У нашей семьи есть ежегодная традиция – после празднования нового года, мы собираемся вместе в отчем доме, приезжаем в наш маленький городок с разных уголков планеты и проводим пару дней в кругу родных. Вот и этот год не стал исключением.
Как обычно я села в старенькую ржавую междугороднюю маршрутку, воткнула наушники и приготовилась к поездке. Народ медленно заползал в автобус и занимал свои места. На удивление, людей оказалось совсем немного, большая часть мест была не занята. Похоже все разъехались еще до праздников.
В назначенное время автобус тронулся с места. Спустя минут 30 мы выехали за черту города, двигаясь по назначенному маршруту. Легкая качка и однотипный пасмурный пейзаж за окном убаюкивали.
Сон развеялся когда маршрутка остановилась. Водитель входил в поворот на перекрестке. Я напряглась. Огляделась по сторонам. Другие пассажиры тоже были озадачены сменой маршрута, но все молчали, чего-то ждали. Взяв телефон, я полезла проверять цифровую версию билета. Всё верно, как я и предполагала, в документе указан пункт А и пункт Б, никаких остановок, никаких заездов на другие станции. Но водитель свернул. Мы оказались на дороге усыпанной гравием, и автобус двинулся с привычной скоростью вперед.
Нервы натянулись, сердце застучало. Как же мне ненавистны непредвиденные ситуации. Я продолжала кидать взгляды на других пассажиров, как бы с призывом, чтобы кто-нибудь проявил инициативу и спросил у водителя что в конце концов происходит и куда он нас везет. Но все молчали. Большинство уже смирилось с происходящим и уткнулось обратно в свои телефоны.
Значит это должна быть я. Я набиралась смелости, репетируя ситуацию и отыгрывая все возможные варианты в голове. Когда я уже собралась с духом и открыла рот, чтобы всё-таки изречь своё возмущение, автобус остановился. Я взглянула на заляпанное окно, сквозь которое плохо различался силуэт старой автобусной остановки. Пока мы ехали, мной не было замечено хотя бы одного сельского домика или любого другого здания, а тут посреди пустоты остановка.
Дверь автобуса открылась. Сидя в самом начале, мне было видно, что по ступенькам степенно поднималась молодая женщина. В руках она держала трехлитровую банку с крышкой, в которой плескалось молоко. Новая пассажирка выглядела как канцлер серьезного государственного учреждения. Худая, в строгом легком пальто для зимы. На голых руках трещенки, из которых выступили капельки засохшей крови. Сколько же она простояла на морозе?
Поднявшись, женщина протянула банку с молоком водителю, который в свою очередь, улыбаясь во все зубы, принял тару и убрал ее куда-то за своё сиденье. Они молча кивнули друг другу и пассажирка прошла вглубь салона автобуса. Она заняла свободное место позади меня и выпрямив спину, устремила взгляд на свои руки, сложа их на колени.
Кажется водитель и эта дама знакомы. Видимо они просто договорились, чтобы он заехал за ней. Я наконец-то расслабилась, хотя ситуация всё равно выглядела достаточно странно.
Автобус стремительно покинул грунтовую дорогу и вернулся на свой маршрут. Я поглядывала на женщину. Какое-то время мне не давало покоя, что ее местонахождение и внешний вид не совпадали друг с другом. В итоге мне наскучила эта мысль и под спокойную музыку в наушниках я опять погрузилась в сон.
Сознание вернулось внезапно вместе с тем как автобус снова остановился, только в этот раз на трассе. Сонливость пропала. Вместо умиротворения пришло раздражение. Пока я возмущалась внутри себя, дверь маршрутки плавно открылась и в проёме показался тучный мужик. С каждым шагом вверх по ступенькам он пыхтел как паровоз. Транспорт накренило в сторону входа. Мужчина выглядел и пах так, как будто родился и вырос вместе со свиньями. С его головы стекал пот, смешиваясь с грязью на лице, а ботинки оставляли толстенный слой грязи. И где он нашел грязь среди сугробов снега?
Мужик достал из кармана засаленный сверток. Это «что-то», размером с ладонь, в замызганном целлофановом пакетике он передал водителю. Как и в прошлый раз водитель, улыбаясь, принял местную валюту и также молча, они кивнули друг другу. Дядька с усилием протискивая свою тушу между рядов сидений, уселся сразу за моим сидением. Я отлично слышала его тяжелое дыхание, кряхтение, сухой кашель как если бы он приблизился к моему уху вплотную. Раздражение внутри нарастало.
Я бросила взгляд на загадочную пассажирку. Вдруг она знакома и с мистером «Свином». Но она по-прежнему неподвижно пялилась на свои руки. Казалось, она даже не дышала. Да оно и понятно, весь автобус наполнился ароматом. Пассажиры пытались спрятаться от вони, закутавшись в шарфах. Спустя время, как мы тронулись, мужчина заснул и по салону автобуса разнесся оглушительный храп. Ну конечно, он же единственный тут хочет поспать.
