Часть цикла «Раздел 1:01» на ЯПисатель.рф

На стенде в раздевалке висел список. Красный текст на белом — как пожарный план, как объявление, как что-то, мимо которого ты просто так не пройдёшь.

Под фотографией Тёмы — круглое детское лицо, чёлка набок, выбит верхний зуб — три строки. Имя. «Цитрусовые — АНАФИЛАКСИЯ». «Эпипен — голубой рюкзак, правый карман». Это мама печатала, проверила дважды, потом в «Комусе» заламинировала. Восемьдесят рублей дорого было, но она не подумала — деньги просто отдала.

Восемьдесят. А4. Ламинирована.

Всё знали. Бабушка знала, Светлана Борисовна знала, даже повариха тётя Лида — знала. Дети тоже, по-своему понимали: «Тёмке нельзя мандарины, он от них заболевает». Толку, что заболевает? На самом деле горло закрывается за считаные минуты, и если не вколоть адреналин, то дальше реанимация, и шансы... но пятилетке такое не рассказывают, не пугают его.

Елка в садике «Солнышко» — украшения из блестящей мишуры, утренник, снежинки из «Вайлдберриз» и (конечно же) мандарины. Без них праздник — это не праздник, какой-то урезанный, неправильный. На столе у воспитателя корзинка: оранжевое, яркое, и запах такой, что у Тёмы в носу щекотно. Мама разрешала понюхать. Только понюхать, ничего больше. Он нюхал серьёзно, как маленький сомелье, прижимал к лицу, вдыхал запах, клал дольку обратно. Ему нравился запах. Вкус — не помнил. Или помнил, но неясно, из какого-то раннего времени, когда ему было полтора и в первый раз дали попробовать.

Первый раз — и сразу скорая. Потом врачи, тесты, эпипен, инструкции, вот этот стенд.

Тамара Ивановна. Нянечка. Три года она работала в «Солнышке», третий год; не новичок, не стажёр, не с улицы. Мягкая какая-то, добрая, пахнет ванилью (крем ли это, духи ли, или она просто из тех женщин, от которых всегда идёт запах ванили и выпечки) — такая, кому дети доверяют сразу, без раздумий. Тёма её любил. Она ему куртку застёгивала (молния же не лезла), нос вытирала, называла «солнышком», хотя и весь садик был для неё «солнышко».

Три года.

Потом это все повторяли — и следователю, и журналистам, и друг другу в родительском чате в два часа ночи, тремя часами утра. Три года. Стенд вот, каждое утро мимо ходила. Красные буквы. Фотография. А4. Ламинация. Восемьдесят рублей. Как могла не заметить.

Двадцать седьмое декабря, пятница, полдник. Светлана Борисовна куда-то ушла — телефон звонил, дочка звонила со школы, что-то срочное, два-три минуты максимум. (Потом скажет, что не больше минуты, но камера покажет три с половиной.) Тамара осталась с детьми одна. На столе лежали мандарины.

Тёма сидел и нюхал. Как обычно, как всегда.

«Съешь, деточка. Это ж полезно».

Он посмотрел на неё — серьёзно, он вообще серьёзный ребёнок, не по годам. Сказал:

«Мне нельзя апельсины».

Тамара улыбнулась. Тепло улыбнулась, как бабушка.

«Это же не апельсин, деточка. Мандарин».

Логика. Железобетонная логика. Логика человека, который три года ходит мимо стенда с красными буквами — и не читает. Или читает, но слово «цитрусовые» просто не цепляется; потому что цитрусовые — это из учебника, из этого всего учебного, а мандарин — это просто мандарин, оранжевый, новогодний, витамины. Апельсин нельзя. Мандарин же.

Тёма съел дольку.

Одну.

На кухне у тёти Лиды играла музыка из телефона — она драила кастрюли, слушала Макса Коржа. «Малый повзрослел». Басовая линия из маленького динамика, дребезгом, слова можно разобрать, если прислушаться: малый повзрослел. Тёме пять. До «повзрослел» — вся жизнь впереди, если...

