Во время визита он отметил высокую боевую готовность экипажа и успешные испытания стратегических крылатых ракет "море-земля", подчеркнув, что новые эсминцы станут ключевым элементом укрепления ВМС КНДР в рамках пятилетнего плана.
Ким Чен Ын высоко оценил работу инженеров и кораблестроителей, отметив, что укрепление надводных и подводных сил станет важным инструментом сдерживания потенциальных противников.
"Наши ВМС будут обладать могучими наступательными силами, а это исключительно для обороны. Если есть силы, опасающиеся такого укрепления нашей обороноспособности, то это означает, что они — наш враг. <...> Мы будем гарантировать защиту суверенитета не словами или на бумаге, а способностью к реальному действию, действительной практикой", — заявил корейский лидер
25.02.26. Военно-морские силы Германии заявили о получении израильского подводного беспилотника Blue Whale, предназначенного для разведки и обнаружения «гибридных угроз в море».
Автономный подводный аппарат, разработанный израильской компанией IAI совместно с немецким производителем подводных лодок и военных кораблей TKMS, был доставлен в северный порт Эккернфёрде, говорится в заявлении военно-морского флота.
СПРАВКА:
Компания Israel Aerospace Industries ( IAI) — крупнейший израильский производитель аэрокосмической и авиационной техники, производящий воздушные и астронавтические системы как для военного , так и для гражданского использования. По состоянию на 2021 год в компании работает 14 000 сотрудников. IAI находится в государственной собственности правительства Израиля.
На своем веб-сайте армия заявляет, что «Голубой кит» — это «самый большой и самый передовой беспилотный подводный аппарат ВМС на сегодняшний день».
Государственная израильская компания Israel Aerospace Industries и немецкая судостроительная компания Thyssenkrupp объявляют о поставке в военно-морской флот Германии крупного автономного подводного аппарата под названием BlueWhale.
Поставка состоялась сегодня на военно-морской базе Эккернфёрде, «что знаменует собой важную веху в развитии автономных подводных систем», говорится в заявлении компании IAI.
Компания IAI заявляет, что беспилотный аппарат BlueWhale, впервые представленный в 2023 году, был «разработан для поддержки ВМС Германии в беспилотной противолодочной борьбе и секретных морских миссиях».
Испытания проводились в Балтийском море, «одном из самых сложных и требовательных районов операций для ВМС Германии», как сообщила израильская оборонная компания.
Компания TKMS заявляет, что «Blue Whale» способен «проводить разведывательные операции, обнаруживать цели над и под поверхностью моря, собирать акустическую информацию и находить морские мины на морском дне».
Как сообщает IAI, BlueWhale использует радиолокационные и электрооптические системы для обнаружения целей на море и в прибрежной зоне. Кроме того, он оснащен гидролокатором для сбора разведывательной информации, обнаружения пилотируемых и беспилотных подводных лодок, а также для картирования морских мин.
В последние месяцы Израиль и Германия активизировали сотрудничество в сфере обороны, а в январе подписали пакт о безопасности, направленный на расширение совместной работы по борьбе с терроризмом и киберзащите.
Корабль-разведчик USS Pueblo (AGER-2). Фото: ВМС США, Public domain, via Wikimedia Commons
Январь 1968 года. Холодная война в самом разгаре. В недрах военной разведки США зреет план шпионской операции у берегов Северной Кореи. Её героем и жертвой станет небольшой американский корабль и весь его экипаж.
«Ржавая калоша», ставшая кораблем-шпионом
История «Пуэбло» начинается не с тайных миссий, а с рутинных рейсов. Спущенное на воду еще в 1944 году, судно FP-344 долгие годы исправно возило грузы для армии США в тихоокеанском регионе. Но в самый разгар холодной войны старичок получил новое задание и имя. В 1966 году его отправили на дорогостоящую модернизацию на базе ВМС в Бремертоне.
Старая 53-метровая одновинтовая посудина и так не блистала красотой, но после девяти месяцев работ по её модернизации, приобрела еще более уродливый вид. На палубе корабля выросла нелепая надстройка от борта до борта, в результате чего и корабль, и его экипаж стали объектом постоянных насмешек для всего флота.
Практически каждый матрос, отправленный служить на «Пуэбло», мог услышать в свой адрес едкую шутку: «Лучше бы ты, парень, помочился на того, кто тебя послал на эту ржавую калошу!»
Однако, после модернизации «Пуэбло» стал довольно уникальным кораблем программы AGER (Auxiliary General Environmental Research), с самым современным оборудованием для радиоперехвата и разведки. Формально это было «исследовательское» судно для изучения морского дна, а по факту – корабль-разведчик, на борту которого находились шесть офицеров, два гражданских ученых-океанолога, сорок четыре матроса, 29 специалистов военной разведки США и тонны новейшей радиолектронной аппаратуры.
В первой половине своей жизни корабль-разведчик «Пуэбло» был обычным грузовым судном FP-344. Фото: Судоверфь Кевауни, Public domain, via Wikimedia Commons.
Командовал кораблем бывший офицер-подводник Ллойд Бучер, получивший это назначение за год до описываемых событий.
Слагаемые провала
Перед рассветом 11 января 1968 года «Пуэбло» покинул базу ВМС США в японской Йокосуке и взял курс к берагам КНДР, где должен был выполнять поставленную задачу – записывать излучения радиолокационных станций северокорейских систем береговой обороны с целью разработки методов их нейтрализации, а также вести сбор данных, касающихся иностранных средств радиоэлектронной борьбы.
