Мир кошмаров и приключений

Он зашел домой. Странно что в квартире было темно.

Лишь из-под двери спальни пробивалась слабая полоска света. Видимо Ирка не ждала его так рано и легла вздремнуть.

Но что за странные звуки были слышны из спальни?

Он тихо подошел к двери, и неслышно приоткрыл ее. Петли двери не скрипнули.

Перед ошарашенным Павлом предстала такая картина.

Сперва он увидел голые ягодицы своей жены. То что голая жопа принадлежала его жене, он даже не засомневался, так как прекрасно помнил этот оттопыренный зад. Ирка стояла на коленях между широко раздвинутыми волосатыми ляжками мужика.

Затем он разглядел кудрявую голову Ирки, и вцепившиеся в ее волосы руки, заросшие черным волосом.

Иркина голова ритмично двигалась сверху вниз, а руки мужика ей в этом помогали.

Теперь Павел понял что за чмокающие звуки он слышал.

Парочка его даже не заметила, продолжая заниматься своим делом.

Мужик стонал в экстазе закрыв глаза. А на Иркиной жопе глаз тоже не наблюдалось, кроме дырки в заднице, куда Павел не раз засаживал.

Впрочем, Ирка очень любила этим заниматься, хотя брать в рот всегда отказывалась.

Теперь Павел понял почему. Ирке хватало этого от чужого мужика.

Охреневший Павел попятился и тихонько закрыл дверь спальни.

Уже на выходе из квартиры Павла затошнило. Выскочив из подъезда он блеванул на клумбу, обтерся и пошел куда глаза глядят.

На улице было очень душно.

- Перед дождем что ли?- подумал Павел. И это была его первая мысль после увиденного дома.

Сумбур в мозгах по немногу начал проходить. Захотелось напиться и он увидел гостеприимно подмигивающую ему вывеску ресторана: *Заходите к Петровичу*.

Павел зашел в ресторанчик, нашел столик в не приметном углу зала, и заказал водки.

Он пил почти не закусывая, и после третьей рюмки перед Павлом появился Черт.

Самый настоящий Черт, с рогами и копытами, одетым в черный костюм и лаковые штиблеты на козлиных ногах.

Черт уселся напротив и положил ногу на ногу, уставившись пристально на Павла желтыми глазами.

- Ты кто?- спросил Павел. Язык заплетался, но У Павла получилось задать вопрос.

- Черт!- лаконично ответил Черт.

- Могу выполнить твое желание!

- А чего ты такой добрый?- спросил Павел

- А я не добрый! Я справедливый!- ответил Черт,  покачивая ногой в лаковом штиблете.

- Хочу убить эту шлюху!- сказал Павел,- И не сесть в тюрьму.

- Хорошо!- ответил Черт.

- По пути домой зайди в хозяйственный магазинчик!- приказал Черт.

- Зачем?- спросил Павел.

- Там поймешь!- ответил Черт и растворился в воздухе.

По совету Черта Павел зашел в магазин. Он сразу понял что, имел в виду Черт.

На стеллаже блистала и сверкала его мечта. Маленький, стальной топорик для походов.

Конечно, он купил его.

Выйдя из магазина Павел полюбовался его стальным острым лезвием, и поцеловал его раздвинув губы чтобы не порезаться.

Время было уже около десяти вечера, и Павел знал что Ирка должна возвращаться из фитнеса.

Жена никогда не пропускала эти занятия, поддерживая себя в прекрасной форме.

Павел стоял в арке двора. Там было не особо светло, но для него света было достаточно.

Он ударил жену прямо в висок. Ирка упала не издав ни звука. Павел отступил от падающего тела жены, и увидел люк ливневки.

Топорик беззвучно провалился в отверстие люка и утонул в грязи на дне. Крови на  одежду Павла не попало вовсе.

Затем Павел закричал: Помогите!

На его крик прибежали соседи и вызвали полицию.

Павла долго таскали на допросы, но в итоге он остался вне подозрений.

Случились три похожих нападения на женщин, и полиция стала искать маньяка.

Вскоре маньяка поймали и тот сознался во всех убийствах.

Довольный Черт противно хихикал записывая Павла в список должников.

Ирка же жарилась в кипящем масле в аду проклиная Павла.

Но, впрочем, ее никто не слушал!

Топорик Черта лежал в грязной канаве на дне, поблескивая в темноте адским сиянием.

Он ждал, он знал что его когда нибудь найдут, и используют по назначению.

Но это уже другая история.

Автор<lj user="xelu_c" />

Но тут дубовые врата распахнулись и на пороге явился Прекрасный Принц! Ну как прекрасный? Ну если сравнивать с Некрасавицей, конечно.

-Ну! - говорит Прекрасный Принц, - Где тут у вас дракон!?

-Какой дракон? - не понял король.

-Что значит "какой дракон"!? Дракон! Которому башку отрубить надо! Это вы объявление давали?!

-Ааа... - догадался король, - это вам в соседнее королевство...

И тут Прекрасный Принц увидел Некрасавицу.

-Ага! - закричал он, - Вот ты где прячешься, чудище поганое! Отойдите, Ваше Величество - тут особо тяжелый случай!

И с этими словами Прекрасный Принц обнажил свой полутораметровый клинок. Некрасавица никогда еще обнаженных клинков живьём не видела, да еще таких полутораметровых - и так впечатлилась, что рухнула в обморок.

-Ура! - воскликнул король - Поздравляю вас, молодой человек! Вы стали счастливым обладателем драко..ээ...жены! Вот вам её рука! И еще одна, и еще... Будьте счастливы, дети мои, плодитесь и размножайтесь - там, если будут вопросы, инструкция прилагается.

И с этими словами король исчез. Ну как исчез? Ну из сказки нашей исчез, ибо функцию он свою исполнил, а что делать с ним дальше автор не знает.

А кончилось всё хорошо. Некрасавицу быстро привели в чувство - с Принцем, правда, пришлось повозиться. Но зато какая это была свадьба! Невеста пленила всех расшитым бисером платьем, прелестно уложенными волосами - аккуратно, в сундук - и украшенной брильянтами вратарской маской. Жених был облачен в строгую, но со вкусом смирительную рубаху, торжественные кандалы и элегантный кляп.

Ну а потом была первая брачная ночь... Опустим подробности, дорогие детишечки, скажем лишь, что после той ночи Некрасавица наконец-то перестала быть Неспящей, отвернулась к стенке и захрапела. А вот Принц уже никогда после той ночи не спал, ибо после такого, дорогие мои детишечки, никому не уснуть.

Автор Хельга

Пройдя пешком километров сорок, Хельга вышла к людям. Люди были с окраины и подозрительно шныряли глазами.

- Русских среди нас нет, чурки, узбеки и татарка вонючая есть, адЫн штука, а русские в России живут,- прояснил ситуацию какой-то заморыш, и за доллар предложил провести Хельгу в апартаменты "Меблирашки для мексикашек". .

Хельга выбрала удобную позицию, ловко(годы тренировок)залезла на пальму, достала полевой бинокль, выданный на время командировки командором из Вождя Пролетариата, стала наблюдать и записывать в дневник. НаписАвшись чего надо, достала из хозяйственной сумочки от Гучи, гаджет и стала стучать в Центр.

- Прям как радистка Кэт,- подумала про себя Хельга, и улыбнулась кому-то невидимому. ."Начальнику лаборатории. СРОЧНО ! Исследуемый объект живёт в клетке для малоимущих на пособии. Пол неопределенный, может быть женский, может быть мексиканский фифти-фифти. Также пол грязный. А ещё пол заплеванный и заблеванный, в липких пятнах и экскрементах. В конуре немеряно тараканов, расползаются преимущество из района головы. К одному таракану испытывает страстную и пылкую любовь, и им бредит . Вступает с тараканом в сексуальные отношения, удовлетворившись включает телевизор в котором мелькают белозубые божества и убОжества,  о ,  мой,  Гендальф, завывает. На стенках расклеены постеры с изображением джакузи. Подходит и молится как на икону, в Мордоре джакузей не было, а здесь будут, вопит. Потом начинает пить красное вино, мастурбировать и предъявлять претензии к тараканам, которые ее не любят. .

- Ты меня хоть немного любишь?- спрашивает таракана, когда тот ползает по ее лицу. - Шло нахуй,  чувырло бурацкое, тобой даже тараканы брезгуют.

Из Центра пришло мгновенное подтверждение по электронке, и рекомендации попытаться вступить с объектом в вербальный контакт.

Хельга постучала снова, но на этот раз не в Центр, а в дверь. Через цепочку на нее посмотрело Существо в мексиканской шляпе, полуголое и с неухоженными зубами

- Хм, подумала Хельга, - на обезьяну похожее, а где ее детёныш? .

- Откройте! Вакцинация! - сказала Хельга, но не сказала, какая именно вакцинация, сейчас все прививались от ковида и впускали в дом кого ни попадя. Существо захохотало и сдвинув с лица грязную тряпицу, посмотрело на свое отражение в зеркало. Следом за ней заглянула в чёрное зеркало Хельга и отшатнулась. По существу, и отражения у Существа не было, было огромное пятно, похожее на плевок в Вечность. .

- Вы Джон Малкович? - дыхнуло Существо перебродившими дрожжами на Хельгу,

- я вам сейчас своего малыша принесу на прививку тоже.

Через минуту Существо вернулось с огромной мягкой игрушкой величиной с девятнадцатилетнего парня.

- Совсем крыша съехала у тетки,- подумала Хельга.- Стоило ли такого из детского дома из России забирать, лучше бы сыну оставила, там игрушек мало. .

