В Румынии задержали украинца за незаконное пересечение границы с помощью легкомоторного самолета для избежания мобилизации. Он попросил временную защиту до конца боевых действий на Украине. Судя по обнародованным фото, украинец перелетел границу на двухместном самолете Ikarus C22 Rotax 582. Против мужчины возбудили уголовное дело за незаконное пересечение границы и пилотирование летательного аппарата без необходимых документов.
Напомним, из страны бегут не только простые граждане. Больше года назад уехал в командировку в Канаду и не вернулся народный депутат Куницкий. Его до сих пор не лишили мандата и он все еще член правоохранительного комитета. Генпрокуратура открыла дело против Куницкого из-за его угроз в адрес коллеги Алексея Гончаренко.
Авиатрекер Aviation Safety Network сообщил об инциденте, который классифицируется как «серьёзный»: легкомоторный пассажирский самолёт получил небольшие повреждения после столкновения с выбежавшим на лётное поле кенгуру.
4 января бизнес-джет Pilatus PC-12/47E, рассчитанный на шестерых пассажиров, вылетел из аэропорта Джандакот в Перте. Столкновение произошло во время посадки в аэропорту Katanning (Западная Австралия).
Люди не пострадали. О судьбе кенгуру отдельно не сообщается, но животные практически всегда погибают от такого удара.
В авиации классификация «серьёзный инцидент» не зависит от масштаба повреждений или наличия пострадавших. Так называют событие, которое по своим обстоятельствам очень близко к аварии, и при небольшом изменении условий могло бы закончиться катастрофой.
Австралийские аэродромы часто находятся в районах с большой концентрацией представителей фауны, особенно в сельской и региональной зонах. На многих небольших аэродромах ограждение неполное или отсутствует, поэтому животные могут свободно попадать на ВПП. Это известная опасность при полётах в Австралии: случаи фиксируются около десяти раз за год.
За всю историю австралийской авиации людей, пострадавших при таких столкновениях, к счастью, не было, но транспортное средство затем, как правило, отправляется в серьёзный ремонт.
А начиналось все замечательно: «У ангара толпа рабочих. Все с нетерпением и любопытством жмутся к ангару. Ворота раздвигаются и детище тульского пролетариата, блестящий „Конек Горбунов“, выбегает на площадку»…
Туле довелось одной из первых в СССР получить свой собственный аэроплан. Страна стремительно преодолевала последствия разрухи, олицетворением чего был этот алюминиево-фанерный красавец, явленный публике: длина — 7,8 метра, размах крыльев — 11,5, мощность 100 л. с. С таких «Коньков-Горбунков» начиналась история советской сельскохозяйственной авиации, всего было выпущено 30 машин.
Первый полет
В тульское небо аппарат впервые поднялся 29 апреля 1925 года, испытания прошли в 7 часов утра. «Полет дал весьма хорошие результаты. Устойчивость в воздухе хорошая, мотор работает прекрасно»,— рапортовал «Коммунар» в № 96 (2028) от 30 апреля 1925 г.
Газета анонсировала: «Первым пассажиром „Конька Горбунка“ будет пред[седатель] Г.И.К. (Губернского исполнительного комитета. — С. Т.) тов. Степанов». Полет Сергея Ивановича запланирован сразу после первомайской демонстрации. Событие знаменует собой также и открытие на тульском аэродроме летного сезона. Управлять «Горбунком» поручено старому опытному летчику, орденоносцу тов. Веткину.
Сергей Иванович Степанов (7 октября 1876 (25.09)—14 август 1935). Фото ГА ТО.
1 мая 1025 года тов. Степанову повезет. Полет пришлось отменить: «Помешал порывистый ветер», — сожалел «Коммунар», рассказывающий о первомайских торжествах в № 98 (2030) от 5 мая 1925 г. Председатель губисполкома ограничился произнесением речи на сверхмалой высоте капота автомобиля. Внимание публики оратор всецело обратил к авиации, тем более повод для гордости был наилучший — самолете У-8 куплен для нужд губернии на пожертвования рабочих. Машина со сказочным названием, кстати продолжающим традицию еще царского авиастроения (вспомним «Святогор», «Русский витязь», «Илья Муромец»), должна была крепить смыку между городом и деревней, во всяком случае так считал ее первый несостоявшийся пассажир.