Сам корабль должен был находиться в режиме полного радиомолчания, чтобы избежать обнаружения со стороны советских или корейских кораблей. Подходить к советскому и корейскому берегам ближе 13 миль запрещалось. Установленные на корабле пулеметы приказали держать зачехленными, применять только в случае явной угрозы кораблю.
Ллойд Бучер, командир корабля «Пуэбло». Фото: ВМС США, Public domain, via Wikimedia Commons
Накануне этого задания капитан Бучер долго и настойчиво требовал от командования придать миссии статус «Высокий риск» – такой же, какой был у sister-ship «Пуэбло» – корабля «Баннер» (USS Banner AGER-l), который, ранее, выполняя аналогичное задание, получил прикрытие в виде двух эсминцев дежуривших недалеко от разведчика, а также находившихся в боевой готовности самолетов F-15. Эти меры безопасности позволили «Баннеру» избежать проблем, когда его пытались прижать 11 китайских патрульных катеров.
Однако боссы капитана Бучера считали, что задание, с которым «Пуэбло» отправляется к берегам КНДР, является практически «тренировочным» и не несет никакого риска.
Кроме отсутствия необходимого статуса, Ллойд Бучер был обеспокен еще одним фактом – на его корабль были установлены секретные криптотелетайпы KW-7, а также загружено много конфиденциальной документации, большая часть которой, по мнению Бучера, просто была не нужна во время планируемого задания. Всё это он считал опасным балластом, который в случае критической ситуации экипаж не сможет быстро уничтожить.
Все опасения капитана корабля командование оставило без внимания. Миссии «Пуэбло» была присвоена категория «Минимальный риск», лишившая корабль какой-либо военной поддержки. Эсминцы остались у причалов военно-морских баз, а истребители F-105 на авиабазе Фучу не были переведены в режим постоянной боевой готовности.
Нашивка ВМС США USS Pueblo (AGER-2). Фото: Wikimedia Commons.
Особую пикантность этому решению придает тот факт, что оно шло вразрез Меморандуму АНБ, в котором говорилось о высоком риске при проведении каких-либо операций у берегов КНДР (за истекший 1967 год в КНДР силой было уведено 6 южнокорейских судов и столько же обстреляно).
Этот Меморандум в адрес командования американских сил, расквартированных в Японии, был отправлен еще 29 декабря, но в предновогодней кутерьме документ просто затерялся и не дошел до ответственных лиц. Рождественские и новогодние праздники оказались важнее…
Ирония еще состояла и в том, что «Пуэбло», под завязку напичканный новейшей и дорогостоящей аппаратурой для прослушивания чужой связи, для своих был почти глухонемым. На шпионском корабле стояла древняя армейская радиостанция образца 1944 года, а у ВМС не нашлось средств, чтобы установить новую.
«Пуэбло» был напичкан современным оборудованием для радиоэлектронной разведки. Фото: Christophe95, CC BY-SA 4.0, via Wikimedia Commons.
Вот так старое, тихоходное и неказистое суденышко, не имеющее серьезного вооружения, с экипажем, наполовину состоявшим из неопытных новобранцев, стало носителем больших секретов и без какого-либо прикрытия было отправлено шпионить к берегам государства, которое ненавидело Америку.
Окружение и плен
В назначенную зону наблюдений «Пуэбло» прибыл 16 января. В течение нескольких последующих суток корабль в светлое время дрейфовал или курсировал галсами вдоль кромки 12-мильной границы территориальных вод КНДР, а ночью удалялся в нейтральные воды – подальше от границы.
Первый тревожный звоночек прозвенел вечером 21 января. На дистанции три мили вахтенные обнаружили корабль – его идентифицировали как малый противолодочный корабль (МПК) советского проекта, но вот кому он принадлежал – СССР, Китаю или КНДР – определить не удалось.
Впрочем, Бучера больше беспокоил другой вопрос – удалось ли экипажу МПК заметить и определить, кто и что перед ними? На «Пуэбло» решили, что их не заметили, и не стали сообщать об этой встрече своему командованию, чтобы не обнаруживать себя.
Утром 22 января разведчик подошел к северокорейскому Вонсану и приступил к своей обычной работе – перехвату и регистрации излучений РЛС прибрежного наблюдения КНДР.
Тем временем в соседней Южной Корее разворачивались крайне драматические события – в Сеуле северокорейский диверсионный отряд совершил попытку покушения на президента Пак Чон Хи. Попытка была неудачной, но атмосферу в регионе она накалила до предела. Обстановка на Корейском полуострове стала максимально взрывоопасной. На борту «Пуэбло» об этом инциденте ничего не знали. И потом никто толком так и смог объяснить, почему же капитану Бучеру ничего не сообщили об этом тревожном событии. Позже, во время следствия, звучала такая версия – просто решили не нервировать командира корабля. Авось, все обойдется…
Впрочем, «Пуэбло» уже давно находился «под колпаком» северокорейской и советских разведок, которые отслеживали все его передвижения. Эта версия подкрепляется тем фактом, что за все время работы американца вдоль корейских и советских границ его «шпионский улов» был весьма скромный – все важные военные объекты, которые находились в зоне наблюдения американца, просто отключали РЛС, оставляя «Пуэбло» ни с чем.