- Я такой же Джон Малкович, как ты Гойко Митич , то есть, да,- сказала Хельга,- жопу давай, колоть буду*. Хельга щелкнула металлической биксой, достала две ампулы, на одной было написано "от бешенства", на второй "для усыпления". Хельга разбила первую и вытянула шприцем жидкость. Плюшевую игрушку трогать не стала. .

Хельга достала гаджет и отстучала донесение в Центр, что Существо лежит и не бредит, тараканы пока попрятались. Закончена только первая стадия исследований, информировала Хельга Центр лабораторных исследований, но работы непочатый край, и это не считая жЫда. Он один только стоил целого отряда обрезанных бабуинов.

Хельге показалось, что в телеграм канале ей даже помахали рукой члены команды Кусто, на этот раз лица были приветливые.

- Надо же,- подумала, Хельга,- Оценили мою работу. Буду продолжать в таком же духе, чего доброго сделаю карьеру.

- А почему нет? Главное не останавливаться, и не кидаться мне на белых людей, а проводить исследования на двуногих животных. Тогда и люди будут ко мне хорошо,- думала будущий научный сотрудник по имени Хельга.

Успев додумать эту мысль, Хельга услышала шум подъехавшей машины к сараю.

Выглянув из-за грязной занавески , Хельга увидела черный, обшарпанный мерс.

Из него вылез жирный боров Арье.

- Выследил утырок. Банда *Черных гадюк*никогда не отпускала своих сотрудников. Он искал ее в Сибири, а она была в Каннах. Но выследил гад.

Хельга вытащила свой самурайский меч. Умудрилась же протащить сквозь таможню и все их детекторы. Меч был смазан особым составом, и не фонил в рамке металлоискателя.

Хельга притаилась в тени возле двери.

Скрипнула дверь и на пороге возникла(вот сцуко, блять) не Арье, а одноглазая Минька из банды *Черных гадюк*.

Взмах меча, и бездыханное тело повалилось на грязный пол, а отрубленная голова покатилась под кровать, и там замерла, ненавидяще сверля Хельгу пронзительным голубым глазом.

Хельга для острастки ткнула кончиком меча в этот глаз, и он вытек тошнотворного вида лужицей.

Дверь опять скрипнула и Хельга повернувшись резко, занесла меч.

- Дорогая, это я,-  на пороге стоял Артурий.

- Где Тварье?

- Я убил его, тварь долго дохла.

Хельга вернулась к старухе и перерезала ей горло

- Не надо оставлять свидетелей.- сказала она,пряча меч за полу плаща.

Но на выходе она ударила через плащ. Меч вошел Артурию точно в живот. Из разрезанного брюха вывалились внутренности.

- Помучайся,- сказала она на прощание.

-  Нафиг мне ваша лаборатория сдалась. Я свободный художник!

Автор<lj user="xelu_c" />

— Нет, — сухо ответил Страйкер. — Слишком маленькие фигуры. Там человеку не поместиться.

Серый произнёс ровным металлическим голосом:

— Начать боевые испытания.

Открыл грудной отсек. Выстрелил гарпуном на тросе — пробил ближайшего шокана и потянул к себе. Гарпун сложился и спрятался внутрь. Шокан по инерции продолжал движение вперёд — и серый встретил его апперкотом с коротким прыжком. Полголовы у шокана просто не стало.

Красный открыл грудной отсек. Миниатюрная ракета ударила во второго — и разорвала на части.

Жёлтый выстрелил сетью. Разбег. Прыжок. Удар ногой — и сталь прошила грудь шокана насквозь.

Дальше отряд потерял счёт времени. Трое киборгов резали, ломали, взрывали. Оружия в них напихали от души. Прошло всего минута — и шоканов не стало. Страйкер коротко приказал водителям:

— Будьте готовы.

Он был уверен: киборги и ниндзя — это не история про живых свидетелей. Красный повернул голову в их сторону. Механический голос произнёс:

— Свидетели. Ликвидировать.

Грудной отсек раскрылся.

— Активация самонаводящегося снаряда.

«Хаммеры» с пробуксовкой пошли задним ходом. Ракета ушла — прямо к машине Доги. Курьер увидел приближающийся снаряд и зло бросил:

— Догони.

Он сделал полицейский разворот. Скрипнули покрышки — машина едва не опрокинулась на скорости, но ушла в сторону. Ракета доворачивала за ней. «Хаммер» встал на два колеса, снова выровнялся — ракета догнала и ударила снизу. Взрыв. Машину подкинуло — и тут же рвануло второй раз: сдетонировала припасённая взрывчатка. «Хаммер» разлетелся на куски. Страйкер увидел вторую ракету — уже на них. Морпех рявкнул:

— Всем покинуть машину!

Страйкер прыгнул в одну сторону, Милони — в другую. Морпех давил на педаль, пытаясь увести взрыв от людей. Секунды. Он уже открывал дверь — но не успел. Ракета ударила в лобовое. Страйкер поднялся. Рядом, потрёпанный и злой, сел Милони.

— Говорил я: Лин Куэй — скоты…

К ним бежал жёлтый. Два человека рванули прочь.

— И какая у нас тактика? — выдохнул мафиози на бегу.

Страйкер заметил ряд фур.

— Туда. Должно хватить топлива, чтобы подорвать эту хрень.

Они добежали. Жёлтый был уже рядом. За ним подходили серый и красный. Милони крикнул:

— Страйкер, давай быстрее! Я выиграю тебе пару секунд!

Страйкер сорвал крышку бензобака, достал гранату, выдернул чеку. Жёлтый чуть в стороне — там Милони каким-то чудом ушёл от первой атаки. Серый уже был рядом с ним. Страйкер отпустил гранату…

Синяя вспышка ударила по периферии зрения. Горловина бака мгновенно покрылась льдом. Вторая вспышка — и в серого попал сгусток льда. Рядом, словно из воздуха, возник ниндзя в синем. Он пнул гранату прочь и коротко приказал:

— Бегом!

Страйкеру не осталось выбора. Красный уже был рядом. Позади — предсмертный вскрик Милони: ему свернули шею. Страйкер рванул за синим. Тот распахнул люк технического туннеля. Страйкер прыгнул вниз — следом ниндзя. Синий вытянул руки и превратил шахту спуска в лёд, запечатывая вход. Потом помчался дальше. Минут пять они бежали по техническим коридорам. Когда остановились отдышаться, Страйкер выхватил пистолет и приставил к голове ниндзя.

— Ты кто такой? И какого чёрта не дал взорвать этих тварей?

Ниндзя поднял руки, показывая, что без оружия.

— Я Саб-Зиро. Последний из истинных Лин Куэй. Среди киборгов есть мой друг. Я не мог позволить тебе убить его.

Страйкер прорычал:

— Тогда стоило предупредить нас раньше и не лезть в ваши разборки.

Саб-Зиро ответил жёстко, без извинений:

— Вы сами пришли в порт. Вас не звали. Я должен был исключить ваше вооружение: оно опасно для моего друга.

Страйкер убрал пистолет в кобуру. Люди пришли сюда по его решению, а синий преследовал свои цели. Но сейчас не место для философии.

— Ты знаешь, как уничтожить этих роботов?

— Нам нужно двигаться, — ответил Саб-Зиро. — Они могут и не ломиться через лёд, но обход найдут быстро.

Они пошли. На ходу Саб-Зиро коротко пояснил:

— Это не просто машины. Среди троих есть мой друг. Его нужно спасти. Клан Лин Куэй решил отказаться от древней силы и пойти путём технологий.

Страйкер недовольно уточнил:

— То есть… то железо?

— Да. Сайракс, Сектор и Смоук. Бывшие братья по оружию. Теперь — механизмы.

— Одного ты назвал другом.

— Смоука. Есть причины верить, что в нём сохранилась личность. Я пришёл её пробудить.

Они остановились на перекрёстке. Страйкер не был против, чтобы один киборг выбыл из уравнения. Но сначала — прямой вопрос:

— Какой мне от этого прок?

Саб-Зиро ответил без лишних слов:

— Лин Куэй прислал киборгов на испытания. В этом хаосе никто не считает трупы. Если тест пройдёт успешно, очень скоро такими станут десятки обученных убийц.

Это было совсем плохо. Людей можно сломать страхом. Машины — нет. Саб-Зиро продолжил:

— Я помогу тебе сорвать проект. Пусть он провалится, и клан не пойдёт этим путём. Но ты поможешь мне спасти друга.

Страйкер фыркнул:

— Ты из грёбаных магов.

Саб-Зиро создал на ладони тонкую сосульку.

— Верно. Но моих сил не хватит на троих. Я думал, твой отряд сможет убить хоть одного. К тому же Сектор напал на вас первым.

— Стоило подойти и предупредить о самонаводящихся ракетах, — зло сказал Страйкер. — Возможно, сейчас ты бы уже вспоминал чаепития с другом.

Саб-Зиро не стал спорить. Страйкер посмотрел на то, что осталось: шокер, пистолет и две обоймы, дубинка и одна граната.

— Как они пережили начало слияния? Электроника же сдохла.

— Транспортировка в экранированном контейнере, — ответил Саб-Зиро. — Кто-то из верхушки клана знал о вторжении и о месте событий.

Страйкер посмотрел на него прищурившись:

— И ты — один из них.

— Да. А ты — коп, который хочет выбраться живым.

Страйкер про себя поставил приоритет: киборги — первично, остальное — потом. Вслух спросил:

— Они боятся электричества? Их можно закоротить?

— Да. Но твоего шокера мало.

— Сможешь заморозить своего друга так, чтобы он не мешал?

Саб-Зиро сжал кулак, и воздух вокруг побелел.

