Допустим журналисты подходят и спрашивают - верите ли вы в бога?
Не знаю как бы я отреагировал в реальности.
Но вообще на этот вопрос я не могу ответить ни нет ни да.
Этот вопрос проигнорирую как неактуальный для меня. Тот кто задаёт подобный вопрос, скорее всего не догадывается что одним только своим вопросом он сужает восприятие мира, ограничивает видение мира. Уже один только этот вопрос может сказать, что человек не видит дальше собственного носа.
Если ты сидишь дома безвылазно и родители тебя кормят, то во-первых сочувствую тебе.
А во-вторых предположу, что у тебя могут быть те или иные проблемы с ними, или с одним из них.
Вообще это расшифровка одного из моих предыдущих постов. Дабы полнее раскрыть суть, передать суть. Ну предположим сидишь ты не просто так а из за психического расстройства.
Может происходить такая дичь что не в сказке сказать ни пером описать, мне можешь не рассказывать, я буквально в прямом эфире, здесь и сейчас подвергаюсь сталкиваюсь с таким ну просто ни в какие рамки.
Допустим Отец у тебя хороший человек, но тебе все время приходится перед ним оправдываться, тебя это выматывает и тд. Сразу скажу этот мой текст не решение проблемы и даже не попытка тебе помочь, мне бы кто помог, ха-ха.
Это просто текст, даже неважно что я о нем думаю, ведь не написать его я не могу, для чего и зачем это вопросы уже не ко мне.
Батя тебя уже заколебал, но в принципе он ничего плохого не делает, ведь он хороший отец, не подкопаться, ты даже можешь жаловаться матери, но она вообще не въезжает, ты же псих правильно, успокойся короче, примерно вот так она говорит да? Можешь не отвечать.
Иногда отец ходит ночью или в другое время в туалет бесшумно, это очень напрягает, особенно если обычно он ходит издавая звуки, либо днем начинает мыть окно, либо включает телевизор громче обычного, либо дышит громко проходя мимо твоей комнаты, либо обувь снимает громко, дверью хлопает громко, не так чтобы очень но как будто бы громче чем обычно, либо в туалет зайдет выйдет и снова зайдет через несколько минут.
И тебе приходится постоянно спрашивать у него всё ли норм, почему он делал вот так, он на всё отвечает, ты чувствуешь стыд, переспрашиваешь у него не надоел ли ты ему со своими вопросами, а если чуть смелее себя поведешь, то потом приходится оправдываться, но это уже задолбало. Ты чувствуешь что он это делает специально, не понятно для чего ему это надо но точно специально, я верю тебе.
Ты один в этой войне, тебе никто не поверит, кроме меня конечно.
Любить тебе батю или нет, и вообще как к нему относиться, это ты решаешь сам.
Почему он так себя ведет? Как избавиться от этой проблемы я тебя научить не смогу, так как подобная проблема висит у меня нерешенной.
Разговор пойдет о скрытых частях людей. У любого человека есть скрытая невидимая часть.
И вот когда ты настороже, на стрёме так сказать, чё там батя опять делает, или просто ночью ты ходишь по квартире и думаешь об отце, тревога у тебя в этот момент зашкаливает, ты хочешь не хочешь но в такие моменты трогаешь своего отца своей скрытой невидимой частью, терроризируешь его не иначе, не хочешь этого, но похоже это происходит. Он не может не заметить столь пристальное внимание к своей персоне (правильнее будет сказать его скрытая невидимая часть не может этого не заметить), ты его буквально атакуешь, тормошишь своими невидимыми щупальцами.
Я устал, не хочу писать дальше.
Мне тоже не легко.
Главное не наделай глупостей. А что делать? - не знаю.
Решил на несколько дней вытащить себя из обычной гонки.
Меньше задач. Меньше экранов. Меньше новостей и чатов.
Сначала мозг сопротивляется.
Кажется, что ты где то должен быть.
Что то ответить.
Что то проверить.
Потом становится тихо.
И вот в этой тишине начинает происходить странная вещь.
Появляются мысли, на которые раньше просто не было места.
Складываются решения старых задач.
Возвращается энергия.
Поймал себя на простой идее.
Иногда лучший способ стать продуктивнее это на время перестать быть продуктивным.
Как у вас это работает?
Где чаще приходят хорошие идеи.
За работой или когда вы вообще не думаете о работе?