Маршрут и место захвата «Пуэбло».
Утром 23 января на горизонте появился северокорейский «охотник за подлодками», возможно тот же, которого «Пуэбло» встретил накануне. Он стремительно приближался к американцам и флажным семафором требовал идентифицироваться и застопорить ход.
Капитан Бучер ответил стандартной отговоркой: «Ведутся гидрографические работы». Но корейцы не удовлетворились таким ответом. К МПК присоединились четыре торпедных катера, а в небе пронеслось звено истребителей МиГ-21.
С «Пуэбло» просемафорили «Нахожусь в международных водах!». Корейцы на эту информацию отреагировали предельно жёстко – «Отвечайте, или открываю огонь!»…
Против двух 25-миллиметровых спаренных автоматических артиллерийских установок 2М-3 со скорострельностью до 480 выстрелов в минуту, а также четырех бомбомётов «Ураган» на борту МПК у американцев был лишь пара палубных пулемётов, которые в момент захвата оказались накрыты напрочь обмерзшим брезентом. Силы были катастрофически неравны.
Командир распорядился поднять американский флаг, параллельно отдавая приказ уничтожить секретное оборудование и документы. Но времени уже не было. Тысячи страниц с шифрами и отчётами, а также часть аппаратуры (включая сверхсекретную шифровальную машину KW-7) уничтожить так и не успели.
Капитан Бучер все же предпринял отчаянную попытку предотвратить захват, пытаясь вырваться в открытое море. Но у старой посудины с максимальным ходом в 12 узлов не было никаких шансов сбежать от пяти скоростных кораблей. К тому же, корейские моряки весьма умелыми действиями фактически затолкали «Пуэбло» в территориальные воды КНДР.
Вскоре корейцы поняли, что пока они гоняют американцев по заливу, на корабле идёт уничтожение документов и оборудования. С МПК дали сигнал «Лечь в дрейф, или буду стрелять» и тут же открыли огонь из своих орудий. «Пуэбло» застопорил ход, и обстрел тут же прекратился.
Получив команду «Следуйте за мной», американцы малым ходом последовали за противолодочным кораблем. Затем неожиданно остановились, на что с МПК ответили огнём из автоматических пушек. Капитан Бучер и двое моряков получили ранения, а один из членов экипажа погиб. Затем на «Пуэбло» высадилась абордажная команда и взяла управление кораблем на себя. Корабль был захвачен и отконвоирован в корейский порт Вонсан.
На 13 сообщений с просьбой о помощи «Пуэбло» получил многообещающий ответ: «Попытайтесь продержаться как можно дольше. Мы отдали приказ командованию в Южной Корее выслать истребители-бомбардировщики F-105. Удачи!». Но как будто в насмешку этим обещаниям вместо ожидаемых F-105 снова прилетели корейские МиГи.
Командование тихоокеанского флота США так и не решилось проводить силовую операцию по спасению корабля под носом СССР и Китая.
«Смерть проклятым американским мерзавцам!»
В Вонсане для американцев начался настоящий кошмар. «Смерть проклятым американским мерзавцам!» – яростно кричала возбужденная толпа местных жителей, встречавшая пленников на берегу.
Пленный экипаж прогнали сквозь негодующую толпу, посадили на машины и повезли на ж/д вокзал. Оттуда поездом в обычных «теплушках» отправили в Пхеньян. Во время 12-часового переезда в столицу прямо в вагонах корейские военные начали допросы захваченных моряков.
Столкнувшись с жёстким обращением во время допросов американцы пытались что-то объяснить корейцам про требования Женевской конвенции, но те на ломанном английском отвечали – эти требования распространяется только на воюющие страны. А США и КНДР не находятся в состоянии войны. Более того, «Пуэбло» является шпионским кораблем, а потому вы не военнопленные, а шпионы, и все ваши претензии и ссылки на Конвенцию необоснованны.
Экипаж американского корабля USS Pueblo в плену. Фото: Бьёрн Кристиан Тёрриссен, CC BY-SA 4.0, via Wikimedia Commons.
В тюрьме Пхеньяна допросы «с пристрастием» продолжились. Естественно, особый интерес представляли не столько простые матросы, сколько сотрудники АНБ – операторы электронной разведки, которых, напомню, на борту «Пуэбло» было 29 человек, и офицеры. Было с кем работать. И не все пленники проявили стойкость при допросах. Некоторые весьма подробно рассказывали о содержании своей секретной службы.
Сколько и какие именно секреты удалось узнать доподлинно неизвестно. Но с учетом того, что корабль был напичкан новейшей аппаратурой радиоэлектронной разведки, а еще на его борту находилось около тонны секретной документации (многочисленные описания и руководства по обслуживанию аппаратуры и шифровальному оборудованию, шифры, коды и тп), большую часть которой американцы не успели уничтожить, то смело можно утверждать, что выудить удалось немало.
Кстати, эти самые сотрудники АНБ в процессе уничтожения секретов повели себя довольно непрофессионально. На борту было немало подручных средств и инструментов (около 50 гранат, стрелковое оружие, пожарные топоры и пилы и тп), с помощью которых можно было уничтожить оборудование, но ими по какой-то причине в полной мере не воспользовались.