Первые тридцать секунд ничего. Тёма жевал, было сладко, может, подумал: а чего мама запрещала? На сороковой (или пятидесятой, или двадцатой — в панике время не считают) — губы. Тёма потрогал их пальцами. Они как не его стали. Толстые, горячие, чужие. Язык тоже — другой, большой, тяжелый, как мокрая варежка во рту, он захотел что-то сказать, но слова не получались.

«Тамара Ивановна, — крикнул кто-то из детей, — Тёма красный».

Она повернулась.

Дальше всё быстро. Крик. Суета. Светлана Борисовна влетела с телефоном в руке, трижды промахнулась по экрану, набирая 103, и Тамара стояла посередине комнаты — руки к щекам прижала, как в немом фильме, и тихо, однообразно, на одной ноте твердила: «Я не знала, я не знала, я не знала». Заело. Как сломанная пластинка.

Голубой рюкзак. Правый карман. Светлана кинулась в раздевалку, третий крючок слева — расстегнула карман с трудом, вытащила эпипен, жёлтая штука, похожа на маркер. Мама в сентябре показывала, при всех на собрании. В бедро, через ткань, десять секунд. Светлана помнила. Руки тряслись — колпачок зубами снимала.

Вколола.

Тёма лежал на кушетке в спальне, хрипел, маленький и красный, весь распухший — не похож на себя, на ту фотографию со стенда. Глаза зажмурены. Кулачки сжаты. Другие дети стояли в дверях молча. Пятилетки молчать не умеют, но тут молчали все.

Скорая ехала четырнадцать минут. По Мытищам. В пятницу. Двадцать седьмого, перед Новым годом, весь город на дороге — за подарками, за ёлками, за мандаринами. Кольцевая стояла, Олимпийский стоял, весь город стоял. Сирена далеко, потом ближе, потом рядом совсем.

Четырнадцать минут — это вечность, когда пятилетний хрипит и ты уже вколол единственный эпипен, и не знаешь, помогает ли. Минуты растягиваются, как геологические эпохи. Юрский период. Динозавры и сирена, и ничего больше.

Эпипен подействовал. Не мгновенно, не как в кино, но подействовал. Отёк спал немного. Достаточно — воздух стал проходить, тонкой свистящей струйкой, но проходить.

Из кухни всё ещё играл Корж. Тётя Лида включила воду на полную, гремела противнями — ничего не слышала. Припев опять: малый повзрослел.

Скорая забрала его в 15:47. Мама прибежала в больницу к 16:20 — от работы двадцать минут без пробок, но пробки же были, конечно, двадцать седьмое декабря.

Тёма под капельницей, кислородная маска, маленький, бледный, глаза открыты — смотрит в потолок, на люминесцентную лампу, которая мигает. Когда мама вошла, повернул голову.

Сказал тихо, сипло, распухшим голосом:

«Мам. Мандарин — это цитрус?»

Он знал слово. Ему объясняли. Запомнил, что апельсины нельзя. Но «цитрусовые» — это взрослое слово, учебник, стенд, который напечатала мама. Ему пять лет, он шнурки завязывать учится, путает лево и право, он не обязан знать растительную таксономию.

А Тамара Ивановна была обязана прочитать стенд. Просто обязана.

Мама села на край кровати. Не расплакалась. Потом — дома, ночью, в ванной, в полотенце, чтобы бабушка не услышала. А здесь, нет, сейчас она погладила его по голове:

«Да, малыш. Мандарин — цитрус».

«А лимон?»

«И лимон».

«А банан?»

«Банан нет. Банан можно».

«Хорошо, — сказал Тёма. — Я люблю бананы». Закрыл глаза. Уснул. Капельница капала мерно, как метроном; монитор пикал; мама сидела. За окном темнело — декабрь, четыре часа дня, а уже ночь.

Телефон вибрировал. Родительский чат. Сто четырнадцать непрочитанных. Потом сто тридцать. Двести. Она не смотрела.

В «Солнышке» Тамара собирала свои вещи. Молча. Заведующая стояла в дверях — тоже молча. На столе в группе стояла корзинка с мандаринами. Одна дольку почищена, разломана на части, восемь штук на салфетке. Или семь. Одной не хватает.

Стенд в раздевалке остался на месте. Красные буквы. Фотография. Ламинация.

Тёма выжил.