До конца дороги оставалось каких-то пару часов, а мне уже было очень некомфортно, хотелось оказаться дома прямо сейчас. Но я успокаивала себя, что в конце концов я скоро приеду, увижусь с любимыми, выпью вкусного маминого чая и слопаю весь бабушкин праздничный салат. По итогу, наш путь стал куда дольше, потому что водитель постоянно делал остановки и подбирал новых пассажиров. Они не казались странными и не пахли чем-то противным. Они были угрюмые, уставшие, некоторые из них тряслись от холода, но никто из них и слова не проронил, и каждый что-то давал водителю. От многих веяло холодом, будто морозилку открыли. Наверное долго ждали.
Я начала переживать, что не успею к ужину с семьей. Навигатор не работал, поэтому я даже не могла сказать сколько еще осталось ехать. Пейзаж за окном стал серее. Последняя попутка была больше двух часов назад. В голове роилась куча странных мыслей. А что если, пока я спала водитель свернул в другую сторону, как это уже было. А что если, водитель даже не знает в какой город мы едем. А что если,... Очередная остановка. Очередной пассажир. Я оглянулась, свободных мест не осталось. Злорадство внутри меня возрастало, потому что жадному водителю больше не перепадет ничего до конца дороги.
– Выходим!- басом гаркнул маршрутчик.
Вот оно, наконец-то мы поедем домой. Как же я отсидела себе всю..
– Девушка, вы не слышите? Выходим! –взревел водитель автобуса повернув голову через плечо.
Я оглядывалась по сторонам, искала девушку, потому что несостоявшийся пассажир был парнем.
– Не, ну ты че, оглохла?
– Это вы мне? – наконец дошло до меня.
– А кому еще. Собираем сумочки и на выход.
– Это еще почему? Я оплатила билет, вы не можете меня высадить среди поля.- честно пыталась отстоять своё право, но голос предательски дрожал.
– Потому что я так сказал.- водитель с усилием встал со своего кресла и двинулся ко мне.
– Но как я попаду домой? Почему именно я? Тут много других пассажиров! Если вы за деньги не возите, то может возьмете гостинцы. Я везу гостинцы племянникам. Не высаживайте, пожалуйста. – хмурый мужик навис надо мной, смотря как я тараторю, пытаясь сдержать слезы от страха.
– От тебя. Мне. Ничего. Не надо. –отчеканил он каждое слово. - Быстро вышла из автобуса, иначе вытяну тебя за волосы. – рявкнул водила, брызгая слюнями.
Страх быть битой оказался сильнее, чем выйти на остановке в заднице мира. Автобус уехал.
И вот она я. Стою посреди трассы на заброшенной, но достаточно крепкой по виду остановке. Слезы полились сами собой как только тело отпустило натянутую струну. Че делать то. Проревев еще какое-то время, пришлось успокоиться и взять в руки телефон, чтобы вызвать родителей на помощь. Но связи не было. Совсем. Никакой. И телефон жутко зависал. Ситуация меня полностью разбила. Мягким местом я упала прямо в снег и принялась жалеть себя.
Спустя время я поняла, что всему приходит конец, и моему самобичеванию тоже. Подняла сумки, и поплелась домой.
Шла я долго, на столько долго, что перестала ощущать холод. Окружение не менялось, пальцы на ногах потеряли чувствительность еще часов 5 назад. Говорила мне бабушка надеть теплые носки, мало ли что в дороге случится. Случилось блин.
За всё время я не встретила ни одной машины, ни одной зверюги, ни одной птицы. На уши давила тишина. Даже ветра не было, который обычно гонял снежную пыль по дороге. Не знаю сколько уже времени прошло, но я всё еще тащила себя, теряя остатки сил. Странно, но пить или есть совсем не хотелось, ощущалась только давящая к земле слабость.
В голову приходили мысли о семье. Было стыдно, что моя пропажа испортит праздник. Ещё была гаденькая мысль бросить сумки с подарками, но у меня была цель и права сдаться у меня не было. Нужно домой. К семье. Как же я за ними соскучилась. В попытках провести время с пользой вспомнилось детство, и то как мама ругала меня за проделки, а бабушка с дедушкой ругали за это маму. А как младшая сестренка вырезала мне кривые маленькие сердечки из моих школьных черновиков. Я до сих пор храню парочку. Таких милых, забавных моментов могу вспомнить тысячу. Но даже их не хватит до конца этой чертовой дороги.
Наконец-то я увидела впереди, стоящую на остановке, незнакомую маршрутку. Она была не такого цвета как обычные городские, с голубым переливом, совершенно новая, и конечно же чистая. Я прибавила шаг, бежать уже не могла. Автобус начал трогаться с места, а я - махать руками и кричать, обозначая своё присутствие. Внезапно машина затормозила. Я уже и не надеялась. У меня получилось ускориться не смотря на тяжелые сумки.