По признанию старшины 1-го класса Дона Бэйли, оборудование на корабле не было приспособлено к «аварийному» оперативному уничтожению. Например, шифровальные машины были установлены в таких прочных стальных боксах, предотвращающих случайное повреждение, что даже кувалдой не удалось их разбить.
Потом, после освобождения, американцы утверждали, что допрашивающие их корейские военные были некомпетентны в вопросах радиоэлектронной разведки, и просто ничего толком не поняли из того, что им рассказали пленники. Но это стремление выставить противника круглым идиотом была лишь слабой попыткой занизить уровень понесенного ущерба и степень своей вины.
Тем более, что среди тех, кто принимал участие в изучении показаний, которые давали американцы, а также трофеев (и аппаратуры и документации), были не только северокорейские военные. Довольно быстро к ним присоединились специалисты из МО СССР, КГБ и ГРУ, а также специалисты из «советской оборонки». В частности, в КНДР были откомандированы сотрудники ВНИИ-108 – одного из ведущих советских предприятий по разработке радиоэлектронной аппаратуры. Так что все утверждения, что «коммунистам» ничего толком не удалось выяснить, выглядели смешно.
Кстати, американцы были уверены в том, что «комми», даже получив таблицы кодов и шифры, все равно не смогут взломать систему шифрованной связи. После инцидента с «Пуэбло» они не стали ничего менять в используемых методах шифрования. В АНБ свято верили, что их электроника и методы криптографии никогда не будут «скомпрометированы». А зря!
Секретный криптотелеграф KW-7 (кодовое название ORESTES). Фото: Public domain, via Wikimedia Commons.
В этой истории есть еще один любопытный момент, который заставляет некоторых исследователей (впрочем, как и агентов ФБР) утверждать, что захват корабля был произведен не случайно, а по «заказу» из Москвы.
И вот почему. В 1967 году советской разведке удалось завербовать некоего Джона Уокера (по другим данным, этот Уокер сам проявил инициативу и предложил свои услуги КГБ), который служил в Норфолке, в штабе ВМС США, и имел доступ к секретной информации, в частности к ключевым таблицам шифровальной машины KW-7 (кодовое название ORESTES) и описанию криптографических систем США.
Так что к моменту описываемых событий СССР уже исправно получал американские шифры и коды, используемые ВС США, и теперь для полноты картины Москве было необходимо получить сам криптотелетайп. Как раз такой аппарат и был установлен на «Пуэбло». После захвата корабля Москва его заполучила, и потом вплоть до 1974 года «читала» всю американскую переписку. По некоторым оценкам за этот период советская разведка расшифровала около миллиона американских секретных сообщений.
Дипломатический тупик
Переговоры о возвращении экипажа начались уже 24 января. Встречи американской и северокорейской делегаций проходили в Доме переговоров в местечке Панмунчжом, расположенном в демилитаризованной зоне. Но они быстро зашли в тупик.
Во время американо-коерйских переговоров. Фото: Wikimedia Commons.
Генерал Пак Чун Гук, представлявший КНДР, чуть ли не смеялся в лицо американскому контр-адмиралу Джону Смиту, который требовал немедленного освобождения и членов экипажа и корабля. Американская сторона настаивала на безусловном освобождении моряков на том основании, что корабль был захвачен неправомерно, так как он в момент захвата находился в международных водах.
Корейцы же утверждали, что корабль-шпион зашел в территориальные воды КНДР, где «совершал преднамеренные провокационные действия», и требовали от Вашингтона публичных и официальных извинений за «агрессивный акт».
«Наша пословица гласит: «Только глупая собака лает на луну». Я могу лишь сожалеть, что вас, адмирал, несмотря на возраст и положение, ваши руководители вынуждают вести себя по-хулигански, озвучивая здесь сумасшедшие намерения военного маньяка Джонсона. Ради долларов и куска хлеба для продолжения жизни вы, наверное, так же ревностно служили Кеннеди. Если вы хотите избежать его печальной участи, не слишком усердствуйте в оскорблении нашего гордого и справедливого народа».
В Белом Доме считали требования корейцев неприемлемой капитуляцией, и приносить извинения отказывались. Но и предпринимать какие-то активные действия не решались. Штаты, уже по уши втянутые во Вьетнамскую войну, явно не спешили начинать новый военный конфликт с КНДР (за которой стояли Китай и СССР), отдавая себе отчет, что эскалация конфликта может привести к очень серьезным последствиям.
Госдепартамент США даже обращался в МИД СССР с просьбой повлиять на руководство КНДР. Американцы были уверены, что Советский Союз, на правах «старшего брата» сможет убедить своего союзника выдать пленных моряков. Однако, советский МИД в лице замминистра, посоветовал Госдепу обратиться к руководству КНДР напрямую, чтобы корейцы не расценили «непрямые контакты» как снижение своего суверенитета и зависимость от «старшего брата».
Правда, здесь не обошлось без некоторого лукавства – в то время отношения между СССР и КНДР были не столь прямолинейные и однозначные, чтобы Пхеньян безоговорочно выполнял «рекомендации» Москвы. Руководство КНДР весьма искусно лавировало между Москвой и Пекином, играя на их противоречиях, максимально сохраняя свою независимость. Так что Пхеньян запросто мог проигнорировать просьбу Кремля, а это уже было бы неприемлемо для имиджа политического руководства СССР.
