – заметить неадекватность и стабильность этих состояний. Если перед Вами не просто пессимист или оптимист, а человек, чье состояние явно выходит за рамки адекватной реакции на ситуацию и влияет на все сферы (мышление, речь, активность) – это повод для серьезных раздумий о его профессиональной пригодности на ответственной должности.

В следующей статье мы продолжим цикл и разберем органические расстройства – те проблемы, корень которых лежит в дисфункции самого мозга. А в планах – обсуждение кандидатов с зависимостью от психоактивных веществ и другие важные темы.

Берегите себя и принимайте взвешенные кадровые решения!

До встречи!

Не для любителей мистики и неведомой хтони. Но если вам близки саморазрушение, тихое шуршание съезжающий в ночи крыши, сюжет "один против всех" и громкие хлопки дверью напоследок - вэлком.

Барт живёт обычной, устоявшейся жизнью. Сложившаяся карьера, стабильный крепкий брак, обеспеченный тыл. Его уважают, ценят и любят. И он платит окружающим тем же. Но не может же всё всегда идти хорошо, правда?

Город нуждается в этой автотрассе, так они сказали. А ещё, что всё возместят. Да, придётся переехать, но не им же с женой одним. Все соседи переезжают, вся улица, все предприятия в окрест, включая его собственный прачечный комбинат. Хлопотно, и жалко, конечно так, что сердце щемит, но не умирать же теперь, жизнь то продолжается.
Барт соглашался, разумеется. Он же разумный человек. Только чувствовал совсем другое. Не хочет он жизни на новом месте. И отдавать под снос дом, в котором родился и рос их любимый и единственный сын, не желает. И чтобы закатали под асфальт их дворик и парк, и прачечную, куда он пришёл работать совсем зеленым юнцом. Его мир, его прошлое, его жизнь. Ради чего? Разве компенсация всё это покроет? И то что все вокруг готовы с этим смириться, лучше совсем не делает, наоборот. Потому, что если все вокруг прогибаются, а ты не можешь, тогда дело плохо, тогда ты остаёшься совсем один. И что-то в тебе, что обычно заглушает дневной свет, и шум голосов вокруг, вдруг просыпается и начинает шептать тебе всякое. И тогда, под этот тихий змеиный шёпот, ты идешь и делаешь то, чего от разумного человека совсем не ожидают...

Смешанные впечатления оставила у меня эта книга. С одной стороны, эмоционально, я героя прекрасно понимаю. Чувство, когда проще разнести на атомы, чем кропотливо выстраивать заново, или продолжать, мне очень хорошо знакомо. И гнев, и протест. Но с другой стороны, герой меня бесит. Инфантильностью, махровым эгоизмом, эгоцентризмом и ограниченностью. Тем, наверно, роман и хорош, что автор не героизирует и не демонизирует человека, а просто показывает, как это бывает, и как это выглядит со стороны, близких, в том числе.
Так что в целом - к прочтению бы рекомендовала. Вещь, и сейчас, имхо, актуальная.