Почему ожидание «бабочек в животе» мешает строить крепкую связь — и как ценности помогают выбирать партнёра каждый день
Представьте такую картину. Пара сидит у меня в кабинете. Вместе десять лет, двое детей, общая ипотека. И женщина говорит, глядя куда-то в сторону окна:
— Я просто больше его не чувствую. Наверное, я его разлюбила.
Он молчит. Смотрит в пол. Потом тихо добавляет:
— Я тоже уже давно ничего особенного не чувствую.
И знаете, что тут самое интересное? Они оба заботились друг о друге всю неделю до этой встречи. Он приготовил ужин, пока она задерживалась на работе. Она купила ему таблетки, так как помнит о его проблемах со здоровьем. Они вместе смеялись над тупыми видосиками.
Но «бабочек» не было. А значит что? Всё? Конец?
Мы все выросли на одних и тех же историях. Принцессы, принцы, Золушка, Ромео и Джульетта, романтические комедии с финальной сценой под дождём и прочая ваниль. Во всех этих историях есть один общий сюжет: встреча — искра — любовь навсегда. (Но что было дальше? :))
Искра — это классно, это самое главное. Ты либо чувствуешь, либо нет. И если не чувствуешь — значит, «не твоё».
Эта идея въелась в нас так глубоко, что мы применяем её как диагностический инструмент.
Сердце бьётся быстрее — любовь.
Не бьётся — не любовь.
Всё просто и элементарно.
Только вот есть один нюанс.
Биологически «бабочки» — это тревога.
Серьёзно. Когда вы видите человека, который вам нравится, и чувствуете этот характерный трепет в животе — это адреналин и кортизол. Ваше тело реагирует на что-то новое, непредсказуемое, и даже немного пугающее. Это та же реакция, что возникает перед экзаменом или прыжком с парашютом.
Бабочки в животе
Это не плохо. Это даже приятно. Но называть это любовью — примерно то же самое, что называть похмелье праздником. Да, одно связано с другим. Но это не одно и то же от слова вообще.
Это чувство покалывания или трепета в районе желудка, которое возникает, когда очень сильно волнуешься из-за выброса адреналина. Люди волнуются из-за своей симпатии или чего-то ещё по множеству причин, это волнение и тревога как одно чувство.
«Бабочки в животе» — это физиологическое ощущение трепета, сжимания или лёгкого дискомфорта в районе желудка, возникающее из-за выброса адреналина при влюбленности, волнении или стрессе. Это реакция «бей или беги», при которой кровь оттекает от желудка к мышцам, вызывая характерное чувство, отмечают эксперты. Выражение «бабочки в животе» описывает приятное чувство легкого щекотания, волнения или возбуждения. Чаще всего его связывают с первой влюбленностью. Купрум
Почему возникает это ощущение?
Влюбленность: Мозг при виде симпатичного человека реагирует на стресс, активируя симпатическую нервную систему.
Волнение/стресс: Страх перед экзаменом, публичным выступлением или важной встречей вызывает выброс адреналина, который заставляет сердце биться быстрее и снижает приток крови к органам пищеварения, что ощущается как «порхание».
Гормоны: На ранних стадиях влюбленности резко возрастает уровень дофамина, вызывая эйфорию и физический трепет.
Физиологические проявления:
Ощущение тяжести или «порхания» в груди/животе.
Учащенное сердцебиение и дыхание.
Возможна легкая дрожь, потливость или похолодание конечностей.
Это безобидное состояние, которое обычно проходит, как только заканчивается волнительная ситуация.
Период «бабочек в животе» обычно длится от 6 месяцев до 1,5–2 лет. Это время, когда организм находится в состоянии гормонального «коктейля» из дофамина, норадреналина и окситоцина.
Сколько длится этот этап?
Пик влюбленности: Самая интенсивная фаза «эйфории» обычно проходит через 1–1,5 года.
Максимальный срок: Биологически этот химический процесс может длиться до 3 лет. После этого мозг начинает выделять меньше медиаторов, так как партнер становится привычным, и отношения переходят в более стабильную и глубокую фазу.
Угасание: Постепенное исчезновение бабочек — это нормально. Они нужны в начале отношений для сближения, а их уход дает возможность оценить партнера более трезво.
Как справиться с волнением перед встречей?
Если бабочки мешают сосредоточиться или превращаются в сильную тревогу, можно попробовать следующее:
Признайте чувство: Позвольте эмоциям пройти через тело. Не боритесь с ними, а осознайте: «Я сейчас волнуюсь, и это нормально».