— Смогу. Но это отнимет силы.

Страйкер принял решение.

— Значит так. Ты морозишь Смоука и отвлекаешь красного — у Сектора слишком много дальнобойного. Я беру жёлтого, Сайракса.

Саб-Зиро посмотрел с любопытством:

— Ему почти не страшны пули. Что ты задумал?

— Это касается только меня. В какую сторону к кораблю?

Союзник он или двойной агент — не важно. Сейчас Страйкеру нужен был доступ к оружию лучше пистолета. Саб-Зиро указал путь и добавил:

— Коп, моя цель — спасение друга. Это высший приоритет. Не жди, что я побегу помогать тебе.

— Понял. Пошли.

План был прост: добраться до судна. Там есть две вещи. Узкие стальные коридоры и прочные переборки — чтобы отрываться от киборгов. И топливо — чтобы унести их с собой в могилу. Если придётся — вместе с ниндзя. Они выбрались к кораблю. Страйкер рванул к трапу. Саб-Зиро остался у люка.

— Ты что удумал? — окликнул Страйкер.

— Собираюсь с силами. Мне нужно заморозить Смоука одним ударом. Это может быть непросто.

Страйкер поднялся на корабль, наращивая дистанцию. Вдали показались киборги. Все трое смотрели на Саб-Зиро. Серый сорвался первым. Между ладоней Саб-Зиро засветился голубой шар. Серый выстрелил гарпуном. Саб-Зиро поднял шар навстречу — гарпун коснулся его и мгновенно стал льдом, зависнув в воздухе. Саб-Зиро толкнул шар вперёд. Лёд пошёл по тросу быстрее пули — хлоп! — и серый превратился в ледяную статую. Саб-Зиро упал на одно колено, тяжело дыша. Страйкер взял жёлтого на прицел и пару раз выстрелил, вызывая на бой. Красный уже спешил к Саб-Зиро. Выстрел ракеты — Саб-Зиро успел заморозить её до взрыва. Жёлтый уже был у трапа.

Страйкер рванул вглубь судна. На ходу захлопнул переборку. Удар — металл выгнуло. Киборг ломал дверь, как бумагу. Страйкер бежал дальше, закрывая переборки одну за другой. Хорошо, что пару лет назад была операция на подобном судне: он хоть немного ориентировался. Спускаясь ниже, он сорвал со стены план эвакуации — на всякий случай.

Через десять минут он добрался до аккумуляторной. Дизельные генераторы молчали, но были батареи. Под грохот ломающихся переборок Страйкер сбил защиту с клемм, прикинул дистанцию. Дубинкой не дотянуться. Он быстро примотал шокер к металлическому остову дубинки. Не бог весть что, но лучше, чем ничего.

Нашёл толстую резиновую перчатку.

Дверь выломали.

Вошёл жёлтый.

Страйкер приложил дубинку к одной клемме и выстрелил шокером во вторую — и тут же рухнул на пол. Вспышка. Треск. Запах озона. Футболка ударила статикой по коже. Шокер исчез — будто сгорел. Дубинка упала рядом.

Жёлтый застыл, как статуя.

Страйкер потянулся к гранате — и в этот момент глаза робота вспыхнули.

— Перезапуск прошёл успешно.

Жёлтый пошевелился. Несколько секунд дёргал головой, будто сверяя себя.

— Дополнительное вооружение вышло из строя. Выполняю ликвидацию вручную.

Страйкер перехватил дубинку поудобнее.

— Сэр, вы всё ещё можете сдаться добровольно.

Ответом была атака. Страйкер попытался отбить удар ногой дубинкой — его сорвало с места и впечатало в стену. Хорошо, что сталь выдержала и кости не треснули. Он отпрыгнул от следующей атаки и рванул в коридор, где было проще держать дистанцию. Киборг вышел следом. Серия ударов руками. Страйкер уворачивался и отметил важное: движение головы и последний замах выдавали ограничения механических суставов. В рукопашной робот был опасен силой, но не гибкостью.

Страйкер держался узких коридоров. Два мощных удара с разворота ногой у киборга застряли в металлических конструкциях — этого хватало, чтобы ответить: попытаться выбить светящиеся глаза. Киборг уворачивался. Пистолет тоже не решал проблему: пули в основном рикошетили от брони. Очередной уворот — прыжок — и Страйкер влетел в первую попавшуюся дверь. На пути оказалась стальная лестница вниз. Он скатился по ней и оказался в машинном отделении, выиграв пару секунд.

Жёлтый прыгнул следом. Сайракс сделал сальто и приземлился мягко, почти красиво — если забыть, что это был убийца. Киборг сорвал с руки часть брони и силой выдвинул лезвия. Страйкер тяжело вздохнул и поднялся одним рывком — как учили. Считал это глупым навыком… пока не понадобилось.

Первые три удара клинком он отвёл по касательной. Разум запоздало отметил металлическую стружку, срезанную чужим оружием. Потом кулак ударил в грудь. Воздух выбило из лёгких. Бронежилет спас рёбра, но боль всё равно прошила тело. Жёлтый ударил сверху. Лезвия зацепили бронежилет — рывок, и Страйкер рухнул на колени. Он вскинул пистолет и выстрелил снизу вверх в подбородок. Два — мимо. Один — попал. Пуля вошла в слабое место брони.

Страйкер вскочил и перезарядил пистолет. Посмотрел на бронежилет: кевлар почти разрубило надвое. Скинул остатки — чтобы не мешали.

Снова в одной футболке — и чёрт знает против кого.

Жёлтый атаковал. Страйкер попытался увести удар, но киборг был готов: клинок разрезал стальной край дубинки, а руку Страйкеру полоснуло так, что пальцы на миг онемели. Он отступал, стреляя в лицо робота, выигрывая секунды. Оторвал кусок футболки, наспех перетянул кисть и примотал остаток дубинки к руке.

Один глаз у киборга погас. Страйкер пошёл в контратаку с подбитой стороны. Удар — острым краем по торсу сбоку. Искры. Он присел под горизонтальным взмахом. Удар в район таза — туда, где меньше брони. Искры. Кувырок за спину — до удара ногой. Ещё удар в ноги, снова в таз. Искры. Жёлтый отступил, шатаясь, ловя равновесие. Страйкер атаковал апперкотом в подмышку. Металл вошёл глубоко. Искры. Он ударил током — киборг отступил ещё на шаг.

Страйкер рванул добивать… и едва не попался: жёлтый ждал и поймал его на ответный взмах лезвием снизу. Страйкер успел заметить, но блок не спас. Дубинка выдержала часть удара, а остатка хватило, чтобы снова рассечь руку. Страйкер уронил уже не оружие — обрубок. Огляделся. Монтировка.

Схватил здоровой рукой и пошёл вперёд. Киборг плохо ходил из-за сбоя ноги. Рука с лезвием двигалась почти одними плётками: сверху вниз и назад. Страйкер молотил монтировкой, пытаясь пробиться через блоки второй руки. Сайракс уловил момент — выдернул монтировку рывком.

Страйкер поднял пистолет. Три последних патрона. Почти вплотную.

Три выстрела в здоровый глаз.

Первая пуля отскочила, оставив трещину. Вторая пробила маленькую дырку. Третья погасила визор полностью.

Киборг взмахнул монтировкой наугад — и замер.

Страйкер почти спокойно замотал руку припасённым бинтом. Увидел цепь и кран — здесь поднимали тяжёлое. Схватил крюк, раскрутил. Взмах. Жёлтый не прикрылся. Крюк пробил подбородок. Монтировка упала. Страйкер увидел трубу со знаком «Огнеопасно». Поднял монтировку — сломал трубу. В помещение побежала солярка. Он краном отправил киборга в лужу горючего, поднял кусок дубинки, достал гранату и произнёс ровно:

— Вы вправе хранить молчание.

Бросок — и бегом прочь. Он успел сменить палубу, когда прогремел первый взрыв. Потом второй. Пламя быстро взяло судно. Страйкер выбежал к трапу спуска на берег, под ещё пару хлопков в глубине корабля. Там стояли Саб-Зиро и Смоук.

Киборг повернул голову к Саб-Зиро и спросил, с ноткой непонимания:

— Откуда ты знал, что человек выживет?

Саб-Зиро хлопнул его по плечу:

— Интуиция, друг. Лин Куэй многое теряет, вступая на путь технологий.

Страйкер спустился вниз и спросил, глядя на серого:

— Он теперь за нас?

Саб-Зиро кивнул. Ниндзя сложил кулак и ладонь перед собой и произнес легким поклоном головы:

— Лин Куэй не забудет твоей помощи, воин. Найди нас, если понадобится.

Страйкер сморщился:

— Век бы вас не видеть.

Смоук посмотрел на пояс Страйкера:

— Твоё оружие?

Страйкер даже не хотел видеть порубленную дубинку и лишь отмахнулся. Саб-Зиро поднял руку и холодом провёл по его ранам.

— Это притормозит кровь. Но поспеши: найди своих.

— А куда вы?

— У нас своя война.

Смоук выпустил волну дыма. Страйкер закашлялся — и когда вышел из облака, оба уже исчезли.

Он добрался до стоянки. Среди множества современных моделей нашёлся древний экземпляр — почти без электроники. Страйкер выбил стекло, варварски провернул личинку зажигания, завёл. Поехал на базу.

У ворот его встретили люди — впервые за долгое время по-настоящему весёлые. Оказалось, Лю Кан победил Шао Кана. Вторжение закончилось.

Страйкер позволил себе короткую улыбку. Уточнил, где руководство: сообщили факт победы и ещё не вернулись.