На схеме отмечено 17 мест, где по утверждению властей КНДР корабль нарушил границу и вошёл в её территориальные воды. Фото: Национальный музей ВМС США, Public domain, via Wikimedia Commons.
Дипломатическая война затянулась на 11 месяцев и стала настоящей проверкой нервов у всех участников процесса. Естественно, больше всего испытаний выпало на долю захваченного экипажа.
Надо ли объяснять, что всё это время условия жизни (правильнее было бы сказать – условия содержания) пленников были максимально далеки от санаторных. Корейцы отнюдь не церемонились с американскими шпионами. Скудная, а порой просто отвратительная, еда, бетонные стены холодных тюремных камер, насквозь продуваемых сквозняками, бесконечные допросы, постоянные избиения – в конце концов все это сломило капитана Бучера и он подписал «признательные» показания. Правда текст этих признаний был таковым, что ни у кого не оставалось сомнений, что он написан не Бучером. Командир «Пуэбло» подписал бумагу, составленную северокорейцами.
Извинения, которых не было?
Прорыв в переговорах наступил только в декабре 1968 года. Американская сторона пошла на беспрецедентный шаг. Вашингтон согласился подписать документ, в котором признавал вторжение шпионского корабля в территориальные воды КНДР и приносил извинения от имени правительства США. Но...
Перед подписанием документа глава американской делегации генерал Вудворд публично заявил, что делает это исключительно ради освобождения пленных моряков, а все их признания не имеют значения, потому что добыты с применением силы. Как ни удивительно, но это устроило всех.
КНДР смог сохранить лицо, добившись «извинений» от своего врага, но и США лица не потеряли, так как предварительно заявили, что все эти признания и извинения ничего не стоят и ничего не значат, поскольку сделаны лишь ради спасения людей из рук кровожадного режима.
23 декабря 1968 года, ровно через 11 месяцев после захвата, измождённый экипаж пересёк «Мост Невозврата» в Панмунджоме и, оказавшись на территории Южной Кореи, обрёл свободу. Сразу после этого генерал Вудворд «отозвал» свою подпись под признательным документом.
Главный трофей
Экипаж «Пуэбло» вернулся домой. А вот сам корабль остался в КНДР. Возвращать его корейцы категорически отказались.
Для КНДР этот корабль стал символом триумфальной победы над США – главным идеологическим врагом.
Для США USS Pueblo стал вечным напоминанием о громкой и безответной пощечине. Он до сих пор числится в составе ВМС США, являясь единственным американским боевым кораблём, почти полвека находящегося в плену.
Для исследователей корабль стал «героем» одной из самых абсурдных и опасных историй холодной войны, которая могла вновь поставить мир на грань масштабной войны.
Сегодня «Пуэбло» - это одна из достопримечательностей Пхеньяна. Фото: Wikimedia Commons
С 1995 года «Пуэбло» стоит на приколе у набережной Тэдонган в Пхеньяне, являясь центральным экспонатом Музея победы в Отечественной освободительной войне. Бессменным экскурсоводом на корабле служит старший полковник Ким Чжун Рок, который в звании капитана командовал досмотровой группой, взявшей его на абордаж.
Герои или трусы?
Америка своих моряков встречала как национальных героев. Но не вся. Командование флота было в ярости и требовало начать судебное разбирательство – впервые за 160 лет корабль ВМС США сдался без боя. И это было унизительно.
Меньше чем через месяц после возвращения экипажа на родину, в США началось расследование этого инцидента. После 200 часов заседаний и опроса 140 свидетелей, Следственная комиссия 13 марта закрыла слушания и удалилась для выработки вердикта. В начале мая этот вердикт был озвучен – ВМС США рекомендовалось выдвинуть обвинения против Ллойда Бучера, который не смог защитить корабль, а также против лейтенанта Стивена Харриса, представителя АНБ, который не обеспечил уничтожение секретных материалов и оборудования, находившихся на корабле.
Экипаж «Пуэбло» после возвращения из плена, январь 1969 г. Фото: Военно-морской флот США, Общественное достояние, via Wikimedia Commons.
Казалось бы, что офицеров «Пуэбло» после 11 месяцев кошмара в плену у «коммунистов» ждет еще и тюремный срок на родине. Но приказом министра ВМС США Джона Чаффи, дело было прекращено. Официальный предлог звучал вполне гуманно – мол люди и так настрадались за время плена, зачем их еще подвергать лишениям? Однако же реальные причины такого решения несколько иные. В процессе слушаний всплыли весьма нелицеприятные факты, которые бросали тень уже на командование флота. Поэтому флотское начальство решило дело по-тихому прикрыть, во избежание громкого скандала и ненужных вопросов со стороны общественности и СМИ.
Дело против Бучера закрыли. Дела против его флотского начальства и высокопоставленных лиц в АНБ, отправивших «Пуэбло» на задание, не обеспечив надежного прикрытия, и бросивших его в опасности, даже не открывались. В марте 1969 года, не дожидаясь выводов Следственной комиссии, ушел в отставку директор АНБ. Вслед за ним на пенсию вышел и командующий Тихоокеанским флотом США. По факту, за эту позорную для американского флота историю так никто не ответил.
Капитану Бучеру после инцидента с «Пуэбло» командование кораблем уже больше не доверяли. В 1973 году в возрасте 43 лет он уволился с флота.