Смените фокус: Переключите внимание с собственных ощущений на объект симпатии или на окружающую обстановку.
Дыхание: Сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов. Это успокаивает вегетативную нервную систему, которая и вызывает «порхание» в желудке.
Выбирайте простые форматы: На первом свидании лучше пойти на кофе или десерт, а не на полноценный ужин. Есть перед почти незнакомым человеком при сильном волнении может быть дискомфортно.
Интересно, что психологи иногда советуют искать не «бабочек», а чувство спокойствия рядом с человеком, так как чрезмерное волнение может быть сигналом скрытой тревоги.
Влюблённость — это особое состояние мозга. Учёные, которые сканировали мозг влюблённых людей, обнаружили активность, похожую на состояние при приёме кокаина. Не метафора — буквально схожие паттерны, такие вот дела, господа.
Это состояние длится обычно от нескольких месяцев до двух-трёх лет. Потом химия меняется. Мозг привыкает к партнёру, адреналин перестаёт так зашкаливать, и вот вы просыпаетесь рядом с человеком, которого знаете наизусть — и никаких бабочек.
И здесь происходит развилка.
Одни люди думают:
«Всё. Я разлюбил(а). Нужно искать того, с кем снова будет это дзинь-чувство».
И идут искать. Находят. Снова несколько месяцев эйфории — и снова тишина. Этот цикл может повторяться бесконечно вечно.
Есть и те, кто остаются. Но остаются из страха, привычки или ради детей — не понимая, что делать дальше без этого огня.
И очень мало кто знает третий путь.
Третий путь: любовь как то, что ты делаешь
В ACT-терапии есть важная идея: наши действия важнее наших чувств. Не потому что чувства не важны. А потому что чувства непостоянны и неконкретны, а действия — вот они то в нашей власти.
Вы не можете приказать себе влюбиться. Но вы можете выбрать, как относиться к человеку рядом.
бывают дни, когда я всем своим нутром чувствую, как мозг начинает разрываться на тысячи частиц. это невозможно описать, но он словно кипит. от чего? от вечно безуспешных попыток осознать реальность вокруг. если в голову влетает хоть единственный раз за жизнь мысль на углублённое восприятие вселенной, как одной сплошной, хитровыебанной иллюзии - всё, покоя больше нет и никогда не будет. обратного пути нет
самый страшный пример этой наëбки - деменция. заранее предупреждаю: я сам понятия не имею, что хочу написать и что в конечном итоге выйдет. весь текст смело можете воспринимать как шизофренический бред, иначе это прочитать будет невозможно. понять уж подавно...
деменция. я всё думаю: как она выглядит от первого лица? на теории все тонкости когнитивных нарушений расписаны чрезвычайно стерильно и подробно:
нарушение кратковременной памяти (человек забывает недавние события, имена, где оставил вещи), потеря ориентации во времени и пространстве (теряется на знакомой местности)
в целом, игры нашего неподвластного разума очень любопытная тема для изучения. но деменция - это пик мозговой забавы. со стороны мы видим старика, который вдруг начинает "забывать". ну, думается "ладно, человек старый, мозг уже выдохся и начал подгнивать. понимаю". сколь угодно мы можем "понимать", но на деле нихера мы не понимаем! от понимания одно лишь слово, пустая формальность. здесь пугающе интересно вот что: что чувствует сам старик? он-то не забывает, он просто просыпается в мире, где мозг решил ликвидировать в ноль всё, что было вчера. стены - другие, лица - незнакомые, дом - чужой. и самое жуткое в этой потере разума, по крупицам собиравшийся десятки лет - старик в это верит. у него нет даже мимолëтной вспышки сознания, что всё кругом - совершенно галимая фальш! глюк системы! нет мыслей интроспективного, объективного рода: "боялся деменции, и вот она пришла... бляха муха!". такого нет, больной воспринимает эту рваную, ложную реальность ровно в той же перспективе, что и вчера. усваивает её как единственно верную, без единого осознаваемого намёка на самообман. файлы, отвечающие за элементарную идентификацию мира вокруг, истреблены до основания, словно никогда и не существовавшие. и восстановлению они нисколько не подлежат!