Лазарет. Нами — в панике — обрабатывала раны и накладывала швы. Рядом врач щупал синяки, проверяя признаки внутреннего кровотечения и скрытых травм. Так прошёл час.

Потом Страйкер нашёл заместителя Сони и отчитался: выполненная задача, гибель пяти бойцов, полная потеря вверенного имущества. Уточнил временные рамки, подтверждение: таркатаны не успели к башне — штурм получил окно. Вслух он не сказал главного: что его группа выполнила тактическую задачу и погибла в чужой войне. Но он это отметил — сухо, как фиксируют факт. Стычку с Лин Куэй он вывел за скобки. Об этом расскажет только наверху — пусть Рейден и остальные решают, стоит ли идти по следу Саб-Зиро и Смоука.

Пять дней спустя новости стали яснее.

Из хорошего — только одно: Шао Кан и его ближайшая свита нейтрализованы.

Плохого было больше. Оставался колдун Шан Цзун — его уже убивали, и всё равно он был жив. Часть элитных воинов Шао Кана перешла под его контроль.

Таркатаны, шоканы и прочие твари остались на Земле. Пока они не признавали никого, но Рейден был уверен: скоро колдун получит над ними полную власть.

И стало понятно ещё одно: Лин Куэй — только начало проблем. Проект киберниндзя не умер. Его отправили на переработку с нуля. А потом двое «друзей» напомнили о себе. В присутствии Джакса и Сони — которые страховали — Страйкер открыл небольшой деревянный ящик с символом Лин Куэй. Внутри лежало оружие. Тактическая дубинка из металла непривычного оттенка, с тонким азиатским узором. Страйкер взял её в руку и отметил: рукоять отлита идеально, баланс другой — чуть легче привычного. Он нащупал скрытую кнопку. Нажал. С краёв вышли два коротких лезвия. Джакс фыркнул:

— Скрытое оружие… чего ещё ждать от ниндзя.

Страйкер прикинул вес, сделал пробный удар по ящику. Лезвие разрезало дерево, как бумагу. Он посмотрел на дубинку, потом — на мир вокруг, который уже не собирался возвращаться к прежнему.

— А мне нравится, — сказал он. — Подходит для нашего нового мира.

***

Спасибо за внимание добрые люди. Готов услышать критику и ругань, возможно доброе слово.

До встречи.

Из района штабной палатки сверкнула молния. Значит, Рейден прибыл. Магия и боги давно перестали быть удивлением для выживших. Куда страшнее стало другое: люди. Их глаза. Страйкер прошёл в столовую. Здесь сидели те немногие, кто ещё мог держать оружие и выходить наружу. Но даже среди них многие были на грани. Не сломались — хуже: выгорели. Словно металл после долгой работы: целый, но уже не пружинит. Они смотрели в кружки, в жестяные тарелки, в пустоту перед собой — и будто не понимали, зачем вообще вставать завтра. Страйкер мог бы пополнить их ряды, если бы не характер. Ему было страшно смотреть вглубь себя — ведь ему проще жить так, как он умел: коротко, по делу, без лишних вопросов. Эта жизнь казалась легче, чем прежняя, мирная.

Он быстро позавтракал и пошёл в лазарет — сменить бинты. Палатка стояла с краю, подальше от суеты. Там его встретила Нами — уже поднявшаяся раньше всех и подготовившая всё, что нужно. Она работала тихо и быстро, как человек, который привык спасаться не словами. Страйкер сел на стул. Нами начала снимать старые бинты.

— Страйкер… ты опять сегодня в город?

— Да, — спокойно ответил он.

Нами тяжело вздохнула.

— Курт, ты и твой отряд почти единственные, кто ещё выходит наружу. Ну… ещё эти…

Она не договорила. «Эти» — бойцы со сверхспособностями — вызывали у неё почти физическое раздражение. Страйкер в них тоже не вникал: не видел смысла спорить с реальностью, где боги бросают молнии в небо, а земляне пытаются выжить в мусоре и крови. Нами обработала свежие ссадины и, не поднимая глаз, сказала:

— Курт, тебе пора передохнуть.

Страйкер ответил сурово:

— Я полевой боец. Пока могу сражаться — это мой долг. Каждая спасённая жизнь стоит моих ран.

Через полчаса он уже был на складе. Забрал лёгкий бронежилет, дубинку и электрошокер — свою «семью», которая снова и снова вытаскивала его из беды. Подошёл рядовой и коротко сказал:

— Капитан… то есть, сэр. Вас вызывают в штаб.

Вообще-то Страйкер уже почти стал самостоятельной силой: город, зачистки, поиск выживших, сбор припасов. Но штаб — это информация. А информация в войне бывает дороже патронов. Помимо сведений о том, как называть разных тварей, и какие у них слабости, в штабе держали отдельные досье на элиту Шао Кана. В первые дни Страйкеру повезло: некоторые «особые» недооценили простого копа. Сейчас всё изменилось. Яркий пример — Милина. Противная заноза, которая превратила его смерть в личную идею-фикс. Страйкер пытался использовать это — ставил ловушки, играл роль приманки. Но Милина училась быстро, и оружие землян её уже не пугало. Она ворвалась в капкана, едва не убила его — и ушла. Их счёт был прост: у Милины — несколько касательных ранений и одна пуля навылет. У Страйкера — десяток мелких порезов саями и один неприятный укус клыкастой пасти в руку. Тогда повезло: он успел сунуть ей в рот дубинку. Ещё секунда — и тварь отгрызла бы кисть.

Страйкер вошёл в штаб. Сколько бы он ни видел «главные ударные силы Земли», привыкнуть не мог. Огонь из рук, молнии, невозможная скорость, прыжки — разум всё ещё сопротивлялся. С Джонни Кейджем было сложнее: тот мог парой фраз вызвать острое желание выбить ему пару зубов, но в бою работал уверенно, а его странная сила не раз спасала людям жизни. И всё равно Страйкеру тяжело было принимать, что теперь именно такие люди решают судьбу мира. Соня указала на карту города на столе.

— Страйкер, у нас появилось окно. Сегодня есть шанс прекратить слияние миров. Основной удар — по башне Шао Кана и лично по императору.

Башня… Через несколько дней после начала апокалипсиса в центре города выросла чужая пирамида — кусок Внешнего мира посреди знакомых улиц. «Башня Шао Кана». Страйкер даже не пытался понять, как такое возможно. Соня продолжила:

— Пошлю подрывников сюда и сюда. Обрушить эти небоскрёбы.

Страйкер мгновенно понял схему. Большая часть таркатанов и шоканов стояла по ту сторону башни, если смотреть со стороны лагеря. Взрывы перекроют обход слева. Главным силам нужно бить в сердце вторжения, а не захлёбываться в горе мяса. Но оставался обход справа — широкий, удобный. Его не перекрыть парой хлопков. Соня ткнула пальцем в крупный перекрёсток.

— Страйкер, это твоя точка. Берёшь самых боевых ребят, два «хаммера» и оружия столько, сколько сможете загрузить.

Широкая улица. Рай для атаки толпы на малую группу. Соня провела пальцем по маршруту.

— Твоя задача не остановить их. Твоя задача — увести их в сторону.

Влез Джонни, не удержавшись:

— Мы точно выяснили: сегодня таркатанами командует твоя подружка Милина.

Страйкер проигнорировал «шутку» и поправил маршрут:

— Лучше сюда. На той дороге мы пытались подорвать кентавра — безуспешно. Противопехотные мины всё ещё ждут своих клиентов.

Соня смотрела жёстко.

— Запомни, Страйкер: твоя цель — не победить и не погибнуть. Твой отряд должен максимально долго удерживать на себе внимание вражеских войск.

Страйкер кивнул. Пока решается судьба мира, его задача — чтобы под ногами героев не путалась шушера.

— Вас понял.

Через полчаса отряд был собран.

Устойчивого подразделения не существовало: те, с кем он в первые дни выходил в город, либо лежали в лазарете, либо уже были мертвы. Но у Страйкера появилось имя. И когда он объявил, что патроны можно не беречь, добровольцы нашлись быстро.

Через час шесть человек на двух «хаммерах» покинули базу. В дороге Милони — бывший мафиози, ныне рядовой боец — спросил, не веря:

— И всё же, Страйкер, повтори. Нам выдали оружия почти на роту и послали истреблять таркатанов? Это звучит как сказка.

Из второй машины по рации отозвался Доги, бывший курьер:

— Милони, ты жопой слушаешь, что ли? Тебе же сказали: пока крутые парни творят историю, мы будем ловить таркатанов на твой тощий итальянский зад.

Мафиози вспыхнул:

— Да ты знаешь, кто я такой…

Грубый голос немолодого морского офицера отрезал:

— Расходник. Как и остальные в этих двух машинах.

Вот что губило людей. Страйкер мечтал найти того, кто пустил в обиход прозвище «расходник», и выбить ему все зубы. Самым нелепым образом слово прицепилось. Да, можно было увидеть плюсы: бойцы шутили смерти в лицо и легче шли на риск. Но минус был один — и огромный. Люди переставали учиться. Прозвище снимало ответственность: мол, погиб не потому, что безалаберный идиот и поленился выучить пару приёмов самообороны, а потому что «так положено». Гали — бывшая актриса и каскадёр, одна из немногих женщин в боевых выездах — спросила:

— Страйкер, с чего уверенность, что таркатаны вообще нами заинтересуются? Или ты хочешь потревожить их лагерь?

Страйкер ответил сухо:

— Их поведёт Милина.

По рации послышался женский смешок — тот самый, который иногда спасает от паники:

— Опа. Так это у нас свидание?

Морпех пробурчал:

— Страйкер, ты одну ведьму грохнул — зачем со второй возишься?