Еле добежав до автобуса, я постучала ладонью в дверь. Она медленно открылась и я быстро поднялась по ступенькам и обратила внимание, что в салоне не было ни души, кроме водителя. Он выглядел практически также как водитель в предыдущем автобусе. Обрюзгший, небритый, полноватый мужик, в целом не приятный видок.
– А я Вас уже заждаааался,- улыбаясь протянул водила. И молча, взяв меня за руку,обвязал вокруг моего запястья тонкую белую нитку. – Это билетик,- всё еще улыбался он.
– А к-к-куда вы едете? У меня нет налички, – я поторопилась предупредить его.
– Уважаемая, я знаю. И знаю куда вам надо, я же не зря здесь стою. Займите пожалуйста место, мы трогаемся. – ладно, это прозвучало довольно дружелюбно, но я не могла не уточнить.
– А где все остальные?
– Они на своих остановках конечно же, ждут нас. Поэтому не задерживайте рейс.
Я прошла в конец салона и заняла место возле окна. Мы поехали. В автобусе было тепло, тусклый желтый свет от лампочек над сидениями добавляли уюта. Я быстро отогрелась и уснула. По ощущениям проспала достаточно долго, но мы дос их пор не сделали ни одной остановки, чтобы подобрать новых пассажиров, как это было принято у местных водителей. Мои ноги позволили мне встать довольно легко, после пешего марафона, и я направилась к водителю. Он смотрел на дорогу и тихонько напевал себе под нос что-то задорное.
– Извините, а мы будем делать остановки?
– Девушка, остановки по нужде запрещены.
– А..., да нет.- смутилась я, - Просто вы говорили, будут другие пассажиры.
– Да вот что-то их нет. Не стоят на месте. Видимо не судьба.
– В смысле судьба? Может их надо было подождать. Люди же билеты купили.
– Уважаемая, на мой рейс билет покупать не нужно. Тут уж как карта ляжет, повезёт человеку попасть ко мне, то попадёт, а коли нет, то там уж на другом рейсе поедут, вот там как раз платить придется.
– На другом? Меня с такого автобуса выгнали, кажется там больше нет мест.
– Выгнали? Так это ж хорошо. Он всё равно едет не туда куда тебе надо.
– А откуда вы знаете? Я, например, знаю на какой автобус садилась. Не зря же перед посадкой у нас проверяют билеты.
– Да я про вас всё знаю. Знаю, что к семье едете, знаю, что племянников любите, не зря же столько подарков накупила. Знаю, что очень давно дома не была.
– Ну это вы пальцем в небо ткнули и попали.
Водитель добродушно рассмеялся. Потом слегка повернул голову в мою сторону, не отводя взгляда от дороги и сказал:
– Милая, просто примите тот факт, что вам повезло попасть ко мне и не пришлось платить. Присаживайтесь на своё место, мы подъезжаем.
Я посмотрела в окно. И не увидела ровным счетом ничего. Вокруг был плотный туман. Видимость примерно с вытянутую руку, не больше.
– Как же вы видите куда мы едем?
– Опыт. Не переживайте, я так каждый день катаюсь.
Я пожала плечами и направилась на своё место. От предстоящей встречи с родными, по телу разлилось тепло до щекочущих ощущений в животе. Поудобнее разместившись в мягком кресле, я погрузилась в сон.
Проснулась я от жуткой головной боли. Глаза не хотели открываться. Попробовала дотянуться до лица рукой. Боль прошла током от плеча через всё тело.
Издалека послышались чьи-то разговоры. На виски так сильно давило, что в ушах стоял звон. Приложив усилия, у меня получилось открыть глаза. Яркий свет до боли ослепил, пришлось зажмуриться. Постепенно все чувства возвращались, и мне это не нравилось. Слишком неприятное пробуждение. Я закашлялась. От кашля содрогалось всё тело, превращая любой импульс в боль.
– Сюда! Тут живые!
Кто-то бежит в мою сторону по хрустящему снегу.
С близкими я всё-таки увиделась, но намного позже, и в палате больницы, а не за праздничным столом. После аварии, случившейся по дороге домой, я восстанавливалась год. Ладно, лукавлю, до окончательного восстановления еще очень долго. По вине водителя, который после попойки не выспался и уснул за рулем как только мы выехали за черту города, наша маршрутка влетела в кирпичную междугороднюю остановку, забрав жизни не только пассажиров, но и тех, кто стоял и ждал своего автобуса. Мне повезло, я спала и аккуратно вылетела через окно, к сожалению, прямиком в железный столб, от которого меня отбросило в сугробы. Старое «ведро» сложилось в гармошку, водитель погиб мгновенно. До некоторых пострадавших успела доехать скорая. Увы, помочь никому не успели.
Тот сон, который я видела, не дает мне покоя. Я разбирала его с психологом. Естественно, мне объяснили, что так мой мозг помогал мне переживать предсмертное состояние. И всё вроде бы понятно и объяснимо, кроме нитки на запястье, которую я обнаружила после аварии уже находясь в больнице. Пусть это будет и сон, но сон, который подарил мне ещё один шанс.