а теперь все дружно переходим к центральному вопросу, ради которого я и затеял этот пост: с чего мы взяли, что мы не проживаем жизнь идентичной конфигурации? как подопытные индивидуумы, беспрекословно подчиняющиеся власти своего же мозга. откуда у нас эта непоколебимая уверенность, что наш мир - настоящий? мы ведь можем жить по той же самой, неосознаваемой структуре, что и те старики. и абсолютно никак не будем отдавать себе отчëт об этом, поскольку сама возможность хоть малейшего, истинного осмысления вселенной вне какой-либо досягаемости, она намертво сокрыта от сенсорной системы. мозг - это самый гениальный мошенник в истории, много чего недоговаривающий, всецело укрывающий за недосягаемыми никем и никогда границами. его аферу невозможно раскрыть, потому что он сам - и судья, и свидетель, и адвокат. он выстроил вокруг себя такой безупречный горизонт событий, чтобы мы даже и вмиг преходящий запах истины не смогли учуять! вы можете возразить мне "а этот текст? разве ты не стремишься к этой, по твоим словам, навеки сокрытой истине? а учёные, сходящие с ума от ещё более углублённого разбора теории о нереальности мира?". попытаюсь дать пояснение на подобные возражения
если вам кажется, что сам факт написания этого текста, сама возможность думать, формировать мысль о нереальности мира - это уже, хоть и небольшой, прорыв к истине, такой какая она есть на самом деле, то вы глубоко заблуждаетесь. мой шизофренический поток сознания, ещё более безумный поток сознания учёных - это не взлом системы. и даже не намёк на взлом. это всего-лишь ещё один скрипт внутри этой самой системы, заполучивший возможность хоть малейшего, хоть нет, но опознавания человеком. да и для мозга своего рода забава, создал муляж оригинала, а мы довольствуемся им, крутим и по горизонтали, и по вертикали, и так, и сяк, и наперекосяк. но муляж есть муляж. а увидели бы мы хоть краем глаза оригинал - тотчас же ослепли и онемели бы. от того неописуемого ужаса, что он в себе таит. мозг наш хоть и хитëр, но всё же крайне гуманен. по поводу учёных, сходящих с ума: так они сходят с ума, потому что пытаются взойти на изначально неприступную тропу, в придачу с муляжом в руках. можно сколь угодно писать тексты, анализировать всевозможные формулы, биться головой о стену, но - нет. это как стремиться к визуализации неосознаваемого цвета. всю жизнь отдай - невозможно. и не потому, что цвета не существует, а потому что в нашем многогранном софте, конкретно на этот цвет, по умолчанию нет вкладки "просмотр". реальность аналогична. все мы - пациенты на этом острове проклятых. мы бродим по коридорам, узнаём друг друга, спорим о политике, влюбляемся, что мы только не делаем. вроде живём. но на самом деле человек безмолвно смотрит в серую стену. а всë, что кругом - ежесекундно генерирующееся кино под названием "жизнь", транслируемое проектором нашего собственного разума прямо на этот голый бетон
в самом начале предупредил о шизофреническом потоке, поэтому моя совесть чиста.
Мы скупаем книги по воспитанию и честно пытаемся быть хорошими родителями. Кажется, делай всё по инструкции, и ребенок вырастет счастливым. А на деле часто опускаются руки. Дети вдруг отдаляются, огрызаются или делают всё наперекор. Смотришь на это и с горечью думаешь: "Где мы свернули не туда"?
Хорошо помню момент, когда мы с женой окончательно опустили руки. Нашему старшему сыну исполнилось четыре года, когда в доме появился младенец. Мы ждали, что старший станет помощником, а получили лавину агрессии: он начал жутко ревновать нас к новорожденному. Спокойный раньше ребенок, теперь закатывал истерики и буквально не подпускал нас к колыбели. Мы пробовали быть строгими, наказывали, ставили в угол, но становилось только хуже. Мы просто не понимали, что делать.
Потом мне попалось интервью психолога Александра Колмановского и пазл сложился.
Колмановский считает, что главная опора детской психики – это, простое чувство защищённости.
Ребенку важно знать, что родители его поймут, что бы он не сделал. Дети прячут дневники и кричат не от вредности, ими часто движет страх перед нашей реакцией. Трехлетка боится темноты по-настоящему. Четырехлетний малыш плачет от того, что маминой любви на него не хватит. Наказывая просто за неудобное поведение, мы оставляем человека один на один с его бедой.
А вы ловили себя на мысли, что мы ругаем ребенка за плохую оценку не ради его светлого будущего, а потому что нам просто неловко перед учителем и родственниками?