Страйкер помнил Скарлет и все стычки с Милиной. Скарлет отнеслась к нему недостаточно серьёзно — и поплатилась. Милина училась быстро, и полицейские «заученные тактики» уже подходили к концу. Дальше оставалась импровизация. А импровизацию Страйкер ненавидел. Ещё сильнее он ненавидел пустую болтовню о зубастой твари.

— Следующий, кто вспомнит Милину не по делу, получит в зубы. Сконцентрируйтесь на задаче. Сегодня наша цель — сделать так, чтобы всё внимание таркатанов и шоканов было приковано к нам.

Они подъехали к нужному перекрёстку.

— Всё. Готовимся. Милони, ты в моей машине — на пулемёте.

Мафиози тут же полез проверять оружие. Следом второе указание:

— Саид, на тебе второй пулемёт.

Саид был ещё одним человеком с неприятным прошлым: то ли террорист, то ли торговец, то ли шпион. Ближний Восток, холодные глаза, хорошая стрельба. Апокалипсис быстро списывал старые грехи и учил ценить друг друга — хотя бы за то, что рядом стоит живой человек. Страйкер посмотрел на открытые кузова «хаммеров».

— Гали, мы с тобой — на ручном оружии.

Девушка щёлкала затворами, проверяла винтовки. В её машине было «варварское улучшение» — козырёк над кузовом.

— Страйкер, напомни, зачем мне это?

— Помимо метания саев, любимая атака Милины — телепорт и удар сверху.

Гали бросила красноречивый взгляд на позицию Страйкера — без крыши. Милони заметил это и ухмыльнулся:

— Страйкеру можно. Он уже почти женат…

Страйкер достал дубинку и дотянулся до ног мафиози. Не травмоопасно — но ощутимо. Тот заёрзал в гнезде пулемётчика, растирая ушиб.

Два водителя — Доги и морпех — с инфракрасными приборами следили за округой. Уже выяснили: антропоморфные ящеры размером с человека и больше — целая раса — умеют сливаться с окружением и становиться почти невидимыми. В инфракрасном спектре их было видно — плюс. Но среди них имелся особый экземпляр — это минус. Рептилия. Умный, преданный Шао Кану и способный метать энергетические шары. Спасибо, что летали они не слишком быстро. Со стороны башни ударила красивая молния. Страйкер запрыгнул в кузов. Значит, штурм начался.

Доги резко указал:

— Контакт!

По широкой дороге бежали таркатаны. Много — так много, что они заполнили все четыре полосы. Ещё одна “приятная” особенность вторженцев: земная техника им была неинтересна. Они хотели людей — и только людей. На одной из машин вдали появилась Милина. «Хаммеры» завели моторы. Страйкер, целясь в толпу, напомнил:

— Наша цель — не победа и не смерть. Наша цель — их внимание. Как можно дольше. Стрелкам — особое внимание: если машины встанут в ряд, не обстреляйте своих.

Шоканов не было видно. Это не нравилось. Дистанция стала удобной. Почти одновременно загремели четыре ствола. Водители сидели и внимательно отслеживали ситуацию по зеркалам: машины стояли на месте до первого признака окружения. Таркатаны падали под ливнем свинца — и всё равно мчались дальше. Даже прицельная стрельба в голову не спасала бы: патронов не хватит на всех. Страйкер крутился в кузове, отстреливая тех, кто подходил ближе. Патроны кончались. Автомат в сторону — и тут же следующий, заранее заряженный. Таких было всего четыре; дальше — только перезаряжать руками на ходу. «Хаммеры» дёрнулись, предупреждая стрелков, и сорвались с места, буксуя на мусоре.

Страйкер давно заметил: у таркатанов есть «генералы», но их роль — лишь указать цель. Дальше пехота неплохо координировалась сама. Стоило уйти с большой дороги, как таркатаны легко разделились и нырнули в переулки. На пустых улицах они не смогли бы загнать и окружить тяжёлые машины, но тут приходилось сбрасывать скорость: мусор, завалы, брошенные тачки. Страйкер в рацию назвал адрес и добавил особенно строго:

— У красного «лексуса» не тормозить. Он заминирован.

Ещё почти полчаса они петляли, уводя хвост. Резкое торможение — и Страйкер выпрыгнул, побежал к ориентиру. Милони в этот момент не удержался:

— Ты захотел себе тачку покруче взять?..

— Мы тут с Джонни и Джаксом пытались Мотаро подловить, — бросил Страйкер, снимая растяжку. — Тварь оказалась умнее. В ловушку не пошла.

Он махнул рукой — «хаммеры» проехали. Страйкер вернул леску на место.

— Таркатаны оценят.

Наблюдать взрыв никто не стал. Хватило грохота, догнавшего их через минуту.

Милина появилась над первой машиной. Саи полетели прямо из воздуха. Саид успел сложиться за пулемётным гнездом, используя его как щит. Милина исчезла — и появилась на крыше второй машины. Милони рухнул внутрь, проваливаясь через пулемётное место. Страйкер вскинул автомат и дал очередь. Милина отпрыгнула на капот, уворачиваясь от свинца. Милони, не раздумывая, поднял пистолет и начал стрелять через лобовое. Пули теряли силу на стекле, но всё-таки достали цель: Милина вскрикнула и исчезла, появившись над одним из таркатанов в стороне. Ещё один плюс её телепортации: она прыгала только к живым, а не куда захочет. Страйкер выстрелил — Милина спряталась за брошенной машиной и ушла. Раненая, она бой не продолжала. Милони снова вылез к пулемёту, сияя:

— Да! Я грохнул эту тварь?! Скажите, как же я хорош…

— Лишь ранил, — хмуро ответил Страйкер.

И тут же, чтобы не убить мораль бойца, добавил:

— Молодец. Далеко не у всех и такое получается.

Ещё полчаса погони — и они остановились. Толпа таркатанов отстала. Спасла их заправка по пути: там стоял бензовоз. Стрелки проверяли и перезаряжали оружие, вытряхивали из кузовов сотни гильз. Морпех высматривал невидимок, Доги отправили бегать по округе. Всех мучил один вопрос: где шоканы? Патронов к тяжёлым пулемётам осталось немного, и решили кормить лентой только один. Доги вернулся, запыхавшись:

— Нашёл. Шоканы в порту дерутся с кем-то…

Отряд переглянулся. Взгляды сошлись на Страйкере. Он подумал и кивнул:

— Надо глянуть ближе. Таркатаны и так знают наш след — пойдут по нему. Шоканов хотя бы разведаем. От порта до башни рывок минут двадцать.

Через десять минут две машины наблюдали издалека за причалом, где разгружали огромный контейнеровоз. Полтора десятка шоканов избивали людей. Не совсем безответно: «людишки» — быстрые, юркие, в костюмах ниндзя — ловко работали руками и ногами. Но масса и сила четырёхруких чудовищ брали своё. Милони, глядя в прицел, выдохнул:

— Да быть того не может…

Гали насторожилась:

— Ты чего?

— Лин Куэй… да ещё и такой толпой.

Страйкер слышал байки об элитном клане убийц с Азии, но не особо верил.

— Была такая байка среди патрульных.

Милони, не скрывая дрожи в руке, хрипло добавил:

— Не байка. Встречал я одного такого. Подземная парковка. Нас дюжина, все со стволами, полный фарш. А он один — с парой кунаев. Пятерых успел, сука, завалить, прежде чем мы его подстрелили и нашпиговали свинцом.

Саид тихо сказал:

— Лин Куэй слышал. Они хорошие ассасины. Только зачем им строем драться?

Страйкер тоже думал об этом. Выучка — отличная, но тактически они проигрывали: на десяток точных попаданий и уклонений приходился один удар шокана — сокрушительный. Им бы отступить хотя бы на корабль за спиной… Страйкер прикинул время: таркатаны соберутся в новую волну, и если отряд ударит сейчас, можно быстро разрядить ситуацию.

— Едем в порт. Шоканы — тоже часть нашей тактической цели. Лин Квей, убийцы они или нет, такие навыки Земле нужны. Атакуем шоканов быстро — до того, как таркатаны вернутся.

Милони проверил оружие.

— Страйкер, ты главный, спорить не стану. Но держи в голове: друзья у Лин Куэй — только Лин Куэй.

***

Спасибо за внимание добрые люди. Готов услышать критику и ругань, возможно доброе слово.

До встречи.

Бросающий тапок, помни - это мой первый, черновой сценарий).

Поселение Велегож

Гордей - главный герой, 14 лет

Радогаст - лучший друг героя, 14 лет

Чур - Отчим главного героя, 45 лет

Буян - Кот Радогаста, точный возраст не известен

Мара - Богиня смерти, возраст не установлен

1 Начало

Поле ржи, шалаш, июльский зной. Тишь да гладь, да божья благодать. В шалаше сидит Гордей, потягивается, погружен в мечты. Смотрит на поле, но взгляд его устремлён намного дальше. Мимо проходит табун лошадей. На молодом жеребце сидит его друг Радогаст. С ним едет толстый, пятнистый кот, с желтыми глазами. Они приветствуют друг друга взмахом рук. Гордей пьёт молоко и засыпает беззаботным сном, его разморило на жаре.

Пояснение: Гордей потерял отца в детстве. Его убили в бою. Он мечтает стать воином, как отец, пойти в поход на границу, защищать людей, жить в палатке. Шалаш для него как палатка для похода, в которой он часто ночевал. Старейшина решил - раз дома тебе душно - ставь свой шалаш у поля, заодно охранять будешь.