Три дня больницы, антигистамины, наблюдение. Выписан тридцатого — за день до Нового года. Бабушка убрала из квартиры все мандарины, все до единого, даже ёлочные игрушки советские, стеклянные, мамины, в форме мандаринов — не убрала, не просто убрала, выбросила в мусоропровод, чтобы наверняка.

Мама напечатала новый список. А3 теперь, красный шрифт, жирный. И добавила строчку внизу, которой раньше не было. Простую, очевидную, такую, которую не нужно было писать, если бы мир работал как нормально работает.

«МАНДАРИН — ЭТО ЦИТРУС».

Подпишись, ставь 👍, Толстой бы не успел!

[Моё]

Автор: ЯПисатель.рф (Вадим Стирков)

Текст также размещён на: яписатель.рф/ru/feed/eto-zhe-prosto-mandarin

Она расчувствовалась, рассказывая мне, как эта помощь стала светом в окне. Она выжила. Хотя, уже считала себя чуть ли не трупом(  После столь «обалденного» лечения от Мицинских.

А теперь, смотрим – КАК это событие подаётся в ТГ-чате Мицинских?

Что - она просто  «Полила грязью Мицинскую, и восхвалила Неймарка. Может, денег дали».

Знаете, что? Да, это грязь. Но, для них – это грязь ЛЕЧЕБНАЯ. Она смывает халатность, ложь, елейные 100500 отзывов и наплевательство. И показывает, кто есть кто.

ИТОГ – хочу выразить признательность таким прекрасным хирургам, как Чайкин А. А. – сразу понял, почему я мучаюсь, не видя меня вообще! Что удивило. И - подключился помочь. Зорин Е. А. – слов не найдется, чтобы высказать благодарность, что он берётся спасать и реально сложные случаи, и даже не ради денег. А также, А. Е. Неймарку.

Вы ведь спасаете не только этих пациенток – спасаете целые семьи, детей, мужей, родителей. Возвращаете надежду.  СПАСИБО!

PS. Но, конечно, такого не должно быть, что – одни косячат, и потом этих полуживых и запущенных пациенток скидывают – на Скорую, на других бари-хирургов, туда-сюда. Отчасти, поэтому я и пишу об этом.

Хорошего дня)

Итог: отказ и обвинение в накрутке.

Мои вопросы к Авито остались без ответа:

- Почему отзыв от НЕ нового аккаунта на мой НЕ новый профиль — это накрутка?

- Почему наличие детальной переписки в чате платформы (обсуждение услуг, дат, результатов) не является доказательством?

- Почему фото готовой работы, которую я сделала и могу предоставить, - не доказательство?

- Почему тот факт, что я покупала продвижение за деньги (что видно по истории), - не доказательство?

Поддержка Авито просто разводит руками и цитирует внутренние инструкции: «Наши алгоритмы посчитали это накруткой». Причин назвать они не могут. Конкретики - ноль.

На мои попытки привести железобетонные факты (скриншоты переписки, чеки, фото) последовал ответ, который ввел меня в ступор: «Это не является доказательством, так как только клиент может оспорить отзыв». Логика просто магическая!

Но самое интересное (и грустное) они сказали дальше. Цитирую позицию поддержки:

«Клиент может оспорить удаление отзыва и восстановить его, но не Авито».

Якобы клиент должен написать в поддержку и доказать, что отзыв реальный. Практика же показывает: даже если клиент пойдет на эти мучения и оспорит удаление, это ничего не даст. Система все равно посчитает это накруткой, и отзыв снова улетит в корзину. Замкнутый круг, из которого нет выхода.

Я вложила душу в создание портфолио, потратила время и деньги на продвижение, но получила только плевок в спину от платформы.

Что в данном случае нарушает Авито? (Памятка для тех, кто столкнулся с таким же)

Действия администрации Авито попадают под ряд нарушений законодательства РФ, хотя прямо в законе «О защите прав потребителей» это прописано косвенно:

1. Нарушение п. 1 ст. 10 Закона «О защите прав потребителей» (Об информации о товарах/работах/услугах).

· Суть нарушения: Удаляя реальные отзывы, Авито лишает потенциальных заказчиков достоверной информации о качестве ваших услуг. Платформа формирует искаженное представление о исполнителе, что напрямую влияет на спрос и ваши доходы.