Мы все живые люди и часто путаем заботу о ребенке с тревогой за себя. Колмановский очень точно подмечает этот момент: подросток сутками сидит в телефоне и забрасывает учебу. Нас это пугает и злит. Мы начинаем его пилить, подсовываем умные статьи, грозим лишить карманных денег. Нам искренне кажется, что мы его спасаем.
На самом деле в этот момент в нас говорит обычная назидательность - острая потребность переделать человека под правильный, удобный шаблон. Ребенок считывает это моментально. Любые правильные слова звучат для него как приговор: "таким я вас не устраиваю".
Особенно наглядно это проявляется в школе. Мы все хотим отдать детей в сильные гимназии. Там хорошая среда, умные одноклассники, но там же процветает скрытая, изматывающая гонка - личность ребенка начинают оценивать исключительно баллами и олимпиадами. Он попадает в ловушку условной любви. Получил низкий балл - терпи снисходительные взгляды.
Считать похвалу за хорошие оценки правильным воспитанием - это самое опасное заблуждение, которое калечит психику ребенка сильнее наказаний.
Логика Колмановского бьет прямо в цель:
Если мы выделяем человека только за успехи, он делает вывод о том, что отсутствие похвалы равняется наказанию. Человек привыкает чувствовать себя нужным только с медалью в руках. Дальше начинается невроз длиною в жизнь. Он будет постоянно коситься по сторонам и сомневаться в себе.
Выбор профессии - еще одна больная тема. Колмановский говорит об этом прямо:
Глупо требовать от подростка выбрать дело всей жизни в семнадцать лет. Мозг к таким глобальным решениям просто физиологически не готов.
Действительно, посмотрите вокруг - сколько взрослых каждый день с тошнотой идут на работу, когда-то они побоялись расстроить маму или пошли туда, куда проще поступить. Высшее образование получать нужно, оно тренирует мышление, но рассматривать институт стоит просто как логичное продолжение школы.
Выбирайте самые широкие направления. Дайте человеку законное право на ошибку. Пусть меняет факультеты и ищет себя. Жизнь стала очень гибкой. Люди спокойно разводятся, уходят из токсичных компаний. Точно так же стало нормой постоянно переучиваться. Сценарий с одним заводом до самой пенсии давно в прошлом.
Как же сохранить доверие? Снять с детей этот свинцовый груз наших ожиданий, спуститься на их уровень. Колмановский не устает повторять:
Лучшее общение кроется в простых вещах: дурачиться вместе на ковре, играть в приставку, болтать о том, что интересно ему, а не вам.
Подросток десятый раз не помыл посуду? Можно прочитать ему лекцию об ответственности, а можно попытаться понять его состояние. Колмановский предлагает заменить привычные нотации на простые дружеские вопросы, без наезда.
Давайте разберем на практике.
Вместо привычного "Опять двойка? Быстро садись переделывать" попробуйте спросить иначе:
"Слушай, почему домашку не сделал? Устал сильно, тема сложная или просто лень было?".
Вместо раздраженного "Сколько можно оставлять за собой грязную посуду?" скажите проще: "Вижу, посуда стоит. Забыл из-за уроков или просто устал?".
Озвучьте проблему без обвинений. Именно так вы сохраните тонкую нить доверия. Если дома ребенок привыкнет, что его ошибка - это повод разобраться, а не повод для скандала, он выживет в любом суровом коллективе. Столкнувшись с чужой агрессией, он будет четко знать, что крик начальника говорит о проблемах самого начальника, а не о его собственной ничтожности. Эта мысль станет главной броней на всю жизнь.
Согласны с психологом насчет вреда пятерок? Или считаете, что без строгой дисциплины современные дети просто сядут на шею? Жду вас в комментариях
Курсы сами по себе были не так интересны, как ожидание «подружки». Лера всегда опаздывает, но это никогда не выглядит невежливо. С её появлением группа оживала, задания и примеры решались быстрее, сама атмосфера благоволила.
Первые шаги нашей дружбы построились на переписке. Сначала по делу, потом просто так. Это не заняло много времени. Не прошло и месяца, как мы могли часами разговаривать по телефону. Она оказалась лёгкой в общении. Той самой, с кем можно молчать в трубку и она сама найдёт тему для разговора.
Я не привыкла к такому. Ко мне обычно не тянутся. Обычно приходится доминировать в разговоре, расспрашивать собеседника и не получить вопрос в ответ. А Лера тянулась. Интересовалась.