Старший полковник ВМС КНДР Ким Чжун Рок. В январе 1968 года был командиром группы захвата корабля «Пуэбло». Фото: Gilad.rom, CC BY 3.0, via Wikimedia Commons
Вашингтон многократно заявлял, что возвращение «Пуэбло» является приоритетной задачей американской внешней политики, но дальше пафосных заявлений так ничего и не продвинулось. Американский корабль-разведчик всё так же стоит у набережной Пхеньяна, а старший полковник Ким Чжун Рок всё так же рассказывает туристам, как маленькая социалистическая страна победила лидера империалистического мира.
Популярное китайское издание NetEase опубликовало анализ, согласно которому Россия обладает уникальным потенциалом для сдерживания всех 11 американских авианосных групп одновременно.
Эксперты выделяют несколько факторов, которые делают американскую тактику «плавучих крепостей» бессильной перед РФ.
Крупнейший арсенал МБР («Ярс», «Тополь-М») и подлодки класса «Борей» гарантируют уничтожение любого противника.
Асимметричный ответ:
Россия не строит дорогие авиаматки, а создает оружие, которое их нейтрализует:
• «Циркон»: Гиперзвуковая ракета, неуязвимая для ПРО.
• «Кинжал»: Авиационный комплекс с дальностью до 3000 км.
• «Посейдон»: Автономный подводный беспилотник с неограниченной дальностью хода.
География и ПВО
Системы С-400 и С-500 создают «непроницаемый купол», а огромная береговая линия и Арктика делают морскую блокаду технически невозможной.
Китайские аналитики подчеркивают, что ставка Москвы на асимметричные технологии, а не на симметричную гонку вооружений, превратила Россию в единственную державу, способную сделать цену конфликта c ней неприемлемой для любого государства.
Обычные электростанции не успевают за ростом спроса ИИ на электроэнергию. Производители ищут разные решения стабильного источника энергии: например, компания BOOM представила электрогенератор созданный на основе реактивного двигателя самолета.
А техасская компания HGP Intelligent Energy предлагает более радикальный вариант — использовать ядерные реакторы ВМС США, ранее предназначенные для авианосцев и подводных лодок. К 2029 году она планирует установить два военно-морских реактора суммарной мощностью 520 МВт на новой береговой электростанции в штате Теннесси.
Почему именно военные реакторы?
— они уже существуют и проверены десятилетиями эксплуатации;
— их можно развернуть быстрее, чем построить новую АЭС;
— стоимость модернизации составляет 1–4 млн долларов за мегаватт, что заметно дешевле строительства нового атомного блока.
Если идея окажется успешной, это может стать одним из самых быстрых способов обеспечить ИИ-инфраструктуру надежной и низкоуглеродной энергией.
Больше интересной информации про источники энергии и энергетику в телеграм-канале ЭнергетикУм
Получивший прозвище «Чёрная жемчужина» из-за своей черной окраски. Самолёт принят на вооружение советских ВВС и ВМФ в 1982 году. Продолжает использоваться в ВВС России для обучения курсантов полётам на Ту-22М3 и Ту-160. Также его применяют для поддержания навыков строевых пилотов, чтобы сократить расход лётного ресурса боевых самолётов. Экипаж 4 человека, 12 курсантов.
Восстановленная "Каталина" на одном из авиашоу в США
— Что Вы думаете о немецких истребителях?
Американская "Каталина" под огнем истребителей Люфтваффе
Немцы летали отлично! Мы много экипажей потеряли из-за противодействия немецких истребителей. Наши летчики были очень хорошо подготовлены в 1941 году и попозже, с 1944 года. А между этими годами в основном они были слабоваты, хотя были и очень сильные летчики тоже.
— Что можете сказать о немецкой зенитной артиллерии?
А ничего не могу сказать. По специфике нашего применения наземные цели нас не интересовали. Зенитки на кораблях вначале были слабыми, потом усилились.
— Вы упомянули о нестандартном способе прицеливания, который Вы использовали на МБРах?
Да, было дело. Видишь ли, на МБРах стоял прицел ОПБ-1, рассчитанный на бомбежку только с высоты 2 000 метров. Ни выше, ни ниже, иначе надо было делать расчеты по специальной таблице.
В настоящем боевом вылете высшей математикой заниматься было некогда. Что мы придумали – нарисовали на борту самолета разного цвета полосы, по которым наводились с помощью прицела пулемета.
Этот способ оказался очень точным, не нужно было возиться с таблицами, расчетами, время на боевом курсе сократилось. На «Каталинах» стоял хороший, точный, но сложный, и не очень механически надежный прицел. А может быть, не все его до конца освоили.
Еще надо отметить, что в «Каталине» во время всего полета я сидел в закрытой кабине, а в МБР я торчал по пояс снаружи на ветру. Чтоб согреться я менялся местами с летчиком, в МБРе для этого был специальный люк. Летчик стоял на моем месте и разминался, отдыхал, а я отдыхал, пилотируя самолет.
На «Каталине» я забыл, что такое обморожения, ветер, облезающая кожа, но и отдохнуть там было нельзя. Если мы летали на 18 часов, это значило, что я, с учетом предполетной подготовки и докладов по возвращении, не смыкал глаз 20-22 часа.
"Каталина" после приводнения
МБР-2 на воде
— Какова была стандартная загрузка самолета?