В 2-х верстах от с. Теплое
Первомайские праздники закончились и о железном «Коньке Горбунке» забыли. Недобрый повод вспомнить о нем случился 18 мая.
По иронии судьбы точно под рапортом на передовице вышеназванной газеты о передаче идущему в Москве III Съезду Советов эскадрильи самолетов им. Ф. Дзержинского помещалась строка об аварии тульского аэроплана «в 2-х верстах от с. Теплое, Богородицкого уезда, — «Коммунар», № 110 (2042) от 19 мая 1925 г. — По неполным телеграфным сведениям, мотор разрушен совершенно. Летевший на самолете председатель Губернского отделения ОДВФ (Общество друзей воздушного флота. — С. Т.) тов. Матсон ранен. Летчик отделался сравнительно легче».
Подробности трагедии вышли в №№ 111 (2043), 112 (2044), 114 (2046) «Коммунара» от 20, 21, 23 мая 1925 г. и на страницах «Деревенской правды» в № 38 (390) от 30 мая 1925 г. Газеты пытались — насколько это было тогда возможно — разместить и «фотографии» с места крушения, картина которого представлялась следующей.
Коммунар № 112 (2044) от 21 мая 1925 г.
Восстановлению не подлежит
«Мощный автомобиль „Фиат“ несет нас к месту аварии, — вспоминал корреспондент главной губернской газеты. —
… Щекино… Лапотково, свертываем с большака на шоссе.
За Марьиным на 62-й версте от Тулы замедляем ход.
Видим глазами равнинную гладь.
— Где-то здесь...
Справа от дороги, в полуверсте от деревни на черном картофельном поле высится серая куча.
Выскакиваем из машины, „бегом бежим“ по пашне, по свеже взрытым грядам чернозема.
Тяжело громоздятся полусмятое правое крыло; подломилось, упало беспомощно другое; нос крепко ушел в землю.
Пропеллер разбит в мелкие щепы».
Вся передняя часть самолета от удара о землю «перекоробилась, перекривилась». От передней кабинки не осталось и следа. Место пилота цело, ремни порваны под тяжестью тела, на стальной обшивке переда след от переносицы тов. Веткина. Верхняя обшивка самолета в крови.
Двигатель «Fiat» смят, сплющен и представляет собой бесформенную груду стали. Кругом проволока, щепы, куски фюзеляжа и крыльев. Цел только хвост, в 10 метрах валяются шасси.
«Не успели мы подбежать, как из соседнего Марьина (деревня в Тепло-Огаревском районе существует и поныне. — С. Т.) начал сбегаться народ. Мужики, бабы, целая стая ребятишек». Они и рассказали, что «часа в 2 дня самолет показался со стороны Ефремова. Верст за 6 от деревни стало заметно, что с ним что-то неладно.
„Горбунок“ летел нервно, дергался, как подстреленная птица. У деревни он несколько раз пробовал снизиться. Долго планировал около ветряка, цеплял колесами лозинки у пруда, потом вновь взмыл саженей на 40 (примерно 85 метров. — С. Т.). И камнем грохнулся о землю».
Воспоминания пилота
Более-менее поправившись, летчик тов. Веткин рассказал «Коммунару» свою версию произошедшего. Будучи еще замотанный с ног до головы бинтами, он даже шутил: «Как видите, отделался благополучно». На вопрос, был-ли исправен аппарат, отвечал уверенно — в полной исправности. Перед отлетом самолет сделал два рейса с пассажирами без каких либо проблем.
Из Ефремова «Конек-Горбунок» вылетел в 11 ч. утра 18 мая. «Ветер был до 16 метров в секунду. Летели на высоте 500-600 метров. Решили спуститься в Теплом, где собирались катать крестьян.
Над Теплым появились воздушные смерчи. Ветер крепчал. Выбрали площадку и пошли на посадку... Когда снизились до пределов приземления, вдруг показались крестьянские подводы... Резко вымчали вверх, чтобы не сесть на подводы... Пыль от ветра силой 18 метров в секунду застилала горизонт... Самолет швыряло, как щепку.