Мы просиживали в переписке вечерами, могли болтать по телефону часами, но всё это было внутри экрана. За пределами курсов мы ещё ни разу не встречались.
Поездка стала первым местом, куда мы выбрались вместе, кроме учёбы.
Компания снимала дом за городом на выходные. Лера позвала меня с собой так легко, будто мы всю жизнь так делали. Я согласилась не сразу. Перебирала в голове причины отказаться: я не впишусь, буду лишней, пожалею. Но пересилила себя. Или просто устала бояться.
Мы встретились у метро. Она опоздала как всегда, но я уже не злилась. Это была её часть. Её ритм.
В автобусе мы сели рядом. За окном мелькали дачи, леса, чужие остановки. И вдруг, без предисловий, она спросила:
— Почему ты больше не общаешься с Максом?
Я замерла. Не ожидала такого вопроса в лоб.
— Не сказала бы, что мы с ним вообще общались. Дальше переписки не зашло. В какой-то момент он просто слился. Это было перед Восьмым марта прошлого года. А что?
— Ничего такого. Но до меня доходила другая информация.
Я промолчала. Она продолжила:
— Понимаешь, парням, особенно обиженным, нельзя верить на слово. Ты так не думаешь?
— Наверное. - Я пожала плечами. — Вообще никому нельзя верить на слово.
Она хохотнула:
— Ха-ха, ты права. Знаешь, пообщавшись с тобой, я стала понимать, почему Макс умотал по-английски. Ты не вела себя как милая и наивная принцесса. Чётко выражала своё мнение.
— А как по-другому?
— Тогда всё ясно. -Она помолчала. — Я больше удивлена, что он не смог сразу к тебе подойти вживую. Он же самый общительный человек, которых я знаю. Застеснялся, мальчик.
— Может, он привык, что на него все девочки ведутся. Машина, деньги, внимание.
— Это понятно. Но раньше его это не останавливало. — Она повернулась ко мне, хитро прищурилась. мТы, получается, первая недосягаемая мадама в наших краях.
Автобус высадил нас у ворот старого дачного посёлка. Дом стоял в глубине, окружённый соснами. Мы зашли в калитку, и первое, что я услышала, голос Димы. Тот самый, который всегда звучал радостно, едва он меня замечал.
— О, кого я вижу! Эхо! Давно не виделись.
Он подошёл, обнял меня легко, по-дружески, как обнимают старых знакомых. Мы и правда знали друг друга с детства. Дима всегда был таким: открытым, шумным, своим.
Я улыбнулась в ответ, а краем глаза заметила фигуру позади него. Влад.
Он стоял чуть поодаль, руки в карманах куртки, и смотрел куда-то в сторону. Когда наши взгляды встретились, он кивнул.
— Привет, - сказал сухо, без улыбки.
— Привет, - ответила я.
И всё. Он не подошёл ближе, не спросил, как дела, не нашёл повода задержаться. Просто стоял там, где стоял, пока Дима тараторил про то, как мы будем жарить шашлыки и что уже накупили еды.Расспрашивал про работу отца, про сестру.
Я снова посмотрела на Влада. Он смотрел на Диму. Или сквозь него. Или вообще в пустоту.
Видимо, мне тут не особо рады, - подумала я.
— Пойдём, я покажу, где комната, м Дима ловко подхватил мою сумку и потянул в дом. Влад остался на улице. Я обернулась уже у крыльца, он стоял ко мне спиной, смотрел на лес.
— Ладно, - сказала я себе. — Не всем же быть Димами.
До обеда была суета. Кто-то таскал дрова для мангала, кто-то резал салаты на кухне, кто-то просто болтался под ногами с бокалами. Компания ожила. Голоса, смех, хлопки дверцы холодильника.
Я взялась помогать с овощами. Лера носилась между кухней и улицей, появлялась то с тарелками, то с новостями, то с просьбами. Куда она туда и взгляды. Куда она туда и я, потому что иначе меня бы смыло этим потоком.
А сама всё посматривала на Влада.
Он был то у костра, то возле машины, то снова у костра. Я ловила его силуэт краем глаза, будто проверяла, на месте ли. Просто так. На всякий случай.
И в какой-то момент наши взгляды встретились.
Он смотрел прямо на меня.
Я замерла. Сердце дёрнулось куда-то в горло. Я не знала, сколько это длилось - секунду, две, вечность. А потом испугалась и отвернулась. Резко, будто меня застукали за чем-то постыдным.