Четыре ФАБ-100 на бомбежку, или одна ФАБ-100 и три ПЛАБ-100 со взрывателями на 10, 30, и 60 метров на ПЛО. Подрыв бомбы в радиусе 10–15 метров однозначно выводил лодку из строя из-за сильного гидроудара, особенно на большой глубине.
У PBY была такая же загрузка плюс возможность подвесить еще пару бомб, например ОМАБы.*
*ОМАБ — ориентировочная морская авиабомба. При попадании в воду содержимое бомбы растворялось в воде, создавая заметное цветное пятно для ориентировки и прицеливания. Второй вариант — ОДМАБ ориентировочная дымовая морская авиабомба. В данном случае бомба снаряжалась веществом, при контакте с морской водой дающим большое количество окрашенного газа, создавая над поверхностью воды облако цветного дыма.
— Если Вы обнаруживали в море корабль, как вы уточняли его принадлежность?
Ну, в военное время корабли не уходят в море только потому, что капитан так решил. У нас на картах были отмечены зоны возможного нахождения наших кораблей на время вылета.
Вражеские корабли быстро себя показывали, поскольку сразу открывали огонь по нам. Хотя мы потеряли один или два самолета от «дружественного огня». В июле 1941 у нас зенитчики со сторожевика сбили одного из пары разведчиков. Мы собрались и пошли бить зенитчиков на тот корабль. Но такое случалось.
— Защита самолета была достаточной?
На обоих самолетах верхняя полусфера полностью перекрывалась пулеметами, но нижняя полусфера была не защищена. На пулеметах стояли специальные ограничители, не позволявшие вести огонь, когда в зону огня попадал двигатель.
Один из наших штурманов сбил два Ме-109 из ШКАСа в 1941 году. Фашисты выпендривались перед ними, и подошли слишком близко слишком медленно.
Когда мы летали на PBNах с истребителями противника практически не встречались, так что потенциально вооружение было лучше, но шанса в бою опробовать его у нас не было.
— Встречи с самолетами противника были редки?
Встречи с истребителями обычно кончались сбитием нашего самолета. Тут удивляться нечему. Но частенько встречались с летающими лодками Do-18 и Do-24 патрулирующими коммуникации, и «вежливо» расходились по своим делам, не забыв передать на землю о встрече.
В нашу задачу борьба с ними не входила, для этого были истребители. Хотя, как-то с соседней части летчик прошел под немецкой летающей лодкой, а стрелок хорошо прошелся ей по днищу. Вполне вероятно, что эта лодка утонула потом.
— Что могло случиться, если у Вас на самолете появилась пробоина в днище?
При посадке фюзеляж набрал бы воду, на пробеге куски днища отрывались бы, увеличивая дырки, и самолет тонул. Если боковые поплавки тоже были повреждены, то он мог утонуть очень быстро.
— Посадка на этих самолетах была сложна?
Да. На взлете основной проблемой были дикие утки. Их на юге было много, а на взлете при скорости 150 км\ч, столкновение с уткой было ничуть не легче чем попадание мелкокалиберного зенитного снаряда.
Посадка на море с волнением 3 балла считалась сложной, 3,5 — невозможной. Как ни удивительно, основные потери были при посадках в штиль – летчик не видел поверхности воды; так что поперек нашей глиссады пускали глиссеры, чтоб они создавали волнение. Кстати, если на пробеге напарывались на топляк, самолет разрушался, а видны они были только при волнении.
— Вы помните, когда выполнили последний боевой вылет?
В сентябре 1945. Не удивляйтесь — мы летали на сопровождение конвоев до 1946. Дело в том, что Черное море было усеяно минами, а мы их могли заметить и предупредить наши корабли. Войну я закончил, выполнив более 380 вылетов.
"Каталина" в Музее техники в Верхней Пышме
— Вы помните, как закончилась война?
Конечно! Я спал, когда у нашего дома началась пальба. Я схватил автомат и выскочил на улицу. Все стреляли в воздух. Я спрашивал, что случилось, пока мне кто-то не ответил:
— Война! Война кончилась! Мы победили!
Я тут же начал стрелять в воздух. Пару дней мы попьянствовали, а потом началась обычная служба с дисциплиной и всем остальным.
— А после войны?
Моя жизнь сложилась не очень весело. Я был вынужден уйти с летной службы и перешел в преподаватели Военно-морской академии в Ленинграде. Мой сын пошел в подводники, и в должности старпома погиб 7 апреля 1989 года на «Комсомольце» у острова Медвежий.
7 апреля 1989 года атомная подводная лодка К-278 «Комсомолец» затонула в Норвежском море после пожара на борту. В результате катастрофы погибли 42 члена экипажа из 69, а 27 моряков удалось спастись. Этот день стал Днём памяти погибших подводников в России.
Во время войны все было ясно и просто, тут мы, там они… А в мирное время все стало сложнее. Но война штука настолько дурацкая, что не должна повториться.
Однако войны продолжаются и продолжаются, и ничем бомбежки мирного населения НАТОвцами не отличается от бомбежек мирного населения фашистами…
9 мая 1945 года. Г.Т. Аванесов со своими сослужицами
Нет, попозже. Я к тому времени был в 82-й АЭ ВВС ЧФ. 26 марта 1943 нас отправили вдогонку за торпедными катерами, атаковавшими порт Туапсе. Они уходили на Керчь.