2. Нарушение принципа добросовестности (ст. 1 и ст. 10 ГК РФ).

· Суть нарушения: Авито, обвиняя вас в накрутке без предоставления доказательств (конкретных причин блокировки), действует недобросовестно. Платформа злоупотребляет своим доминирующим положением (фактически, это монополия на рынке досок объявлений), устанавливая непрозрачные правила модерации.

3. Нарушение прав потребителя на получение обоснованного ответа (ст. 14.8 КоАП РФ - Нарушение иных прав потребителей).

· Суть нарушения: Ответы по скрипту «это не доказательство, потому что клиент может оспорить» не являются конструктивным решением проблемы. Формальный отказ в восстановлении отзыва при наличии неопровержимых доказательств его подлинности ущемляет ваши права.

4. Нарушение собственных принципов :

· Суть нарушения: В поддержке Авито сказано, что они борются с накруткой. Но они обязаны доказать факт накрутки. Просто сказать «алгоритмы решили» недостаточно. Они нарушают свои же правила, не предоставляя доказательств и не давая возможности оспорить решение.

Вывод:

Авито опустился «ниже плинтуса». Вместо помощи честным исполнителям они создают бюрократические преграды и убивают репутацию на корню. Если у вас есть похожая история - делитесь в комментариях. Возможно, если нас много, нас услышат (или хотя бы перестанут нарушать права пользователей).

#АвитоУдаляетОтзывы #ЖалобаНаАвито #ОтзывыАвито #ПоддержкаАвито #РепутацияНаАвито #БизнесНаАвито #СерыйСписокАвито #VCru #авито #авитоподдержка #авитожалоба #авитоблокировка #avito @Avito

Мне не очень понятно: движение поездов на нашем участке интенсивное, по информации - по 140 пар поездов ежедневно. Постоянная сырость должна всё сильнее разъедать бетон, а ежегодное замерзание этой воды усугубляет проблему ещё больше. Нигде я не смог найти никакую информацию про него. Непонятно, числится ли он ещё на балансе РЖД. Насколько опасно наличие такого незаконсервированного перехода под действующим участком железной дороги?

Я надеюсь, конечно, что где-то в РЖД сидят умные люди, которые контролируют ситуацию, но практике чаще бывает наоборот. Может быть, стоит куда-то написать или поднять общественный запрос по этому поводу?

Волнуюсь, потому что сам регулярно езжу на электричке над ним, уверен, как и сотни пикабушников.

В 1931 году по личному указанию Сталина было создано Главное управление строительства Дальнего Севера - Дальстрой. Задача - промышленная добыча золота и других полезных ископаемых для нужд государства. Для этого привезли заключённых ГУЛАГа, красноармейцев, вольнонаемных специалистов и военных строителей. Дальстрой быстро превратился в настоящее государство в государстве- свои прииски, рудники, дороги, электростанции, флот и целая сеть перевалочных баз.

В середине 1930х, на мысе Астафьева где находилось поселение Находка и одноименная бухта, построили специальную перевалочную базу для Дальстроя. Бухта была удобной, глубокой, относительно защищённой. Сюда по железной дороге и малыми судам приходили грузы со всего Союза; техника, продовольствие, лес и взрывчатка для горных работ, а еще зеки.

Особое место в этой системе занимал пароход "Дальстрой". Судно построили в 1925 году в Голландии под именем "Almelo". Советский Союз купил его для нужд Дальстроя и сразу дал громкое имя - "Ягода", в честь тогдашнего наркома НКВД, одного из главных создателей ГУЛАГа. Три года судно ходило под этим именем, но в 1937-1938 Ягоду арестовали, обвинили в заговоре и расстреляли. Имя "врага народа" на борту оставлять было нельзя и пароход срочно переименовали в "Дальстрой".

24 июля 1946 года, мыс Астафьева, бухта Находка. С самого утра на пароходе "Дальстрой" шла погрузка. В носовой трюм заключённые насыпью засыпали 7000 тонн аммонала. Во втором трюме загрузили 400 тонн тротила. Ещё на борту было 600 тонн зерна, 113 тонн сахара, 392 тонны металла, промтовары. Общий груз выходил на 9 миллионов рублей.