Отчим кузнец не разделял его настроений, ему хотелось передать своё мастерство кузнеца по наследству. Но и не мешал. Кузнец всю жизнь отдал работе, желал стать великим мастером, жену так и не успел найти. В Гордее он видит наследника, у него есть чуйка к железу, несмотря на то что он мало интересуется кузнечным делом.

Кот Буян всегда рядом с хозяином. Радогаст его выловил из ручья, когда весь помёт хотели утопить, но Буян смог выплыть. Он его выходил и теперь Буян всегда его сопровождал.

2 Смеркалось

Вечерело, Гордей просыпается и неторопясь идёт в поселение. Вокруг всё так же прекрасно, но слишком тихо у поселения, появляется нехорошее предчувствие.

На земле он видит бурую ленту следа, кровь смешанную с пылью. Она ведёт в конюшню, рядом с кузней. Он идёт в её сторону и находит пояс Радогаста (узнает по вышивке), в алых пятнах. Теперь его охватывает настоящее беспокойство за жизнь друга и он бежит в конюшню по следу. Рядом никого нет, словно все избегают чего то. Там он видит избитого и израненного друга, который еле дышит.

Буян вылизывает рану на руке Радогаста. На секунду кот отвлекся, увидев Гордея и вернулся к лечению хозяина. Рядом стоит отчим с большим ковшом воды.

Чур, не дожидаясь вопроса

- Он нарушил табу! Отвел табун к излучине, у края старого леса. Решил что волки днем спать будут.

Гордей, шокированный случившемся, подбегает к другу

- Его нужно перевязать, почему ему никто не помогает? Его били кнутом?

Чур

- Жеребец воеводы Ставра пропал. Повезло что десятник услышал волков, спас табун. А друга твоего на привязи приволок. Будь благодарен что сразу копытами или нагайкой не забил.

Чур подходит вплотную к Гордею, берет за плечи и поднимает с колен, смотрит прямо в глаза.

Чур

- Утром соберется община, на вече решат как быть с Радогастом. Может волкам отдадут, чтобы насытились, может Ставру в услужение. За такой проступок нужно отвечать, не маленький уже.

Чур ещё ближе склоняется к Гордею

Чур

- А ты не лезь! Слышишь? НЕ ЛЕЗЬ! Не твоего ума дело. Твоя забота поле охранять!

Пояснение: Водопой обмелел от жары, лошади с трудом могли напиться. Радогасту стало их жаль, он решил отвести их ненадолго к глубокой воде, чтобы можно было их искупать. Он подумал что дорога известная, быстро сводит и обратно.

3 Флешбек

У Гордея идёт внутренняя борьба - нельзя идти поперек воли старейшин, но нужно помочь другу, который может не дожить до суда вече. Тут он вспоминает себя маленьким.

Когда он в истерике кричал

- Отец! ... Отец! ...

Валяясь в пепле погребального костра. Мать умерла когда он был совсем младенцем, а теперь и отец. Он остался совсем один. Рядом стояла урна для пепла, он разбил её в сердцах о землю. Осколками порезал руку и кровь пролилась на пепел.

Крупный план, замедленный кадр, вид от лица ребенка - смотрит на свои ладони, озаренные последними всполохами огня. Они в крови и осколках. Медленными каплями кровь падает на пепел. От капель из пепла поднимаются облачка пыли, из них медленно появляется дымка.

Тут появился туман и голос, тихий, убаюкивающий, как голос матери над колыбелью.

- Всё хорошо, Гордей, не плачь, всё хорошо.

Слезы стали утихать

В дымной пелене появились две фигуры. Отца и тень стройной женщины за ним. Он не мог рассмотреть её лица.

Тень отца

- Ты уже взрослый, воробушек. Утри слёзы, ведь мужчины не плачут. Ты справишься, ты сильный. За меня не переживай, я обрёл тишину и покой.

Новая волна слёз захлестнула, отец уходит, он больше не будет рядом!

Женский голос

- Твой отец больше не знает тревог жизни, я позабоусь о нём. Однажды я приду и за тобой. Не нужно переживать, я всегда буду рядом.

Она стала напевать колыбельную без слов и Гордей потихоньку успокоился. Засыпая он увидел как тени исчезают. А на их месте он увидел Чура, кузнеца.

Вид от лица Чура. Малыш с окровавленными руками, уснувший калачиком в пепле погребального костра. Он взял его на руки и отнес в колыбель, уложенную свежей соломой и накрыл тёплой шкурой овцы.

Черный

Наложение лиц Гордея, маленького и подростка. Мысли вслух

- Я больше не боюсь, Отец... И не плачу…

Черный

4 Погост

Гордей решил просить Мару помочь. Он уже знал что за женщина приходила за его отцом. И надеялся что Мара снова ему откликнется. Он побежал тайком на погост.

Очертания погребального костра в свете восходящей, неполной луны. Гордей стоит у пепла поминального костра.

Гордей

(громко, четко, в тишину)

- Мара! Мать! Владычица Нави! Внемли.

Тишина. Лишь шелест листьев.

Гордей вынимает из-за пояса короткий поясной нож. Без колебаний проводит лезвием по ладони. Глубоко. Кровь выступает темной струйкой.

Он сжимает кулак и протягивает руку над потухшим кострищем. Тяжелые капли падают на головёшки и тлен, впитываясь, как в сухую землю.

Гордей

- Кровью зову. Не за свою жизнь. За жизнь брата по духу, Радогаста. Не забирай его в Навь. Возьми с меня что пожелаешь!

Воздух вокруг замирает. Потом из самой тени, из-за еловых лап, доносится ГОЛОС. Нежный, глубокий, тот что слышал в детстве, и бесконечно усталый.

ГОЛОС (МАРА)

- Зачем у Той, что забирает, просишь вернуть, Гордей? Я - конец путей, а не их начало.

Гордей

- Если все пути кончатся... то и твоя сила сгинет. Некому будет знать страх перед тобой. Некому будет проводить твою волю в мире Яви. Ты станешь... ненужной.

Долгая пауза. Кажется, лес застыл.

ГОЛОС (МАРА)

- ...Дерзко. И умно. Не просишь, а торгуешься. Сулишь забвение.

(Легкий, леденящий душу вздох, похожий на шорох опавших листьев)

- А ты подрос... Ладно. Пусть дышит. Я подожду.

Гордей выдыхает, но не расслабляется.

ГОРДЕЙ

- Благодарствую. Что в долг положить? Чем отплатить тебе?

ГОЛОС (МАРА)

- Мой новый должник? Ты сам выбрал свою долю.

(Голос вдруг становится ближе, звучит прямо в уме)

- Плату... ты скоро узришь. Не сейчас. А теперь... беги. Беги в свой Велегож. И смотри... что сталось с тем, за кого плату обещал.

Голос тает, как туман. Гордей, с бешено колотящимся сердцем, обматывает раненую ладонь тряпицей и пускается в обратный путь, гонимый неясным предчувствием.

5 Возвращение в Велегож

Гордей, запыхавшись, вбегает в спящее поселение. Он мчится к конюшне. Дверь распахнута, он заглядывает внутрь, но Радогаста нет. Рядом, в кузнице, горит лучина.

На пороге стоит Чур, сложив руки на груди и оперевшись на дверь. Его лицо в тени странно искажено глубочайшим недоумением и суеверной настороженностью.

ЧУР

(глухо)

- Где шлялся?

Гордей, не отвечая, пытается заглянуть за его спину.

ГОРДЕЙ

- Где он? Отдай его! Куда вы его дели?

Чур молча опускает руки и указывает подбородком в сторону конюшни. В его жесте - немой вопрос.

Гордей забегает в конюшню. В том самом месте, где лежал Радогаст, теперь стоит ЖЕРЕБЕЦ. Мощный, гнедо-чалый. На его крупе и лопатках — свежие, рваные раны. Следы волчьих клыков или кнута - не понять. Конь тяжело дышит, пар клубится в холодеющем, ночном воздухе.

Рядом, на стоге соломы, сидит Буян и внимательно следит за Гордеем своими круглыми, желтыми глазами. С выражением благодарности или укора - разве кошек поймёшь?

Конь поворачивает к Гордею голову.

И в больших, темных глазах животного, полных боли и немой мольбы, Гордей видит что-то... неуловимо знакомое. Не разум, а глубину взгляда, которую он видел только у одного человека.

- Радогаст?

Конь тяжело вздыхает, и это звук слишком похож на стон.

Гордей отступает на шаг, натыкаясь на косяк. Он сжимает свою перевязанную ладонь, смотрит на раны коня.

В ушах звучит голос Мары:

- «Друга не признал? Что же не обнимешь того, за кого оброк отдашь?».

Логика ужаса складывается в голове: Радогаст должен был отработать цену убитого коня... И теперь он... его заменил? Или его дух вселился в этого зверя?

КАДР замирает на лице Гордея, где ужас смешивается с догадкой и страшной ответственностью. Он спас друга от вече и побоев. Но во что он его превратил? И что теперь потребует Мара в уплату долга? Конь — здесь, но где Радогаст?

ФИНАЛЬНЫЙ КАДР:

Гордей медленно, почти против воли, протягивает руку к морде израненного жеребца. Конь не отстраняется. Он тяжело кладет свою голову ему на ладонь. И в этом жесте — не покорность, а узнавание и бесконечная скорбь.

В следующих сериях: поселение готовится к нашествию врагов, обстановка напряженная. Внезапно жеребец воеводы исчезает. Подозрения падают на Гордея, ему нужно найти друга и доказать свою невиновность. Возможно, пора ему покинуть родное поселение...

Жду мнения и отзывы)

— Готовься умирать.