При вторичной же попытке спуститься, порыв смерча ударил под крыло... Самолет перешел в „штопор“ и перестал слушаться руля и начал падать.
— Упасть, еще так сяк, — говорит т. Веткин, — но еще сгореть после этого, совсем неприятная штука... Поэтому первой моей заботой было в момент падения выключить зажигание и бензин во избежание воспламенения...
В последний момент летчик успел еще „положить самолет на крыло“, чтобы не было удара на мотор... Это смягчило удар при падении».
При столкновении Веткина выбросило из кабины, он сильно ударился лицом о фанерный борт носовой части. Боли сразу не почувствовал, кровь шла сильно. Председатель тульского ОДВФ тов. Матсон лежал рядом без сознания, «чуть придя в себя, он стал жаловаться на боль в ноге и груди».
Первая помощь
Жители деревни поспешили оказать пилотам первую помощь: Веткина перевязали у себя в Марьине, а Матсона на телеге повезли в Теплое. Вскоре прибыл автомобиль из Ефремова, вышедший в одно время с „Коньком Горбунком“. На нем пострадавших доставили в Лапотковскую больницу. К 6 часам вечера из Тулы прибыл доктор Дагаев, взявшийся за лечение основательно.
Заслуженный врач РСФСР, известный организатор лечебного дела в Туле Владимир Федорович Дагаев (1872–1958) вспоминал:
«Немедленно пострадавшим были сделаны впрыскивания морфия и камфоры.
Тов. Мэтсон в 1 ч. ночи был доставлен в Тулу на носилках, укрепленных в автомобиле. По дороге т. Мэтсон бредил.
… в больнице имени Семашко было сделано исследование его общего состояния здоровья: у т. Мэтсона оказались переломы обоих ног, помята грудь, сломан один зуб, ссадины и кровоподтеки по всему телу.
… У летчика Веткина раздроблены кости носа. 19 мая ему сделана операция. Есть незначительные ушибы других частей тела. Тов. Веткин все время находился и находится в сознании. Операцию перенес легко».
Одним словом, оба тульских «Иванушки» в этой, увы, печальной не сказки, а были выжили. Погиб лишь главный неодушевленный герой.
* * *
Через 10 лет, избежавший демонстрационного полета на «Коньке-Горбунке» Сергей Иванович Степанов попал в автомобильную катастрофу, последствия которой преодолеть не смог. Легендарный тульский революционер, член РСДРП с 1895 года, участник ее исторического II съезда, лично знавший Ленина туляк умер в возрасте 58 лет 14 августа 1935 года.
* Публикации цитируются с сохранением орфографии и пунктуации первоисточника.
В Москве 2-й Западный окружной военный суд вынес приговор украинским пилотам Дмитрию Шиманскому и Александру Морозову, которые планировали теракты в России. Об этом 3 марта сообщил корреспондент «Известий» из зала суда.
Шиманскому назначили наказание в виде 26 лет колонии строгого режима, первые пять из которых он пробудет в тюрьме. Морозов приговорен к 22 годам колонии строгого режима, из них первые четыре он будет отбывать в тюрьме. Кроме того, осужденным назначены штрафы: Шиманскому — в размере 1,65 млн рублей, Морозову — на сумму 600 тыс. рублей.
Сторона обвинения запрашивала для подсудимых по 30 лет колонии, штраф в размере 3 млн рублей для Шиманского и чуть более 1 млн рублей — для Морозова.
В окончательной редакции обвинения оно предъявлено Шиманскому по семи статьям УК РФ, а Морозову — по 10. Среди них теракт, нарушение государственной границы и международных полетов, незаконный оборот оружия и взрывных устройств. Обвиняемые частично признали вину, рассмотрение дела проходило в закрытом режиме.
По версии следствия, Морозов и Шиманский в апреле 2023 года пересекли границу между Россией и Украиной на легких самолетах Aeroprakt А-22 и Aeroprakt А-32, планируя сбросить небольшие авиабомбы на нефтеперерабатывающий комбинат, но их замысел пресекли.