Капитан Всеволод Михайлович Банкович и старпом Павел Куянцев недоумевали "Так нельзя! Аммонал насыпью! это прямое нарушение всех инструкций!" Они даже ходили к начальству на берегу. Но приказ пришёл "сверху", от кого то из Москвы. Нужно было быстро погрузить и отправлять, а с верхами спорить было нельзя.

После обеда, в 13:40, раздался крик- "Пожар в первом трюме!"

Старпом бросился вниз по трапам. Капитан Банкович схватил телефон в рубку:

- Воду на палубу! Затопить носовые трюмы! Всем покинуть судно!

Многие успели спрыгнуть на причал. Капитан покидал судно последним и не успел.

Через десять минут, в 13:50, прогремел взрыв такой силы, что его услышали за несколько километров. Сначала вспыхнул аммонал, затем от жара детонировал тротил. Ударная волна разнесла пароход в клочья. От судна осталась только притопленная корма, торчащая из воды на месте причала. Пятитонный якорь отбросило на 500 метров вглубь берега. Обломки металла, расплавленные жаром, разлетелись более чем на километр. Взрывная волна смела с лица земли все портовые сооружения на мысе Астафьева, практически уничтожив порт в ноль.

Два часа над бухтой шёл "мазутный дождь" - из разорванных бункеров вылилось 1800 тонн топлива. Всё, что осталось от "ворот Колымы" это дымящиеся руины и чёрная вода.

105 человек погибли - 22 военнослужащих, 34 гражданских портовиков и работников Дальстроя, 49 заключённых, которые грузили аммонал. Ещё 196 человек получили ранения разной степени тяжести. Тело капитана нашли на следующий день, после взрыва под грудой свай. Его затылок был пробит осколком.

Старпом Павел Петрович Куянцев в своих воспоминаниях писал: "Капитан не растерялся ни на секунду. Он думал только о людях". Куянцев сам чудом успел сойти с корабля и позже одним из первых начал тушить пожары на берегу.

Павла Куянцева отбросило взрывной волной, и он подумал, что все, конец. А когда пришел в себя, не увидел своего парохода: "На мысе Астафьева все было голо. Ни судна, ни складов, ни зданий, ни деревьев. Только сваи торчат из воды, где был причал, да видна притонувшая корма парохода. А на ней аккуратно лежат рядом два паровых котла, выброшенных из кочегарки, два из пяти тридцатитонных цилиндра, заброшенных туда взрывом. И все это будто покрыто черным лаком - мазутом, которого на судне было 1800 тонн в танках. Он весь поднялся в воздух, а затем покрыл место катастрофы. И вот на этом черном фоне начинают подниматься фигуры. Все черные. Это люди. Никто ничего не слышит. Они открывают рты, но звуков нет. Мертвая тишина".

Выживших из команды "Дальстроя" арестовали до выяснения причин ЧП. Их допрашивали сутками, пытаясь найти виновного, ведь кого то нужно обвинить и наказать. К счастью через пару дней пришвартовался пароход "Орел", который в момент взрыва "Дальстроя" находился на рейде и пострадал от упавших на него обломков. В его трюмах тоже был аммонал и тоже груженый насыпью. Во время выгрузки куча взрывчатки на берегу самовоспламенилась. Потушить ее удалось с огромным трудом. Через сутки загорелся вагон с аммоналом на станции. Стало понятно, что виной всему спешка и халатность, команду отпустили, а несколько людей из начальства порта посадили. Те кто отдавал приказы о срочности в погрузке остались нетронуты.

Записка министра внутренних дел Круглова на имя Сталина заканчивалась словами: "Приняты меры к недопущению подобных случаев в дальнейшем".

К сожалению, через год история повторится. 19 декабря 1947 года, в Магадане взорвутся пароходы "Генерал Ватутин" и "Выборг". Снова аммонал, снова нарушения, снова десятки погибших и уничтоженный порт, но про это в следующий раз.

Всем спасибо, кто прочитал. Подписывайтесь, будет интересно.

Еще есть группа в вк https://vk.com/club230098140 - где статьи выходят чуть раньше, есть короткие посты, и просто исторические фотографии.

Так же сообщество в телеграме https://t.me/+Y-znwBrdDJlhMTIy тут выходит, дополнительный контент 18+ и самые кровавые и ужасные истории