Страйкер слышит автомобиль на фоне, но не отвлекается. Снова этот рывок и исчезновение. Страйкер поднимает взгляд и видит, что она появляется над ним. Вот тебе и магия телепортации. Дубинкой отбивает удар ноги и делает кувырок назад. Девушка атакует саями. Полицейский успешно отражает удары минимумом движений — тщательно, скупо, как на отработке.

Милина резко бросает саи практически вплотную. Страйкер успевает подставить дубинку. Металлический звук удара. Милина замирает, слегка наклонив голову. Страйкер произносит, глядя на прорубленную резину и демонстрируя стальную начинку:

— Никогда не доверял резинкам.

Рывок вперёд. Обмен ударами — и всё в блок девушки. Она резко высоко отпрыгивает прочь, в воздухе опять бросая саи. Страйкер уворачивается и выхватывает пистолет. Выстрелы по противнику. Она успевает приземлиться и исчезнуть. Страйкер стреляет вверх — и крик. Милина падает перед ними с простреленной ногой.

Тут снова атакует этот Барака, вот только его прерывает удар в голову от стильно одетого пижона:

— Тут только парные свидания. Третьим не место.

Стильный поворачивается к Страйкеру:

— Поспеши, тут скоро станет тесно…

Страйкер смотрит и видит ещё спешащих сюда противников. Он бежит со «стильным» к машине. Джип‑пикап. За рулём — молодая женщина, Нами на заднем сиденье. Водитель кричит:

— Коп, любишь стрелять — в кузове есть с чего!

Страйкер запрыгивает в кузов. Там прямо куча оружия. Он садится скорее, чтобы во время гонки не вылететь. Гонки по улицам, пока вокруг враги. Страйкер спешит отстреливать ближайших по пути, крича:

— Вот кто такие?

Стильный говорит слегка недовольно:

— Ты чего! Я же Джонни. Джонни Кейдж. Как меня можно не узнать?

Страйкер продолжил стрелять на поражение по тем, кто может помешать движению машины:

— Не слышал о тебе.

Меж тем водитель ткнула напарника в плечо кулаком:

— Джонни, даже рот не открывай, не до тебя сейчас. Лейтенант Соня Блейд, офицер спецназа армии США.

Соня почти не смотрела назад — только вперёд, на дорогу. Руки крепко держали руль, но при этом она каким‑то чудом умудрялась выхватывать на лету информацию и раздавать приказы, указывая, кого отстрелить с дороги. Страйкер нашёл миг и отвлёкся от стрельбы. Пора уже уточнять, что к чему:

— Военные очухались, наконец? Где тяжёлая техника и оружие?

Соня быстро произнесла, указывая:

— Военные ещё только собираются, и тяжёлой техники пока ждать не приходится. Большая часть сложной электроники сдохла в момент прорыва границы миров. Для большинства техники требуется полный перевыпуск чипов. — Она бросила через плечо: — Поэтому мы ищем всех, кто может воевать и готов дать бой по‑старинке.

Джонни вскинул кулак:

— Вот именно. Кулаками начистить рыло каждому пришлому из Внешнего мира…

Джонни картинно надел тёмные очки. Страйкер не был уверен, уместна ли эта «крутость» в данный момент. Одно ясно точно: на Джека он бы с удовольствием обменял Джонни, едва познакомившись.

Страйкер глянул вперёд. Они покидали центр города. Можно выдохнуть. Получить необходимую информацию. После — начать зачистку врага.

Вот только взгляд в кузов — и он называет адрес. Небольшой обмен реплик, и Соня соглашается заскочить в дом барыги на окраине и вычистить схрон с оружием.

***

Пикап остановился в не самом благополучном районе города. Эдакое полугетто. Ещё не самый убитый одноэтажный район, но уже и не место, где выживет любой разумный. Местами даже можно найти дома со следами вполне ухоженного газона. Судя по телам на дороге, на придомовых территориях, по выбитым окнам и дверям, тут успели хорошо пострелять и проредить силы вторжения.

Страйкер первым вышел из машины, выпрыгнув из кузова, и побежал к открытому настежь гаражу. Тут должен был стоять кастомно раскрашенный кадиллак. Вот только, похоже, его уже угнали. Страйкер окидывает беглым взглядом пол и находит небольшой крючок. Быстро тянет его и с улыбкой думает: без ордера — оно удобнее. Часть пола поднялась, и там натурально нашёлся схрон: небольшой подвал с подобием стоек для оружия и кучей всего, просто брошенного то так, то эдак.

Крик Сони:

— Контакт!

Страйкер выбежал из гаража и увидел бегущую толпу помеси зубатых и четырёхруких. К кузову машины. Он там точно видел что‑то потяжелее автомата. Рядом Джонни снял очки:

— Сейчас пойдёт потеха…

Соня командует, на ходу удобнее располагая на капоте снайперскую винтовку:

— Нами, не сиди столбом! Всё оружие из подвала — в кузов!

Страйкер находит ручную ракетницу и располагает её на плече. Соня указывает строго:

— Сержант, не трать боеприпас даром!

Страйкер, уже выцеливая пару брошенных машин чуть ближе к ним, что так удобно стоят рядом и мимо которых пробежит толпа:

— Лейтенант, я экономно.

Первые ряды пробегают мимо цели. Соня больше не тратит время на разговоры. Выстрел — и четырёхрукий из толпы падает под ноги наступающих. Страйкер выждал, когда оставшиеся четырёхрукие будут поближе к машинам. Выстрел. Ракета оставляет след дыма в воздухе. Удар. Взрыв ракеты смешивается с взрывом топлива. Практически вся небольшая толпа уничтожена. Джонни хмыкнул и произнёс:

— Признаю. Это было эффектно.

Страйкер положил ракетницу в кузов и, беря в руки автомат, поправил своего неожиданного союзника:

— Эффективно.

Он обернулся и открыл беглый огонь по тем, кто выжил и кого ещё не успела добить Соня. Не успели они закончить, как с другой стороны показалась новая группа. Значительно ближе, чем хотелось бы. В этот раз всего рыл десять зубастых, что ломанулись вперёд. Плюс уже знакомые Страйкеру Милина и Барака, а с ними рядом — новенькая. Уже совсем немногим по‑человечески одетая женщина в красном. Её наряд можно даже назвать боевым. Ниндзя из игры — не совсем про драки, и обязательно для детей старше восемнадцати лет.

Собственно, Барака спешил вперёд, прикрываясь своими сородичами от выстрелов, пока девушки крались позади.

Страйкер едва не пропустил момент. Барака резко обогнал своих и почти уже был готов рубить мужчину. В солнечном свете блеснули выскочившие из рук стальные клинки. Страйкер успевает отпустить автомат и выхватить дубинку. Удар. Ему приходится упереться двумя руками, чтобы удержать давление. Страйкер наносит удар по ногам. Как только давление чуть ослабевает, отпускает одну руку. Шокер. Выстрел. Бараку выгибает. Страйкер переворачивает в руке дубинку — и удар в горло. Противник совсем теряется. Страйкер меняет шокер на пистолет и выстреливает в голову. Противник упал. Страйкер делает пару шагов и ещё раз стреляет в голову и в область сердца — по крайней мере, там оно у человека.

Взгляд на улицу. Враги делятся. Зубатые бегут в сторону Сони и Нами. Рыл четыре осталось. Краем глаза взглянуть на Соню — убедиться: лейтенанту спецназа они не угроза.

К Страйкеру ближе подошёл Джонни:

— Тебе по вкусу какая — фиолетовая или красная?

Милина вскинула руки. Скарлет замахнулась. Саи и сгусток крови сорвались с их рук. Страйкер кувырком ушёл в сторону. Джонни стремительно сорвался с места с лёгким зелёным следом за собой. Шаг — и вот он буквально проскользил на одной ноге в широкой растяжке, целясь в голову. Милина уворачивается в сторону.

Страйкер переводит взгляд на красную. В уме уже сработал точный отсчёт, сколько патронов осталось в обойме автомата и пистолете. Плюс на поясе — обойма с тремя патронами. Красная разводит руки, и в них из крови соткались два серпа:

— Твоя кровь прекрасно послужит мне…

Страйкер вскинул автомат к плечу:

— Дважды не прошу. Беги, нелюдь, или умри.

Страйкер делает первый выстрел. Перед красной стелется алый след крови. Она буквально стремительно срывается с места без разбега и скользит с ударом в ноги. Страйкер успевает среагировать и прыгнуть вперёд. Автомат уже в сторону: на ближней дистанции он не помощник. Дубинку в руки и блок сразу на изготовку, разворачиваясь к противнику.

Красная уже встала и наносит удар своим серпом снизу. Страйкер опускает руку с дубинкой. Кровяной серп разлетается о металл на брызги, правда успевает немного порезать живот. Красная переходит к серии ударов ногами. Страйкер блокирует все удары руками и дубинкой. Тут девушка буквально в миг обращается в кровавую массу и словно проваливается под землю. Страйкер оборачивается на ходу, выхватывая шокер. Красная за его спиной снова замахнулась серпом. Выстрел шокера от бедра. Словно из ниоткуда появляется кровавая стена и блокирует удар шокера. Страйкер не тратит время на удивление — сразу удар дубинкой. Она прошибает стену и попадает в грудь девушки. Красная падает назад. Тут же упирается руками в землю и уходит в широкий кувырок назад.

Она встала на ноги. Взмах рукой, и прямо в воздухе образуется кровавый хлыст. Жгут целится к шее. Страйкер успевает вскинуть руки и не даёт захватить себя за горло. Красная дёргает его на себя. Разворот и удар в голову. Страйкер на миг теряет ориентацию в пространстве. Падает. В голове мелькает мысль, что такого в лоб он ещё не получал. Красная уже над ним. В руках — кровавое копьё. Страйкер успевает взмахнуть дубинкой и отвести удар вбок. Потом в ответ пнуть ногой под дых. Девушка сгибается достаточно, чтобы достать дубинкой по лицу. Красная отходит на пару шагов.