— Не смотри, — приказала себе. — Не смотри туда больше.
Я уставилась в салатницу, делая вид, что очень занята перемешиванием огурцов. Пальцы дрожали. Я перевела фокус в другую сторону на Диму, который спорил о чём-то у мангала, на девочек, накрывающих на стол, куда угодно, лишь бы не туда.
А Лера уже тащила меня за руку:
— Пойдём, там стол накрывают, надо помочь!
Всё время подготовки я себя ругала и оправдывала. Не могла понять причину своего странного поведения.
Да, я была замкнутой. Но я хорошо играла роль уверенной и общительной дамочки с района. Хорошо отыгрывала роль дочери своего отца. Улыбалась, когда надо. Шутила, когда надо. Молчала, когда надо. Я научилась этому за годы быть той, кого хотят видеть.
А тут сбой. Один взгляд и вся система полетела.
— Что с тобой не так? - спрашивала я себя, нарезая хлеб. — Он просто посмотрел. Люди смотрят друг на друга. Это ничего не значит.
Но тело не слушалось. Оно помнило ту секунду и вздрагивало.
Я злилась на себя за эту слабость. За то, что позволила себе хоть на миг поверить, будто этот взгляд что-то значил. Он не значил. Не мог значить.
А Лера уже звала меня к столу, и я пошла. Улыбнулась. Отыграла роль.
За стол нас усадили как-то само собой. Я оказалась между Лерой и Димой. Напротив Влад и ещё пара ребят, чьих имён я не запомнила.
Стол ломился. Шашлык, овощи, зелень, какие-то соусы. Все говорили одновременно, тянулись друг к другу через тарелки, смеялись. Нормальная компания. Нормальный обед.
А я не могла есть.
Потому что я видела.
Он смотрел в нашу сторону. Не на меня, я сразу это поняла. Но на кого? Рядом сидели Лера и ещё две девочки. Я отгоняла мысль, но она возвращалась. Через пять минут он снова посмотрел туда же. И ещё раз. И ещё.
— Ты выдумываешь, - шептал внутренний голос. — Он просто смотрит по сторонам. Люди смотрят по сторонам.
Но взгляд его был не случайным. Он был направленным. Я слишком хорошо знала этот взгляд, потому что сама так смотрела на него весь день.
Лера что-то рассказывала Диме, жестикулировала, смеялась. Она была в своей стихии. А я сидела и делала вид, что очень занята салатом.
И вдруг поняла, что не выдерживаю.
— Лер, - шепнула я, когда она на секунду замолчала. — Можно тебя на пару слов?
Мы вышли из-за стола, отошли к крыльцу. Она смотрела вопросительно.
— Слушай, это, наверное, глупость, - начала я, чувствуя, как горят щёки. — Но ты не замечала... ну, что Влад как-то на тебя смотрит?
Она замерла. Всего на секунду. Но я заметила.
— В смысле? — голос у неё стал чуть выше. — Как смотрит?
— Не знаю. Как-то... особенно. Я уже несколько раз ловила его взгляд. Он всё время смотрит в нашу сторону. Вернее, в твою.
Лера хохотнула, но как-то натянуто.
— Глупости. Он на всех смотрит. Ты просто придумываешь.
— Может быть, — сказала я. — Но ты его видела? Он реально...
— Эхо, — перебила она, и в голосе мелькнуло что-то новое. Раздражение? Защита? — Влад мой друг. Мы давно знакомы. Он просто так смотрит. Не бери в голову.
Я кивнула. Улыбнулась. Сыграла роль.
- Ладно, прости. Наверное, я правда придумываю.
Мы вернулись за стол. Я села на своё место и сразу поймала взгляд Влада. Он смотрел на Леру. На её смеющееся лицо, на её руки, на её волосы. Он не отводил глаз.
А я смотрела на это.
И впервые за весь день почувствовала не просто тревогу. Холод. Липкий, тяжёлый, изнутри.
Она сказала не брать в голову, - думала я, глядя в тарелку. - Но голова уже взяла. И не отпускает.
Я инстинктивно понимала: она что-то недоговаривает.
Но имела ли я право услышать полный ответ на свой вопрос? Правдивый?
Нет.
Я в компании без пяти минут месяц. Взяли меня не за какие-то заслуги,а по связям с Лерой. Я здесь гостья. Временная.
Кто я такая, чтобы требовать правду? Чтобы лезть в её жизнь, в его жизнь, в то, что было до меня?