Мы их настигли, а может и не их, но прямо у входа в их порт. Мы по ним отбомбились, уж не знаю, удалось нам попасть в катера или нет, но тут же нас перехватили истребители. Мы были вынуждены от них отбиваться. Снизились с 400 до 100 метров, непрерывно стреляли по врагу, и они нас бросили, скрылись из виду.
Немцы очень не любили полеты на малых высотах. Мы снова начали набирать высоту, и подошли к нашему берегу. Я передал по радио на землю что мы подходим, а в ответ мне сообщили:
— Сзади истребитель противника!
Наш стрелок Буй доложил, что сзади подходит пара. Второй самолет, с экипажем Глушкова, по какой-то причине не атаковали. Потом все вокруг меня развалилось.
Мы упали в воду с обломками самолета без парашютов, а когда вынырнули на поверхность, я увидел двухкилевой Ме-110. Немец обстрелял нас в воде и ушел в сторону своего берега.*
*В немецких данных установить соответствующую заявку не удалось, таким образом автор победы не известен.
Я закричал:
— Спасите, тону!
Потом я заметил моего летчика, комэска Василюка, который показал мне кулак и прокричал что-то вроде:
— …Твою мать, я те, б…, утону! Да я тебя на том свете, б…, после этого достану, у черта не спрячешься!
Надо признать, что его ругань здорово помогла, я прекратил паниковать, собрался. Когда мы упали в воду, наши спасжилеты, черные такие, надулись и поддерживали нас на плаву, утонуть не удалось бы, надо было только следить, чтоб воды от волн не нахлебаться.
За нами выслали лодку с берега (мы упали недалеко от берега, и наше падение зафиксировали посты ВНОС), и когда меня подняли на борт, я потерял сознание.
Я здорово разбил колено, и когда нас привезли на береговой пост ЗА, бойцы наложили мне шину на ногу.
В общем, последнее что я помню в полете, мы летели на высоте 150 метров и упали с нераскрытыми парашютами! Стрелок* или был убит в воздухе или утонул с самолетом.
*Старшина Буй Николай Ефимович, 1912 г.р., уроженец Днепропетровской обл, погиб в воздушном бою.
Меня направили в госпиталь в Цхалтубо*, а через месяц меня отправили на переучивание на самолет «Каталина» — PBN-1 Catalina (Nomad).
*Цхалтубо — город в западной Грузии.
"Каталина" в СССР
— Ваше мнение о «Каталине»?
Это был прекрасный самолет! Самое главное, он мог нести 600 килограммов бомб вместо 400 на МБР-2. Мы на них патрулировали Черное море, и, по данным агентурной разведки, смогли утопить 3 немецкие лодки. Наша эскадрилья смогла повредить еще 4 лодки.
Как устанавливали факт уничтожения или повреждения?
Сопоставляли наши рапорта и данные разведки по связи берегового командования с лодкой или с докладами вражеских экипажей. Не знаю конкретно, кто у нас там был, но кто-то был…
С переучиванием проблем не было – все приборы были установлены с метрическими шкалами, был еще и бомбовый прицел с выводом на управление самолетом, и в момент прицеливания самолетом управлял я сам, а не через команды летчику.
У нас был даже радар, но почти никто не умел ими пользоваться. Еще был радиокомпас. Вот им пользовались часто и охотно.
Григорий Тарханович Аванесов
— Сколько «Каталина» могла продержаться в воздухе?
Баки рассчитаны на 22 часа полета, но больше 18 часов мы не летали, что на самом деле и так очень много. От нас требовалось привозить не менее 7% аварийного запаса топлива назад.
— Как «Каталины» окрашивались?
Серебристые, особо не красили. Серийные номера смывали, и у нас были только тактические бортовые номера и звезды.
— Какие еще различия между МБР и «Каталиной» Вы подмечали?
Различия? Да во всем! Первое – это комфортабельность самолета. Летать на них было очень приятно, но такой уровень комфорта на боевом самолете на самом деле не нужен.
Если говорить о моем рабочем месте, то у меня была турель с 12,7 мм пулеметом, и еще 2 у стрелков по бокам фюзеляжа. Таким образом, «Каталина» была лучше «защищена» от нападения истребителей.*
*Поставлявшиеся по ленд-лизу «Каталины» были укомплектованы пулеметами Browning M-2 .50 калибра, однако иногда вооружение менялось на идентичный по калибру советский 12.7-mm пулемет УБ.
Вообще, это был очень простой для пилотирования и надежный самолет. Что еще? МБР сконструировали только для посадок на воду, а у «Каталины» было шасси, что здорово помогало техникам.
Да! Я про двигатели забыл сказать! Они были просто отличные! На МБРах стояли M-17 и M-34, хорошие, надежные движки, но им не хватало мощности. На «Каталину» устанавливали два двигателя, которые обеспечивали нормальный полет даже на одном двигателе, что, безусловно, радовало.
Ну и наконец, он был просто лучше собран, и его конструкция была более надежной. По большому счету, ее надо сравнивать с МДР, а не МБР, но на МДРах я не летал.*
*МДР-6а, морской дальний разведчик, двухмоторная летающая лодка конструкции Четверякова.
МДР-6 (Че-2) - Морской дальний разведчик. Разработан под руководством И. В. Четверикова.