Страйкер встал и посмотрел, как у противника в руках снова соткались серпы из крови. Новая серия ударов. Теперь уже приходится стремительно отступать, блокируя лишь часть ударов дубинкой. От чёрной резины почти не осталось следа — лишь голый металл остова его личного оружия усмирения.

Красная вдруг замирает и резко совершает движение руками сверху вниз. Страйкер, не задумываясь, делает кувырок в сторону. На том месте, где он стоял, проливается кровавый дождь. Мужчина поднимается, морщась от боли. Теперь ясно: за кучей брызг чужой крови он не заметил, сколько раз успели его порезать. Пока не слишком глубоко, и двигаться ещё можно.

Красная срывается с места. Снова стелется кровавая дорожка. Страйкер выхватывает из кобуры пистолет и перепрыгивает атаку в ноги. Не глядя — выстрелы назад, за спину. Тут перед ним фонтан крови, из которого снова соткалась девушка. Страйкер наносит удар до того, как она успела замахнуться. Дубинкой по лицу — выбить из равновесия. Выстрел в корпус, пока противник не успевает среагировать. Снова дубинкой по голове. Выстрел в ногу. Противник уже весь в крови. В руках — кинжалы. Удары в ярости перед собой. Страйкер падает назад и уже с земли прицельно расстреливает колени и таз врага. Красная падает, не в силах передвигаться. Страйкер встаёт на ходу, перезаряжая пистолет недострелянной до этого обоймой. Он видит, как противник вскидывает руку. Резко шаг в сторону. Мимо летит сгусток крови. Страйкер целится. Два выстрела в голову. Вот только, судя по движению глаз, этого оказалось недостаточно, чтобы окончательно её добить. Патронов для пистолета больше нет.

Мужчина успевает отметить исчезновение Милины. Джонни так и не успел запинать своего врага, судя по отсутствию тела. Страйкер идёт к кузову машины. Джонни уже рядом, в своих солнцезащитных очках:

— Чистая победа. Враг бежал…

Страйкер в кузове находит пару гранат, противопехотную мину и ремень. На ходу всё это связывает и идёт к красной. Она уже даже пытается встать. В руках появляется серп. Страйкер ударом дубинки разбивает не успевшее набрать крепость оружие. Накидывает ремень через плечо и подмышкой девушки, затягивает на спине:

— Вы вправе хранить молчание.

Он выдёргивает чеку и толкает девушку в сторону. Спокойно идёт к машине. Красная, всё ещё с трудом соображая после выстрелов в голову, пытается сбросить с себя ремень.

Взрыв. Кровавые ошмётки и части тела летят по сторонам. Джонни слегка приспускает очки, смотрит на Страйкера и произносит:

— Да ты маньяк.

Соня же добавила:

— Так держать, сержант. Врагу — никакой пощады.

Страйкер сел в уже подзагруженный кузов. К нему из салона перебралась Нами и принялась обрабатывать раны. Пикап поспешил дальше.

***

Вот они и на базе. Спешно улучшенные бетонные стены, в прошлом частично разрушенные. Ныне проломы были заделаны сеткой. Чуть в стороне трудились рабочие, ещё один сломанный участок закрывали листовым железом. На участках стены, которые пережили время забвения, стояли люди с автоматическим оружием и внимательно изучали округу. Роль ворот исполнял тяжёлый погрузчик с парой контейнеров. Судя по следам на металле, здесь уже пробовали «постучаться» и весьма упорно.

Страйкер спросил, глядя по сторонам:

— Это и будет наша точка опоры?

Внутри периметра картина была, мягко говоря, грустная. Полуразрушенные здания и много людей. По крикам и ссорам толпы с суровыми офицерами Страйкер пришёл к выводу: идёт весьма серьёзная сортировка людей по полезности, а взамен — место в лагере, хоть какое‑то подобие жилья.

Соня Блейд махнула головой в сторону нескольких грузовиков, в которые грузили часть местных припасов и людей:

— Это временная точка. Основной лагерь дальше.

Пикап остановился у группы людей в бронежилетах и с оружием. Соня вышла и указала:

— Разгрузить, заправить и приготовить транспорт в путь.

Потом повернулась к Страйкеру:

— Лазарет — вон в том сарае с красным крестом.

Мужчина глянул на себя:

— Мне не требуется…

Соня перебила:

— Сержант, немедленно посетите доктора. Пусть нормально наложит швы и повязки — и в строй. Работы предстоит много, падать от потери крови будет некогда.

Потом указала Нами на группу людей:

— Тебе — к ним. Там выяснят твои навыки и куда лучше тебя отправить.

Девушка указала на лазарет:

— Я могу быть медсестрой. Сдавала курсы первой помощи, да и навидалась в прошлом всякого. От крови и костей в обморок не падаю.

Соня кивнула:

— Страйкер, пристрой подругу. И побыстрее. Дело не ждёт.

В лазарете хватило Нами всего лишь открыть рот и сказать, что она медсестра, — и ей живо нашлась работа. Страйкер посмотрел вокруг. Стулья и раненные. Много раненых, в массе своей — резаные раны. Мест, чтобы уложить всех, не было, и они вынуждены были сидеть. В основном мужчины и, судя по лицам и одежде, не гражданские. Большинство — бойцы по комплекции.

Он нагло прошёл глубже, на крик, и заглянул в следующее помещение. Там уже более разношёрстная публика и пару медбратьев со шприцами. Страйкер в миг узнал содержимое шприцев — для лёгкого забвения. Снова взглянул назад. Приоритет — бойцы. Оно и ясно. Сейчас не до спасения стариков, толстяков и прочих. Сейчас надо сражаться.

Нами уже одели в халат и дали воды. Девушки позволили осмотреть Страйкера первым. Как уже было ясно в пикапе, лишь один порез на руке требовал швов, всё остальное можно было просто забинтовать. Страйкер невольно искренне поблагодарил себя прошлого за сотни вечеров, проведённых в тренировках.

Полчаса — и он уже уверенно ищет, во что переодеться. Нашёл футболку и военные штаны. Щитки на локти и колени не забыл. Лёгкий бронежилет, который не сковывает движения. Благо местные много чего успели натащить. Потом уже достал изоленту и перемотал свою дубинку, чтобы по голому металлу руки не скользили. Сложнее было найти батареи к шокеру, но получилось.

Когда он подошёл к местной раздаче оружия, то услышал от одного из солдат:

— Коп, ты никак собрался беспорядки разгонять?

Страйкер просто выложил перед седым завхозом МП‑5 и пистолет, плюс пустые обоймы, которые сохранил:

— Мне надо по пять полных обойм к тому и тому.

Старик фыркнул:

— Всем надо. За патронами приходит только командир отряда.

Тут раздался голос Джонни:

— Стиф, снабди Страйкера всем необходимым. Приказ Джонни Кейджа. Так и скажешь Сони.

Он опёрся на стол и произнёс, стараясь впечатлить солдат:

— Страйкер у нас сам себе командир. Он лично убил кровавую тварь Скарлет один на один.

Солдаты вокруг по‑новому взглянули на мужчину с шокером и полицейской дубинкой. Выходит, красная успела прославиться. Страйкер хмуро посмотрел на Джонни, что расхаживал снова в своих солнцезащитных очках:

— Тебе чего надо?

Джонни указал на Страйкера:

— Пришёл передать. Тебя повысили до капитана. Бери четырёх человек на выбор, транспорт и — в город. Требуется немедленно продолжать вывозить людей, оружие, лекарства и продукты питания. Соня отдельно указала действовать именно в таком приоритете.

Страйкер просто произнёс:

— Есть.

Потом повернулся и быстро упаковал оружие, да выданные обоймы. Следом добавил:

— Есть пяток гранат, пару противопехотных мин, дым и светошумовые?

Старик Стиф уточнил:

— А ты хоть это всё унесёшь?

— Я на машине.

Ещё через десять минут он уже получил транспорт — грузовик с открытым кузовом.

По пути Джонни вкратце просветил о происходящем. Началась война между двумя мирами. Никаких правил, только чистое истребление друг друга. Магия — теперь обыденность. Страйкер посмотрел на город вдалеке, где, вероятно, ещё есть выжившие, и они ждут помощи. Он хотел было идти искать, где здесь бойцы позволяют себе перекур. Организация лагеря с одной стороны смущала, с другой — это чудо, что она вообще есть.

Тут и подошли четверо, при том двоих он узнал. Том Шломи — вышибала одного из ночных клубов. Второй — Гектор Партон, рядовой из спецназа полиции. Собственно, он и представил ещё двоих: Кен Читола и Арниса Дога, друзей по работе. Трое спецназовцев были на отдыхе за городом и пропустили начало апокалипсиса. Гектор вполне был энергичен и представил:

— Парни, это Страйкер. Коп до мозга костей. Есть мнение, родился он сразу в форме. Я искренне не завидую тем идиотам, кто решит с ним сцепиться. Выбить крепким ударом дубинки восемьдесят процентов зубов может легко.

Он спросил весело:

— Слышал, задержание кровавой ведьмы пошло не по плану?

Страйкер спокойно произнёс:

— Погибла, оказывая сопротивление.

Потом уже мотнул головой на грузовик:

— Грузимся, парни. Наши гости сами себя не истребят.

Грузовик двинулся в город.

***

Спасибо за внимание добрые люди. Готов услышать критику и ругань, возможно доброе слово.

До встречи.