Я промолчала. Улыбнулась. Отыграла роль.
Но внутри уже поселилось то, что не уйдёт до самого конца. Сомнение. И тихое, горькое знание: я здесь не своя, на птичьих правах.
Давайте представим, что мы с вами сидим на кухне, пьем чай, и смотрим на обычную чашку, стоящую на столе. Четыре великих философа объяснили бы нам, что такое "бытие", глядя на эту чашку.
1. Парменид (Путь истины)
Концепция: Бытие есть, небытия нет. Бытие — это вечное, неизменное "сейчас".
Жизненный пример с чашкой:
Парменид строго посмотрит на чашку и скажет:
— Ты можешь думать, что чашка когда-то была куском глины, а потом разобьется на черепки. Это иллюзия (путь мнения). На самом деле, если ты мыслишь правильно, ты понимаешь: «бытие чашки» просто ЕСТЬ. Оно не может возникнуть из ничего и не может исчезнуть в ничто. Оно наполнено собой. Пока ты о ней мыслишь — она есть. И в этом "есть" нет ни прошлого, ни будущего, только вечное настоящее.
Суть: Перестань отвлекаться на изменения. Сосредоточься на факте, что она вообще есть.
2. Платон (Мир идей)
Концепция: Истинное бытие находится в идеальном мире. Наша чашка — лишь слабая тень идеи Чашки.
Жизненный пример с чашкой:
Платон посмотрит на чашку с легкой грустью и скажет:
— Эта конкретная чашка? Она разобьется, поцарапается, ей придет конец. Это не истинное бытие, это только "становление". Но откуда мы знаем, что это вообще чашка? Потому что в нашем уме (или в небесном мире) живет совершенный образец — Идея Чашки. Эта Идея вечна, неизменна, безупречна. Она — подлинное бытие. А эта керамическая посудина на столе — всего лишь бледная копия, попытка материи подражать идеальному чертежу.
Суть: То, что мы видим — это только отражение настоящей реальности.
3. Аристотель (Сущность вещей)
Концепция: Бытие не где-то там, оно здесь, в самой вещи. Бытие — это сущность (форма + материя).
Жизненный пример с чашкой:
Аристотель, как практичный человек, пододвинет чашку к себе и скажет:
— Хватит мистики. Бытие этой чашки — это она сама. Давайте разберем. Вот глина — это материя (то, из чего). Вот форма чашки (полый цилиндр с ручкой) — это эйдос (то, чем она является). Соединение материи и формы дает сущность. Плюс у нее есть причины: горшечник (действующая причина) сделал ее, чтобы из нее пить (целевая причина). Вот это и есть ответ на вопрос о ее бытии.
Суть: Бытие вещи — это то, чем она является здесь и сейчас, со всеми её свойствами и предназначением.
4. Мартин Хайдеггер (Забвение бытия)
Концепция: Мы слишком увлеклись чашками и забыли спросить, что значит "быть". Бытие — это событие раскрытия смысла.
Жизненный пример с чашкой:
Хайдеггер отведет взгляд от чашки и задумчиво посмотрит в окно, а потом скажет:
— Вы смотрите на чашку и описываете её свойства. Это называется "изучать сущее". Вы забыли о главном: о том, что она вообще присутствует, что она раскрылась перед вами в свете понимания. Бытие — это не сама чашка. Бытие — это то, благодаря чему чашка может быть чашкой и предстать перед нами. Это как просвет в лесу: сам просвет — не дерево, но без него мы бы не увидели деревья. Бытие этой чашки открывается вам не тогда, когда вы анализируете её химический состав, а когда вы, уставший, берете её в руки, и она становится продолжением вашего уюта, вашей заботы.
Суть: Перестань считать вещи. Вслушайся в сам факт того, что мир есть, и ты в нём есть.
Резюме для запоминания:
Парменид: Чашка просто есть, и точка. За пределами этого "есть" ничего нет.
Платон: Эта чашка сломается, но Идея Чашки (совершенная Чашка) будет жить вечно. Вот она — настоящее бытие.
Аристотель: Бытие — это когда глина стала чашкой, чтобы мы могли пить чай. Суть в самом устройстве.
Хайдеггер: Мы привыкли к чашкам и не удивляемся, что они вообще существуют. А зря. Сама возможность того, что нечто (чашка, дом, дерево) может "быть" — вот это чудо и есть бытие.
